Часть 3

Полночь Ночь в этом мире была не просто тьмой, она была живой. Кости щёлкали в траве. Глаза светились между руин. Стон зомби заглушал ветер. А Лололошка в своём любимом плаще и с щитом, украшенным эмблемой взрыва, уже стоял на крыше их перекошенного домика. — Они вышли. Эбардо, идёшь? — спросил он, блестя глазами. — Тебе действительно нужно добывать глаза? — неуверенно отозвался Эбардо снизу, придерживая посох. — Ну конечно. Хочу попробовать скрестить их с поршнем и сделать телепортирующуюся мину. Звучит весело, нет? — …Конечно.

***

Неожиданное появление Лололошка уже поймал первого Эндермена. Его крики эхом разлетались по холмам, а тот визжал, будто знал, с кем связался. Но тут... Из-за груды булыжников выскочил живой человек, грязный, худой, в рваном капюшоне. Он спотыкался, на бегу оборачиваясь, и, завидев свет в доме, закричал: — Помогите! Прошу! Кто-нибудь! Сзади к нему приближался скелет. Он уже натягивал тетиву. Лук блеснул в лунном свете. — …ЛОЛОЛОШКА! — крикнул Эбардо. Раздался свист стрелы. Щит Лололошки взвыл от удара, отразив стрелу с точностью до градуса. Она рикошетом вонзилась в шею беглеца. Он упал. Без звука. Лололошка не моргнул. Он лишь оттолкнул щитом следующего скелета, отрубил голову зомби и метнул во тьму связку взрывающихся кристаллов. Всё загорелось багровым светом. — Минус пятнадцать. Где Эндермен? — пробормотал он, оглядываясь.

***

Внутренний разлом Эбардо стоял, ошеломлённо глядя на неподвижное тело человека. Он… звал их. Он просил помощи. Он бежал к ним. И Лололошка… просто… Просто… Игнорировал. — Он... был жив. — прошептал Эбардо. — Он... верил, что мы... не такие. Лололошка как ни в чём не бывало вернулся в дом, сжав в кулаке пульсирующий зелёный глаз Эндермена. — Ты чего завис? — спросил он, не оглядываясь. — Мне глаза держать неудобно. Или будешь там стоять и драму играть? Эбардо посмотрел на него. Его вдохновение. Его кумир. Маленький хаос с чёлкой. И впервые в нём что-то дрогнуло. Он опустил взгляд на руку погибшего. Она была сжата в кулак. В ней медальон, видимо, чей-то подарок. — …Он не был врагом, — прошептал Эбардо. — Он просто жил. Лололошка хмыкнул. — Жил. Теперь не живёт. В этом весь смысл. Ты со мной, Эбба? Или хочешь спасать безнадёжное? И вот тут, впервые за всё время, Эбардо не сразу ответил. Он смотрел в багровую тьму за окном. На горящий костёр. На одинокого человека, которого можно было спасти. И молчал.