Часть 25

— Помни, что ты должен сделать

когда они недооценивают тебя,

когда они думают, что твоя мягкость —

это твоя слабость,

когда они считают твою доброту

своим преимуществом.

Ты пробуждаешь

каждого дракона,

каждого волка,

каждого монстра,

который спит внутри тебя,

и показываешь им на что похож ад,

когда он исходит от

благородного человека.

      

— Никита Гилл

      — Ты уверена, что маскировки будет достаточно? — с любопытством спросил Драко, наблюдая, как две ведьмы перед ним готовятся к миссии. Ему пришлось моргнуть еще раз, чтобы убедиться, что картинка перед ним не галлюцинация — Пэнси Забини, урожденная Паркинсон, стоит перед Гермионой Грейнджер, одной рукой приподнимая ее подбородок, а другой размазывая какое-то темное вещество по векам.              В ответ на его вопрос Пэнси просто оглянулась через плечо, бросив ядовитый взгляд.              — Поверь мне, приятель, — усмехнулся Блейз, положив руку ему на плечо, — лучше не задавать вопросов.              — Хороший мальчик, — хмыкнула Пэнси с выражением превосходства на лице.              Когда она снова обратила свое внимание на Гермиону, Драко приподнял бровь, заметив, что Блейз не спорит.              — Кто-то держит тебя на коротком поводке, Забини?              — Я считаю, дорогой Драко, что лучше покориться своей судьбе, — ответил он, бросив насмешливый взгляд на кудрявую ведьму, которая приоткрыла рот, пока Пэнси наносила яркую помаду на ее пухлые губы.              Драко сглотнул и отвел взгляд.       Он все еще не мог поверить, что Пэнси каким-то образом удалось уговорить Грюма и Кингсли не только поручить ей задание, но и согласиться на ее просьбу о том, чтобы Гермиона Грейнджер была ее напарницей в этом деле. К еще большему удивлению, Гермиона согласилась. Поначалу Драко пытался настоять на том, чтобы сопровождать их, оставаясь на безопасном расстоянии; в конце концов, он был напарником Гермионы. Блейз просто протянул ему фляжку огневиски и покачал головой, Пэнси одобрительно посмотрела на него, а Гермиона удивилась.       Единственное, что ему удалось узнать о предстоящей миссии — они выяснили, что там будет Мальсибер. Драко усмехнулся при мысли об одном из старейших Пожирателей смерти Волдеморта. Когда он был на Темной стороне, они никогда не сходились во взглядах, если их пути пересекались. Но даже Драко признавал, что мужчина был безжалостен и особенно увлекался беспомощными женщинами. Внутри все сжалось при мысли о том, что Гермиона и Пэнси могут столкнуться с ним лицом к лицу.              — Все готово! — прощебетала Пэнси, размашисто взмахнув палочкой и отступив на шаг, чтобы оценить свою работу.              Драко поднял глаза, часто моргая. Пэнси удлинила волосы Гермионы, выпрямила и уложила в прическу. Ее веки отяжелели, а черты лица заострились от использования косметики. Гермиона кашлянула и встала, пристально глядя на Драко. На ней было темно-зеленое платье, которое облегало фигуру, не оставляя простора для его предательского воображения. Драко почувствовал, что у него пересохло в горле — он немедленно призвал на помощь свою окклюменцию и отругал себя за такой поворот мыслей. Макияж определенно подчеркивал ее черты, но все же он не мог затмить образ ведьмы с растрепанными кудрями, естественным румянцем и широко распахнутыми огромными глазами, когда он заставал ее врасплох за чтением книги.              — Напомни мне еще раз, почему вы не можете просто использовать оборотное зелье? — сказал Драко, наконец взяв себя в руки.              Грейнджер и Пэнси действительно выглядели неузнаваемо, но он все равно волновался.              — Потому что это слишком рискованно, нам придется искать способ пить зелье каждый час. Кроме того, мы не знаем, приняты ли какие-либо меры против оборотного.              — Пэнси права, — вздохнула Гермиона. — Признаю, это не мой выбор, но мы выглядим достаточно неузнаваемо.              Драко нахмурился, когда Пэнси наложила чары на шрам на лице Гермионы так же, как и на предплечье.              — Драко, дорогой, чтобы очаровать мужчину, не нужна магия, — сказала Пэнси, глядя на свое отражение в зеркале и поправляя макияж.              Она загадочно улыбнулась Гермионе, и та покачала головой, словно не могла поверить, что согласилась на это.              — Что ж, нам пора идти — портключ скоро сработает, — сказала Пэнси, беря Гермиону за руку. — Мальчики, вы же знаете, как я люблю перекусить посреди ночи. Мы не задержимся надолго, но рассчитываем на закуски после того, как выполним миссию.              Драко вздохнул.              

***

             Гермиона и Пэнси переместились на окраину маггловского городка, расположенного где-то в Ирландии. Луна была скрыта облаками, окутывая все темным покрывалом, тускло освещая мокрые мощеные улицы. Пока они шли в тишине, ветер завывал в опустевших домах, словно отчаянный шепот призраков, которые когда-то там жили.       Всего через пару месяцев после битвы за Хогвартс знаменитый среди туристов маггловский городок подвергся нападению Пожирателей смерти. Вскоре после этого он был превращен в место развлечений. Магглам сказали, что там распространялась неизвестная болезнь, и с тех пор это место было изолировано.       Пока они с Пэнси шли дальше, Гермиона почувствовала, как в потайном кармане ее платья завибрировал телефон.              ДМ: Будь осторожна.              Гермиона медленно вдохнула, когда эти два слова всплыли в ее сознании.              ГГ: Буду.              — Как мило, — Гермиона вздрогнула, увидев сияющее лицо Пэнси, заглядывающее в телефон из-за ее плеча. — О, не будь такой, Грейнджер, — надулась она, когда Гермиона нахмурилась. — Драко Малфой ни с кем, кроме тебя, не ведет себя как властная наседка, — Гермиона фыркнула. — Не пойми меня неправильно, он все еще угрюмый ублюдок. Но он отправит меня в ад, если я верну тебя домой допустив, что хотя бы один волосок выпал из твоей густой гривы.              — Он мой напарник по миссиям, мы должны прикрывать друг друга, — Пэнси не ответила, только бросила на нее скучающий взгляд. — И мы… мы… друзья.              Гермиона покраснела от своего признания, но это было правдой. Драко ее друг, но не такой, как Джинни, или даже Гарри и Рон. Он знал, когда нужно ее выслушать, а когда оставить одну. Он с интересом слушал то, что она говорила, и не уступал ей по интеллекту, что никогда не переставало удивлять. Она чувствовала, что не нужно останавливать себя, когда восторженно рассказывала о теории, на которую наткнулась в ходе своего исследования, или о наполовину сформировавшейся идее для нового зелья. Даже в тишине, когда они просто сидели в библиотеке дождливым днем, читая или проводя каждый свои исследования, возникало странное чувство единения. Или долгие дни, когда на столе ее ждала чашка чая, или то, как он подкидывал ей идеи, побуждая взглянуть на проблему с точки зрения, которую она не рассматривала. Но бывали и более мрачные дни, когда он заставал ее запертую в своей комнате, неспособную встать с постели и сделать что-нибудь продуктивное. И хотя у него не было всех слов или ответов на ее вопросы, когда ей хотелось кричать в пустоту, он был рядом. Просто был рядом, молча держа ее за руку, позволяя ей прочувствовать все ужасные вещи, которые бушевали у нее внутри, потому что, даже если он не мог унять всю эту боль и травму, он не давал ей забыть, что она не одинока.       Гермиона судорожно вздохнула, почувствовав, как что-то в ее груди раскрылось.              — Мы на месте.              Гермиона моргнула, возвращаясь в реальность и глядя на дорогу, которая расширилась и превратилась в перекресток. Здание перед ними было ярко освещено и наполнено весельем — музыкой и смехом, звуками, которые она давно не слышала. Это никак не вязалось с темными холодными улицами. Когда они приблизились, до нее донесся запах алкоголя, дешевых духов и дыма.       Никто не заметил, как они проскользнули через боковой вход. Внутри царил водоворот красок: женщины, одетые в шелка и бархат, танцевали и выгибались на столах. Мужчины лениво развалились на ярких диванах, а некоторые женщины прижимались к их закутанным в черные одежды телам. Дым в воздухе превратил сцену в опиумный сон.              — Расслабься, Грейнджер, — прошептала Пэнси ей на ухо, нацепив застенчивую улыбку.              Гермиона попыталась подавить желание одернуть платье пониже, когда почувствовала, как множество взглядов скользят по ее фигуре.              — Привет, красавицы, — промурлыкал мужчина с сальными черными волосами. — Не хотите составить нам компанию?              Гермиона позволила Пэнси взять инициативу в свои руки, копируя ее хихиканье и хлопая ресницами. Мужчина ухмыльнулся, приобнял их обеих и повел к компании за столом.              — Что это там у тебя, Мандейр? — спросил светловолосый мужчина, курящий сигару.              Миниатюрная рыжеволосая девушка обвилась вокруг него, целуя в шею.              — Просто пара милых голубок, — ответил Мандейр, усаживая их по обе стороны от себя. — Учитывая твой успех в недавнем рейде, Мальсибер, предлагаю тебе выбрать первым.              Спина Гермионы напряглась, когда она увидела темноглазого мужчину с темными волосами и крючковатым носом, потягивающего из хрустального бокала что-то похожее на эльфийское вино. Он медленно наклонился вперед, ставя бокал на стол. Тонкие губы растянулись в улыбке, глаза впились в Гермиону, прежде чем скользнуть вниз по ее телу. Ведьма прикусила губу, чтобы скрыть отвращение от его похотливого взгляда.              — Никогда тебя раньше не видел, — ухмыльнулся он. Мандейр усмехнулся, больно схватив Гермиону за руку, прежде чем толкнуть ее на колени Мальсиберу. Пальцы того впились в ее бедро, и она дернулась, борясь с паникой, когда его руки обвились вокруг нее. — Бедная птичка, ты вся дрожишь. Вот, выпей.              Гермиона попыталась успокоиться, притворившись, что делает глоток, когда он поднес бокал к ее губам. Она поймала взгляд Пэнси, которая прислонилась к плечу Мандейра, и в ее глазах читались беспокойство и предостережение. Гермиона незаметно кивнула, заставляя себя расслабиться и улыбнуться, когда прислонилась к Мальсиберу. Нужно найти способ остаться с ним наедине и вытянуть информацию. К счастью, мужчины были отвлечены, обмениваясь историями и жалобами, пока женщины наполняли их бокалы.       Она кормила Мальсибера виноградом, когда заметила, как один из мужчин крепко схватил девушку, сидящую у него на коленях, за запястья и поцеловал в шею. Несмотря на хриплый смех, Гермиона заметила в ее глазах неподдельную панику. Она была очень милой — светлые волосы, уложенные мягкими локонами, высокие скулы и хорошо сложенное тело.              — Давай, любимая, — невнятно произнес мужчина, — с такими сиськами ты просто напрашиваешься на это. Не волнуйся, ты получишь свою плату, маленькая шлюшка.              Гермионе стало дурно, когда Пожиратель смерти резко схватил девушку за грудь, отчего та вскрикнула. Казалось, это только раззадорило его еще больше.       Даже не успев подумать, что она делает, Гермиона опрокинула один из кувшинов, облив мужчину вином.              — Мне так жаль! — выдохнула Гермиона.              — Ты бестолковая сука, — прорычал тот, замахиваясь рукой.              Гермиона упала на пол, держась за щеку, чувствуя, как из носа течет струйка крови.              — Ну-ну, Сорос, зачем портить хороший товар? — протянул Мальсибер.              Прежде чем Гермиона успела приподняться, худые, но сильные руки потянули ее вверх.              — Давайте я отведу ее в подсобку, приведу в порядок, и она будет как новенькая! У мадам есть кое-какие припасы в кладовой, — зрение Гермионы прояснилось, и она поняла, что это светловолосая девушка помогает ей подняться.              — Я помогу им, — услышала она, и Пэнси, пошатываясь, подошла к ней с другой стороны. — Мы все исправим, обещаю — подмигнула мужчинам Пэнси.              Те с недоверием глянули на них, но, увидев окровавленное лицо Гермионы, усмехнулись и кивнули, прежде чем вернуться к своему разговору.              — Ты в порядке? — спросила блондинка, как только они добрались до маленькой пустой подсобки.              Гермиона просто кивнула, когда девушка промокнула ей лицо салфеткой. Она моргнула, оглядывая крошечную комнату, стены которой были увешаны полками. Когда кровь, наконец, была смыта, Пэнси воспользовалась волшебной палочкой, чтобы исцелить ее лицо, а также поправить прическу и макияж.              — Вы обе нездешние, не так ли?              Пэнси и Гермиона замерли.              — Все в порядке, я ничего не скажу, — слабо улыбнулась девушка. — Но вас не должно здесь быть. Я работала на мадам еще до того, как Пожиратели смерти захватили власть, и здесь небезопасное место для новичков в этой профессии, поскольку они наводнили заведение.              — Мы здесь, чтобы получить информацию, — осторожно произнесла Пэнси.              Глаза девушки расширились.              — Бриджит, меня зовут Бриджит, — ее пальцы дрожали. — Я сквиб, и я работаю здесь с тех пор, как моя семья прогнала меня.              — Как они тебя здесь держат? — спросила Гермиона, чувствуя, как внутри нее разгорается гневный огонь.              — У большинства из нас магические контракты на крови с мадам, заключенные еще до войны. Но еще больше людей обращаются сюда за защитой с тех пор, как Сами-Знаете-Кто пришел к власти. Даже если контракты будут разорваны, нам больше некуда идти. Мир — небезопасное место для девушки с красивым личиком, независимо от того, идет война или нет, — печально улыбнулась она.              Гермиона взглянула на Пэнси, глаза которой блестели от непролитых слез и гнева. Это была другая сторона — не только войны, нет, но и мира вообще. Девушки, которых заставили служить, чтобы выжить. Это была полная катастрофа, как мир стыдил женщин за то, что они красивы и вынуждены делать что угодно для выживания. Потому что единственное, что было постыдным, — это общество, создавшее среду, в которой молодые девушки должны были раздвигать ноги изо дня в день, просто чтобы выжить, называющее их шлюхами или потаскухами, при этом закрывая глаза на мужчин, которые платили за услуги.              — Неужели мы никак не можем вас вытащить? Помочь тебе и остальным? — спросила Пэнси с очень гриффиндорской решимостью на лице.              — Никто из нас не умеет сражаться. Лучше оставаться здесь. Единственное, что могло бы помочь, — это закончить эту войну. По крайней мере, тогда мадам смогла бы вернуть контроль над ситуацией, а Пожиратели смерти не стали бы делать все, что им заблагорассудится, — Бриджит сглотнула. — Вы ведь для этого здесь, верно? Чтобы положить конец войне?              Гермиона медленно кивнула. На лице девушки появилось решительное выражение.              — Я хочу помочь.              

***

             — Как насчет того, чтобы уединиться? — прошептала Гермиона на ухо Мальсиберу.              Они с Пэнси и Бриджит убедились, что все мужчины пьяны. С тех пор как три ведьмы вернулись за стол, ее переполняла жгучая ярость. Гермиона уверенно погладила Мальсибера по груди, ее глаза горели злобным намерением.              — Не позволишь нам присоединиться? — промурлыкала Пэнси, сидя на коленях у Мандейра.              Пожиратели смерти, продолжая блуждать руками по девичьим телам, обменялись пьяными взглядами, в которых явно читалась тошнотворная похоть.       Гермиона захлопала ресницами, окидывая взглядом Мандейра. Вместо того, чтобы испытывать неловкость и дискомфорт, после разговора с Бриджит она почувствовала себя еще более уверенно — в конце концов, это было ее тело. Наконец-то она начала понимать, о чем говорила Пэнси; в женском образе была какая-то сила — она поняла, что это само по себе оружие, когда изображала хрупкую девушку в этом логове разврата.       Гермиона выпятила грудь и схватила Мальсибера за руку, прежде чем он успел дотронуться до нее.              — Может быть, в комнату? С моей симпатичной подругой? — Гермиона прикусила губу, изображая невинность, и взглянула на Пэнси.              Зрачки Мальсибера расширились, когда он с трудом поднялся на ноги, обняв ее за плечи. Гермиона протянула руку Пэнси, которая резко улыбнулась ей в ответ и потянула Мандайра за собой. Прежде чем они вошли в одну из отдельных комнат, Гермиона оглянулась через плечо на Бриджит, и та кивнула в ответ.       Они вошли в темное помещение, стены которого были задрапированы дешевым красным бархатом и темные деревянные двери закрылись за ними. В камине горел слабый огонь.              — Это правда, что Темный лорд прислушивается к тебе? — прошептала Гермиона.              Пэнси хихикнула.       Мальсибер ухмыльнулся, усаживаясь в одно из кресел и притягивая ее к себе на колени. Пэнси и Мандайр устроились напротив.              — Я одно из самых доверенных лиц Темного Лорда, — с гордостью сказал Пожиратель. Он взял бокал с вином, который налила Гермиона. — Он поручает мне выполнять конфиденциальную работу.              — О? — Гермиона замурлыкала. Она бросила взгляд на Пэнси, которая снова наполняла бокал Мандера. — Я слышала, он доверился лорду Малфою. Он был псом Темного лорда, не так ли?              Ее слова, казалось, возымели действие, поскольку лицо Мальсибера окаменело, а руки сжались в кулаки.              — Темный Лорд никогда не доверял этому предателю крови так, как мне, — и правильно, учитывая, что он переметнулся на другую сторону. Род Малфоев, моя дорогая, пришел в упадок с тех пор, как Люциус разочаровал Темного лорда. Драко Малфой, возможно, и поднялся по служебной лестнице, но все, чем он когда-либо был, — это трусливый ублюдок с мелким недоноском, — от души рассмеялся он.              Гермиона заставила себя расслабиться, умерить ярость от его слов и желание защитить Драко и Скорпиуса.              — Значит, Темный Лорд доверяет тебе? — выдохнула Гермиона, проведя руками по его бедрам, чувствуя, как мужское тело вздрогнуло от ее прикосновения.              Она была близко, так близко.              — Да, — невнятно пробормотал он. Гермиона уговорила его выпить еще. — На самом деле, он поручил мне выполнить конфиденциальное задание. В Цистринском лесу, к северу от Альпийских гор, есть змея, — усмехнулся он, опустив глаза, когда вино подействовало. — То, чего жаждет Темный Лорд.              Гермиона взглянула на Пэнси, у которой на коленях лежал без сознания Мандер. Они обменялись взглядами, запоминая информацию.       Прежде чем Гермиона смогла узнать больше, двери распахнулись. Рука Гермионы задрожала, когда на пороге появилась Беллатриса. Ведьма усмехнулась, полностью сосредоточив взгляд на Мальсибере и Мандайре.              — Что тут у нас? — она вошла в комнату, и явственный треск, подобный разряду молнии, наэлектризовал атмосферу. Она излучала силу — неукротимую и необузданную силу, которую Гермиона так хорошо знала. Она выглядела еще хуже, еще более неуравновешенной, чем в последний раз, когда Гермиона видела ее. Лицо Лестрейндж было бледным, волосы в беспорядке падали на темные глаза. В ней было что-то… странное. — Решили немного повеселиться, да?              Гермиона сползла с колен Мальсибера и съежилась на полу, когда Беллатриса с важным видом шагнула вперед и ударила того по лицу. Пожиратель вздрогнул, в его глазах был неподдельный страх, а ведьма дико улыбнулась.              — Беллатриса, у меня был небольшой перерыв перед тем, как заняться заключенными…              Он замолчал, когда по комнате пронесся смех, даже Гермиона вздрогнула, пытаясь стать невидимой.              — Перерыв? Неужели служение Темному Лорду — такая уж трудная задача, — спросила она жутким высоким голосом. — Но, конечно, вам, мужчинам, нужно согреть свои члены, — Беллатриса снова рассмеялась, как будто это была самая веселая вещь в мире. — Не можешь контролировать свой член? Ты ничем не лучше грязных псов, раб своих желаний, — говорила она, закрыв глаза и поглаживая палочку. — Неудивительно, что я правая рука Темного Лорда. Служба ему превыше телесных желаний, я ставлю его выше себя, потому что он — единственное, что нам нужно, — тихо сказала она. Благоговейно.              — Беллатриса…              — Круцио! — Гермиона напряглась, но только услышала громкий крик Мальсибера, эхом сливающийся в симфонии со смехом Беллатрисы.              Гермиона посмотрела на Пэнси, чтобы убедиться, что с ней все в порядке — та была бледна, выглядывая из-за бесчувственного тела Мандейра.       Прежде чем Беллатриса успела повернуться и посмотреть на них, ее внимание привлек какой-то звук из главного зала. Беллатриса резко повернула голову, увидев Бриджит в дверном проеме. Та немедленно упала на колени и съежилась.              — Миледи…              — В чем дело, девчонка? — Беллатриса направила палочку на шею Бриджит, приподняв ее подбородок.              — Драка. Там драка.              Беллатриса зарычала, выходя из комнаты. Бриджит немедленно посмотрела на Пэнси и Гермиону и с облегчением кивнула им.              — Что?.. — Мальсибер захрипел, пытаясь подняться.              Но не успел он этого сделать, как Гермиона ударила его кулаком в лицо. Она плюнула в него и, шатаясь, отошла в сторону. На костяшках ее пальцев определенно останутся синяки, но удовольствие того стоило.              — Пэнси, пойдем отсюда, — сказала она, глядя на напарницу, на лице которой играла озорная улыбка.              

***

             В главном зале царил полный хаос. Женщины разбегались и прятались, выкрикивая заклинания. Мужчины дрались вслепую, пытаясь добраться до кого могли. Беллатриса стояла в центре схватки, с яростным выражением лица она проклинала всех, кто попадался на ее пути. Гермиона и Пэнси осторожно вышли через заднюю дверь, стараясь не привлекать к себе внимания.              — Подождите!              Пэнси повернулась к Гермионе, увидев в дверях взволнованную Бриджит.              — Ты не пойдешь? — спросила Пэнси.              Девушка посмотрела на них, затем на безумие, царившее позади нее.              — Я не могу. Не могу оставить девочек здесь.              — Бриджит… — с болью в голосе произнесла Гермиона.              Ей хотелось забрать их всех отсюда прямо сейчас. Прежняя Гермиона предприняла бы какую-нибудь смелую попытку. Но это было слишком рискованно. Ее мучило чувство вины за то, что ей приходится оставить девушек. Пока что.              — Я знаю, — вздохнула Бриджит. — Но мое место здесь. На данный момент. Когда придет время, мы сбежим. Но будет слишком подозрительно, если мы исчезнем сейчас, и мы не готовы.              — Хорошо, но мы вернемся за вами. Просто дай нам знать, когда будете готовы, — серьезно произнесла Гермиона.              Взгляд Бриджит смягчился, и она притянула Гермиону и Пэнси в объятия.              — Обязательно, — выдохнула она. — Спасибо. Не только за предложение, но и за то, что показали нам, что мы можем вернуть себе немного контроля.              Отстранившись, Пэнси усмехнулась. Три девушки мгновение смотрели друг на друга, позади них бушевал хаос, а свет полной луны, вышедшей из-за облаков, падал на их лица. В них чувствовалась солидарность и понимание, несмотря на то, что они шли разными путями. Что-то пробудилось в каждой той ночью, чувство контроля над своей жизнью, своим телом, которое не мог отнять ни один мужчина. Бриджит улыбнулась, прежде чем исчезнуть в беспорядке, который они устроили, как раз в тот момент, когда Пэнси и Гермиона растворились в тени.              

***

             Ночной воздух охлаждал их разгоряченные лица, когда они, спотыкаясь, забрели в темный переулок. Как только они начали пробираться к месту аппарации, позади раздался мужской голос.              — Заблудились, милые? — к ним приблизились три фигуры.              — Не бойся, мы обещаем не кусаться.              Гермиона и Пэнси переглянулись — им нужно выбираться отсюда. Если они задержатся еще немного, их могут поймать. Гермиона покачала головой, когда Пэнси потянулась за волшебной палочкой — они могли бы справиться с мужчинами, но это было слишком рискованно, если их бессознательные тела обнаружат. Конечно, можно наложить Обливиэйт, но у них нет времени, особенно если появятся другие Пожиратели. Было безопаснее позволить поверить, что девушки боятся.              — Беги, — одними губами произнесла Гермиона, прежде чем схватить Пэнси за запястье и потащить ее по улицам.              Мужчины, вялые от алкоголя, что-то кричали им вслед. Они петляли по переулкам, едва не поскальзываясь на грязных лужах и битом стекле.              — Вон там, — прохрипела Пэнси, когда они приблизились к окраине города.              Мужчины все еще бежали за ними, свистя и выкрикивая непристойности.       Они проскочили через границы антиаппарационного купола, радуясь, что темнота и шум драки скрывают резкий звук перемещения.       Гермиона ахнула, когда они упали на землю недалеко от безопасного дома. Ведьмы лежали, растянувшись на траве, чувствуя, как адреналин бежит по их венам, они посмотрели друг на друга с раскрасневшимися лицами и блестящими глазами и рассмеялись.              — Молодец, Гермиона.              — Как и ты, Пэнси.              Пэнси улыбнулась в ответ, и в ее глазах появилось почти нежное выражение, прежде чем она моргнула, и оно стало озорным. Она села и отряхнулась с загадочным выражением на лице.       Гермиона последовала ее примеру и выгнула бровь.              — Что ты делаешь? — спросила она, увидев, как Паркинсон запустила руку в декольте.              — Ничего, — промурлыкала Пэнси, доставая блестящий предмет размером с таблетку.              Прежде чем Гермиона смогла продолжить расспросы, Паркинсон взмахнула палочкой и увеличила бутылку с алкоголем.              — Пэнси!              Не обращая внимания на ее крики, ведьма открыла бутылку и сделала большой глоток.              — Да ладно тебе, Грейнджер, — она закатила глаза, — не будь такой занудой! Я очень горжусь тем, что мне удалось утащить это прямо из-под носа у того грязного придурка.              И вызывающим видом протянула ей бутылку. Гермиона поджала губы, затем вздохнула. Пэнси улыбнулась, когда она сделала большой глоток.              — Отвратительно, — закашлялась Гермиона, алкоголь обжег ей горло.              — А вот и наша маленькая смелая Гриффиндорка.              Пэнси подняла бутылку, но прежде чем успела сделать глоток, ее выхватили у нее из рук. Она удивленно повернулась к ведьме, увидев, что та подносит бутылку к своим губам.              — Если я собираюсь терпеть твое общество, Пэнси, мне нужно немного больше алкоголя в организме, — усмехнулась Гермиона.              — Ауч! Напомни мне, почему тебя не распределили в Слизерин? — прошипела Пэнси, выхватывая бутылку обратно. — Правда, в тебе есть немного яда, Грейнджер.              Они снова посмотрели друг на друга, прежде чем разразиться смехом.              

***

             — …правда, приятель, все, что ты делаешь…              — Что это было? — Драко нахмурился.              Блейз замолчал на полуслове, когда они увидели, как дверь библиотеки открылась, и за ней показались две очень грязные, очень пьяные ведьмы, хихикающие, и с огромной бутылкой алкоголя между ними.       Драко и Блейз встали.              — Вы что…              — Цуккини! — Пэнси и Гермиона закричали одновременно, а затем разразились смехом.              Драко растерянно переглянулся с другом.              — Простите? — спросил Блейз, качая головой и подходя к жене.              — Да, ты! — Гермиона усмехнулась, отряхивая грязь с лица.              Чары исчезли. Ее волосы снова были кудрявые. И шрам на лице тоже вернулся.              — И что я сделал? — Блейз усмехнулся, осторожно забирая бутылку из рук Пэнси.              — Ты, Блейз Цуккини, — Драко фыркнул, а Гермиона хихикнула, — прекрасный муж, но правда, почему «Забини» звучит как «Цуккини»?              — Я не знаю, дорогая, — ухмыльнулся Блейз, убирая бутылку, когда Пэнси бросилась к нему в объятия. — Но мы с Драко приготовили немного тушеного мяса, оно под чарами стазиса, как ты и велела.              Гермиона прислонилась к дверному косяку, улыбаясь, когда Пэнси положила голову на грудь Блейза.              — Ммм, может быть, завтра, — пробормотала та. — Прямо сейчас я хочу цуккини. Очень большой цуккини, — мечтательно произнесла она, и на ее лице появилось многозначительное выражение.              Драко поперхнулся.              — Меня сейчас стошнит.              Гермиона рассмеялась, прикрыв рот рукой. Драко посмотрел на нее.              — Что ж, миссис Забини, я был бы рад услужить, но вы совсем пьяны, — ответил Блейз, нежно улыбаясь ей в ответ. — Как насчет хорошей ванны и массажа спины?              Сердитое личико Пэнси стало задумчивым.              — Драко, позаботишься о Грейнджер? — спросил Блейз, вытаскивая палочку.              Гермиона поспешно выпрямилась при его словах. Ей не нужна ничья помощь. Она справится, даже если выпила слишком много, спасибо большое.              — Я хочу, чтобы вы знали, мистер Цуккини, что…              Гермиона сделала шаг вперед, но предательский пол намеренно ушел у нее из-под ног. Она приготовилась упасть, смиряясь со своей судьбой. В конце концов, она так устала.              — Что.? — пробормотала она, приоткрыв веки и заметив, что еще не почувствовала холодного пола под своим бедным лицом.              Следующее, что она осознала, — что рука, держащая ее за плечо, осторожно потянула вверх.              Выпрямившись, Гермиона повернулась и поймала на себе удивленный взгляд серебристых глаз.              — Я разберусь, — ухмыльнулся Драко, и Гермиона сердито посмотрела на него.              — Пока, дорогие! — Пэнси икнула, прежде чем они с Блейзом исчезли.              Гермиона пошатнулась, снова обретая равновесие.              — Я пойду спать, — пробормотала Гермиона.              Уголки губ Драко дрогнули, и, несмотря на протесты, он тихо повел ее в комнату, положив руку ей на поясницу. Гермиона почему-то занервничала, не в силах перестать украдкой поглядывать на него.       Как только они подошли к двери ее спальни, Гермиона обернулась и, моргая, посмотрела на него. Драко склонил голову набок, словно ожидая, что она заговорит.              — Я полагаю, все прошло хорошо? — тихо спросил он, когда она ничего не сказала.              Он нахмурился, прежде чем протянуть руку и смахнуть пылинки с ее щеки. Гермиона сглотнула.              — Да, мы узнали кое-какую полезную информацию. Отчет должен быть готов к завтрашнему дню…              Драко раздраженно оборвал ее.              — Только ты, Гермиона Грейнджер, можешь продолжать говорить об отчетах, будучи совершенно пьяной.              Гермиона вздернула нос и скрестила руки на груди.              — Да будет тебе известно, что я вполне способна написать отличный отчет, даже будучи пьяной.              Драко покачал головой и тихо рассмеялся, прежде чем пробормотать что-то о пьяных дотошных ведьмах себе под нос.              — Никто не заставляет тебя иметь дело с пьяными дотошными ведьмами, Малфой.              Драко закатил глаза.              — Кто-то же должен позаботиться о тебе, Грейнджер.              У Гермионы перехватило дыхание. Она покраснела и отвела глаза от его пристального взгляда.              — Я могу сама о себе позаботиться, — прошептала она.              Но это вышло не так решительно, как она хотела.       Драко глубоко вздохнул, слегка улыбаясь, но не глядя ей в глаза.              — Я знаю.              Он открыл рот, как будто хотел сказать что-то еще, но заколебался. Вместо этого он отступил от нее.              — Поспи немного, Гермиона.              — Да, — выдохнула она, воздух между ними сгустился.              Она медленно повернулась и приоткрыла дверь своей спальни.              — Спокойной ночи, Гермиона, — тихо раздалось у нее за спиной.              — Спокойной ночи, Драко.              Гермиона оглянулась, но он уже ушел.