Часть 12

(Кабинет директора, Хогвартс. Поздний вечер после прибытия поезда. В камине горит огонь, но в комнате царит ледяная атмосфера. Кроме Дамблдора и Снейпа, присутствуют призрачные фигуры, вызванные через Флау-порох: Джеймс и Лили Поттеры, а также голографические проекции Кингсли Бруствера и Аластора Грюма. Миссис Уизли, находящаяся на кухне в Штаб-квартире, наблюдает через зеркальную поверхность чайника.) Дамблдор: (Складывает пальцы домиком, его лицо в тени отбрасываемой светом) Благодарю всех, что пришли на этот… импровизированный совет. Предмет обсуждения, как вы догадываетесь, один. Наш юный инструмент. За три года он вырос не только физически. Джеймс: (Его голос звучит резко, без привычной бравады) «Вырос» — слабо сказано, Альбус. Он не просто мальчик. Он… лидер. Даже среди слизеринских отродьев. Отчёты показывают, что его маленькая клика — Малфой, Гринграсс, Паркинсон — слушается его беспрекословно. Они не просто друзья. Это его двор. Лили: (Её тон холодный, аналитичный) Его успехи в учёбе безупречны. Но не вызывающе. Он всегда на шаг впереди, но никогда не выставляет себя гением. Это расчёт. Контроль. Я… не ожидала такого уровня самодисциплины в его возрасте. Даже с нашей подготовкой. Кингсли: (Его баритон звучит ровно, но весомо) Мои источники в Министерстве отмечают интерес к нему со стороны старых семей. Не открытый, пока. Но Люциус Малфой задавал намекающие вопросы. Они видят в нём не героя света, а… диковинку. Чистейшую кровь, проявившую себя в неожиданной форме. Для них это знак. Грюм: (Ворчливо, его магический глаз бешено вращается, будто пытаясь увидеть сквозь проекцию) Знак чего? Что мы вырастили себе на голову второго Реддла? Мальчишка силён. Слишком силён для своих лет. Я слышал, как он на занятиях по Защите обращался с палочкой. Это не ученик. Это… дуэлянт. Мастерской, холодный стиль. Откуда? Снейп: (Стоя в самом тёмном углу, его голос струится, как яд) Оттуда же, откуда и его новая внешность. От крови. Она не просто дала ему новые черты лица, Аластор. Она дала ему инстинктивное понимание магии. Древней, не всегда… благоприятной. Вы все хотели идеальное оружие. Поздравляю. Вы его получили. Он режет слишком остро. Джеймс: Ты говоришь так, будто это плохо, Снейп! Разве не этого мы хотели? Чтобы он был сильным? Чтобы он мог противостоять Тому? Лили: Сильным — да. Контролируемым — тоже да. Но он выходит из-под контроля, Джеймс. Камень в первом году… мы до сих пор не понимаем, что именно там произошло. Квиррелл мёртв, камень уничтожен, а наш «мальчик» отделался шоком. Слишком чисто. Слишком удобно. Молли Уизли: (Её голос, доносящийся из чайника, дрожит от беспокойства) А как же Рон? И Гермиона? Они говорят, он смотрит на них с такой ненавистью… Будто знает. Будто помнит. Дамблдор: (Поднимает руку) Спокойствие, Молли. Никаких свидетельств о прорыве блоков памяти нет. Его ненависть может быть инстинктивной реакцией на их… искреннюю неприязнь к его новому дому. Что, кстати, является нашей серьёзной ошибкой. Мы перестарались, настраивая их против него. Снейп: Ошибка была в том, чтобы вообще позволять ему делать выбор. Надо было жёстче направлять. Теперь мы имеем то, что имеем: наследника Слизерина, окружённого будущей элитой тёмных семей, обладающего силой, которую мы не до конца понимаем, и пользующегося уважением даже у таких… циников, как я. (Его губы искривились в подобие улыбки). Парень, что и говорить, молодец. Справился. Выжил. Преуспел. Но опасаться его надо втройне. Кингсли: Чего вы опасаетесь конкретно, Северус? Что он переметнётся к Пожирателям? Снейп: Нет. Он не станет ничьим сторонником. Он уже сейчас видит себя центром своей вселенной. Малфой, Гринграсс — они для него пешки, какими бы «друзьями» они ни казались. Он использует их так же, как… как некогда использовали его. Опасаться надо того, что когда он исполнит свою миссию и Том будет уничтожен, в нашем мире останется существо, которое не будет чувствовать ни малейшей благодарности или долга перед нами. Существо с ледяным сердцем, острым умом, огромной силой и кровью, жаждущей власти. И самое ужасное — с полным правом считать себя обманутым и преданным нами всеми. (Тяжелое молчание). Джеймс: Значит… ликвидировать? После того как он сделает своё дело? Лили: (Резко) Джеймс! Дамблдор: (Голос становится твёрдым, как гранит) Нет. Мы не убийцы. И он — не монстр. Он мальчик, пусть и со сложной судьбой. Наша задача — не уничтожить инструмент, а перенаправить его. Изолировать, если потребуется. Турнир… это будет испытанием. Давление, опасность. Мы увидим, как он себя поведёт. Увидим, не проявятся ли в нём… более светлые качества. Грюм: Светлые качества? В Слизеринце? Вы шутите, Альбус! Он сжёг дьявольские сильья второкурсником ледяным пламенем, о котором нет упоминаний в учебниках! Его Патронус — змея! Какие ещё светлые качества?! Снейп: Возможно, не светлые. Но… человеческие. В нём есть привязанность к этой Гринграсс. Я наблюдал. Это слабость. Или… ключ. Лили: (Тихо) Привязанность… Мы не дали ему её. А она нашла её сама. В стане «врага». Кингсли: Тогда, возможно, наш путь — не вражда, а… переговоры. После всего. Когда Том падёт, мы можем предложить ему место. Признание. Его истинное имя и титул — в обмен на лояльность. Джеймс: Признать наследника Слизерина? Вы с ума сошли! После всего, что мы сделали, чтобы скрыть это! Дамблдор: (Встаёт, его фигура кажется внезапно огромной) Всё это — вопросы будущего. Сейчас наша цель — Турнир. Мы должны обеспечить, чтобы он прошёл через испытания. Чтобы связь с Томом, если она проявится в ходе Турнира, выполнила свою функцию. Всё остальное… будет решено после. Наблюдать, Северус. Более пристально, чем когда-либо. И быть готовыми ко всему. Сессия окончена. (Проекции гаснут. Джеймс и Лили в последний раз обмениваются тревожными взглядами с Дамблдором и исчезают в зелёном пламени. В кабинете остаются только Дамблдор и Снейп). Снейп: Они всё ещё видят в нём ребёнка. Игрушку, которая ведёт себя не по инструкции. Дамблдор: (Смотрит в потухающий камин) А вы, Северус? Кого вы видите? Снейп: (Направляясь к двери, бросает через плечо) Я вижу бурю. И советую не стоять на её пути, когда она обрушится на берег. Спокойной ночи, директор. (Дверь закрывается. Дамблдор остаётся один, его взгляд устремлён в темноту за окном, туда, где в подземельях, возможно, в этот самый момент, его «идеальное оружие» строит планы, которые могут похоронить все их надежды.)