Часть 9

Следующие два месяца. Хогвартс. Первые недели учёбы пролетели для Салазара в чётком, размеренном ритме. Он не стремился быть первым во всём — это привлекало бы слишком много внимания. Но он неизменно был среди лучших, демонстрируя холодную, почти безошибочную компетентность. На уроках Зелий Снейп продолжал свою тактику пристального внимания, задавая каверзные вопросы, но каждый раз Салазар отвечал безупречно, его голос звучал тихо и уверенно, без тени заискивания или страха. Это не было вызовом — это было заявлением: я не тот, кем вы меня считаете. И Снейп, скрепя сердце, вынужден был начислять очки Слизерину. Между ними установилось некое ледяное перемирие, насыщенное невысказанными подозрениями с обеих сторон. На Заклинаниях «Вингардиум Левиоса» давно остался позади. Салазар двигался дальше, осваивая более сложные чары из дополнительной литературы, которую брал в библиотеке, всегда с разрешения мадам Пинс (её он расположил к себе почтительной вежливостью и безупречным обращением с книгами). Он наблюдал. За Дамблдором, чей взгляд иногда останавливался на нём во время ужинов — задумчивый, оценивающий. За «друзьями» — Роном и Гермионой, которые теперь открыто шептались и бросали в его сторону недобрые взгляды. За профессором Квиррелом, от которого веяло странным смрадом под духами чеснока, и чья трясущаяся рука иногда слишком долго задерживалась на взгляде, изучающем Салазара. Но главное — он наблюдал за слизеринцами. Драко Малфой был его тенью, явно гордясь таким необычным «трофеем». Но Салазару нужны были не фанатичные последователи вроде Крэбба и Гойла, и не просто союзник по удобству. Ему нужны были умные, амбициозные, полезные союзники. Настоящие друзья, которые впишутся в его легенду и станут его опорой. И к концу октября он выбрал двух кандидаток. Дафна Гринграсс. Тихая, с безупречными манерами, ледяными голубыми глазами и репутацией одной из самых умных учениц своего года. Она редко говорила лишнее, но когда говорила — её замечания были точны и убийственны. Её семья, хоть и не такая громкая, как Малфои, была древней и уважаемой, с глубокими познаниями в древней магии. Пэнси Паркинсон. Острая на язык, проницательная, с тёмными волосами и оценивающим взглядом. Она знала все сплетни, все связи, все слабые места других учеников. Её цинизм и честолюбие были очевидны, но подкреплялись острым умом. Салазар начал с малого: задавал им точные вопросы на уроках, вступал в тихие дискуссии в гостиной Слизерина, демонстрируя не только знания, но и стратегическое мышление. Он видел, как они отвечали ему взаимной оценкой. Зародыш уважения был посеян. Но для настоящей дружбы, той, что будет выглядеть правдоподобно, нужен был кризис. И Судьба (или профессор Квиррелл) предоставила его 31 октября. --- Хэллоуин. Праздничный ужин. Салазар сидел за столом Слизерина, почти не притрагиваясь к еде. Он помнил этот день. В прошлой жизни тролль едва не убил Гермиону, и это сплотило его с Роном. Теперь всё должно было пойти иначе. Когда Квиррелл ворвался в зал с криком о тролле в подземельях, Салазар действовал на опережение. Он не бросился с толпой. Спокойно, но быстро, он нашёл глазами Дафну и Пэнси, которые в общей суматохе отстали от основной массы слизеринцев, уходивших в общие комнаты под руководством префектов. «Гринграсс, Паркинсон, со мной, — сказал он тихо, но так, что его услышали сквозь шум. — Ближайший укромный путь — через восточный коридор. Здесь будет давка». Они, удивлённые, но не растерявшиеся, кивнули и последовали за ним. Драко, увидев это, тут же примкнул к ним: «Я с вами!» Их путь как раз пролегал недалеко от дамского туалета на первом этаже. И тут они услышали рёв и грохот. Из туалета, ломая косяк, вывалился горный тролль, огромный, вонючий и тупой от ярости. Он замахал дубиной, и его маленькие глазки нашли ближайшую цель — Дафну и Пэнси, которые замерли в ужасе, прижавшись к стене. «Гринграсс! Паркинсон!» — крикнул Драко, бледнея, и инстинктивно отступил на шаг. А тролль уже тянул свою лапищу к девушкам. В этот момент Салазар действовал не как одиннадцатилетний, а как опытный боец. Палочка была в его руке мгновенно. «Флиппендо!» — резко бросил он, целясь не в тролля (заклинание было слишком слабым), а в огромную люстру, висевшую в коридоре. С цепким скрежетом массивная конструкция рухнула вниз, угодив троллю прямо по спине и голове. Чудовище оглушённо зарычало, пошатнулось и на мгновение выпустило из виду девочек. «Драко, вон та ваза! Вингардиум Левиоса! На его ноги!» — скомандовал Салазар, его голос звучал железно. Малфой, повинуясь тону, вскинул палочку. Большая каменная ваза с подставки взмыла в воздух и с грохотом обрушилась на клубнистые ноги тролля. Тот заревел от боли и споткнулся. «Бегите! Ко мне!» — крикнул Салазар девушкам, прикрывая их своим телом и направляя палочку на пол перед троллем. «Глациус!» Каменные плиты покрылись льдом. Тролль, пытаясь сделать шаг, поскользнулся и рухнул на пол с таким грохотом, что задрожали стены. В этот момент в коридоре появились профессора — Макгонагалл, Снейп и Квиррелл. «Что происходит?!» — воскликнула Макгонагалл. Тролль лежал, оглушённый, а вокруг него стояли четверо перепуганных, но невредимых слизеринских первокурсников. Салазар опускал палочку, его дыхание было чуть учащённым, но лицо спокойным. Дафна и Пэнси, бледные как полотно, держались друг за друга, глядя на Салазара широко раскрытыми глазами, полными не только страха, но и безоговорочного доверия. Драко трясся, но старался выглядеть храбрым. «Он… он нас почти схватил, — выдавила Пэнси, указывая на тролля. — Поттер и Малфой… они нас спасли». Снейп окинул сцену пронзительным взглядом, задержавшись на Салазаре и его палочке. «Импровизированно. Но эффективно. Для первокурсников… невероятно эффективно». Макгонагалл, всё ещё потрясённая, начислила Слизерину двадцать баллов за «хладнокровие и спасание товарищей, сопряжённое с разумным риском». --- Поздно вечером. Уединённый диван в гостиной Слизерина. Четверо сидели вместе. Шок начал проходить, сменяясь приливом адреналина и… странной близостью, рождённой в смертельной опасности. «Ты… ты знал, что делать, — сказала Дафна, всё ещё тихим голосом, глядя на Салазара. — Ты не растерялся. Ни на секунду». «Кто-то должен был взять на себя ответственность, — просто ответил Салазар. — Вы были в опасности». «Это было потрясающе! — воскликнул Драко, уже оправившись и снова сияя. — Мы, как команда! Я поднял эту вазу!» «Ты сделал то, что было нужно, — кивнул Салазар, и Драко расправил плечи. — И вы обе, — он посмотрел на Дафну и Пэнси, — не впали в истерику. Это помогло». Пэнси тяжёло вздохнула, но в её глазах исчезла обычная надменность, осталось уважение. «Спасибо, Поттер. И тебе, Малфой. Я… мы не ожидали, что кто-то в нашем доме будет так… действовать». «Мы же слизеринцы, — сказал Салазар, и в его голосе прозвучала лёгкая, но твёрдая нота. — Мы полагаемся на ум, амбиции и… друг на друга. Когда это необходимо». Он посмотрел на каждого. На Драко, который теперь видел в нём не просто интересную диковинку, а лидера. На Дафну, чей взгляд из оценивающего стал признательным. На Пэнси, которая кивнула, поняв невысказанное предложение. Так, под рёв оглушённого тролля и запах чеснока от Квиррелла, родилась четвёрка. Не по плану Дамблдора. Не по принуждению. А в огне настоящей опасности. Салазар-Гарри обрёл не просто союзников. Он обрёл команду. И его план в Хогвартсе обрёл новую, прочную основу. Позже, лёжа в своей нише, он думал уже не о тролле, а о следующем препятствии — о трёхголовом псе, охраняющем камень. Теперь у него были те, кто мог прикрыть ему спину. Или, по крайней мере, отвлечь внимание. Игра усложнялась, но и инструментов становилось больше.