Глава 7.

— Так куда мы едем, ты сказал? — спросила Саюри, удобно устроившись в кресле, вытянув ноги и слегка потягиваясь, как кот. — По делам. Нужно кое-что передать, — ответил Санзу, не отрывая взгляда от дороги. — О-о, и что же? — Она наклонилась вперёд. — Что, любовное письмо? Или кольцо с бриллиантом? — Открой бардачок — сама увидишь, — с усмешкой сказал он. Саюри без особых ожиданий потянулась к бардачку, щёлкнула замок… И замерла. Внутри лежали аккуратно запечатанные прозрачные пакеты. Белый порошок. Много. — Это… что, стиральный порошок? — неуверенно выдала она первое, что пришло в голову. Санзу расхохотался. Настоящий, открытый, живой смех — редкость на его лице. Он даже чуть притормозил от неожиданного приступа веселья. — Боже, ты серьёзно?! — выдохнул он. — Ты правда такая тупая или просто придуриваешься? И зачем мы тебя вообще взяли? — Вообще-то, — фыркнула Саюри, — ты первый написал. Так что, считай, сам выбрал. — Тут не поспоришь. — Он вновь хмыкнул, вытирая глаза от смеха. — Так что это за порошок, ну серьёзно? — уже более собранным тоном спросила она. — Наркота. — Аа… нарко… — и тут её словно током ударило. — НАРКОТА?! — Ты что, в шоке? — Я… просто никогда не видела столько вживую. Всё только в фильмах. Обычно там все кричат, стреляют и умирают под драматичную музыку. — Ну вот теперь ты в фильме. Без музыки. — Он повернул налево, бросив взгляд на зеркало заднего вида. — Нам нужно передать мешок заказчику, а потом уже поедем к месту назначения. — А у вас в организации… ну… все это нюхают? — Не все. Кто-то нюхает, кто-то колет, кто-то вообще принципиально не берёт в рот даже сигарету. Разные есть. Но я — другое дело. — А ты? Он криво усмехнулся. — А что я? Конечно, употребляю. Это моя работа — я главный по контрабанде. Лучше всех в этом разбираюсь. Я сам как ходячая энциклопедия наркоты. — Подожди… — она замерла. — Это поэтому от тебя в той вип-зоне странно пахло? Сигарета пахла… не как сигарета. — Только сейчас догадалась? — Он снова усмехнулся. — Пиздец… — пробормотала Саюри, качая головой. — Ну, твоё дело. Главное — не подохни от передоза. — А ты когда-нибудь пробовала? — Я даже не пью и не курю. Какие, нахуй, наркотики? — Хорошо. Возьму на заметку. Как нибудь попробуешь.— В его голосе прозвучала странная мягкость. Они подъехали к какой-то безымянной парковке. Санзу коротко вышел, перекинул сумку какому-то мужчине в чёрной куртке, обменялся с ним фразой — и сел обратно, будто ничего не было. Всё происходило в тишине, на автомате. Машина вновь тронулась, и вскоре свернула на более ухоженную улицу. — Приехали. Выходи, — сказал он, заглушая двигатель. Саюри подняла взгляд — и чуть не подавилась собственным дыханием. Перед ней возвышалась огромная стеклянная высотка — монолитная, сверкающая, как будто с обложки журнала. Архитектура дорогая, современная. На входе — охрана в костюмах и наушниках. Всё в этом здании кричало о власти, деньгах и закрытости для обычных людей. — Это… мы сюда? — прошептала она. — Угу. — Он кивнул, как будто речь шла о супермаркете. Внутри здание поражало ещё больше. Полы — из белого мрамора, стены — глянцевые панели. Где-то далеко слышался тихий шум, всё пахло чистотой и деньгами. Её шаги отдавались эхом. С любопытством озираясь, Саюри не сразу поняла, как оказалась у лифта. Санзу нажал на кнопку, и когда двери открылись, он уверенно ткнул самый верхний этаж. — А… мы зачем сюда приехали? — наконец спросила она. Санзу обернулся через плечо, и в его глазах блеснуло нечто странное — смесь насмешки, одобрения и чуткой настороженности. — К главе. Мир как будто на секунду остановился. — К… кому?.. — Она едва не выдохнула вслух. Её кожа покрылась мурашками. Сердце застучало сильнее, холодным током прошлись по спине слова Санзу. — Ахуеть, — прошептала она себе под нос, глядя, как цифры на табло мигают, приближаясь к самому верху. Двери лифта с тихим звоном распахнулись. Они вошли в просторный, безукоризненно оформленный кабинет. Воздух здесь был другим — густым, словно пропитанным властью и ожиданием. Пол — серый мрамор, почти стерильный. Мебель — минималистичная, дорогая на вид. Панорамное окно за массивным столом открывало вид на город: огромный Токио казался отдалённым, как будто игрушечным. За столом сидел мужчина. Белые волосы, будто снег, аккуратно уложены. Чёрные глаза — равнодушные, как бездна, смотря в которые кажется будто утонешь в пустоте. Черты лица — утончённые, спокойные, но в этой холодной гармонии было нечто опасное. Жестокий, абсолютно уверенный в себе и своих действиях. Это был Майки. Он не встал. Просто кивнул на диван. Саюри села, чувствуя, как внутри всё поднимается к горлу. Санзу остался стоять за её спиной, как охранник, как наблюдатель. Как будто смотрит — выдержит ли она или треснет. — Зови меня Майки, — начал глава. Голос — спокойный, даже мягкий. Но в нём была сила, подавляющая волю. — Я — глава Бонтен. Мне тебя очень хорошо порекомендовали. Ты ведь знаешь, на что пошла? Саюри открыла рот, но он сам ответил: — Хотя… всё равно пути назад уже нет. Майки бросил взгляд на Санзу: — Принеси бумаги. — Уже, — кивнул тот, передавая папку. — Да, — твёрдо сказала она. — Я полностью понимаю и сознаю, куда попала. Майки взглянул на неё чуть внимательнее, коротко кивнул: — Это хорошо. Он пролистал документы, затем разложил перед ней и положил рядом авторучку. — Осталась только официальная часть вступления. Лишь немного повозиться с бумажками… Саюри без лишних слов взяла ручку. Роспись. Фамилия. Подпись. Дата. Снова подпись. Она заполняла всё с неожиданным воодушевлением — как будто заключала сделку с собственной тенью. Иногда задавала вопросы — чёткие, логичные. Иногда Санзу подсказывал. Майки почти не вмешивался, наблюдая, как новый механизм Бонтена встраивается в систему. И вот — всё. Документы лежали аккуратной стопкой. Майки не поднял головы, просто махнул рукой: — Всё. Теперь вы оба — за дело. Мне нужно работать. Санзу, не дожидаясь второго приказа, кивнул: — Пошли. Он слегка приобнял её за талию — не слишком настойчиво, но достаточно, чтобы почувствовать тепло его руки и показать кому она принадлежит. Она дернулась, но не вырвалась. Лифт. Холодный свет. Тишина, нарушаемая только тихим гулом движения вниз. — С каких пор я разрешала меня лапать? — прошипела она, вскинув на него взгляд. — А что, нельзя? — его голос был беззлобным, почти ленивым. — Я прям вспоминаю, как ты сегодня по одежде металась… И вот прям удержаться не могу. — Блииин… — Саюри зажмурилась, покраснев. — Я же сказала тебе забыть это!!! Он засмеялся. Ей показалось — по-настоящему. Так искренне, без надрыва. И этот смех, блять, ей даже нравился. Двери лифта открылись. Она стояла теперь уже по другую сторону — официально. Саюри, новая участница Бонтен. Помощница Санзу. Его тень. Его вызов. Они вошли в кабинет Санзу — просторный, но перегруженный бумагами и папками. Запах дорогого табака вперемешку с духотой и пылью — смесь, от которой начинало немного кружиться в голове. Саюри с нескрываемым удивлением огляделась: — Офигеть… и ты тут реально работаешь? — Ну, теперь уже мы, — поправил он, развалившись в своём кресле. — Тут будет и твой кабинет. Моя ассистентка должна быть рядом всегда — и в бою, и в бумажной рутине. Радуйся, теперь ты официально зарыта в бюрократию преступного мира. — Ммм… звучит как мечта всей жизни. И мы сейчас прям этим займёмся? — Угадала. Садись рядом, босс сейчас всё объяснит. Она с усмешкой плюхнулась на кожаное кресло, закинула ногу на ногу и сделала театральный поклон: — Принято, босс. Полностью в вашем распоряжении. Санзу начал объяснять, как заполняются внутренние отчёты, какие коды что обозначают и где нужно ставить подписи так, чтобы тебя не посадили, если дело раскроется. Саюри удивительно быстро схватывала суть — и вскоре они уже вдвоём сидели над ворохом папок, черкая, скрепляя, сортируя. К шести вечера у неё уже кружилась голова от цифр и терминов. — Пиздец… — выдохнула она, отбросив ручку. — Это было тяжело. И ты так каждый деньживёшь? Он хмыкнул, не поднимая глаз от последнего бланка: — Не каждый. Обычно я на зачистках по приказу Майки. Или транспортирую наркотики по точкам. А тут, знаешь, разнообразие: от пыток до бумажек. Саюри оживилась: — Ооо, а вот это уже интереснее. Значит, теперь и я буду участвовать во всём этом веселье? — Конечно. Ты же моя ассистентка. Боевая единица и ручка на подписях в одном флаконе. — Крутяк. Мне уже начинает нравиться. Он наконец откинулся на спинку кресла и взглянул на неё прищуренно: — Кстати. А как ты собираешься совмещать это с универом и прошлой работой? — Ну… с работой всё просто — уволюсь. А вот универ… — она закусила губу. — Думаешь, мне стоит бросать? — Это ж не мой универ, — пожал плечами Санзу. — Хочешь — бросай, хочешь — тащи двойную жизнь. Пока живая, всё в твоих руках. Саюри на секунду задумалась, потом резко изменила тему: — Ладно, а зарплата? Есть перспектива на светлое богатое будущее? — Ну… — он лениво потянулся, — ты ведь уже в ловушке. Назад пути нет. Так что… если тебя не убьют в первую неделю — то, в принципе, перспектива у тебя шикарная. — Окей… а зарплата? Он назвал сумму. Саюри зависла. Её глаза расширились, как у ребёнка в магазине игрушек. — ЭТО… это за месяц?! Он усмехнулся, как будто специально смаковал момент: — За день, малышка. Она шумно выдохнула, чуть не свалившись со стула: — Можно я останусь здесь навсегда?? — Уйти ты уже не сможешь. Даже если захочешь. Так что — да, до смерти ты официально с нами. — Урааа! Богатая жизнь обеспечена! Слава мафии! — скомандовала она, вскинув руку, будто сдаёт честь. Он хмыкнул и махнул рукой: — Пошли. У нас ещё одно дело сегодня. — Куда? — Тайное поручение. Ты со мной. — А что за поручение? — Увидишь, — отрезал он и уже выходил из кабинета.

***

По дороге в машине они разговаривали ни о чём. Странным образом оказалось, что у них много общего — сарказм, отвращение к глупым людям, любовь к тишине и мрачному юмору. Саюри даже поймала себя на мысли, что чувствует себя… спокойно. Несмотря на всё, что узнала сегодня. Машина остановилась возле полуразрушенного здания на окраине. Место, где даже крысы, казалось, оборачивались на звук шагов. — Это… подвал? — прошептала она, следуя за Санзу. — Угу. Смотри. Он включил тусклый свет, и лампа на потолке заскрипела, раскачиваясь. Свет разорвал темноту. В глубине помещения виднелся мужчина — связанный, привязанный к стулу. Рот заклеен. Взгляд — полный животного ужаса. — Ты же не из слабонервных, да? — бросил Санзу через плечо. Саюри усмехнулась: — За кого ты меня принимаешь? — Вот и славно, — он закурил сигарету с тем самым, уже знакомым, резким запахом. — Хааа, люблю кайф от этих сигарет. Точно не хочешь попробовать? — Может… в другой раз. — Как скажешь. — Он сделал длинную затяжку, выдохнул медленно, дым стелился по подвалу. — Ну, приступим. Мужчина вцепился глазами в Санзу, затрясся, начал хрипло вырываться из пут. Всё его тело дрожало, как у загнанного зверя. — Что мы будем с ним делать?.. — прошептала Саюри, чувствуя, как сердце в груди быстрее забилось. Санзу подошёл к стеллажу и выбрал инструмент — длинный, остро блестящий в свете лампы. В его глазах появился почти безумный огонёк. — Пытать. Он улыбнулся. Спокойно. Почти с нежностью. Саюри стояла, не двигаясь. Впервые — не просто на словах, а на деле — она поняла, что значит быть частью Бонтен. И путь назад… действительно закончился.