Глава десятая, в которой всем не до сна

Вечер того же дня, кабинет Адама

За окнами начинал сгущаться сумрак, и мягкий свет от настольной лампы делал атмосферу почти уютной, если бы не груды документов, открытые чертежи маршрутов охраны и непрерывные уведомления на мониторе. На фоне играла какая-то комедия, но Адам особо не следил за сюжетом. Всё его внимание было сосредоточено на маршрутах патрулирования предстоящего благотворительного вечера. Дверь распахнулась неожиданно и не просто открылась, а ударилась о стену с глухим стуком. Адам даже не поднял глаз. Не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто вошёл. — Так не терпелось поделиться впечатлениями от свидания, что ты не дождался утра? Ответа не последовало. Он поднял голову, и улыбка исчезла сама собой. Ричард вошёл стремительно. Волосы растрепались, в руках он машинально сжимал перчатки для верховой езды так сильно, что побелели костяшки пальцев. Таким Адам видел его редко. Не злым, не уставшим. Испуганным. — Что случилось? — В нас стреляли, — бросил принц, захлопнув дверь и остановившись посреди комнаты. Адам моментально выпрямился. — Ты ранен? Джессика? — Нет, — Ричард покачал головой, опустившись в кресло, впервые за весь день позволив себе расслабить плечи. — Стреляли не совсем в нас, рядом. По звуку — одиночный выстрел. Достаточно громкий, чтобы испугать лошадей. Джессика едва не упала. Он говорил коротко, почти сухо, но пальцы непроизвольно сжимали подлокотник кресла. Адам молча развернул к себе планшет и вывел карту маршрута и расположения охраны. — Кто-нибудь ещё был поблизости? — Никого. — Следы? — Не искал, — Ричард покачал головой и тяжело выдохнул. — Мне было не до этого. Он даже не пытался оправдаться. Адам покосился на него и понимающе кивнул. Обычно Ричард первым делом оценивал обстановку, анализировал, запоминал детали. Сегодня он думал только о том, чтобы успеть остановить лошадь. Он смотрел куда-то мимо Адама, словно снова видел перед собой испуганную Милу, несущуюся между деревьями, и Джессику, из последних сил цепляющуюся за поводья. Он качнул головой, словно прогоняя эту картинку, и обернулся к Адаму: — Она сильно испугалась. И я не знаю, связано ли это с ней. Или со мной. Или с тем, что мы были вдвоём. Но я не хочу это списывать на совпадение. Несколько секунд в кабинете слышался только тихий стук клавиш. — Хорошо, — наконец сказал Адам. — Подниму людей. Проверим лес полностью. Если там кто-то был, найдём. Ричард кивнул, но облегчения на его лице не появилось. Он встал и подошёл к окну. За стеклом медленно опускались сумерки, загорались фонари, и дворец жил своей обычной жизнью, словно ничего не произошло. — Я всё время думаю… — тихо произнёс он, не оборачиваясь. — Если бы я опоздал хотя бы на несколько секунд… Договорить он не смог. Да это было и не нужно. Адам прекрасно понимал продолжение. Он закрыл планшет и некоторое время молча смотрел на спину друга. Ричард редко позволял себе подобные фразы. Он вообще не любил говорить о том, чего удалось избежать. Для него существовали только факты. Только решения. Но сейчас перед ним стоял не наследник престола. Просто мужчина, которого до сих пор не отпускала мысль, что могло случиться. — Она цела, — спокойно сказал Адам. — Остальное мы выясним. Ричард медленно кивнул, но взгляд так и не оторвал от окна. — Пока ничего никому не говори. Особенно ей. Если я ошибся, незачем её пугать ещё сильнее. Ричард сжал пальцами виски, пытаясь избавиться от пульсирующей боли. Потом обернулся к Адаму. — Если это предупреждение — оно сработало. Я не позволю, чтобы она оказалась в эпицентре. Присмотри за ней, я не могу быть рядом всё время. Но твои люди могут. Адам кивнул. Напряжение в плечах принца немного ослабло. — Спасибо. Адам только махнул рукой, словно благодарность была здесь совершенно лишней. Он подошёл ближе и остановился прямо напротив. — А теперь послушай меня. Не вздумай куда-то соваться один. Последняя твоя прогулка обернулась проблемным знакомством. Не хочу думать, чем может закончиться следующая. Тем более, в сложившихся обстоятельствах. Учти, если ты ещё раз покинешь территорию без сопровождения, я доложу королю. Без намёков. Прямым текстом. Плевать, как это выглядит. Принц, не ожидавший такого напора, приподнял бровь: — Ты мне угрожаешь? — Я предупреждаю. Один раз. Как друг и как тот, кто не хочет видеть твоё фото с траурной лентой в прессе. Ричард молчал долго. Ещё неделю назад он наверняка начал бы спорить, искать лазейки, говорить о праве хоть иногда чувствовать себя обычным человеком. Сегодня лишь устало провёл ладонью по лицу и коротко кивнул, невесело усмехнувшись. — Обещаю, буду паинькой. Он направился к двери и, уже взявшись за ручку, на мгновение остановился. — Найди того, кто это сделал. Дверь закрылась, кабинет снова погрузился в привычную тишину. Адам ещё несколько секунд неподвижно стоял посреди комнаты, потом медленно перевёл взгляд на схему лесного маршрута, по которому совсем недавно возвращались Ричард и Джессика. Затем коротко выдохнул, открыл защищённый канал связи и набрал код оперативного штаба. Его голос звучал спокойно, почти буднично, но сотрудники службы безопасности слишком хорошо знали этот тон. Именно так он говорил, когда переставал строить предположения и начинал действовать. — Группа один, приём. Срочная активация сценария «Код-Тень». Начать прочёсывание лесного сектора. Предположительно, ищем стрелка или следы стрельбы. Полный протокол: тепловизоры, дроны, сенсоры. Без внешнего освещения. Работайте тихо. Подтверждения от групп прозвучал почти синхронно. Адам задержался в кабинете ровно настолько, чтобы снять пиджак и надеть лёгкую полевую куртку. Уже через несколько минут внедорожники службы безопасности остановились у кромки леса. Люди начали расходиться веером, растворяясь между деревьями почти бесшумно, прочёсывая местность сантиметр за сантиметром. Адам вошёл в лес последним. Под ногами тихо пружинил влажный мох, где-то неподалёку журчал ручей, а вечерний воздух пах сосной и сырой землёй. Планшет в его руках светился приглушённым голубым светом, отображая маршрут поисковых групп. Зелёные точки двигались по карте, постепенно сжимая кольцо вокруг того участка, где, по словам Ричарда, раздался хлопок. Первый доклад поступил уже через несколько минут. Поисковая группа обследовала предполагаемое место, откуда мог раздаться хлопок. Ни следов обуви, не принадлежавшей охране, ни окурков, ни сломанных веток, ни примятой травы. Ничего, что могло бы указать на присутствие постороннего человека. Адам молча слушал, не перебивая. За годы службы он давно усвоил простую вещь: чем быстрее складывается слишком идеальная картина, тем внимательнее нужно искать то, чего в ней не хватает. Второй доклад оказался не лучше. Кинологи прошли оба склона — собаки не взяли ни одного постороннего следа. Третий — записи с дронов, сопровождавших принца. Никаких подозрительных силуэтов. Адам остановился у небольшого просвета между деревьями и медленно поднял взгляд вверх. Сквозь кроны просматривался узкий кусок темнеющего неба. Если бы кто-то действительно стрелял отсюда, ему пришлось бы либо подойти вплотную к тропе, либо заранее подготовить позицию. И то и другое неизбежно оставило бы следы. Следов не было. Из темноты показался техник с переносным анализатором. — Есть один фрагмент на аудиозаписи. Очень короткий. Вряд ли это выстрел. Адам молча надел наушник, запустил запись. Хлопок. Короткий, резкий. Он попросил повторить запись. Потом ещё раз. Несколько секунд вслушивался в этот звук, словно пытался вспомнить, где уже слышал что-то похожее. И чем дольше он слушал, тем сильнее исчезала первоначальная уверенность, что это был настоящий выстрел. Звук казался слишком плоским, будто ему не хватало привычного металлического послезвучия. Адам снял наушник и ещё раз посмотрел на тропу. Ричард, благодаря другу, в юности оказывался в тире и на стрельбище чаще, чем ему самому бы того хотелось. Поэтому перепутать настоящий выстрел с чем-то другим он вряд ли мог. Но испуганный человек воспринимает происходящее иначе. Если сначала сорвалась лошадь, а уже потом сознание попыталось объяснить причину, память легко могла достроить недостающие детали. И всё же это ничего не меняло. Кто-то очень точно рассчитал момент. Настолько точно, что хлопка оказалось достаточно. — Что думаете? — осторожно спросил один из офицеров. — Мог быть и выстрел холостым, — Адам раздраженно дёрнул плечом. — Просто, чтобы напугать. Эта мысль неприятно зацепилась в сознании. Если целью действительно было нападение, то исполнителю представился идеальный шанс. Узкая тропа. Лес. Отсутствие сопровождения. Но вместо этого — только звук. Судя по всему, Ричард был прав: это действительно было предупреждение, демонстрация, что до него можно добраться. Или до неё. Адам провёл рукой по лицу. Перевёл взгляд в темноту деревьев. Густые кроны почти полностью скрывали небо, а вечерний ветер едва заметно шевелил ветви. Всё было спокойно, слишком спокойно. Именно это и тревожило сильнее всего. Большинство преступников оставляют следы. Профессионалы — оставляют вопросы. — Значит, так, — произнёс он наконец, убирая планшет. — С этого момента меняем схему патрулирования. Маршруты — только в случайном порядке. Сенсоры переставить. Дроны запускать в разное время. И никаких дополнительных постов на виду. Пусть думают, что мы не заметили. Подчинённые молча разошлись выполнять приказ, а он ещё несколько секунд стоял неподвижно, всматриваясь в сгущающуюся темноту. Операция не дала ни одной зацепки. Если это была случайность, значит, кто-то сегодня сделал первый ход в партии, правила которой пока понимал только один из игроков. Адам терпеть не мог играть вслепую. Особенно когда на доске уже стояли люди, которых он обещал защитить.

Поздний вечер того же дня, комната Джессики

Комната тонула в полумраке. За плотными шторами шептал ночной сад, и редкий порыв ветра лениво шевелил листву у окна. Внутри — ни звука, кроме размеренного тиканья настенных часов и негромкого шума кондиционера. Вся суета дня, шум голосов, всполохи страха остались снаружи. Почти. Джессика лежала на широкой кровати, бессильно уставившись в потолок. Сон не шёл. Каждый раз, как она закрывала глаза, в сознании вспыхивали образы — резкий хлопок, паника лошади, рывок и мир, сорвавшийся в безумный галоп. Она медленно перевернулась на бок и машинально потёрла ладони. Только сейчас заметила тонкие красные полосы на коже — следы от поводьев, которые она тогда сжимала изо всех сил. Пальцы всё ещё помнили это отчаянное напряжение, будто страх въелся не только в память, но и в мышцы. Джессика натянула плед до подбородка, сжалась в комок, словно могла под ним спрятаться от воспоминаний. Телефон на тумбочке коротко завибрировал. Пришло сообщение от Ричарда с фотографией нелепого щенка с огромными ушами, который так серьёзно смотрел в камеру, словно пытался решить государственный вопрос. Под снимком была всего одна строчка: — «Доктор утверждает, что это лучшее средство от плохих вечеров». Джессика невольно улыбнулась. Настолько искренне, что сама удивилась. Ещё пару часов назад ей казалось, что улыбаться сегодня уже не получится. Она быстро набрала ответ. — «Пациенту немного лучше. Но уснуть всё равно не выходит». Сообщение почти сразу отметилось как прочитанное. Ответа не последовало. Подождав минут десять, Джессика положила телефон обратно, вздохнула, обняла подушку, зажмурилась, мысленно уговаривая себя уснуть. Тихий стук в дверь заставил её снова открыть глаза. Она приподнялась на локтях. — Войдите. Дверь приоткрылась, и в комнату вошла молодая горничная в строгой тёмной форме, держащая в руках охапку белых пионов. Цветы были свежие, с росой на лепестках, будто их только что срезали с клумбы. Аромат был тонким, почти невесомым, но мгновенно наполнил комнату. — Это для вас, мисс, — с вежливой улыбкой произнесла девушка и поставила букет на прикроватную тумбочку. — Спасибо… — растерянно пробормотала Джессика. Горничная вежливо кивнула и так же тихо исчезла, оставив после себя лишь запах цветов. Джессика подошла ближе. Осторожно коснулась пальцами прохладных лепестков и невольно улыбнулась. Карточки с подписью не было. Она и без того прекрасно знала, от кого этот букет. Не удержавшись, она сфотографировала цветы и отправила снимок Ричарду. — «Спасибо моему таинственному поклоннику». Реакция не заставила себя ждать. Принц немедленно прислал ответ, сопроводив его сердитым смайликом: — «Что ещё за поклонники у тебя появились?». Джессика не успела ответить, как от него пришло новое сообщение, вызвав у неё улыбку: — «Ну, не только же тебе мне букеты дарить». Джессика улыбнулась, вспомнив как утром преподнесла принцу скаковой букетик. Вновь установив телефон на зарядку, она устроилась удобнее в постели. Лунный свет пробивался сквозь щёлку в шторах, серебряной дорожкой ложась на белые лепестки. Тени цветов плясали на стене, напоминая сказочные силуэты. Комната больше не выглядела пустой и чужой. В ней появился кто-то ещё, пусть незримо, через несколько сообщений, букет цветов и чувство, что о ней сейчас думают. Джессика закрыла глаза, крепче обняла подушку и вдруг поймала себя на неожиданной мысли: воспоминание о скачущей лошади больше не приходило первым. Теперь первым она вспоминала не страх. А руки, которые успели её поймать.