Тени под корнями

Арагорн стоял в полутьме покоев Элэриэн. Она спала, измождённая, слабая, её дыхание было тяжёлым. Лекари снова сменили отвары, но ни один не действовал, как должен. Он провёл пальцами по её лбу, словно желая изгнать чужую тень прикосновением. И вдруг… он заметил небольшую флягу, оставленную у изголовья, — одну из тех, что, по словам лекарей, использовались для ночных капель. Но запах был… не тот. Острый, вонючий, не соответствующий ни одному отвару из хранилища. Арагорн, следопыт и король, не нуждался в магии, чтобы понять: что-то было не так. Он отнёс флягу Гандальфу, и уже через час в Хранилище Трав в присутствии старого мага, Фарамира и лояльного лекаря, выяснилось: в каплях был медленный яд. Умный. Магический. Управляемый. — Она не просто больна, — тихо сказал Гандальф. — Её разум связан с чем-то... или кем-то. — Значит, это не просто покушение, — мрачно добавил Фарамир. — Это… проникновение. — Заговор, — подтвердил Арагорн. Его голос был леденящим. — И он идёт изнутри. --- На рассвете Арагорн собрал доверенных. Старый отряд — остатки Братства: Гимли, прибывший с севера, Леголас, вернувшийся по его зову, даже Эовин — теперь воительница, не боявшаяся ни смерти, ни правды. Они устроили ловушку в Хранилище, проследив путь ядов, снадобий и перехватив письма одного из помощников лекаря. Когда та самая ночь опустилась на Минас-Тирит, трое заговорщиков проникли в покои Элэриэн — чтобы сделать «последнюю каплю». Но их уже ждали. Гимли схватил первого, Леголас выстрелил второму в руку, третьего поймали за горло. — За кого вы служите?! — воскликнул Арагорн, лицо его было подобно железу. — Ты сам приведёшь её к Вратам! — зашипел один. — Ты сам — инструмент конца. — А она — ключ. Арагорн ударил. Не из ярости — из долга. — Больше вы не причините ей вреда. Они были арестованы, и в подземельях начались допросы. Сеть заговорщиков медленно, но верно раскрывалась. И каждый шаг приближал их к тому, кто стоял в самом центре, в тени прошлого, что хотело возродиться сквозь тело и душу той, кого Арагорн любил.