На его руках

Ночь в Минас-Тирите была тиха, и казалось, город сам затаил дыхание. Тени больше не крались по стенам, и факелы у дверей не гасли без причины. Но в сердце одной комнаты всё ещё бушевал бой — битва за возвращение к жизни. Элэриэн снова ослабла. Победа над заговорщиками стоила ей сил. Старые раны вновь дали о себе знать, яд не исчез, лишь затаился, и каждое утро она просыпалась с пеплом в груди и дрожью в пальцах. Но больше всего её изматывало чувство вины. За беспокойство, за слабость, за то, что не может быть рядом с ним так, как раньше. Арагорн не оставлял её. Днём он был королём, ночью — её опорой. В этот вечер он вошёл в её покои, когда луна взошла высоко, и все уснули. Она лежала на боку, с закрытыми глазами, лицо бледное, губы прикушены от боли. — Ты не спишь, — сказал он тихо, опускаясь на край ложа. — Я устала быть слабой, — прошептала она, не открывая глаз. — Хочу снова стоять рядом с тобой. Не лежать. Не быть тем, кого защищают. Он нежно коснулся её лба, отвёл прядь волос за ухо. — Ты была сильнее всех нас. Даже в отравлении. Даже в молчании. Но сейчас… позволь и мне быть опорой. Он склонился, поцеловал её виски. — Когда я держал меч в битве, я знал, за что сражаюсь. За этот миг. За право сидеть у твоего ложа. За твой вдох. Элэриэн слабо улыбнулась. — Это не самый поэтичный повод для войны, Арагорн. — Но самый честный. Он поднялся, подошёл к сундуку, достал лёгкое шерстяное одеяло и набросил на неё. Потом — взял её руку, сжал чуть крепче, чем раньше. — Встань со мной. — Сейчас? — Сейчас. — Его голос стал твёрдым, но ласковым. — Ты должна вспомнить, что можешь. Пусть хотя бы один шаг — но не в одиночку. Он помог ей сесть. Её дыхание сбилось, но она кивнула. С его рукой под локоть, с телом, обнимающим её за талию, она поднялась. Ноги дрожали, но не от слабости — от волнения. Он не торопил, лишь терпеливо ждал. Один шаг. Второй. — Ты держишь меня, — сказала она. — И не отпущу, — ответил он. — Никогда. --- Так началось её возвращение. Не к жизни — к жизни рядом с ним. С каждым днём она делала шаг вперёд. Не только в покоях, но и в сердце королевства. Потому что король, что носил корону, теперь держал за руку свою королеву.