Шепот надежды

Тишина. Такая глухая, как перед бурей. Элэриэн замерла в углу подвала, прислушиваясь. Ни шагов, ни голосов. Только ветер за стенами и капли влаги, падающие в ведро. Сердце билось громче этих капель. Если не сейчас — никогда. Вчера вечером один из стражей был пьян и плохо закрепил цепь. Она потратила всю ночь, работая ногтями и прутиком, найденным в трещине стены. Запястье ободрано, пальцы дрожали — но звено поддалось. Осталась дверь. Она подошла к ней, приложила ухо — пусто. Сжав зубы, она ударила плечом. Раз, другой. Старое дерево застонало, но не поддалось. Ещё! Она вбила всё тело в створку. Скрип, треск… и — свобода. Или её подобие. Коридор встретил её сумраком и запахом гари. Где-то глубже в доме горел очаг, и слышались сонные, нечёткие голоса. Она на цыпочках пересекла холл, наткнулась на оставленный кинжал и сжала его в ладони. Впереди — выход. Всего несколько шагов… Но голос за спиной пронзил воздух, как стрела: — Тревога! Элэриэн рванулась, прижав плащ к телу, вылетела наружу. Свежий воздух ударил в лицо, но за спиной уже гнали. Ноги несли её по склону, вниз к лесу, между деревьями. Сердце колотилось, лёгкие горели. — Стой! — донеслось позади. Она не остановилась. Но корни, мокрая трава, усталость — всё это предало её. Нога соскользнула, и она покатилась вниз по склону, ударяясь о землю и кусты, пока не рухнула в овраг. Мир замер. В ушах звенело. Когда она открыла глаза, над ней склонился кто-то в капюшоне. Лезвие блеснуло у горла, и знакомый голос прошептал: — Она не ушла далеко. Жива. Снова в клетку. Последнее, что она увидела, прежде чем темнота снова накрыла её, — небо. Серое, как мечта, растоптанная грязными сапогами.