She’s playing her game and you can hear them say

      Те, кто бывал в компании друзей, у которых между собой больше общего, чем с тобой, знают то чувство скуки и бесполезности. Фуго не мог нормально поговорить с Гвидо, потому что тот смеялся с Джорно. Он не мог поддержать диалог с Джорно, потому что тот рассказывал о случаях между ним и Мистой. В какой-то момент Фуго спрашивал у себя, зачем он вообще согласился идти с ними. Он выпил второй бокал вина и чувствовал, что слегка опьянел.       Миста толкнул Фуго в бок и указал на столик, за которым сидели две девушки. — Как думаешь, у них есть парни? — спросил он. — Я не буду с ними знакомиться, — угрюмо ответил Паннакота. — Может, они пара. Кто ходит в ресторан с подружкой? Это же не кафе. Рестораны для свиданий. — Нет, Панна, они точно сюда пришли, чтобы найти себе парней!       Фуго внимательно посмотрел на девушек. Не похоже, чтобы они ждали, когда к ним подсядут для знакомств. Девушки смеялись, они были увлечены беседой и точно бы не хотели, чтобы им мешали. Может, они видятся раз в год. — Ты можешь заказать бутылку вина для того столика? — Миста обратился к Джорно. — Не смей потакать ему, — предупредил Фуго. — Хватит тебе, Панна! — полушутя сказал ему Миста. — Ты так никогда девушку не найдешь! — Мне не нужна девушка. Я самодостаточен.       Миста осмотрел его снизу-верх. — Я бы пошутил, но боюсь, что ты меня убьешь. Эх, — он закинул руки за шею и развалился на стуле. — Ухаживать за девчонками так классно…       Джорно попросили подойти к телефону. Когда он вернулся, у него был уставший вид. — Небольшие проблемы, я должен вмешаться, — Джорно надел пиджак. — Пожалуйста, заказывайте — я оставлю чек.       Перед тем как уйти, он обернулся с широкой улыбкой и помахал, совсем как подросток, который прощается со школьными друзьями. Фуго представил на секунду, что они могли быть в одном классе, если бы жили как обычные люди среднего класса, ничем не одаренные и без больных амбиций.       Зал ресторана гудел. — Давай закажем еще вина, — Миста схватил винную карту.       Фуго вслушивался в тихую игру фортепьяно, расположенного у кухни. Там же возвышалась крошечная сцена. Время близилось к десяти вечера. — Я не буду. У меня уже голова кружится, — сказал Фуго. — Уверен? — Миста не отрывал взгляд от меню. — Сейчас здесь нет ни Бруно, ни Леона — никого, кто бы гудел над ухом, что тебе рано пить.       Конечно, Гвидо имел в виду другое. Он не хотел сказать, что они мертвы, но почему-то его слова отозвались безнадегой и грустью в сердце Паннакоты. — И сейчас совсем не рано. Как раз время напиться, — Миста показал на часы и рассмеялся над своим каламбуром.       Фуго засмеялся в ответ.       Ради Мисты он выпил еще бокал вина, хотя совсем не представлял, как завтра будет работать. Они неизбежно стали вспоминать общее прошлое. Казалось, разговор откладывался до удобного случая, и Паннакота боялся поднимать эту тему, особенно ему было страшно смотреть в лицо Мисты. К его удивлению, они смеялись, вспоминая, как Абаккио любил строить из себя крутого. — Каким же козлом он бывал, — смеялся Миста. — Тебе повезло, что ты не выезжал с ним на задания, — добавил Фуго. — Представить себе это не могу. Он бы довел меня до безумия, это точно. Меня бы на скорой прямо в дурдом увезли бы, — шутил Миста, и Паннакота смеялся во весь голос. — Знаешь же, у него была такая дурацкая привычка делать вид, что не слышит тебя. Наденет наушники, а плеер не включает. — Да… Да, у него было такое, — улыбнулся Фуго. Он поднялся. — Попрошу пианиста сыграть что-нибудь другое, — объяснил он.       Сделав шаг, Паннакота осознал, насколько он пьян. Он шел медленно, справляясь с головокружением. Со всех сторон его окружал смех и разговоры, гул смешивался в единую мелодию. Как же здорово бывает в компании, пускай и незнакомых людей, особенно когда ты пьян. Белый бок лакированного фортепьяно блестел под светом стеклянной люстры. Фуго погладил его и уже наклонился, чтобы попросить сыграть что-нибудь веселое, типа Touch mе группы The Doors, как заметил нечто странное. Не убирая широкой улыбки, Фуго еще раз погладил фортепьяно.       Он никогда не принимал наркотики и о трипах знал только с чужих слов. От кого-то он слышал, что галлюцинации от психоделика имеют яркие геометрические формы. Фуго вспомнил об этом, когда его рука, гладящая фортепьяно, стала оставлять за собой очертания. Как в комиксах, когда художник пытается изобразить движение. Улыбка медленно сходила с губ. Фуго приблизил руку к глазам, и кисть размывалась.       Сначала Фуго запаниковал. Миллион мыслей пронеслось в голове. «Я пьян. Нет, я не мог так сильно напиться от трех бокалов. Мне подмешали наркотики!» — Он вспомнил, что Миста просил официанта открыть бутылку. — «Как в шпионских фильмах. Их подлили в вино шприцом через пробку. Конечно, я же теперь не солдат… И я видел чужой стенд.»       Фуго оглянулся на их столик. Перед глазами плыло, как на картинках, где все размыто, но стоит скосить глаза, и на первый план выходит трехмерное изображение. «Наркотики не действуют так быстро», — пытался успокоить себя Фуго.       У первых столиков стоял мужчина в расклешенных брюках в красно-желтую полоску и в бирюзовой водолазке. Фуго сразу обратил на него внимание, не только из-за тридцать лет назад вышедшего из моды клёша, но и из-за британской внешности. Мужчина выглядел как Кит Ричардс в молодости, еще этот цветастый платок на шее… Фуго даже не сразу заметил, что вокруг мужчины витает желтая аура — настолько платок привлек его внимание. «Какой винтаж», — мимолетом подумал Фуго.       Мужчина медленно поднял руку. — Миста! — крикнул Паннакота. — У него стенд!       Запнувшись о ножку стула, Фуго упал на руки, но падение будто замедлилось, в глазах картинка наслаивалась на картинку. По ощущениям он словно падал на изображение, толкал следующее, которое проходило насквозь, и все повторялось, пока Фуго не уперся ладонями в пол. Он поднял голову, и снова время замедлилось, мучительно и расплывчато. Фуго видел похожее наслоение на экспериментальных фотографиях 60-х, как двойная композиция, но только увеличенная в десять. Начало тошнить. — Das Model! — услышал Фуго, и перед ним оказался желтый стенд, похожий на манекен, с красными вертикальными полосами по всему телу.       Стенд дал ему сильную пощечину, такую, что голова отлетела назад. Раздался вой пожарной сирены. Гости поспешили на выход, и среди хаоса криков Паннакота расслышал голос Мисты, который орал, чтобы все немедленно разбегались.       Фуго обхватил больную голову руками. «За мной пришли», — понял он.       А после рядом с ним просвистели пули. — Блять, Фуго, прости, — с паникой в голосе крикнул Миста. — Я целился в стенд, но он буквально повсюду! — Тебе лучше убрать револьвер, мистер Миста, — сказал стендюзер с сильным британским акцентом.       Фуго открыл глаза. Мужчина неспешно приблизился, сел на корточки и вытащил из кармана клочок бумаги. — Мужчина, рост около 170 сантиметров, волосы светлые, длинная челка и короткие волосы, — мужчина остановил чтение, смерил Фуго взглядом и продолжил: — Телосложение худощавое, пользователь стенда. Стенд ближнего боя, опасен. Узнаешь себя? — Мужчина убрал бумажку и посмотрел в глаза Фуго. — Мое убийство заказали? — прошептал от ужаса Паннакота.       Мужчина покачал головой, наигранно обдумывая ответ. Его стрижка, как контраст внешнему виду, была короткой, колючей, напоминающей волосы Джонни Роттена. Каштановый цвет отсвечивал рыжим. — Да, — наконец, ответил мужчина. — Не думай, что я бессердечный убийца… — Что он несет, Панна?! — заорал Миста.       Фуго отскочил назад и посмотрел на него. Гвидо целился в голову киллеру. — Перед своей смертью ты узнаешь мое имя, — как в дешевом боевике, сказал мужчина, поднимаясь на ноги. Его силуэт рос, складывался друг за другом, оставляя за собой десяток похожих изображений. — Меня зовут Джон Гримальди, и я убью тебя. — Purple Haze! — в панике вырвалось у Фуго.       Плотная фиолетовая дымка закрыла его. Паннакота отползал спиной вперед от киллера, глотая бешенный стук сердца. Каждое движение множилось, накладывалось, и казалось, что время тянется, как жвачка. Из дымки выпрыгнул стенд киллера. Фуго закричал, закрылся руками, и над его головой пролетели две пули. — Это так не работает, Миста! Хватит шмалять! — теперь Фуго разозлился.       Purple Hazе бессмысленно крушил и переворачивал столы. Ничего полезного он не делал, что, впрочем, больше радовало, чем злило. Нельзя было допустить, чтобы он разбил капсулы, пока Миста находится в зале.       А после время набрало скорость. Перед глазами Фуго киллер извивался, прыгал вперед и назад, оставлял визуальный след, и его силуэт напоминал положение танцоров в индийских религиозных танцах. Отстающие очертания спешили слиться с первым, торопились за ним — Джон Гримальди был похож на индийское божество с тысячью рук. — В кого мне целиться? — Фуго услышал голос Мисты. — Не целься, еблан!       Фуго с криком отскочил от пули. Гримальди не задело — Миста выстрелил в остаточное изображение. — Мой стенд, Das Model, сложнее, чем ты себе представляешь, — киллер оказался рядом с Фуго, схватил его за воротник рубашки и приблизил к себе. — Его иллюзию не разгадать. Слышал, ты поступил в институт в 13 лет. Но даже такой умный парень не разберется, где иллюзия, а где — настоящий стенд.       Из-за яркой одежды, цветастого стенда, мельтешащих пятен перед глазами у Фуго сильнее закружилась голова. Он изо всех сил стоял на ногах, и, когда киллер удержал его на месте, когда перед глазами перестало двоиться, Паннакота понял, что его тошнит. Он закрыл глаза, и горькое вино полилось изо рта и носа. Джон Гримальди отпустил его. — Что же… Я совсем не расстроюсь из-за испорченной водолазки, — прорычал он, — Если убью тебя прямо сейчас.       Кулак его стенда постепенно, толчками приближался к Фуго. Purple Hazе проревел, и в ту же секунду Паннакота рванул к нему, как мать к ребенку. — Нет, Haze, остановись! — он закрыл его костяшки ладонями. — Нельзя! Здесь Гвидо!       Фуго представил гнилое пузырящееся мясо Мисты, его снова скрутило на колени. Его стошнило. Нельзя было допустить, чтобы Purple Hazе разбил капсулу, но из-за опьянения его было сложно контролировать. — Гвидо, — строго сказал Фуго, поднимая голову. — Уходи.       Он поднялся. Перед глазами все еще плыло. — Кто тебя послал? Кому я мешаю? — и неожиданно Паннакота все осознал: Витторио работал не один. — Тебя послал Варда? Это у него туманный стенд?       Стоя среди перевернутых столов, Гримальди казался огромным и опасней. Он долго молчал. — Das Model! — вместо ответа крикнул он.       Стенд замедлил ощущение времени. Фуго закрыл глаза. «Неважно», — подумал он. — «Какая разница? Джорно найдет нового консильери. Миста потеряет еще одного товарища. Шейла… Нет. Миста не должен терять последнего друга».       Кулак Das Model приближался к нему. Прошли считанные секунду, но за это время Фуго понял, что не хочет умирать. Не ради памяти Бруно, Начанчи и Абаккио, не ради судьбы Passione, не ради какой-либо цели. Он хотел жить ради себя. Он хотел найти девушку, хотел еще раз увидеть Шейлу, еще раз перекинуться шутками с Мистой, еще раз вкусно поужинать и выпить вина. Он хотел сходить на новый фильм, встретить Рождество, научиться быстро печатать на компьютере, работать, проснуться рано утром и проследить, как просыпается город, пока готовиться кофе. Он не хотел умирать так погано и жалко, как не хотел умирать из-за какой-то девчонки полгода назад.       Фуго увернулся. — Сдохни, козлина! — зарычал он.       Purple Hazе выпустил газ из капсулы. Когда туман стал рассеиваться, Фуго увидел, что Джон Гримальди отскочил в дальний угол зала, прижимаясь боком к фортепьяно. — Вот значит как… Пять метров, — задумчиво протянул он.       Purple Haze, разделяя гнев Фуго, выкидывал капсулы одну за другой, пока не осталась последняя. Плотная дымка, как заряд напалма, заволокла зал. Воздух отравило резким запахом. Повисла тишина. — Почему ты не гниешь, если стоишь в дыму своего стенда? — послышался голос на противоположной стороне.       Фуго быстро обернулся. — Потому что я имею антидот в крови, — он указал на шрам в уголке губ. — Когда я глотнул его яд, то… Знаешь, что? Иди нахуй!       Джон Гримальди вызвал стенд. Смотря, как в лицо летит кулак, раскрашенный в тонкую красную полоску, Фуго ничего не боялся. Ему даже не нужно было звать свой стенд — Purple Haze, как танцор индийской мистерии, расслаивался на десятки силуэтов, пестрящих и безумно опасных, двигался точно в грудь стенда. Он выбросил кулак резко вперед. Последняя капсула разбилась, и фиолетовая дымка закрыла вражеский стенд.       Фуго вышел из дыма и остановился над киллером. Гримальди упал спиной на опрокинутый стол. Он глотал воздух ртом. Удар пришелся ровно в то место, где Фуго оставил пятно рвоты. Кожа мужчины пузырилась, лопалась, и гной вместе с кровью лился из ран. Отвратительный запах разложения заполнил ноздри. — Варда хочет убить меня? Потому что я видел его стенд? — ровным голосом спросил Фуго. — Это он убил Витторио Трентиньяна? Зачем ему это?       Джон Гримальди шипел. Он уже ничего не смог ответить — его шея распухла, как и язык. Разъеденная плоть оголила кости, внутренности превратились в жижу, они разбухали, лопались, лились с мерзким влажным звуком. Фуго ненавидел смотреть, как мучаются жертвы его яда. «Это сделал я», — всегда проскальзывало в его мыслях, когда он смотрел, как человек на глазах превращается в лужу плоти.       Как-то, что было личностью, становится бесформенной массой.       Выйдя на улицу, Фуго понял, что оставил пиджак в ресторане. К нему сразу же подбежал Миста. — Ты в порядке?       Фуго осмотрел улицу. На тротуаре толпа ждала полицию и пожарных. Девушки, за столик которых Миста хотел подсесть, смотрели на здание ресторана у такси. Наверное, их вечер был беспощадно испорчен. — Мда… Но везде есть свои плюсы. Не придется платить за ужин, — задумчиво протянул Миста. — Я не смог дозвониться до Джорно. Его нет в офисе, и я понятия не имею, на какой еще номер звонить. Все монеты потратил в автомате! Были бы у нас пейджеры… Это что за парень был?       Фуго пришел в себя. — Не знаю, — тихо ответил он.       Миста молча смотрел, как полиция заходит в здание. — Это из-за банды Рабасса? — предложил он.       Паннакота с тяжестью сел на бордюр. — Гвидо, я вспомнил твой рассказ, когда ты чудом уцелел. Ты говорил, что после этого стал ценить жизнь. Кажется, я понимаю тебя, — он посмотрел на Мисту острым взглядом. — Сначала я найду ту суку, которая заказала мое убийство, и только потом я смогу жить спокойно. Я не хочу мести. Это уже личное.       Миста сел рядом с ним. — Я его найду и угандошу, — со злостью говорил Фуго, пуская слюну. — Он будет страдать. — Думаешь, это Сержио Варда?       Фуго помолчал. — Не люблю предъявлять обвинения без доказательств, — процитировал он фразу, которую слышал недавно, но не мог вспомнить, кто ее сказал.       Время ушло за полночь. Толпа расходилась. Шрам в уголке губ неприятно тянуло.