Глава седьмая, в которой никто не слушает голос разума

Комната Ричарда, поздно вечером того же дня

Передав Джессику сотрудникам дворца, Ричард, наконец, добрался до своих апартаментов. Он не спешил включать свет, позволяя глазам привыкнуть к полумраку. В комнате было тихо. Только слабый гул от кондиционера и глухой скрип кресла. Ричард щелкнул выключателем. Адам сидел в его кресле, словно у себя дома, закинув ноги на рабочий стол и потягивая виски. — Что за служба безопасности, — проворчал Ричард, скидывая его ноги со стола. — Пускают в личные покои кронпринца кого попало. — Ну, вообще-то, я — начальник этой самой службы, — заметил Адам, нисколько не смутившись. — Так что, можешь считать, что я просто провожу внеплановую инспекцию. — Да, вижу. Ты обезвредил хрустальную вазу и успешно одолел виски, — хмыкнул Ричард, снимая пиджак. — И кресло. Оно сопротивлялось, но я победил, — Адам отставил бокал, который держал в руке, и потянулся за планшетом, тут же став серьёзным. — Я тут навел справки о твоей новой подружке. У Ричарда неприятно кольнуло где-то под рёбрами. Он молча сел на край кровати. — И? — Джессика Фостер, журналистка, — Адам пролистал что-то на планшете. — Работала в нескольких известных изданиях, в основном освещает культурные мероприятия, но есть и парочка острых интервью, даже небольшие расследования. И, да — иностранка, из той самой страны, с которой у нас сложные отношения. Ричард нахмурился. — Ты хочешь сказать, что она шпионка? Адам покачал головой: — Вряд ли. Но мы не можем игнорировать риски. Любые связи с иностранными СМИ — это потенциальная угроза для тебя и для государства. Ричард провёл рукой по лицу, пытаясь осмыслить услышанное. Он прекрасно понимал, что Адам не сгущает краски. Скорее наоборот. — И что ты предлагаешь? — голос стал ниже. — Отказаться от неё? Адам встал, сделал несколько шагов к окну, несколько секунд молча смотрел на ночное небо, усыпанное звёздами. — Я не собираюсь диктовать тебе, что делать, ты уже взрослый мальчик, — он пожал плечами, не оборачиваясь. — Но ты должен понимать, на что идёшь. Эта история не останется в пределах спальни. Она потащит за собой всё: статус, власть, политику. Ричард запустил пальцы в волосы, растрепав еще недавно идеальную прическу. Устало сжал переносицу. — Я не знаю, как быть, Адам, — признался он. Мне кажется, я уже перешёл грань, чтобы можно было спокойно повернуть назад. Адам обернулся. Он слишком давно знал Ричарда, чтобы не заметить главного. Наследник престола, который годами взвешивал каждое слово, впервые говорил не о долге, не о протоколе, не о государстве. Он говорил о себе. — Тогда не обманывай хотя бы себя. Если решил идти вперёд — иди. Но не жди, что дорога окажется лёгкой. Ричард коротко усмехнулся. — Ты философствуешь больше, чем положено начальнику службы безопасности. — Приходится. Кто-то же должен думать головой, пока наследник занимается романтикой. Ричард покачал головой. — Всё гораздо хуже. Адам наблюдал за ним молча. За двадцать лет дружбы он научился замечать вещи, которых не видел никто другой. Сейчас перед ним сидел не кронпринц. Просто очень уставший человек. Ричард ненадолго замолчал, словно сам подбирал слова. — Я не знаю, что со мной происходит. Обычно мне хватает пяти минут, чтобы понять человека. Или забыть о нём. А здесь… Он беспомощно развёл руками. — Прошли сутки. Всего сутки. А мне кажется, будто я знаю её гораздо дольше. Перед мысленным взором вдруг всплыла вчерашняя прогулка. Джессика смеялась над его шутками, спорила с ним, перебивала, совершенно не задумываясь, кто идет рядом. Сегодня, даже узнав правду, она продолжала смотреть ему в глаза так же прямо. Адам внимательно посмотрел на друга. — Я видел, как ты смотрел на неё в зале. И мой тебе совет: если собираешься отказаться, сделай это сейчас. Пока не втянул в эту историю вас обоих. Ричард медленно покачал головой. — Нам никогда не позволят быть вместе. А если даже позволят… я не уверен, что она захочет такой жизни. Адам подошёл, сел на подлокотник кресла рядом. — Во-первых, — напомнил он, — королева Испании тоже была журналисткой, а королева Бельгии — логопедом. А, во-вторых, почему ты решаешь за неё, как все всегда решали за тебя? Ричард замер. Эта мысль ударила неожиданно точно. — Просто… она такая свободная, непосредственная, — вздохнул он. — Я боюсь, что всё испорчу. Или не смогу её защитить. Или она сама однажды решит, что всё это — не стоит того. — Не попробуешь, не узнаешь, — философски заметил Адам. — В любом случае решать тебе, так что, подумай хорошенько, чего ты хочешь сам и на что готов. Он поднялся с кресла, взял бутылку виски и направился к двери. — Это я конфискую, в качестве платы за психологический сеанс. Дверь закрылась почти бесшумно. Ричард остался один. Он медленно снял кольцо с королевской печатью и несколько секунд вертел его между пальцами. Тяжёлое. Холодное. С самого детства оно казалось ему символом будущего, которым можно гордиться. Сегодня впервые оно ощущалось как напоминание о цене, которую однажды придётся заплатить.       

Королевский дворец, гостевые покои, поздно вечером того же дня

Комната, выделенная Джессике, словно сошла со страниц журнала. Светлые стены, современная мебель, мягкое освещение, гардеробная, размером с небольшую спальню. Каждая деталь — от декоративных подушек на огромной кровати до цветов в дизайнерских вазах — была продумана и выверена до мелочей. Возникло глупое желание разбросать по комнате носки, чтобы оживить это слишком идеальное пространство. Её вещи уже доставили из отеля. И Джессика, проходя мимо чемодана, грустно усмехнулась: любое желание кронпринца здесь исполняется мгновенно и без лишних разговоров — кроме, пожалуй, его желания быть самим собой. Она переоделась в пижаму с дурацкими зверюшками, будто назло этому дворцовому глянцу, и рухнула на кровать. День казался бесконечным. За какие-то сутки она успела случайно познакомиться с наследником престола, станцевать с ним на балу, пережить публичный скандал и согласиться пожить во дворце. Если бы кто-то рассказал ей эту историю вчера утром, она бы посоветовала автору немного умерить фантазию. Чтобы отвлечься, Джессика открыла ноутбук и попыталась сосредоточиться на статье. Работа всегда помогала привести мысли в порядок. Она перечитала несколько своих заметок, попыталась написать первый абзац статьи о карнавале, но мысли упрямо возвращались совсем не к работе. Она перечитала одно предложение три раза и так и не поняла, о чём оно. Стук в дверь заставил её вздрогнуть. Не успев даже взглянуть в зеркало, Джессика открыла дверь и замерла. На пороге стоял Ричард. Он тоже уже успел переодеться. Простая тёмная футболка, лёгкие брюки, чуть растрёпанные волосы после душа сделали его образ почти домашним. Сейчас он был похож на того мужчину, которого она встретила вчера в парке, а не на наследника престола. Его взгляд скользнул по её пижаме, и на губах появилась ироничная, почти мальчишеская улыбка. — Чудесная пижамка. Джессика опустила глаза на мультяшных зверей и мысленно застонала. — Простите, Ваше Высочество, — буркнула она, пытаясь скрыть смущение. — Не знала, что вы придёте, а то бы встретила вас в бальном платье. Он тихо рассмеялся. Смех прозвучал так естественно, что напряжение последних часов будто исчезло. Несколько секунд они просто стояли друг напротив друга. — Можно? — Ричард кивнул внутрь комнаты. Джессика молча отступила, пропуская его. Принц вошёл неуверенно, словно сам чувствовал себя здесь гостем. Его взгляд ненадолго задержался на открытом чемодане, ноутбуке, разбросанных на кресле вещах. Всё это выглядело настолько по-человечески, что он невольно улыбнулся. Он слегка качнул головой, будто возвращая себя к цели визита. — Вообще-то я пришёл с предложением. Джессика вопросительно подняла брови. Ричард ненадолго отвёл взгляд, будто сам не был уверен, что поступает правильно. Он сделал шаг ближе, но остановился, сохранив между ними привычную осторожную дистанцию. — Завтра начинаются основные мероприятия карнавала. Скачки, благотворительный аукцион, несколько официальных встреч... Потом приёмы, концерты. Я был бы рад, если бы ты пришла. Джессика перестала улыбаться. — Ты серьёзно хочешь таскать иностранную журналистку по всем королевским мероприятиям в качестве гостя? — в её голосе слышалась лёгкая ирония, но за ней скрывалось что-то уязвимое. Ричард это почувствовал. — Я хочу, чтобы ты посмотрела на нашу страну такой, какой её вижу я. Не только как журналист, — он улыбнулся чуть виновато. — И… если честно, мне просто хочется, чтобы ты была рядом. Слова прозвучали спокойно, почти буднично. Но именно поэтому показались особенно искренними. Джессика почувствовала, как снова начинает проигрывать собственному здравому смыслу. Она ведь приехала сюда работать. В её планах совершенно точно не было нескольких дней во дворце рядом с наследником престола. Она отвела взгляд, медленно прокрутила свой браслет, выигрывая несколько секунд. — Думаешь, я вообще впишусь во всё это? Ричард даже не задумался. — Нет. Тебе это и не нужно. Не нужно становиться одной из них. В этом нет никакого смысла. Джессика почувствовала, как сердце предательски ускорило ритм. Ей очень хотелось отшутиться. Сказать что-нибудь лёгкое, перевести разговор в безопасное русло. Но почему-то не получилось. — Я подумаю, — произнесла она, наконец. Ричард просиял, на губах расцвела та самая улыбка, которая бывает у людей, которые не сомневались в исходе: — Отлично! Тогда увидимся завтра на скачках? Джессика кивнула, пряча улыбку, и лукаво добавила: — Только если ты пообещаешь, что мне не придётся надевать шляпу размером со спутниковую тарелку. — Договорились, — Ричард улыбнулся. — Я пришлю тебе подробности. — Свитком с королевской печатью? — хихикнула Джессика. Ричард вскинул брови и серьезно ответил: — Конечно, и обязательно почтовым голубем. — Может, лучше запишешь мой номер? — предложила Джессика. Принц посмотрел на неё с удивлением, словно она сморозила глупость. — Не волнуйся, у меня есть твой номер. Джессика напряглась. Ну, конечно, за эти пару часов наверняка её уже изучили под микроскопом, Она бы не удивилась, если у него есть не только номер её телефона, но и пин-код от банковской карты и характеристика из детского сада. Ричард, словно догадавшись, о чём она подумала, поднял ладони в защитном жесте. — Только номер, — поспешил объяснить он с улыбкой. — Клянусь, банковские счета и школьный дневник мне ещё не приносили. Джессика рассмеялась — легко, впервые за весь день без внутреннего напряжения. Принц сделал полшага назад, открыл дверь, но прежде чем уйти, обернулся. — Спокойной ночи, Джессика. И ушёл, оставив за собой лёгкий аромат древесного парфюма и ощущение нереальности происходящего. Джессика осталась стоять посреди комнаты, словно пытаясь осознать, что только что произошло. Она прислонилась спиной к двери и закрыла глаза, глубоко вздохнув. Сердце всё ещё билось слишком быстро. Она медленно прошла к кровати и села на край, задумчиво глядя в никуда. Её взгляд упал на ноутбук, где осталась незаконченная статья, но вдохновение писать улетучилось. Мысли упорно возвращались к Ричарду. Джессика повернулась к зеркалу. Из отражения на неё смотрела девушка в смешной пижаме с растрёпанными волосами, которая каким-то совершенно непостижимым образом только что согласилась провести несколько дней в компании наследного принца. Джессика вздохнула. — Ты же понимаешь, что в него нельзя влюбляться, правда? Кажется, отражение было с ней не согласно.