Глава 21. Часть 1

      Глава 21. Всё тот же (Неудачник). Часть 1              Солнце еще не поднялось достаточно высоко, чтобы заглянуть из-за многоэтажных зданий, оставляя улицы внизу залитыми синей тенью. Он ушел из дома пораньше, чтобы не конкурировать с детьми из начальной школы, которые, несомненно, будут там рано после обеда, после занятий… но он бы предпочел справиться с этим смущением, чем неловко топтаться за девушкой.              Она была его ровесницей и, вероятно, тоже скоро должна была идти на занятия… хотя он не мог определить, из какой местной школы ее форма. Вместо того чтобы спешить, чтобы успеть вовремя (если она училась за городом, то она уже опаздывала), она медленно шла перед автоматом с гачапонами, установленным снаружи магазина.              Она была там, когда он прибыл, присев и пристально разглядывая капсулы внутри. Ее хвост был поднят, чтобы ее длинное черное пальто не касалось земли. Он отвел глаза, чтобы его не поймали за разглядыванием, и зашел в магазин, задержавшись у стойки с журналами, пока она заканчивала.              Он не был скрытным, перелистывая несколько страниц Джамп, после этого он взглянул наружу, чтобы проверить, она все еще там.              Она была. Снова Джамп.              Его руки начали потеть. Ему нужно было только один раз воспользоваться автоматом. Он даже не стал пытаться получить секретный супер-редкий ограниченный брелок Всемогущего… он знал, что его одержимость героями беспокоит его маму… он просто хотел что-нибудь из серии, поскольку Всемогущий никогда раньше не сотрудничал с этой компанией игрушек.              Хотя он не стеснялся того, как обожал Всемогущего, одна мысль о том, что девушка знает глубину его одержимости, была достаточной, чтобы он съежился в черную дыру смущения. Хуже того, судя по тому, что он мог видеть из-за стекла магазина, она была довольно милой. Он бы выглядел как извращенец, если бы попытался пробормотать ей хоть слово.              Но… что-то щекотало в задней части его разума, шепча, что он должен помнить ее откуда-то. Телешоу? Может, новостной репортаж? У нее была примечательная внешность… ярко окрашенные двухцветные волосы, а также рога и хвост… и чем дольше он смотрел, тем более знакомой она ему казалась.              Он вернул журнал на стойку и достал телефон. Скоро начнутся занятия.              «Подожди, это не должно быть неловко», его мысли становились отчаянными, полными надежды и слегка бредовыми. Она смотрела на тот же автомат, который он хотел использовать. Может, она хотела какой-то брелок? Или она покупала его для кого-то другого! Если так, то он идеальный человек, чтобы помочь ей. Он все знал о героях, не только о Всемогущем! Да! Что может быть хуже, если он первым заговорит с ней? Она тоже поймет, что кто-то ждет за ней… не то чтобы он хотел давить на нее, чтобы она закончила! Это не так уж важно. И он мог бы обменяться с ней, если бы получил тот, который ей нужен… он не был бы привередливым! В конце концов, герои ставят других выше себя! И каждый раз, когда она будет смотреть на брелок, она будет думать о нем…              Он тряхнул головой, пытаясь смахнуть румянец с лица. Просто прошло много времени с тех пор, как он мог говорить о своих интересах с друзьями. Не с тех пор, как Каччан…              «Занизь ожидания. Всем нравятся герои, я могу просто спросить, кто ее любимый. Может, она пытается получить брелок с Ястребом, многим девушкам он нравится!»              Как раз когда он набирался смелости, чтобы выйти из магазина, она медленно вставила монету и повернула ручку. Он снова посмотрел на свой телефон, чувствуя облегчение. Наконец-то! Он побрел к выходу, давая ей достаточно времени, чтобы закончить. Он вышел за дверь как раз вовремя, чтобы увидеть, как она выхватывает предмет с верхушки автомата и, пройдя мимо него, входит в магазин.              Он напрягся, когда она мельком взглянула на него, надеясь, что его не поймали за разглядыванием… но ее лицо было безразличным. Как если бы она могла бы смотреть на линию краски на дороге или на кирпичную стену.              Быть незаметным имело свои преимущества.              Он попытался сдержать видимое волнение, когда наконец оказался лицом к лицу с автоматом для гачапонов и множеством скрытых пластиковых статуэток его любимого героя. Конечно, он видел все промо-материалы, но было что-то, что активировало его нервы отаку, когда он был близко к настоящему мерчу. Ожидание росло с каждой монетой, брошенной в слот, с каждым поворотом ручки. Он лишь кратко зарегистрировал уход девушки из магазина… все еще будучи гипер-осведомленным о ее присутствии… прежде чем вернуться в фанбойский рай.              Когда он наконец протянул дрожащую руку к диспенсеру, глупая улыбка сползла с его лица. Там было две капсулы. Машина сломалась? Он подумал о девушке и о том, как пристально она смотрела на автомат. Она ведь не оставила бы свой приз, правда?              Он схватил две капсулы и встал, размышляя, стоит ли ему попробовать найти ее и… его руки снова начали потеть.              Поговорить с ней? Ух. Он собрал всю свою смелость, чтобы поговорить с ней всего на мгновение, но потребовалось бы чудо, чтобы ветер вернулся в его паруса. Это, вероятно, была просто вина машины, что дала ему две, и она, вероятно, ушла слишком далеко, чтобы он мог найти ее снова…              Он тряхнул головой. Нет, он не должен брать то, что ему не принадлежит. Герой уже вернул бы его.              «По крайней мере,» подумал он, «я не открою ту, которая, как я думаю, ее».              Прежде чем он успел быстро пройти в ее направлении, громкий кашель из переулка рядом с магазином остановил его на месте. Когда он продолжился через несколько секунд, он осторожно заглянул за угол.              Улицы города посветлели за то время, что он ждал, но переулок все еще был залит тенью. Там девушка, согнувшись пополам между мешками с мусором и выброшенными картонными коробками, ее тело сотрясали такие сильные приступы кашля, что она выглядела как кошка, которая пытающаяся вырвать.              Его взгляд упал на предмет в ее руках. В темном переулке мягкое свечение выделялось, как вырывающийся палец.              Зажженная сигарета.              Когда он снова посмотрел вверх, она смотрела на него.              Его желудок сжался.              Она выпрямилась, вытирая плевок с лица и направляя на него улыбку.              — Ты застал меня.              Она подождала, глядя на него с ожиданием. Вероятно, давая ему время заговорить, но его рот был сухим, он не мог даже глотнуть. Сигарета все еще горела. Клубы дыма обвивались мимо ее лица. Мягкий свет смягчал изгибы ее лица, делая ее еще более юной. Он отражался в ее глазах, придавая им неестественное сияние.              — Ты студент? Конечно, ты в форме… может, из Альдеры?              Он напрягся, и она подняла бровь. — Не будь так шокирован, я ведь гений. А такие умные люди, как я, постоянно нарушают правила. — Она наклонила голову. — Ты расслабляешься время от времени? Пропускаешь школу? Задерживаешься допоздна? Ты кажешься очень правильным парнем… — Ее улыбка вернулась. — Ты хочешь измениться? Поэтому ты последовал за мной?              Он чуть не подпрыгнул, когда она подошла к нему. Несмотря на ее очаровательную улыбку, он не мог произнести ни слова. Он даже не мог открыть рот. Миллион разных нейронов сработали одновременно… каждый возможный логический курс действий перекрывал друг друга. Все, что он мог или хотел сказать, превратилось в непонятную мешанину слов, которую он не мог надеяться выплюнуть.              Кто ты? Ты учишься здесь где-нибудь поблизости? Ты в порядке, тебе нужна помощь? У меня в сумке есть бутылка воды… я ее не использовал! Я опаздываю в школу, пожалуйста, отпусти меня. Курить незаконно… но я никому не скажу! Но это вредно для здоровья! Ах, ты, наверное, и так это знала, прости! Но, пожалуйста, перестань курить!              Из его горла вырвалось лишь несколько сдавленных, булькающих звуков.              — Ты застал меня одну в темном переулке… так почему же выглядит так, будто ты тот, кто напуган? Будто увидел привидение.              Мидория отвел от нее взгляд. Всемогущий не стал бы пугаться девушки… какой бы милой она ни была! Мысль о его герое дала ему силы заговорить. — Я… я не… я просто хотел убедиться, что с тобой все в порядке.              — Какой джентльмен.              Она была близко. Когда он поднял взгляд, она была прямо перед ним, большие глаза поглощали его поле зрения.              — А-а! — Он отпрыгнул, спиной ударившись о стену позади него. Она засмеялась, и это звучало так искренне, что на мгновение развеяло окружавшую ее пугающую ауру. Но потом она посмотрела на него и продолжила свой подход.              — Можешь оказать мне услугу? — спросила она, когда между ними осталась всего лишь ладонь. Его сердце колотилось в груди. Она была немного ниже, и ей приходилось наклонять голову, чтобы посмотреть на него… они были так близко.              — Чт-что? — пропищал он, отводя глаза.              — Пригни немного колени, сделай себя ниже меня.              — Э?              — Я сказала, пригни колени.              Он сполз по стене. Если бы у него хватило смелости встретиться с ней взглядом, они были бы на одном уровне. Сквозь пелену тревоги, смущения и волнения он ненадолго задумался, какая у нее причуда.              Краем глаза он увидел, как ее рука приблизилась к его лицу. — Закрой глаза.              Что-то происходило. Что происходило? Он не знал. Его руки были слишком потными для чего бы то ни было, они были сжаты в кулаки по бокам. Сигарета все еще горела в ее руке. Она была достаточно близко, чтобы он чувствовал запах, и он сопротивлялся желанию кашлять, поскольку дым забивал ему ноздри. Он не должен быть так близко к девушке! Они даже не знали друг друга…              — Поверь мне, первый раз лучше, когда глаза закрыты.              Его глаза резко закрылись. — Э-это не твой первый раз?              — Хм, нет~              Действительно? С каким типом правонарушительницы он имел дело? Странно, что она носила пальто с формой… он никогда не видел, чтобы школьная форма включала что-то подобное… и ее волосы были натурально двухцветными? Может, у нее даже были пирсинг… он был слишком нервным, чтобы проверить. Он чувствовал, как ее рука парит рядом с его лицом, словно отвечала за то, что его щеки так сильно горели.              Не успел он сказать… «Подожди! Я не готов к такому!»… как почувствовал, как что-то коснулось его губ.              Его глаза распахнулись, и он услышал щелчок затвора ее смартфона. Он открыл рот, и из его губ выпала зажженная сигарета… та, которую она держала. Она упала в лужу, оставшуюся от вчерашнего дождя, и погасла с шипением.              Она отошла на небольшое расстояние, чтобы рассмотреть фотографию. Заметив, что он смотрит на нее, она улыбнулась и перевернула свой смартфон, чтобы он мог его увидеть.              — Получилось отлично, спасибо, что помог мне.              Там была его фотография, с широко раскрытыми глазами и глуповатым выражением лица. У рта была зажата сигарета, из зажженного конца вились клубы дыма.              Ее ухмылка стала шире, когда она снова посмотрела на нее. — Ты выглядишь как детеныш животного. Очень мило.              — Я не… понимаю. Почему? — Он не затягивался, но едкий запах сигарет все еще витал в его ноздрях.              Ее веки опустились, брови слегка нахмурились. Он сглотнул. Этот взгляд был ему знаком. — Мы с тобой… — медленно сказала она, — …курили сигарету вместе.              — Я не…              — Мы оба совершили небольшую ошибку в суждении и предались небольшому девиантному поведению. Ты и я, у нас секрет, который мы разделяем.              Он сглотнул. Капля пота скатилась по его лицу.              — Теперь пообещай мне, что ты никому не расскажешь о том, что мы здесь сегодня сделали.              Он мог только смотреть, разум коротко замыкался. Все, чего он хотел, это проверить, кто кашляет… как же это все так могло закончиться?              В мгновение ока она снова приблизилась, рука была прижата к стене рядом с его головой. Ее рука преграждала ему путь к бегству. — Теперь мы как будто одинаковые, только у меня есть доказательства. — Она помахала телефоном перед его лицом. — Понял? Если ты попытаешься кому-нибудь рассказать о том, что видел, я выставлю это напоказ… мы оба пойдем ко дну. — Она попыталась улыбнуться, но она исказилась в гримасу. — Если ты надеялся вымогать у меня что-то… тебе не повезло.              — Это я подвергаюсь шантажу!              — Но я просто хотел убедиться, не нужна ли тебе помощь… — ему наконец удалось выдавить полноценное предложение.              — Ты думаешь, что ты бы мне помог?              — Я… я…              — Может, ты хотел, чтобы я ползала у твоих ног… о, спасибо, дорогой незнакомец, ты меня спас! Я стану твоей девушкой, используй мое тело, как захочешь!              Его лицо раскраснелось. — Это не так..!              — Фу! — Она высунула язык. — Ты не помог бы, ты просто усложнил мне жизнь. Я не могу позволить себе быть исключенной… и это полностью разрушит мою репутацию. Милые девушки не курят, а я воплощение милости. — Из ее горла вырвался мокрый, гортанный звук, и она сплюнула сгусток мокроты на тротуар. Затем она улыбнулась ему. — Верно?              — Д-да… — Ну, он так и думал.              — Так что… — она другой рукой погладила его по голове, накручивая прядь волос на палец. — …ты обещаешь мне, что никому не расскажешь об этом? — Когда он ничего не ответил, она продолжила. — Мне нужно только «да» или «нет».              — Да… кх…              Она улыбнулась и снова погладила его по голове. — Видишь? Было так сложно? Хороший мальчик. — Она отстранилась и бросила последний разочарованный взгляд на сигарету, которую он уронил. — Какая потеря.              Она вышла из тени переулка, спиной к нему. Скоро она исчезнет из виду. Навсегда.              — Подожди! — Он сделал несколько шагов вперед, протягивая к ней свою вялую руку. — Я и не собирался никому рассказывать, я просто беспокоился! Ты звучала так, будто болеешь…              Не оборачиваясь и не останавливаясь, она махнула рукой. — Тогда это твоё наказание за то, что суешь свой нос туда, куда не следует. Пока-пока~ — С взмахом хвоста она исчезла.              Он не знал ее имени, как он вообще мог кому-то рассказать? У него даже не было друзей, с которыми можно было бы сплетничать. Он не мог представить, чтобы кому-то сказал… ты никогда не поверишь, что произошло по дороге в школу… как бы сильно он этого ни хотел.              Но… то, как она непринужденно пренебрегла здравым смыслом и общественными нормами, чтобы шантажировать его ради молчания… все потому, что он оказался не в том месте и не в то время… это было… ну, он не думал, что когда-нибудь испытает что-то подобное.              Он как будто встретил злодея.              

***

             Осознание того, что он успешно поговорил с девушкой, пришло к нему гораздо позже, во время классного часа.              Его сердце, которое наконец успокоилось после утреннего волнения, снова забилось быстрее. Она была меньше его и очень милой, поэтому он был ослеплен, когда она прижала его к стене. В тот момент он был напуган, но с небольшим расстоянием он понял, насколько они были близки.              Сначала все, что он мог сделать, это смотреть на доску и гадать, что, черт возьми, произошло. Затем он разозлился… больше на себя за то, что был таким слабаком, но немного и на нее. Как она могла? Все, чего он хотел, это проверить, как она себя чувствует! Награда или по… по… поцелуй даже не приходили ему в голову! Она просто предположила худшее! Почему он позволил ей так им манипулировать!?              И он так и не вернул ее предмет. Он почти подумал об открытии капсулы, но решил не делать этого. Просто потому, что она вела себя как злодейка, это не означало, что он должен был вести себя так же.              Когда его гнев утих, он попытался рационализировать ее поведение.              Может, она испугалась? Или была смущена. Если она кашляла, это, вероятно, был ее первый раз, когда она курила. Она зашла в переулок, чтобы уединиться, он ей помешал, и она отреагировала. Дети, которые пробуют сигареты, часто имеют проблемное прошлое.. он узнал это из антитабачной социальной рекламы… возможно, она выплескивала эмоции или убегала от чего-то.              Теперь мне немного жаль… Всякий раз, когда он был в замешательстве, он задавался вопросом, что бы сделал Всемогущий в той же ситуации. Если она беспокоилась, что я воспользуюсь ею, тогда я должен был попытаться заверить ее в обратном.              Весь день он прокручивал этот момент в голове, воображая различные сценарии, где он постоял за себя или спокойно объяснил опасность сигарет и убедил ее вести более праведную жизнь… затем его разум перенесся в еще более фантастические территории. Он позволил бы ей поведать о своих бедах, и они постепенно стали бы друзьями, пока однажды она не призналась в своих чувствах…              Ум подростка это загадочная вещь.              Он не думал, что увидит ее снова. Он не был уверен, что хочет этого. Капсула гачапона лежала тяжелым грузом в его сумке.              Бакуго был злее обычного в тот день. После школы он и другие бывшие друзья Мидории окружили его на мосту. Где они выхватили его тетрадь с героями из рук, а затем перебрасывая ее друг другу над его головой.              Если бы Мидория хоть немного отстранился от эмоций, он бы понял, что так увлекся размышлениями о утренней встрече, что не проявил должного уважения к Бакуго, не вздрогнув и не избегая зрительного контакта, как обычно. Мидория раньше пытался «просто игнорировать» Бакуго… тщетная попытка избежать словесных и физических ударов другого парня… но это никогда не работало. В реальности Бакуго игнорирование было равносильно плевку ему в лицо… и как смет кто-то думать о том, чтобы относиться к нему так, как он относился к Мидории.              — Просто верни ее, — сказал Мидория, наблюдая, как тетрадь пролетает над головой и попадает в руки Цубасы. Его голос был таким тихим, что он задавался вопросом, он что думал слова, а не произносил их в слух.              «Не имеет значения, скажу я что-нибудь или нет», горько подумал он, когда его записи перебросили обратно Бакуго. «Если бы я унаследовал причуду мамы, я бы уже ее вернул… чертов сценарий «что, если».              — Спорим, ты думаешь, что мог бы что-то сделать, если бы не был без причуды.              Мидория напрягся, жар поднялся к его лицу. Он был слаб. Годы одного и того же, снова и снова. Жалеющие учителя начальной школы сменялись раздраженными школьными консультантами, спрашивающими его, что он на самом деле хочет делать со своей жизнью. Его одноклассники шепчутся, смеются, сбрасывая с себя груз, зная, что им хотя бы лучше, чем ему, благодаря простому повороту генетической судьбы. Тревожные взгляды матери и поверхностная демонстрация ее доверия к его интеллекту. Попытки сделать себя как можно меньше и незаметнее. Его последний год в средней школе приближался все ближе и ближе.              — Никто не хочет, чтобы у тебя была причуда больше, чем я. — Ухмылка появилась на лице Бакуго. — Тогда я смогу показать тебе, насколько я на самом деле сильнее. Мне приходится сдерживаться, чтобы ты не улетел.              Мидория давно перестал пытаться гоняться за тетрадью взад и вперед, лишь поворачиваясь и вяло переступая с ноги на ногу в ее направлении, он вдруг понял, что прыжки за ней заставляют их смеяться громче, бросать выше. Отобрать ее силой не было вариантом. Возвращение домой с ожогами, покрывающими его кожу, доводило его мать до слез.              Он знал, как никто другой, насколько силен Бакуго.              Бакуго оглянулся на реку, текущую под ними. Мидория напрягся, зная, что именно проносится в голове его бывшего друга.              — Пожалуйста, не надо.              — Злодеи не будут такими добрыми, считай это моей услугой… сдавайся.              — Нет..! — Мидория рванулся вперед, когда Бакуго бросил тетрадь через перила, ухмыляясь, когда Мидория пробежал мимо него и заглянул через край. Там была только река, разбухшая от талого снега, принесенного весенним сезоном.              Его нижняя губа дрогнула, горячие слезы выступили на уголках глаз. Он моргнул, смахивая их. Тетрадь была единственным, что осталось от его мечты. Доказательство того, что какая-то маленькая часть его все еще несла в себе это жгучее желание.              Но эта хрупкая связь с героизмом была тем, что они находили таким забавным.              Их смех был приглушен шумом реки. Он сосредоточился на том, чтобы сдерживать слезы. По крайней мере, он не собирался плакать перед ними.              Неужели он потерял свою всю тяжелую работу? Или его мечта была настолько крошечной и незначительной, что ее можно было отбросить без раздумий? Такой маленькой, что она даже не произвела всплеска.              — Он даже не отвечает, это так смешно. Я не могу поверить, что он думает, что может стать героем.              Мидория не оглядывался. Он мог судить по их голосам, что они начинали скучать. Если он будет молчать, они уйдут раньше.              — Может, он наконец понял, что нет смысла стараться? — сказал кто-то, его голос и шаги становились все более отдаленными.              Мидория сжал кулаки. Оставшаяся искра неповиновения зашипела. Его рот открылся прежде, чем мозг смог его остановить.              — Я все равно буду стараться.              Он услышал, как один комплект шагов остановился, и понял, что это был Бакуго, прежде чем тот открыл рот.              — Ты что-то сказал? — насмешка с легким предупреждением. «Я дам тебе шанс меня умилостивить». Мидория мог представить ухмылку на его лице.              — Я… я все равно буду стараться… стать героем. — Он ухватился за перила, наблюдая за текущей мимо водой. Прыжок с такой высоты не убьет его. Он мог позволить течению унести его в безопасное место…              Рука дернула его за плечо, развернула и ударила о перила моста. Дым поднялся от его формы. Запах горелой ткани наполнил его ноздри. Улыбка Бакуго была настолько злобной, чтобы ее нельзя было назвать улыбкой. — Ты должен говорить громче, тебя никто не слышит.              Холодные металлические перила впились в его спину, рука на плече становилась все теплее и теплее. Скоро это станет невыносимым. Мидория закрыл глаза. Он знал, что будет дальше…              — Я согласна с неуравновешенным парнем… ты должен четко излагать свои намерения… без пространства на возражения.              В идеальной синхронности Бакуго и Мидория резко повернули головы к новому голосу.              Мидория узнал ее мгновенно. Несмотря на водоворот эмоций, которые он пережил, воспоминание о ней осталось кристально чистым.              Она выглядела так же, как тем утром, пальто и школьная форма мягко развевались на ветру. Она стояла на перилах моста в паре метров от них, одна рука в кармане пальто, другая держала его тетрадь с героями.              Ни одна капля воды не запятнала страницы.              Когда их взгляды встретились, она подняла бровь, хвост дернулся. Она почти казалась озабавлена их воссоединением. Он смутно помнил, что должен был вернуть ей приз из гачапона.              — Неуравновешенный ребенок?              Смесь эмоций сгустилась в ужас, когда Бакуго заговорил… его рука все еще покоилась на плече Мидории. «Она не знает.» подумал он, охваченный ужасом. — Каччан не озаботится о том, что она девушка… он может что-нибудь сделать, если разозлится».              — Прости, возможно, мне следовало назвать тебя страстным. — Она выставила одну ногу и наклонилась вперед, легко приземлившись на землю. — Но тебе следует лучше заботиться о своих вещах… даже когда избавляешься от них. — Она остановилась перед Бакуго, протягивая ему тетрадь. — Но, несмотря на твой нрав, я думаю, рисунки классные.              Лицо Мидории покраснело. Она заглянула внутрь? Он не знал, стоит ли ему под что-нибудь залезть или взлететь в воздух. Его рисунки, хорошие? Нет, она просто издевалась над Бакуго.              Бакуго в изумлении смотрел на нее.              — Алло? — Она несколько раз ткнула его ребром тетради. — Никогда раньше не получал комплиментов от девушки?              Бакуго убрал руку с плеча Мидории и выпрямился во весь рост, чтобы возвышаться над ней. Он улыбнулся. Мидория чувствовал себя как будто-то под напряжением.              — Спасибо за урок, — сказал он, покровительственным тоном, — Но все время, которое ты потратила на мои нравоучения, можно было бы использовать, чтобы самой избавиться от нее. У меня есть более важные дела. — Он повернулся и махнул рукой, так как будто отгонял ее, как король, увольняющий крестьянина. — Иди дальше.              — Ты серьезно ожидаешь, что все остальные будут убирать за тобой, так как будто они твоя мамочка? — рявкнула она. — Ты ученик средней школы… что такого важного ты мог бы делать?              Резкая смена настроения с дружелюбного на внезапное, острое раздражение ощущалась как пощечина. Даже Бакуго позволил раздражению промелькнуть на его лице, нижняя губа выпятилась, прежде чем вернуться к его самодовольной походке. Он повернулся к ней.              — Ты смотришь на будущего героя номер один. Все будут задаваться вопросом, чем я занимался в школьные годы… я должен убедиться, что они достойны того, чтобы о них обсуждали.              Один из его друзей прошептал другому… — Его эго берет верх, как симбиот.              Бакуго с довольным вздохом посмотрел поверх ее головы на здания вдали. Как будто он уже был профи, с ностальгией вспоминая маленький городок, в котором вырос. «Люди не поверят, что я когда-то жил нормальной жизнью в этом месте».              Она моргнула несколько раз, как будто ей в лицо ударила вспышка камеры. Затем край ее рта дернулся и изогнулся вверх, брови сдвинулись. Насильственная, кособокая улыбка от усилий, которые потребовались, чтобы ее сохранить.              — Э-ха-ха, верно. Это здорово.              Друзья Бакуго заметно поморщились. Никто никогда не видел, чтобы Бакуго вызывал такую ​​реакцию. Она как будто разговаривала с маленьким ребенком.              Она отодвинулась. — Ну, раз ты такой занятой… я просто, э-э, пойду.              Бакуго схватил ее за плечо. — Подожди минутку, не хочешь демонстрацию моей причуды?              — Каччан, она уходит…              — Заткнись, Деку. Ей явно что-то от меня нужно. Я же добрый.              Она взглянула на руку на своем плече с оттенком отвращения, как будто ее касалось что-то грязное. Тем не менее, она сохраняла улыбку.              — Прости, я не могу дать тебе свой номер. У меня нет телефона. — Она отмахнулась от его руки, быстро удаляясь.              — Ты боишься? — дразнил он, следуя за ней. — Я хочу показать тебе, насколько я силен.              Она ускорила шаг. — А-а, и я занята на этой неделе… каждую неделю отныне… так что я не могу пойти с тобой на свидание…              — У героев нет времени на свидания. — Его голос был напряженным. — И я никогда не буду настолько отчаянным, чтобы встречаться с такой уродливой девушкой, как ты, в любом случае…              Она развернулась на каблуке. Бакуго, ускоривший шаг, чтобы сравняться с ней, чуть не врезался в нее.              — Уродливая? Серьезно?              Бакуго моргнул. — Э-э, да. Уродливая. — Он ухмыльнулся, наконец-то добившись желаемой реакции.              Она нахмурилась. — Я довольно усердно работаю, чтобы быть такой милой… может быть, слово, которое ты ищешь, это «неотесанная»? Как бриллиант в сыром виде?              — Нет. Уродливая.              — Хм. — Она наклонила голову, не впечатленная. — У тебя плохой вкус… жаль, это не исправить. У тебя случайно нет любимого фильма?              — Ты серьезно? Я уже говорил, что нет ни единого шанса…              — Ты хочешь моего внимания, теперь оно у тебя есть. Я пытаюсь поставить тебе диагноз. Чей-то любимый фильм многое говорит о нем.              Любимый фильм Мидории был с Всемогущим. Что бы она сказала об этом? «Теперь, когда я думаю об этом, это был любимый фильм и Каччана, когда мы были детьми.»              — Фильмы? Будь реалисткой. Я не могу представить себе еще большей траты времени. — Бакуго фыркнул.              Ее лицо сморщилось от глубокого отвращения. Ненависти.              — Неудачник.              Тишина подчеркнула ее заявление.              Несмотря на мучения Мидории, он не был совсем уж чужим для этой группы парней. Он был их бывшим другом и одноклассником. Они выросли вместе. Каждый присутствующий знал темперамент Бакуго, как с ним обращались взрослые и сверстники. Силу, которую он принимал как должное, и его природную склонность и сырой навык.              Все они знали, что никто никогда не давил на него так сильно, как он давил на других, поэтому все затаили дыхание, предвкушая его следующее действие.              Все, кроме нее, настоящего аутсайдера.              Она сделала первый ход. Развернувшись на каблуке так быстро, что ее пальто задело ноги Бакуго, а затем она ушла. Тетрадь Мидории все еще была в руке.              Дым поднялся из ладоней Бакуго.              — Это всего лишь глупая девчонка…              Бакуго проигнорировал своего друга, уже сокращая расстояние между ними.              — П-подожди — Мидория бросился за ним, разум лихорадочно работал.              Если он действительно никчемен, если все, на что он годился, это принимать удары от Бакуго, то этого будет достаточно. Должно было быть.              Он встал перед Бакуго, вздрогнув, когда ярость другого парня усилилась. Вспышка от взрыва ослепила его, шум заглушил все остальные звуки.              Это было знакомо.              Что не было знакомо, так это дерганье за воротник рубашки, когда что-то отбросило его назад, швырнув на бетонную улицу. Он закашлялся, махнув рукой, чтобы разогнать дым.              Глаза, щипавшие от дыма и поднявшейся пыли, наконец смогли различить фигуру, стоявшую перед ним.              Вот она, девушка, держащая запястье Бакуго с удивительной силой. Она его спасла.              — Господи, я не особо боец. Серьезно, в чем твоя проблема? Почему ты так себя ведешь?              Бакуго схватил ее за воротник свободной рукой, подтягивая ее на цыпочки.              — Ты высокомерная сучка. Начинаешь грязные игры и притворяешься, что это тебя не касается.              — Ты Бакуго, — сухо сказала она. — Причуда: Взрыв. Это впечатляет, но у нее есть свои слабости.              Когда яростное выражение лица Бакуго почти сменилось недоумением, она продолжила: — Я мельком взглянула на ту аналитическую тетрадь. Там было сказано, что дым от твоей причуды потенциально может ограничить видимость. Думаю, она было верна, поскольку ты даже не удосужился посмотреть в мою сторону, прежде чем я тебя схватила.              Кто-то пустил его записи в ход. Мидория не успел ощутить триумф. Глаза Бакуго на мгновение метнулись к нему, прежде чем вернуться к ней. Подразумевалось ясно… с Мидорией разберутся позже. Он поднялся с земли, но все, что он мог сделать, это нервно смотреть между ними. Бакуго был слишком близко, она может пострадать, если Мидория сделает неверный шаг. Классическое противостояние.              В отчаянии он установил зрительный контакт с друзьями Бакуго. Они переглянулись и беспомощно пожали плечами.              — Не связывайся с ней, пойдем лучше в аркаду или что-нибудь похожее, — крикнул один. Другой друг Бакуго что-то прошептал, и он ответил: — Расслабься, Бакуго будет снисходителен к девушке.              Мидория не был так уверен.              — Неудачница, — сказал Бакуго, — и уродливая девушка, которая думает, что парни будут падать к ее ногам. Неудачник который без причуды никто, а ведь он живет в стране фантазий. — Он встряхнул ее за воротник, чтобы подчеркнуть свое заявление.              — Неудачник который ведет дневник, полный будущих планов, которые никогда не сбудутся.              — Каччан, она не…              — Без причудный?              На ее лице появилось неприкрытое выражение удивления, которое почти выбило у Мидории дыхание. Это было совсем не так, как когда он застал ее курящей, совсем не так, как смотрели на него другие люди. Как будто она чего-то от него хотела. Как будто он был особенным.              Но момент прошел. Бакуго, раздраженный тем, что ее внимание отвлеклось от него, из за чего дернул ее к себе. Она чуть не потеряла равновесие, ее хватка на запястье Бакуго усилилась, когда она споткнулась.              — …не соблаговолишь ли ты отпустить мою форму?              Его бровь сморщилась. — Нет.              — Я не хочу, чтобы мою одежду обожгли. Твоя причуда исходит из рук… — она взглянула на подпаленную куртку Мидории. — …и у тебя, кажется, проблемы с контролем…              — Я полностью ее контролирую! — рявкнул он.              Никакие клубы дыма не поднимались из кулака, который он обернул в ткань ее формы. Обычно Бакуго прибегал к насилию задолго до этой стадии своего гнева… и он был действительно зол. На самом деле, возможно, он использовал свою причуду только потому, что Мидория вмешался. Может быть… он будет снисходителен к девушке? Иногда он подслушивал, как его одноклассницы вздыхали и говорили что-то вроде: «У Бакуго такое красивое лицо, когда он не выходит из себя… жаль, что он такой придурок».              Все это к тому, что у Бакуго было примерно столько же опыта с девушками, сколько и у него.              Это была еще одна бредовая фантазия, но, возможно, кажущееся спящим либидо Бакуго пробудится, и он поймет некоторые важные различия между мужчинами и женщинами…              Да, конечно.              Она подняла бровь и одарила Бакуго взглядом, который растопил бы Мидорию в лужу.              — За незаконное использование причуды жертвы часто добиваются компенсации за ущерб имуществу. Фактически, каждый раз, когда причуда используется для повреждения имущества, пользователь причуды несет ответственность за возмещение. Вот почему геройские агентства нуждаются в страховке. Частные лица, однако, обычно не имеют страховки, потому что они не повреждают намеренно вещи других людей. — Она улыбнулась.              — Ты из Альдеры, верно?              Бакуго напрягся, реагируя на ту же уловку, которую она применила к Мидории. — Какое тебе дело?              — Эта тетрадь и моя форма. Ни то, ни другое не принадлежит тебе, верно?              — И что?              — Пока ты носишь свою форму… — она протянула руку и поправила воротник Бакуго. Он скалил зубы, готовый откусить ей пальцы. — …ты представляешь школу, независимо от того, находишься ли ты на территории школы или нет. Забудь про форму… им не понравится, если ты попадешь в неприятности в выходные. Школы любят вмешиваться в жизнь своих учеников.              — Школа станет знаменитой благодаря мне. А когда я стану героем, деньги ничего не будут значить.              — Ты тупой? Страховка не покрывает события, произошедшие до зачисления…              Бакуго оттолкнул ее. — Ты, глупая сучка, я говорю, что заработаю столько денег, что не замечу ебаной платы за химчистку. Думаешь, ты можешь сказать мне все это и уйти без царапины?              Она посмотрела ему прямо в глаза. — Я знаю, что могу.              У него на шее вздулась вена, а кулак, обернутый в рубашку ее формы, был настолько белым, что он, вероятно, уже ничего не чувствовал.              — К-каччан!              Лицо девушки внезапно исказилось в гримасу… не отвращения или злости… а скорее от внезапного замешательства.              — Мы раньше встречались?              — Не знаю, — усмехнулся Бакуго, — ты не стоишь того, чтобы занимать место в моей памяти.              — Нет, ты не можешь быть, — пробормотала она. — Потому что тогда ты бы так не вел себя. Он совсем не был таким… кто..? — как и раньше, у нее было такое же беззащитное выражение лиц.              — Ты так боишься, что у тебя галлюцининации?              Ее выражение лица стало жестким.              — У тебя такой ужасный запах изо рта, что мне кажется, я вижу разные вещи. — Прежде чем Бакуго успел что-нибудь сказать, она упала назад, заставив его держать ее за воротник.              — Тебя должны были предупредить в начальной школе о том, что нельзя использовать причуду в общественном месте. Она шумная, а дым может сильно раздражить легкие, что, если бы у меня было какое-то заболевание?              «Да, сегодня утром твои легкие звучали очень плохо», подумал Мидория про себя.              — В общем, — продолжила она, — ты мог бы кому-нибудь навредить… и если ты готов кому-то навредить… — она схватила руку, державшую ее воротник. — …разве они не имеют права защищаться?              Мидория не понравилась дикая ухмылка, распространявшаяся по лицу Бакуго, или дым, идущий из его свободной руки.              — У тебя не должно быть жалоб, если удар по кому-то приводит к тому, что этот кто-то ударит тебя в ответ?              — Моя единственная жалоба это то, сколько времени ты потратила, чтобы добраться сюда… — его ладонь сверкнула. — …это был очевидный вывод для нас обоих.              — П-подожди — — задохнулся Мидория. — Ты не можешь…              — Заткнись, Деку. У человека без причуды нет права голоса.              Мидория попытался установить зрительный контакт с девушкой. Разве она не беспокоилась об исключении? Разве она не беспокоилась о том, чтобы ее считали милой??!              Она улыбнулась. — Страшно представить, что они позволят такому, как ты, стать героем. Я бы больше не смогла доверять героям, если бы знала, что даже такой, как ты, может получить лицензию. Хотя, с другой стороны, такой вспыльчивый громила, как ты, сделал бы идеал героя.              Без предупреждения она обмякла, падая на колени.              Бакуго, отказавшись отпустить ее воротник, почти рухнул вместе с ней. — Да что с тобой не так?!              Из ее горла вырвался жалкий, вой, похожий на звук… на ум пришел брошенный котенок в картонной коробке промокшей из за дождя… и он донесся за мост до города и за его пределы.              Она вцепилась в его руку обеими руками. — Придите и увидьте насилие, присущее системе! — Она снова завыла. — Помогите! Помогите! Меня притесняют!              — Что за… перестань! Перестань кричать! Заткнись! — Бакуго выпустил несколько взрывов из свободной руки и поднял голос над ее, отчаянно пытаясь высвободиться из ее хватки.              Все, что Мидория мог делать, это смотреть, он был более ошеломлен, чем напуган, как и его друг детства который дергался взад и вперед, пока маленькая девочка рыдала, как маладенец. Он повернулся к друзьям Бакуго, как бы подтверждая, то что он видел, было это реальностью. Они вернули ему такой же ошарашенный взгляд… неувереннй в своем следующем шаге. Бакуго не любил получать помощь… и она была девушкой. Для мальчиков не было разумного ответа. Это было то самое товарищеское чувство, которое он испытывал с ними со времен начальной школы.              Без предупреждения она отпустила. Бакуго отлетел назад, чуть не упав.              — Что, черт возьми, с тобой не так?! — закричал он, выпуская еще больше взрывов. Она не ответила, встала, отряхнула юбку и расправила складки на форме.              — Что-то не так? — спросил голос сверху. — Кто-то упал в воду?              Мидория ахнул, когда увидел владельца голоса.              — Л-летающий Герой?              Местный герой помахал им.              Его вспомогательное снаряжение позволяло ему использовать свою воздушную причуду, как реактивный ранец. Было шумно, но жители Мустафы приняли это как часть повседневной жизни (жалобы на шум, по крайней мере, прекратились). Тем не менее, Мидория не слышал его над криками Бакуго и девушеки… и вы могли услышать причуду Летающющего Героя над хаотичным полем боя.              Пыль взметнулась, когда мужчина приземлился, медленно уменьшая поток воздуха в своем вспомогательном оборудовани, пока он не смог приземлиться, не потревожив никого на земле. Если Мидория помнил правильно (а он помнил), Летающий Герой упоминал в интервью, как трудно приземлиться, не раскидывая людей.              Видя этот трюк вблизи, он почти визжал от восторга, его текущие проблемы почти забыты. Вот что делало героев такими особенными.              Блики солнца от его маски делали выражение лица Летающего Героя нечитаемым, но когда его голова повернулась к девушке, он снял шлем.              — Мируме?              Она ухмыльнулась и подмигнула. — Ага! Это я!              Бакуго, ошеломленный, переводил взгляд. Летающий Герой. Мируме. Летающий Герой. Мируме.              — Ты знаешь Летающего Героя? — Мидория не мог остановиться. — Эм… я большой фанат. — Он смущенно опустил голову, когда Летающий Герой повернулся к нему. — Я видел твою схватку с тем грабителем банка на прошлой неделе лично. Это было очень круто.              — Подлизываешься, — пробормотал Бакуго себе под нос… внезапно став более покорным с присутствием взрослого.              — Всегда облегчение видеть, что у меня есть сторонники, — вежливо ответил Летающий Герой, — но я пришел, потому что слышал крики. Я думал, кто-то в беде. — Он взглянул на горстку детей перед ним. — Думаю, все в порядке?              Мидория начал потеть, глаза метались к Мируме. Для кого-то, кто беспокоился о неприятностях со школой, у нее была такая широкая улыбка.              Это его не успокаивало. Девушка шла в ритме барабана, который никто другой не мог услышать, это было ясно из их двух коротких встреч.              Не попадут ли они в неприятности за то, что потратили время героя? Было ли у нее какое-то оправдание? Попадет ли Бакуго в неприятности за использование своей причуды? Если это произойдет, он обвинит Мидорию… с другой стороны, по крайней мере, Мидории не придется беспокоиться о своем будущем.              — Никаких проблем! — Она показала знак мира. — Я просто демонстрировала, что бы я сделала, если бы на меня напал, знаешь ли, злодей.              Бакуго напрягся, руки сжались в кулаки.              — Серьезно? — Герой поник, внезапно став более непринужденным. — Какое облегчение, что никто не пострадал, но я надеялся сделать снимок.              — Я буду приглядывать за тобой в будущем~ так жаль.              — Снимок? — спросил Мидория.              Мируме лениво отдала честь. — Я член прессы.              — Оставь это на то время, когда ты, по крайней мере, закончишь колледж — отчитал ее Летающий Герой.              — Фриланс легален! Если газета или таблоид купят мои фотографии, тогда никаких степеней не требуется, ведь я профессиональный фотограф!              Что-то встало на свои места.              — Я видел тебя раньше! — чуть не крикнул Мидория.              Мируме застыла, улыбка застыла на ее лице.              Он был так взволнован, что не помнил утренней встречи. — Думаю, это было во время нескольких моих вылазок посмотреть на схватки героев лично… но спонтанные инциденты почти невозможно поймать, когда в школе занятия, удивительно, как ты справляешься с фрилансом вдобавок к этому!              Иногда она пробиралась сквозь толпу, иногда он видел, как она смело подходила к герою, который только что закончил обезвреживать злодея. Он не замечал ее часто, но если она следила за битвами героев, это означало, что у них было схожее хобби.              Он уже просматривал свой телефон. — Интересно, видел ли я какие-нибудь твои фотографии…              — Э-э, возможно. Я не так уж продуктивна. Честно говоря, герои это просто легкие деньги для фотографов.              — Ты разбиваешь мне сердце. — Летающий Герой вздохнул.              — Ты учишься в специализированной школе? Я никогда не видел такой формы, — спросил Мидория, ненадолго подняв взгляд от телефона.              Мируме покраснела, а Летающий Герой рассмеялся.              — Это просто косплей, — пробормотала она, и даже Бакуго и его компания, которые медленно улизнули, ненадолго остановились, чтобы послушать. — Потому что я милая девушка…              — Ей не нужна форма. — Летающий Герой взъерошил ей волосы. — Мируме хоть и твоего возраста, но она уже студентка колледжа!              Он ухмыльнулся Мидории.              — Ты знаешь, сколько у них свободного времени!              Нет, Мидория действительно понятия не имел.