Часть 11 Игры судьбы.

      Утро началось с тумана. Густого, молочного, он стелился по земле, окутывая горы металлолома во дворе Бобби и превращая привычный пейзаж в декорации к фильму ужасов. Гарри не спал почти всю ночь — сидел в кресле, глядя на спящего Сэма, и прокручивал в голове вчерашнее снова и снова. Кот, парящий в воздухе. Глаза Сэма, полные ужаса. И слова Джона: «Азазель». Он встал затемно, на цыпочках прошёл в ванную, умылся ледяной водой. В зеркале отражался человек, которого он видел ещё в школьные годы — тени под глазами, сжатые губы, шрам на лбу, кажущийся глубже обычного и эта неуверенность в собственных силах. — Ты справишься, — сказал он своему отражению. Голос прозвучал неубедительно, слабо. Мужчина впервые за то время что находился в этой реальности, почувствовал себя на свой возраст (Больше века). На кухне уже кто-то возился. Гарри вошёл и застал Бобби за завариванием кофе — огромной турки, которую охотник возил с собой по всему миру. — Не спал? — спросил Бобби, не оборачиваясь. — Не получилось. — Я тоже. — Бобби повернулся, протягивая ему кружку. — Джон ушёл в мастерскую часа в три. Я слышал, как он стучал по металлу. Думаю, тоже не спал. — Ему не помешало бы поспать. — Ему не помешало бы много чего, — Бобби усмехнулся, но усмешка вышла грустной. — Но мы работаем с тем, что есть. Они пили кофе молча. Гарри смотрел в окно на туман, и тот казался ему живым — тянул к дому белые щупальца, словно пытался проникнуть внутрь. — Бобби, — сказал он наконец. — Ты знаешь Джона давно. Ты веришь ему? Насчёт демона? Просто в голове не укладывается вся эта история.. Бобби долго молчал, кружку в руках он держал, но не пил. — Знаешь, парень, — сказал он наконец. — Я верю, что он сам верит в то, что говорит. А вот насколько это правда... — он пожал плечами. — С демонами никогда не знаешь наверняка. Они плетут свои сети, а мы запутываемся. Для этого и есть охотники, чтобы распутывать их сети и спасать обычных людей. Ты поэтому не злись слишком сильно на Джона, как никак хоть отец он и херовый, человек неплохой. И никого ещё не оставлял в беде. — Понимаю. Но знаешь, я многое за свою жизнь повидал, хоть и выгляжу молодо. И эта жизнь научила меня беречь самое дорогое что у нас есть, Семью. Перед глазами пронеслись давние воспоминания. Как кричит мама закрывая его своим телом, тело отца, падение Сириуса в арку, и тело Римуса который так и не смог обрести семью. А дальше обрывки школьных дней и друзья, что заполнили своей заботой дыру в его сердце. — А мальчики уже стали частью нашей с Томом семьи. — недолго помолчав Гарри улыбнулся и перевел дыхание собираясь с силами на будущий день - Я сегодня отвезу мальчиков в Гринготтс. Проверим кровь. Узнаем правду. А там уже будем решать проблемы по мере их поступления. Бобби кивнул обдумывая слова парня, хотя теперь уже казалось что перед ним сидит взрослый мужчина, который пережил достаточна дерьма, чтобы знать цену спокойной жизни. — А если мы не сможем ничего сделать, всё же такие демоны как Азазель — не просто пешки, они намного могущественее. Гарри посмотрел на него. Твёрдо. — Поверь на каждого сильного найдется свой сильнейший. Уж это проверенно. — У тебя есть план? — План — защитить их. А как мы это сделаем — посмотрим по обстоятельствам. Бобби кивнул, и в его глазах мелькнуло что-то вроде уважения. — Ты хороший человек, Гарри Поттер. Слишком хороший для этого мира. — Или слишком плохой, — тихо ответил Гарри. — Посмотрим. Остальные проснулись от запаха яичницы — Бобби разогрел старую сковороду и теперь колдовал над ней с таким видом, будто это был сложнейший ритуал. Том спустился первым, как всегда — тихий, сосредоточенный, с книгой под мышкой. — Ты спал? — спросил Гарри, заметив его осунувшееся лицо. — Достаточно, — ответил Том, что означало «нет». Дин появился через пять минут, сонный, с взлохмаченными волосами, и сразу нацелился на сковороду. — Я чую еду. — Ты всегда чуешь еду, — усмехнулся Бобби. — Это талант. Сэма пришлось будить. Он проснулся капризным, тёр кулачками глаза и кутался в плед, который не выпускал со вчерашнего дня. — Я не хочу никуда ехать, — заявил он, когда Гарри попытался его одеть. — Сэмми, мы же говорили. Поедем, проверим твою кровь, узнаем, почему кот взлетел. — А если там больно? — Не больно. Обещаю. — А ты будешь рядом? — Всё время. Сэм подумал, шмыгнул носом и кивнул. — Тогда можно мне пожалуйста шоколад, он меня успок...успокаивает. Гарри улыбнулся, несмотря на тяжесть на душе. — Договорились. Джон на завтрак не вышел. Бобби отнёс ему тарелку в мастерскую — Гарри слышал приглушённые голоса, но не вслушивался. Ему не хотелось знать, о чём они говорят. Охотники были друзьями, может и не самыми близкими но ближе чем казалось. Им не хотелось мешать или влезать в их разговор, он и так уже влез в семью Винчестера. Совесть иногда задела на задворках сознания, но он прогонял мысли об этом. Главное что мальчики счастливы. — Он не поедет с нами? — спросил Дин, кивая в сторону мастерской. — Нет, — ответил Гарри. — Это место не для него. — А для нас — для нас? — Для вас — всё что угодно, — серьёзно сказал Гарри. — Вы — моя семья. Дин опустил взгляд, но уголки его губ дрогнули. *** Машина снова покачивалась на дороге. Гарри вёл, Том сидел на переднем сиденье. Он держался прямо, смотрел на дорогу, но Гарри видел, как его пальцы впиваются в колено. Том явно переживал, и его пугали не способности Сэма, а слова Джона о демонах. Гарри вспомнил, что в приют в котором жил Том, часто приглашали священника. Не сложно было догадаться, кого именно к нему водили чаще всего. — Ты как? — спросил Гарри тихо, чтобы Сэм и Дин на заднем сиденье не слышали. — В норме, — слишком быстро ответил Том. Помолчал. — А ты? — Нет, но надеюсь что мы получим ответы. Том повернул голову, посмотрел на него. — Что бы ни случилось, мы справимся. Я уверен. Гарри улыбнулся краем губ. — Если уж ТЫ уверен, то мы обречены на победу. Откуда кстати такая уверенность? Не обращая внимание на легкую иронию в начале, Том четко произнёс. — Потому что ты — мой отец. А мой отец не может сдаться или проиграть. — Том произнёс это ровно, как констатацию факта, и отвернулся к окну. Но Гарри заметил, как напряглись его плечи, и понял, сколько смелости потребовалось, чтобы сказать это вслух. — Спасибо, сын, — тихо ответил он. Том не повернулся, но его плечи чуть опустились — словно груз, который он нёс, стал немного легче. Филиал Гринготтса в Америке располагался в здании, которое никто из простых смертных не мог увидеть. Для магглов это был просто пустырь между двумя банками — неудобное место, где никто не парковался. Но стоило Гарри подвести детей к неприметной двери и взять их за руки, как она распахнулась сама собой, открывая вид на мраморный холл с высокими колоннами. — Вау, — выдохнул Дин. — Это банк? — Сэм крутил головой, пытаясь разглядеть потолок, который уходил куда-то в темноту. — Его только что здесь не было, круто! — Это специальное заклинание отвлечения внимания и защита от Маглов – людей что не имеют магии, — ответил Том спокойно. — Кстати тут работают гоблины. — Гоблины? Реальные? — Абсолютно реальные. И очень опасные, если их разозлить, — добавил Гарри. — Поэтому ведите себя вежливо. К ним уже спешил управляющий — низкорослый гоблин в безупречном чёрном костюме, с длинными пальцами и острыми зубами, которые он обнажил в пародии на улыбку. — Лорд Певерелл, — голос гоблина был скрипучим, как несмазанная дверь. — Мы получили ваш патронус. Рады приветствовать вас в нашем скромном филиале. — Благодарю, — Гарри кивнул с достоинством, которым научился за годы общения с гоблинами. — Мне нужна проверка крови. Для двух мальчиков. — Для двух? — гоблин прищурился. — Патронус говорил об одном. — Обстоятельства изменились. Я заплачу. Гоблин склонил голову, его длинные пальцы переплелись. — Следуйте за мной. Они спустились по широкой лестнице в подвальное помещение — чистое, стерильное, с каменными столами и медными инструментами, которые тускло поблёскивали при свете магических светильников. Сэм вцепился в руку Гарри. — Здесь не больно? — Ни капли, — заверил Гарри, хотя сам не был до конца уверен. Гоблинские методы были... своеобразными во все времена и во всех вселенных. — Кто первый? — спросил гоблин, доставая ритуальный кинжал. Дин шагнул вперёд прежде, чем Гарри успел ответить. — Я. Я старший. Покажу Сэмми как надо. Гарри посмотрел на него с такой гордостью, что у него перехватило дыхание. — Молодец, Дин. Гоблин взял у Дина кровь — быстро, профессионально, почти незаметно. Дин даже не поморщился, хотя Сэм зажмурился и спрятал лицо в животе Гарри. Порез после процедуры затянулся сразу не оставля ни царапины, ни шрама. — Ваш черёд, молодой человек, — гоблин повернулся к Сэму. — Я не хочу, — Сэм покачал головой, вжимаясь в Гарри. — Сэмми, помнишь, что мы говорили про шоколад? — мягко сказал Гарри. — Ты получишь его сразу после. И ещё. Я буду держать тебя за руку, если хочешь. Сэм шмыгнул носом и протянул руку. Отвёл глаза. Закусил губу. Гоблин сделал своё дело — Сэм даже не понял, когда, только дёрнулся и удивлённо посмотрел на свою ладошку где затягивался порез. — И всё? — И всё, — подтвердил Гарри. — А шоколад? Гарри рассмеялся, и напряжение в комнате немного спало. — Результаты будут через час, — сказал гоблин, собирая пробирки. — Вы можете подождать в приемной комнате. Там есть чай и печенье. — Печенье? — оживился Сэм. — Тогда мы подождем результаты там. Гарри вывел детей в приемную — маленькую уютную комнату с диванами, журнальным столиком и огромным аквариумом, в котором плавали светящиеся рыбки. Сэм сразу прилип к стеклу. Дин упал на диван и уставился в потолок. Том сел в кресло, открыл книгу — но Гарри видел, что он не читает. — Почему так долго? — спросил Дин. — Как есть, придется подождать. — Я могу поспать? — Если хочешь. Дин закрыл глаза, но через минуту открыл снова. — Гарри, а почему ты не сказал, что проверяешь и мою кровь тоже? Я думал, только Сэма. — Потому что вы братья, — ответил Гарри после паузы. — Иногда... иногда то, что влияет на одного, влияет и на другого. Я не хочу пропустить что-то важное. Мне важно знать что не только с Сэмом, но и с тобой все хорошо. — Ты думаешь, мы оба... — Дин не договорил. — Я ничего не думаю, пока не увижу результаты, — твёрдо сказал Гарри. — Но я хочу быть уверен. Тома я тоже водил на проверку, мне так спокойней. Том кивнул, и тогда Дин закрыл глаза — на этот раз засыпая, или это можно было назвать почти так. Час тянулся бесконечно. Сэм играл со светящимися рыбками, пытаясь доказать, что они ему улыбаются. Том перечитывал одну и ту же страницу десять раз. Гарри сидел неподвижно, глядя на дверь. Наконец гоблин вернулся. В руках он держал два свитка — длинных, запечатанных красным сургучом. — Лорд Певерелл, — его голос стал ниже, серьёзнее. — Нам нужно поговорить. Желательно наедине. — Мы могли бы пройти в ваш кабинет, в таком случае, — сказал Гарри. — Конечно, дети могут спокойно подождать здесь, их никто не потревожит. Гарри посмотрел на Тома. Тот кивнул. — Мы посидим тут, — сказал он, беря Сэма за руку. — Я за ними пригляжу. — Хорошо, я быстро. Они вышли, и гоблин плотно закрыл дверь. — Что в результатах? — спросил Гарри, не пытаясь скрыть напряжение. Гоблин развернул первый свиток. — Дин Винчестер. Человек. Слабые магические способности — на уровне сквиба «почувствовать присутствие сверхъестественного», не развиты. Сильная интуиция. Боец (уровень скрыт) Боец - это то что нельзя отнести ни к магии ни просто к талантам. Такие люди становятся сильными воинами, бесстрашными. В целом, для детей охотников это нормально хоть и редко, учитывая какую жизнь они ведут, судьба старается даровать небольшие подарки в виде таланта, чтобы они могли выжить. Никаких отклонений или странностей, почти. — Он отложил свиток. — Почти? — Мы ещё вернёмся к этому. — Ладно.., а второй? Гоблин помедлил. Его глаза — чёрные, без зрачков — уставились на Гарри. — Сэм Винчестер. — Он развернул свиток, пробежал глазами, нахмурился. — Человек, слабый магический потенциал. Чуть сильнее сквиба. Направления: Телекинез. (Средний уровень. Активирован) Менталистика. (Слабый уровень. Скрыт.) В его крови содержится... примесь. Демоническая. Магия крови (управление низшими демонами, уровень неизвестен. Скрыт.) Кровь не полностью демоническая, и не так, чтобы назвать его полудемоном, но достаточно, чтобы это было заметно любому магическому анализу. Гарри замер. Он ожидал чего-то подобного, но услышать — совсем другое. — Ладно с дарами разберемся... Что за демон? — Обозначен как «Азазель», — гоблин произнёс это имя так, будто оно жгло язык. — Знакомая метка. Старая. Очень старая. И уже слишком глубоко сидит в ребенке, отделить одно от другого теперь невозможно. Раньше такие метки ставили на своих вассалов. Гарри сжал подлокотники кресла. — Больше информации нет? —дождался кивка — Известны последствия такого вмешательства в детский организм? Гоблин покачал головой. — Последствия неизвестны, но это ещё не всё. Есть ещё кое-что. — Он перевернул свиток, показал Гарри странную вязь, которая пульсировала на пергаменте тусклым золотым светом. — Это не относится к демону. Это... глубже. Структурнее. Сэм Винчестер — не просто человек с демонической меткой. Он — идеальный сосуд. — Сосуд? — Гарри нахмурился. — Для чего? — Не для чего. Для кого. — Гоблин посмотрел ему прямо в глаза. — Эта магия древнее, чем я могу определить. Она ждёт. Она встроена в саму суть мальчика. Он — истинный сосуд. Для одного из Архангелов. В горле пересохло. — Объясните... Кого из? — Люцифер. Тишина стала плотной, как вода. Гарри слышал собственное сердце — гулко, тяжело, будто оно пыталось вырваться из груди. — А Дин? Не зря же вы оставили на потом новость. — спросил он хрипло. Гоблин без слов развернул первый свиток, указал длинным пальцем на строку в самом низу. — Читайте между строк, мистер Поттер. Дин Винчестер — тоже сосуд. Но для другого Архангела. Михаила. Гарри откинулся на спинку кресла. Мир покачнулся. — Два сосуда, — прошептал он. — Два брата. Это не случайность. — В этом мире случайностей почти не осталось, — сказал гоблин. — Кто-то пишет эту историю. Мы сами или кто то другой, неважно. Факт остаётся фактом. Гарри поднял на него глаза. — Я должен поговорить с вашим королём гоблинов. — Боюсь, это невозможно, — гоблин покачал головой. — Даже для Лорда Певерелла. Эти знания — за пределами нашей юрисдикции. Вы должны искать ответы там, где они прячутся. Наш король вам с этим не поможет. — Где? Где мне искать информацию если не у вас?! Гоблин склонил голову. — В самых тёмных уголках. В книгах, которые скрыты. В устах, которые не говорят. Откройте Певерелл-Град, в библиотеке этого рода хранится куда больше книг чем можно представить. Но будьте осторожны, Лорд. Истина имеет свойство ломать тех, кто не готов ее узнать. Гарри вышел из комнаты с двумя свитками в руках. Дети сидели на диване. Сэм махал рукой рыбкам, Дин уже не спал и общался с Томом, а Том. Он первый перевел взгляд на Гарри когда тот вошёл. — Всё хорошо? — спросил он, поднимаясь на ноги. Мальчик увидел лицо Гарри и его глаза сузились. — Всё не хорошо. — Потом, — сказал Гарри. — Сначала — в машину. Он забрал Сэма на руки, положил свитки в карман мантии и почти бегом направился к выходу. Дин и Том едва поспевали за ним. В машине Гарри долго сидел молча, сжимая руль обеими руками. Дети замерли на заднем сиденье, чувствуя, что что-то не так. — Гарри? — позвал Сэм робко. — Ты злишься? — Нет, милый, — Гарри заставил себя улыбнуться — но улыбка вышла дрожащей. — Я не злюсь. Я просто думаю. — О чём? — О том, как сильно я вас люблю. Он завёл мотор и поехал обратно к Бобби. Джон встречал их на крыльце. Он сжимал в руке старую фляжку — не пил, просто держал, будто она давала ему опору. Увидев лицо Гарри, он побледнел. — Настолько плохо? — Хуже, — сказал Гарри, выходя из машины. — Нам нужно поговорить. Они оставили детей в доме — Дин обещал присмотреть за Сэмом, Том молча кивнул, и Гарри ушёл с Джоном и Бобби в мастерскую. — Я начинаю с хорошего, — сказал Гарри, доставая свитки. — Мальчики здоровы, оба являются людьми с задатками сквиба. Объясняю — сквиб это обычный человек который может видеть магию, и/или ее чувсвовать. Обычно такие люди не колдуют, они просто меньше подвержены болезням, лучше переносят сложности, видят магию. Ну и там по мелочи. В целом Дин например может стать велеколепным бойцом если развить в нем физ подготовку. Ну типа меньше уставать там будет или быстрее востонавливаться. Джон выдохнул — так, будто не дышал всё это время. — А Сэм? — В крови Сэма — демоническая примесь. Азазель, как ты и сказал. И с ним немного история интересней, из-за крови демона, у него проявились дары, которые придется развивать. В этом нет ничего опасного, но узнать план Азазеля нужно срочно, так как информации о таких случаях пока нет.— Гарри показал строки. — Но это не всё. —Что ещё?! — Мальчики являются истинными сосудами... — Сосуд? — Бобби нахмурился. — Для кого? — Для Люцифера и Михаила. Архангелов. Тишина. Джон побледнел так, что его лицо стало серым. — Это шутка? — Я не шучу такими вещами. — Как это возможно? — Бобби потрясённо смотрел на свиток. — Люцифер — это... это... — Это тот же архангел, — закончил за него Гарри. — Падший ...если быть точным. И Сэм — его идеальный сосуд. А Дин — идеальный сосуд для Михаила. — Боже мой, — прошептал Бобби. Он перекрестился — жест, которого Гарри никогда от него не видел. — Богу, по-видимому, наплевать, — горько сказал Джон. — Иначе он не допустил бы... — Согласен, вряд-ли богу есть до этого дело, — перебил его Гарри. — Я не знаю. Я многого не знаю. Но я обещаю вам одно: я найду способ это остановить. Но мне нужна помощь. У вас много литературы на тему демонов и всего остального. Один я вряд-ли справлюсь. — Остановить? — Джон посмотрел на него. — Ты не можешь остановить это. Это судьба. Пророчество. Писание. — Брось, Джон, — сказал Бобби. — Ты охотишься на демонов. Ты убиваешь то, что по писанию нельзя убить. — Это другое. — Это то же самое, — сказал Гарри. — Мир меняется, лишь мы пишем нашу историю. И мы меняемся вместе с ней. Я найду способ с вашей помощью или нет. Он вышел из мастерской, чувствуя на себе тяжёлые взгляды. В доме дети сидели на диване — Том уже не пытался читать книгу, Дин смотрел телевизор, Сэм играл с браслетом матери. — Дети, — позвал Гарри. — Я уеду ненадолго. Мне нужно кое-что выяснить. — Ты бросаешь нас? — голос Дина дрогнул. — Нет. Никогда. — Гарри опустился перед ним на корточки. — Я просто должен найти информацию. Чтобы защитить вас. Я вернусь через несколько дней. — А если не вернёшься? — Вернусь, — твёрдо сказал Гарри. — Обещаю. А пока вы останетесь с Бобби. И с отцом, если сами захотите. — Мы хотим, — сказал Сэм неожиданно. — Папа грустный. Мы должны его защищать. Гарри улыбнулся, хотя внутри всё сжималось от боли. — Ты очень добрый, Сэмми. Он нашёл Тома в углу дивана. Мальчик сидел с книгой, но не читал — смотрел на свои руки. — Том. — Ты уезжаешь, без меня? — Да. — Надолго? — Не знаю. Но я буду звонить. Каждый день. Если что-то случится — вы звоните сразу. Понял? Том кивнул, не поднимая глаз. — Том, посмотри на меня. Мальчик поднял голову. Его тёмные глаза блестели — не от слёз, он бы не позволил себе плакать, но блестели. — Ты для меня очень важен, — сказал Гарри. — Ты не просто опекаемый. Ты — мой сын. — Я знаю, — тихо сказал Том. — И поэтому я должен тебя попросить... Не расстраивайся. Ты больше не один, у тебя есть очень классные братья. — Гарри взял его за плечи и подмигнул. — Мы же теперь семья. Дин обязательно будет храбриться, но ему страшно. Сэм — он пока не понимает масштаба, но он напуган. Будь рядом с ними. Пожалуйста. Запомни, что бы не случилось вы есть друг у друга. Хорошо? - повернулся к парням - вы меня слышали? Что бы не случилось, доверяйте только друг другу. — Я всегда буду рядом, — Том произнёс это так, будто давал клятву. Гарри обнял его. Том сначала напрягся, но потом его руки сами обвили талию Гарри, и он замер, уткнувшись лицом в плечо. — В конце недели я приеду, — сказал Гарри в его макушку. — Обязательно. — Не опаздывай, — голос Тома был приглушённым, почти неслышным. — И будь осторожен. Ты мне..нам, нужен. Гарри отстранился, заглянул ему в лицо. Том покраснел — до кончиков ушей, до самой шеи, но смотрел прямо, не отводя взгляда. — Вы мне тоже, — сказал Гарри. — Очень. Он отпустил Тома и повернулся к Дину и Сэму. Ещё раз обнял — всех троих разом, как мог, чувствуя, как бьются их сердца, как пахнут от них домом и безопасностью. — Я вас люблю, — сказал он. — Помните это. Что бы ни случилось в будущем. — Мы тебя тоже любим, Гарри, — ответил Сэм, и это прозвучало слишком тепло и по родному. Бобби стоял у двери, скрестив руки. — Деньги, — Гарри сунул ему в руки конверт. — Там достаточно. Не спорь. — Гарри, это слишком... — Поспорь — и я положу вдвое больше, — серьёзно сказал Гарри. — Они должны быть сыты, одеты и в безопасности. А ты должен не думать о том, как их кормить. Бобби посмотрел на конверт, взвесил на ладони и вздохнул. — Там на месяц жизни. — Значит, на трёх пацанов точно хватит, — Гарри не улыбнулся. — И смотри за Джоном. Если сорвётся — звони. Я приду и заберу их всех. — Заберёшь? — Бобби приподнял бровь. — Вместе с тобой, — твёрдо сказал Гарри. — Я серьёзно, Бобби. Я оставляю их только потому, что не смогу уделять им нужное время. Сейчас надо разобраться со всей этой жутью и решить что делать в будущем. Поэтому я буду искать везде. Охотник хлопнул его по плечу. — Знаю, парень. Знаю. Иди. Мы тут сами разберёмся. Я в своих книгах тоже поищу про сосуды и кровь демонов. Может друзьям позвоню вдруг кто что слышал. Гарри улыбнулся, пожал крепкую ладонь мужчины и вышел на крыльцо, сделал глубокий вдох и трансгрессировал — с хлопком, который разнёсся по всему двору. *** Дом встретил его тишиной. Моргана сидела на спинке кресла и смотрела на него с укором. — Знаю, знаю, — буркнул Гарри, проходя в библиотеку. — Я всё бросил и ушёл. Обещаю больше не буду оставлять тебя одну, красотка. Сова довольно ухнула и перелетела на шкаф, откуда было лучше видно. Гарри достал с полок всё, что могло иметь отношение к демонам, архангелам, сосудам и пророчествам. Книги громоздились стопками — старые, пыльные, с выцветшими обложками. Некоторые он привёз из Англии, другие купил в местных лавках, третьи нашёл в хранилище Певереллов. Он читал до темноты, зажигал свечи, пил остывший кофе и чувствовал, как усталость наваливается тяжёлой плитой. Созванивался с парнями каждый вечер перед сном. Бобби тоже искал. Но ничего. Побывал на главной волшебной улице Америки. Связался с учителями Тома, на тему саморазвитие и информации об ангелах и других существах. Но информации было мало. И он продолжал искать хоть одно упоминание о пернатых. Но ни строчки об истинных сосудах. Ни слова о Люцифере и Михаиле в этом контексте. — Ничего, — прошептал он, откладывая очередную книгу. Близились пятые сутки поисков — Абсолютно ничего. — Потому что вы ищете не там, — раздался голос. Гарри вскочил, выхватывая палочку. В кресле напротив сидел старик — высокий, худой, с бледным лицом и глазами, в которых не было жизни. И в то же время была вся жизнь сразу. Он держал в руке яблоко и надкусывал его с видом человека, который делает это уже тысячу лет. — Кто вы? — Гарри не опускал палочку. Старик посмотрел на него — и в его взгляде не было угрозы. Было только бесконечное, почти скучающее спокойствие. — Вы знаете кто я, Гарри Поттер. Правда этот облик для тебя не привычен. Гарри сглотнул. Палочка дрогнула. — Смерть, — произнёс он. — Именно, — старик улыбнулся — холодно, безрадостно. — это я, наследник. И у меня к тебе разговор. — Какой? Смерть отложил яблоко. — Помнишь когда я помог тебе перенестись в эту вселенную, я предупредил тебя об оплате. — Такое не забудешь. — Так вот, дело в том, что местный бог пишет дерьмовый сценарий, — сказал Смерть с такой обыденной интонацией, будто говорил о погоде. — И меня это не устраивает. Никогда не устраивало. Даже эту тушку, в которой ты видишь меня сейчас, он прописал. Правда на большее влиять он в отношении меня и не может. Но продолжим. Гарри опустил палочку. И присел напротив, хоть этот облик и был непривычен для Смерти, на него хотя бы можно было смотреть не ощущая сильного давления. — Местный... бог? — Чак, — Смерть скривился. — Называет себя Чак Ширли. Писатель. Любитель драм. Он придумал эту вселенную, написал для неё сюжет — трагический, жестокий, полный страданий. И бросил её. Как ребёнок, который наигрался в куклы и ушёл. — Чак? — Гарри чувствовал, как голова идёт кругом. — Бог — это Чак? — Один из многих его обличий. Богов много Гарольд, но кроме небольшой силы в пределах некоторых вселенных у них ничего нет. Люди сами вознесли их в нечто, невероятное. Я могу ещё долго рассказывать что вселенная это нечто большее чем несколько реальностей. И лишь Высшие следят за всеми. — Смерть вздохнул. — Но этот разговор не для сегодняшнего вечера. Изначальный замысел Чака был прост: заставить Винчестеров страдать. Снова и снова. Вечный цикл боли, потерь и жертв. Апокалипсис, который отменят в последний момент, смерти, которые отыграют назад. Бесконечный сериал. — Почему ты рассказываешь мне это? — Потому что ты — тот, кто может это изменить, — Смерть наклонился вперёд. — Ты не был частью сценария, Гарри Поттер. Ты — ошибка в матрице. Инородное тело. Чак не писал вас. Вы пришли сюда из другой истории, и это даёт вам свободу, которой нет ни у кого в этой вселенной. — Я.. и опять я случайным образом избранный...Мерлин и Моргана. Смерть усмехнулся. — Гарольд, ты с самого детства притягиваешь к себе неприятности, пора бы было уже и привыкнуть. — Издеваешься? — Немного. - Смерть улыбнулся, но вернулся к теме разговора. - Я не могу напрямую вмешиваться в дела истории. У меня есть правила. Но я могу использовать своих, наследников. — Смерть посмотрел на Гарри — и в его глазах мелькнуло что-то, похожее на тепло. — Увы вас осталось очень мало, и за каждым я присматриваю очень тщательно. Не волнуйся я не буду заставлять тебя что-то делать. Просто верну тебе некоторые безделушки и кое что расскажу. На столе появились мантия невидимости, черный камень и бузинная палочка. А также толстая книга, обложка которой была обтянута кожей. — В книге информация?.. — Верно. — Смерть наклонился вперед. — Я отдаю тебе все артефакты, они снова как новенькие, я наполню их энергией. Пользуйся ими так, как раньше, ради защиты. Гарри сел в кресло. Ноги не держали. — Каков план? — Чтобы ты помог мне переписать финал, — просто сказал Смерть. — Сценарий Чака — катастрофа. Люцифер и Михаил столкнутся, используя Винчестеров как сосуды. Мир почти уничтожат, а потом — откатят, чтобы повторить снова. Есть реальности где это уже произошло. Боль, кровь, слёзы. Бесконечный цикл. — И вы хотите остановить это? — Я хочу, чтобы у них был выбор, — Смерть произнёс это с неожиданной страстью. — В сценарии Чака выбора нет. Всё предопределено. Каждая гибель, каждое предательство, каждое «я люблю тебя», сказанное слишком поздно или по сценарию. Я не могу смотреть на это. Я...Не смотри на меня так, я тоже умею чувствовать хоть и не так как это делают люди. И эта реальность мне нравится больше всех. — Почему вы не можете просто... исправить, что за правила? Ты же Смерть, у тебя тут даже..эмм..собственный сосуд есть? — Потому что даже у Смерти есть ограничения в силах, — тихо сказал старик. — Это не сосуд, я создала это тело очень давно из собственной магии, что бы жнецы могли спокойней на меня смотреть. И повторюсь. Я не могу менять судьбы напрямую. Но я могу влиять на тех, кто может. Например — на тебя. Гарри закрыл лицо руками. — Ты должна была..был, не важно, должен был сказать мне раньше. Сразу. Как только я оказался здесь. — И что бы ты сделал? — Смерть поднял бровь. — Услышал бы, что бог — писатель-неудачник, а твои новые дети — сосуды для архангелов? Ты бы не смог просто жить спокойно. А теперь — теперь ты готов. Ты любишь их. Возможно для тебя это жестокость с моей стороны, но и я никогда не говорил что святой. — Это эмоциональный шантаж. — Гарри усмехнулся, понимая что за него снова все решили. — Да, — усмехнулся Смерть. — Но выбор только за тобой, я не буду заставлять тебя делать то чего ты не хочешь сам. Гарри поднял голову. В его глазах горел огонь. Со Смертью спорить бесполезно, да и не хотелось. Но мальчиков защитить он был обязан. — Каков план? — Научить Сэма контролировать его дар, — сказал Смерть. — Силы, которые дал ему Азазель — это не проклятие. Это инструмент. Если Сэм научится им пользоваться, он сможет сопротивляться Люциферу. Сможет отказаться быть сосудом. — Дин и Том? — Дин сложнее, — Смерть покачал головой. — Его роль в сценарии Чака — быть верным солдатом. Тот, кто скажет «да» Михаилу, потому что так надо. Потому что так правильно. Потому что отец велел. — Он помолчал. — Дин должен научиться говорить «нет». И понимать, что его ценность — не в его полезности, а в нём самом. Он должен научиться жить без борьбы. — Смерть задумался будто заглядывая в нити вселенной — Том, да .. Тома ты уже изменил, не будет никакого Воландеморта и магической войны, но не потеряй его ведь, ни один из вас не может жить без другого. — Мерлин..это же пиздец, извини за мой русский. — Если бы было легко, твоя помощь была бы не нужна. — Смерть поднялся. — Я не могу дать вам ответов. Я не могу дать вам инструкцию. Но я могу дать вам время. Пока Чак не вернулся к своей игре, у вас есть свобода действий. Используйте её. — А когда он вернётся? — Когда поймёт, что что-то идёт не по плану, — Смерть посмотрел на потолок, будто видел что-то там, далеко. — А до тех пор... учи их. Защищай. Люби. Это твой сценарий, пиши его сам. Он шагнул к Гарри, положил руку ему на плечо — и в этом прикосновении не было холода. Было что-то древнее, тёплое, почти человеческое. — Ты не один — сказала Смерть. — Помни это. И исчез. Без хлопка, без вспышки. Просто растворился в темноте. Гарри сидел неподвижно долго. Моргана спустилась с шкафа, села ему на колено и уткнулась головой в грудь. — Я в порядке, — сказал Гарри сове. — Наверное. Сова недовольно ухнула. — Ладно. Не в порядке. Но буду. Он взял телефон, набрал номер Бобби. — Бобби, всё хорошо? Дети спят? — Спят, — голос Бобби был хриплым, видимо, он тоже не спал. — Джон с ними. Сидит, смотрит. Словно боится, что они исчезнут, если отвести взгляд. — Передай ему... — Гарри запнулся. — Ничего. Просто скажи, что я завтра приду. И привезу ответы. — Ты нашёл что-то? — Нашёл, — Гарри потёр переносицу. — Слишком много всего. — Гарри, ты в порядке? Ты звучишь... — Я в порядке, — соврал Гарри. — Спокойной ночи, Бобби. — Спокойной ночи. Он не лёг спать. Всю ночь он сидел в кабинете, читая фолиант принесенный Высшей, и пытался уложить в голове слова Смерти. Бог — писатель. Судьба — скверно написанный сценарий. Винчестеры — марионетки. И он, Гарри Поттер, который должен научить их быть свободными. — Просто, — прошептал он в пустоту. — Просто научить их быть свободными. И всё. На рассвете он трансгрессировал обратно к дому Бобби. Дети спали — все трое в одной комнате, на одном диване. Сэм в середине, уткнувшись носом в плечо Дина. Том с краю, положив руку на Сэма, будто защищая во сне. Гарри смотрел на них, и сердце его разрывалось от любви и страха. — Я не позволю вам пострадать, — пообещал он тихо. — Ни за что. Он вышел на кухню, где уже сидел Джон. Тот поднял на него покрасневшие глаза. — Ну? — Все будет хорошо, я это проконтролирую. — Контроль? — Джон скривился. — Это демоническая сила. Её нельзя контролировать. — Можно, — твёрдо сказал Гарри. — Я знаю магию тьмы. Я знаю, как с ней работать. Я научу его. Джон хотел возразить, но Гарри поднял руку. — Это не обсуждается. Либо так, либо он станет тем, кем его хотят видеть. Выбирай. Джон замолчал. Сжал кулаки, разжал. — Ладно, — сказал он глухо. — Ладно. Но я буду рядом. Всё время. — Договорились. Гарри разбудил детей. Сэм капризничал, Дин зевал, Том молча наблюдал. — Садитесь, — Гарри подвинул к столу три стула, сам он тоже не отказался от чашечки кофе, глаза слипались от усталости. Дин плюхнулся первым, Сэм забрался с ногами, Том сел молча и прямо, как солдат перед строем. — Все настолько плохо и нам придется смириться? — Дин попытался усмехнуться, но усмешка вышла нервной. Он уже знал этот тон. Гарри говорил так, когда должен был сказать что-то важное и неприятное. — Нет, — Гарри присел напротив. — Никто не в опасности. Во всяком случае, прямо сейчас. Сэм выдохнул, но не расслабился. Том переглянулся с Дином. Гарри заметил это — как они обмениваются взглядами, как ищут опору друг в друге, даже когда ничего ещё не случилось. Слишком взрослые для своих лет. Слишком привыкшие к тому, что хорошие новости — это только затишье перед бурей. — Посмотрите на меня, — Гарри дождался, пока три пары глаз устремятся на него. — Все мы видели что произошло, и вы знаете что я сделаю для вас что угодно. Я не буду врать — небольшие проблемы есть но с ними я и ваш отец с Бобби, в состоянии справиться. Относитесь к этому проще, мы знатно все испугались, но по факту, происшествие с котом лишь дало нам время подготовится. Дин напрягся. Сэм вцепился в край стола. — Но вот что я хочу, чтобы вы запомнили, — Гарри подался вперёд. — Вы — просто дети. Вы имеете право бояться, плакать, злиться, ошибаться, просить помощи и ничего не решать. Пусть взрослые несут свою ношу сами. Вы не солдаты. Вы не оружие. Вы — моя семья, и с вами всё будет хорошо. От вас я прошу только прилежно учиться и наслаждаться детством. — Ты так говоришь, будто не хочешь что бы мы в это лезли, — тихо сказал Том. — Не хочу, ты прав. — Гарри не стал отрицать. — Просто, ничего такого, не произошло, с чем я не справлюсь. Случилось то, что я узнал кое-что об ангелах. О тех, кто заинтересован в вас. Я узнал их планы. И я узнал, как их нарушить. — Ангелы? — Дин скривился. — Серьёзно? Папа говорил, что ангелов не существует. — Все мы ошибаемся, — мягко сказал Гарри. — Они существуют. Но это не те создания из воскресной школы. Они опасны, сильны и очень стары. И им нужно кое-что от вас. Но — я повторяю — я знаю, как вас защитить. Лучшая помощь от вас это стремление хорошо учиться. Сэм сжался, обхватил себя руками. — Они хотят нас... использовать? — Да, — Гарри не стал смягчать. Не после того, как Сэм уже видел когти этого мира. — Но использовать можно только того, кто согласился. А вы — нет. И не согласитесь. Потому что я научу вас, как сказать «нет» так, чтобы никто не посмел даже пальцем вас тронуть. Дин молчал. Слишком долго. Потом спросил: — А ты? Ты тоже... ты же волшебник. Ты можешь с ними справиться? Гарри посмотрел ему прямо в глаза. — Я не проверял, но справлялся и с куда более опасными противниками. — Чуть не прикусил себе язык вспоминая, что один из архангелов вообще-то сам Люцифер. Да с таким он к сожелению или к счастью, ещё не сталкивался. Дин кивнул. Один раз. Тяжёлый, мужской кивок, который означал «я принимаю твои условия, но я всё равно буду начеку». Сэм вдруг всхлипнул и бросился Гарри на шею. Гарри поймал его, прижал к себе. — Ты уверен, что всё будет хорошо? — прошептал мальчик в плечо. — Уверен, — так же тихо ответил Гарри. — Потому что я рядом. Вы вместе, и никто вас не тронет. Том встал, подошёл и положил руку на плечо Гарри. Дин остался на месте, но его плечи чуть расслабились. Напряжение в комнате отступало. Медленно, как туман под утренним солнцем, но достаточно, чтобы дети снова начали дышать. — А можно мы пойдём играть? — спросил Сэм, вытирая нос. — Идите, — Гарри улыбнулся. — И не думайте ни о чём. Это моя работа — думать за всех. Я рассказал лишь для того чтобы вы поняли, мы семья и ни я ни Бобби с Джоном. Никогда и ни при каких условиях не оставим вас в беде. *** Через час, когда дети уже возились во дворе — Сэм тащил к Дину какую-то палку с червяком на конце, пока Том удерживал старшего за руки, пока тот вырывался. Если бы вся троица не смеялись Гарри бы напрягся, но в глазах Дина тоже были искорки веселья поэтому Гарри подошёл к Бобби. Бобби сидел в своём кресле с растёртой газетой и потным чертежом на коленях. Гарри вытянул из кармана плотный листок, покрытый мелкими рунами и готическими завитками. — Вот, — сказал он, кладя лист на колени охотнику. — Пользуйся аккуратно. Бобби надел очки, вгляделся. — Это что, защита от ангелов? — Частично. Верхний ряд — полный круг. Используй только если ангел уже рядом. Обязательно — кровью, а после рука на круг и эти слова. — Указал на слова в листе — Суть этих символов в том, чтобы создать закрытый контур. Ангел не сможет войти сразу, не сможет видеть, не сможет приказать. Эти символы под большим вопросом, на практике не проверялись но работаем с тем что имеем. — Жестко, — Бобби провёл пальцем по листу. — А нижние? — Отвлекающие, — Гарри вздохнул. — Честно? Они как плохая маскировка. Если ангел знает, куда смотреть — увидит сразу. Но если он не ищет специально... может пройти мимо. Или подумать, что ошибся. Это не защита, Бобби. Это секундная задержка. Иногда секунда — это всё. — Спасибо и на том, — Бобби спрятал лист во внутренний карман куртки. — Ты сам-то как это выкопал? Я про ангелов от силы пару упоминаний в старых манускриптах находил. — Что-то нашёл, что-то сам разработал, — уклончиво ответил Гарри. — Что ты так смотришь? Магия это не только палкой махать. Важно, что это работает. Должно. Бобби хотел спросить ещё, но Гарри перевёл разговор. — На дом я поставлю другие символы. Попрочнее. Эти — для дороги, для экстренных случаев. Когда понадобятся — возьмёшь у меня. Не вздумай экспериментировать самостоятельно. — Я не самоубийца, Поттер, — буркнул Бобби. — Знаю, — Гарри положил руку ему на плечо. — Знаю. Из сада донёсся крик Сэма — то ли радостный, то ли возмущённый. Дин что-то громко объяснял и бегал за ним с той самой палкой, Том смеялся — глухо, но искренне. Гарри посмотрел на них и подумал: пусть пока ничего не знают о Чаке. Пусть пока думают, что мир просто опасен, а не написан психопатом с блокнотом. Им хватит и этого. Он не сказал Бобби правду. Не сказал бы никому. Слишком тяжела была эта ноша — знание о том, что бог спустил эту вселенную в унитаз и ушёл курить. Но именно поэтому Гарри должен был нести её сам. — Бобби, — сказал Гарри перед тем, как выйти. — Если со мной что-то случится — продолжай. Символы, обучение, защита. Не дай им стать тем, кем их хотят видеть пернатые. Я лишь хочу, что бы они стали хорошими людьми и это главное. Бобби нахмурился. — С чего такие разговоры? — Просто обещай. Бобби помолчал, глядя на Гарри долгим, цепким взглядом. Потом кивнул. — Обещаю. Я парней в обиду не дам. И я имею ввиду всех троих. Гарри улыбнулся благодарно и вышел на крыльцо. Сова, спавшая на ветке, приоткрыла один глаз, ухнула вопросительно и снова закрыла. Близился вечер. В доме пахло ужином. Дети всё ещё шумели в саду. А Гарри Поттер был готов вступит в игру, ради мальчиков, ради спокойной жизни и ради семьи которую обрёл в этой реальности.