Часть 9: Ревность как электрошок

Музыка лилась из динамиков, наполняя лабораторный модуль пульсирующим, земным ритмом. Меган, с хитрой улыбкой на полных губах, показывала движения: плавный взмах рукой, округление бедра, легкий поворот на каблуке. Ее тело, грациозное и сильное в новом облике рекома, с удивительной легкостью воплощало непонятную для Алиры заводную мелодию. — Давай, Алира, попробуй. Девушка, наблюдая, чувствовала, как что-то внутри нее откликается на этот вызов. Ей нравилась эта музыка — ее сложная, механическая энергия. В этом танце не было скрытого смысла, только чистый импульс. Она осторожно повторила движение, сначала скованно, но потом, уловив ритм, позволила телу расслабиться. Бедра нашли свою, более широкую амплитуду, хвост непроизвольно подхватил такт, двигаясь подобно метроному. На лице появилась удивленная, а затем восторженная улыбка. — Видишь? — Меган засмеялась, ее кошачьи глаза блеснули. — Это весело! Время, проведенное с Куоритч-старшей — ломало все ее представления. Эти «демоны с неба» не были бездушными убийцами. Как минимум не все. Они учились, смеялись, у них были сложные отношения, шутки и песни. И в сердце Алиры зрела опасная, безумная мысль: а что, если возможен иной путь? Не война на уничтожение, а что-то другое, безопасное для всех. Обмен? Понимание? И был еще он. Майлз Куоритч. Полковник. Образ рекома вторгался в ее мысли с настойчивостью, которую она не могла игнорировать. Его физическая мощь, столь отличная от строения воинов племени, была пугающей и притягательной одновременно. Но больше всего ее смущала эта раздвоенность: железная, порой жестокая воля солдата и редкие, как трещины в скале, проблески усталости, сарказма, а порой и заботы. Полковник, как неизученный лабиринт, в который она боялась и жаждала войти. —Танцульки на рабочем месте, — заявил с порога вошедший к ним Лайл. Лейтенант прислонился к косяку, наблюдая за ними с привычной ленивой усмешкой. — Классическая картина. Очень на тебя похоже, Мег. — Заткнись и присоединяйся, Лайл, — Меган поманила его пальцем, и в этом жесте было столько обаяния и власти, что Алира видела: он не устоит. — Я же вижу ты этого хочешь, лейтенант. — Как я могу отказать такой просьбе? — Лайл оттолкнулся от косяка, и через мгновение его руки легли на талию Меган. — Моя талия выше, — поправила она, не прекращая движения, и обвила его шею руками. — Но ты ведь не против? — Он приподнял бровь. В ответ Меган лишь клыкасто ухмыльнулась. Она виляла бедрами, ее хвост будто невзначай касался его ноги, а большие глаза, гипнотизировали солдата. Алира наблюдала, зачарованная этой опасной игрой, в которой каждая сторона знала правила. Лайл тоже начал двигаться, поймав ритм. Тень в дверном проеме заставила ее вздрогнуть. Майлз стоял, скрестив руки, и его взгляд, тяжелый и оценивающий, скользнул по Лайлу, затем по сестре, и наконец, ненадолго задержался на Алире. — Лейтенант, доложи, чем занят? — усмехнулся полковник, голос Майлза был ровным, но в нем вибрировала сталь. Лайл отрапортовал даже не смотря в сторону Куоритча. —Провожу культурный обмен, сэр. Очень серьезное задание. Может, и тебе стоит попробовать? Слышал, у местных красоток в обычае заплетать косы тем, кто им… симпатичен. — Он многозначительно посмотрел то на Алиру, то на перекинутую на плечо косу Майлза. Все замерли от того абсурда что вылетело из рта Уинфлита. Возможно он на веселе лишнего сказал, но абсолютно все смотрели на него как на дурака... Полковник стоял неподвижно прожигая взглядом от которого бы расплавился даже металл. Кровь прилила к щекам и ушам девушки приобретая пурпурный оттенок. Она, не говоря ни слова, уходит, потому что слова Лайла напомнили ей всю невозможность и опасность её мыслей. Майлз же злится не только на бестактность, но и потому, что шутка попала в цель, о которой он сам боится думать. — Как ты вообще, до своих лет дожил, что иногда умудряешься говорить... такую хуйню... — недоумевающие выдала Меган прикрыв глаза ладонью. Куоритч вышла вслед за ней, оставив двух мужчин в напряженном молчании. Майлз дождался, пока шаги затихли в коридоре, затем медленно перевел взгляд на лейтенанта. —Гениально, лейтенант. Растрогал. — Да, признаю, сказал лишнего, — Лайл развел руками, но в его глазах читалось беспокойство. – Но ты думаешь мы совсем слепые? Сколько она уже здесь на базе? Месяца три? Может четыре? Вы даже не видите себя со стороны. — А вот сейчас ты сказал ещё большую хуйню, чем до этого. Чтобы я влюбился в дикарку на'ви? – с каждым словом интонация казалась всё неувереннее, чем он желал бы. – Повторить путь предателя Салли и уйти в лес бегать с голой задницей от танаторов? Ты настолько нюх потерял в своих выводах? — Девчонка явно не желает возвращаться по какой-то причине. Так в чем проблема? — Нихера ты не понимаешь! — Да пошел ты, Куоритч, — проворчал Лайл, но уже направляясь к выходу. Лайл лишь отмахнулся, скрываясь за дверью. Майлз остался один. Тишина модуля стала давящей. Он подошел к окну, уставившись на пейзаж Пандоры. Воспоминания о Джейке приводили его в неистовую ярость. Куоритч никогда бы не отступился от своих принципов, ни в прошлой жизни, ни в новой.

***

Пару недель спустя никто старался даже не вспоминать тот неловкий момент. На'ви проводила с доктором всё своё свободное время. Мег читала ей и рассказывала об исследованиях Грейс Огустин. Позволяла ей конспектировать исследования и даже научила заполнять некоторую медицинскую документацию. Когда речь заходила о лечении, Алира рассказывала о лекарственных травах, рисовала их и приводила примеры в каких случаях их используют. Одно оборудование, не серьёзно, но местами давало сбой. Алира с Меган зашли в короткий служебный коридор между лабораторным и инженерным блоками, чтобы сократить путь. И замерли. В ярком свете лампы, прислонившись к стене, стояли двое. Женщина в форме техника, знакомая Алире по насмешливому взгляду и пятну сока что та ей когда-то оставляла на одежде. И Майлз. Широкая спина была напряжена, голова наклонена. Казалось, мужчина отстраняется, но женщина, встав на цыпочки, притягивала его за воротник, сомкнув их губы вместе. Алира отступила назад, найдя рукой стену для опоры. Её словно окатили водой. Как она могла позволить, даже на секунду, представить себя рядом с ним. Между ними всё было понятно с самого начала. Жгучий, словно пропитанный ядом кинжал, проникал медленно и беспощадно. Ревность? Нет, она не имеет на это права. Её положения здесь ничего не изменит. Была и будет никем. Майлз рванул головой назад, оттолкнув женщину от себя резким, почти грубым движением. — Хватит, — его голос прозвучал хрипло, не как приказ, а как предупреждение. Алира, не в силах вынести этот взгляд — его замешательство, ее торжество, — она развернулась, чтобы уйти. Ее инстинкт кричал: беги, не становись свидетелем этого унижения. Но Меган не двинулась с места. Она стояла, скрестив руки, и наблюдала с таким ледяным спокойствием, будто обыденно для себя, изучала под микроскопом два взаимодействующих микроорганизма. В ее руке была кружка с теплым кофе. Реком медленно помешала в ней сахар крошечной ложечкой, и тихий звон о фарфор прозвучал невероятно громко в напряженной тишине. — Свали, Карла, — сказала Меган ровным, бесцветным голосом, даже не глядя на женщину, а уничтожая своим презрением брата. — Нам тут нужно поговорить по-семейному. Военный-инженер, оправившись, фыркнула. — Ты мне не начальник, чтобы указывать! Меган наконец повернула к ней голову. — Еще одно слово, и эта чашка, — она слегка приподняла ее, — встретится с твоим синим, наглым ебалом. Не сомневайся, треснет и то, и другое. — Полковник, она...! – Пошла вон я сказал, – выкинул он ей через плечо. Женщина, обдав всех ядовитым взглядом, фыркнула и зашагала прочь, громко топая сапогами. Когда эхо ее шагов затихло, Меган отпила кофе, не сводя глаз с брата. — Ну что, Казанова? Сколько можно? Ты и в старом теле, когда тебе за пятьдесят было, умудрялся обрастать такими… прилипалами. — Она кивнула в сторону куда ушла Клара, каждое слово ощущалось острее лезвия. — Как бы история не повторилась. Или тебе уже мало уроков? — Мег, — его голос прозвучал как скрежет. — Не начинай. — Не начинать?! — Она поставила кружку на ближайший ящик с грохотом. — Я начну, когда захочу! И закончу когда захочу! Уже забыл Паз? — Заткнись! — рявкнул он, словно не своим голосом. — Нет, не заткнусь! — Меган шагнула к нему, ее собственный хвост яростно бил по воздуху. — Ты отказался от него! Тебе не нужен был сын! Не нужны неудобства! А я помогала Паз его растить! — женщина перешла на крик и было совершенно не важно кто их услышит, былые материнские чувства к племяннику разрывали изнутри, как и отстраненность брата. — Я сидела с ним, когда она на вахте была! Я выхаживала его до самой своей смерти, когда целый блок по какой-то причине взорвался вместе со мной! И он оказывается был здесь! Когда ещё не привезли моё тело. Ты даже не сказал какой он! Что с ним стало! Я видела отчет в базе данных, Майлз! — Он бы тебя никогда не узнал даже будь ты в старом теле! — выкрикнул Майлз, и это прозвучало как отчаянная, слабая защита. Но для сестры они звучали больнее чем пуля в теле. — А я для него вообще никто! — И поэтому лучше сделать вид, что его не существует?! — голос Меган сорвался. В ее глазах, всегда таких насмешливых, блеснули яростные слезы. — Ты трус, Майлз! Трус, который боится любой ответственности, если она не прописана в уставе! Она схватила ту самую кружку с остатками кофе и одним резким движением выплеснула темную жидкость ему в лицо и на грудь. Липкие коричневые капли стекали по щеке, подбородку, по швам на форме. — Подонок, — прошептала она, и в этом слове была вся горечь десятилетий разлук, предательств. Затем врач развернулась и ушла, не оглядываясь, оставив Майлза одного в коридоре, мокрого, униженного и раздавленного грузом прошлого, которое настигло его каждый раз, стоило ему на миг забыть о нём. А Алира, скрывшись в темном углу, стала свидетелем семейной ссоры. У обоих, что у брата, что у сестры, зияла в груди глубокая, кровоточащая рана. Которая вряд ли, поддаётся лечению, даже для такого врача как Меган Куоритч.

***

Выйдя на открытый воздух, за пределы освещенного периметра базы. Ей нужно было пространство и тишина. На'ви присела на мягкий мох, и вскоре к ней подкралась Мекти, уложив тяжелую челюсть на плечо. Поглаживая гладкую голову икрана, Алира пыталась упорядочить хаос в душе. — Мекти, что со мной происходит? — прошептала она. — Увидев его с той… женщиной, я почувствовала боль. Разве может быть так? К нему? Он — всё, против чего нас учили бороться. Он — плоть от плоти наших врагов, даже душа его… чужая, разбитая. Наездница закрыла глаза, представляя его: нечеловечески широкие плечи, силуэт, словно высеченный из скалы, резкие черты лица, которые казались грубыми, но притягивали взгляд. И эти глаза… в них была глубина, в которой тонул весь свет. Над головой запорхало нежное сияние. Маленький Дух Древа, словно почувствовав ее смятение, опустился на согнутые коленки. —О, Эйва, — вздохнула Алира, глядя на трепещущее создание. — Я запуталась. Если в моем сердце зарождается то, что ты назвала бы любовью… что мне делать? Отринуть чувство — значит искалечить свою душу. Признать его — значит навсегда отречься от дома, от семьи, стать изгоем. И все ради чего? Ради демона, который видит во мне лишь дикую женщину с гор. Если я для него ничего не значу, возможно, так и должно быть. Так... проще. Дух, словно ответив, мягко взмахнул ресничками и упорхнул, растворившись в ночном воздухе.

***

Майлз нашел ее с помощью трекера. Алира сидела, обняв шею своей банши, и смотрела куда-то вдаль, залитую светом двух лун. Ее профиль в этом свете выглядел прекрасным и недоступным. Он на мгновение задержался, наблюдая, потом аккуратно смахнул с плеча настойчивого лесного Духа, который следовал за ним уже несколько минут. «Что этим летающим медузам Эйвы от меня надо?» Куоритч шагнул вперед, и сухой хруст ветки под сапогом выдал его присутствие. Алира инстинктивно вздрогнула, но не обернулась. —Ты зашла за пределы разрешенной зоны. И без сопровождения, — сказал рекомбинант, останавливаясь в паре шагов. — Вы были заняты, — в тихом произношении слышались отчетливые нотки раздражения, что не ускользнули от слуха полковника. — Более важными делами, чем присмотр за пленницей. Майлз заинтересовано вздёрнул бровь, уловив подтекст. Алира переминалась. Мужчина усмехнулся мысли о том, что дикарка могла бы на него запасть. Это казалось ещё более абсурдным, чем наоборот. В таком случае безумия ей не занимать. —Случайность. Она сама набросилась. Алира наконец повернула к нему голову. В лунном свете ее большие глаза выглядели бездонными колодцами. —Мне не нужно объяснений, полковник. Вы свободны в своих… связях. —Пошли обратно, — приказал он, сменив тему. — Нет. Одно слово. Тихий, но твердый отказ. Майлз вздохнул, устало пройдясь ладонью по лицу. «Боже, женщины. Они одинаковые на любой планете.» — Алира, не заставляй меня применять силу. С плохими девочками я не церемонюсь. — Я не плохая девочка, — девушка поднялась, и в ее позе теперь читалась вся гордость воина племени, она резко выдала на своё языке. — Я — всадница народа Кекунан, и я не пойду туда, где мое присутствие—досадная помеха. Когда Алира развернулась, чтобы уйти глубже в лес, Куоритч двумя длинными шагами настиг ее и обхватил предплечье. Мекти разозлилась, и клацнула пастью, желая укусить за руку. Полковник отпрыгнул назад, но Алиру не отпустил. Он достал пистолет и выстрелил раз в воздух и другой перед играном. Мекти испуганно улетела. Это было ошибкой. Девушка угрожающе зашипела выставив напоказ восемь острых как заточенные ножи клыков. Майлз, на удивление Алиры, ответил тем же, дикий мужской рык не испугал её, но заставил слегка притихнуть, покорно прижав уши. — Подумаешь сбежать и станешь для генерала лёгкой мешенью для поиска твоего племени! – А я туда и не вернусь! Пытаясь вырваться, Алира потянулась зубами к руке мужчины. Майлз схватил её за горло и прижал к дереву, крепко, но не задушивая. Следующий удар в сторону Куоритча пришёлся между ног. Хватка ослабла бдительность полковника–тоже. На'ви накинулась на него сбивая с ног. Оба рухнули на мягкий мох, он снизу, она сверху, обхватив бедрами его талию. Выхватив из ножен морпеховский Ka-Bar прижимая лезвие к горлу. — Давай, Алира, сделай это и вместе со мной убьёшь последнюю надежду на примирение людей и на'ви. Проект должен был показать насколько вы можете быть лояльны и обучаемы к нашему образу жизни. А убьёшь меня, вас так и продолжат расстреливать, без переговоров и каких-либо шансов. Наездница помедлила, она не желала ему смерти, полковник довёл её до агрессии сам. Воспользовавшись благодатной секундой Майлз перехватил запястье и поменял их местами. Алира вскрикнула, взъерошенные волосы спутавшиеся с мхом закрыли ей обзор. Забрав оружие, Куоритч усмехнулся, смахнув кончиком лезвия волосы Алиры. — Поиграла в воительницу и хватит. Ее зубы впились ему в предплечье, глубоко, до крови. Мужчина зашипел стиснув зубы от боли. —Довольно! Щёлкнули магнитные наручники на тонких запястьях. Девушка замерла, тяжело дыша, ее глаза полыхали яростью, а на носу и уголках глаз проступали морщинки от напряжения. Алира снова зашипела. Майлз поднялся, тоже переводя дух, по руке стекала струйка крови из четкого следа от укуса. Девушка лежала, и с хищным взглядом исподлобья, смотрела прямо в глаза полковника, её хвост судорожно бил по земле, выдавая напряжение. Идиотская ситуация, — подумал он с досадой. Наклонившись, мужчина перекинул ее через плечо, удерживая за талию. Она завизжала от неожиданности, поколачивая рекома по спине. — Тихо, волчонок, — проворчал он, направляясь обратно к огням базы. — Это мне злиться надо. Искусала до крови! – Майлз схватил раздражающий хвост, маячивший у лица и слегка отдернул заведя подальше. Алира издала тихий писк, это действие заставило тело сжаться. Она помолчала, присматриваясь к ощущениям и поймала себя на мысли, что хотела бы повторить это ещё раз. Чтобы провёл от основания, до середины и медленно но крепко оттянул. Алира раздраженно промычала закрыв лицо руками и проклинала свои мысли каждую секунду.