Глава 10

- Можешь быть спокойна насчет стражи, я уже дала указание, и они тебя не потревожат, – холодно бросила Луна и прикрыла глаза. Она пыталась убедить себя, что виной всему лишь тяжесть этого дня, а не то, как её сердце сжалось от жалости. Слишком живо она помнила свою собственную аддикцию, эти острые, жгучие ощущения. А перед ней, на полу, билась в агонии простая пегас, чьи муки были многократно усилены. Селестия поведала ей все отвратительные подробности высшей аддикции, которую она ощутила от Рэйнбоу Дэш, как раз во время их недавнего чаепития с тортиком, который они дружно съели. Детали были настолько жуткими, что Луна чуть не подавилась куском торта, десять раз передумав о своём решении. Но было бы глупо отказываться сейчас от этой затеи, когда она уже проговорила все детали с Мобиусом, что он потом о ней подумает? Что она не держит слово и её решения ничего не стоят? У неё итак с ним было всё очень не просто, как она и боялась отношения к нему у неё изменились в худшую сторону и она не знала как это исправить. Мало того что она теперь к нему не чувствовала никакого тепла, так ещё его присутствие начало почему то её раздражать. Это было больно и неправильно, если опираться на то какой романтичной сказкой для них обоих всё начиналось. Она с горечью вспоминала те первые недели их общения, когда под ногами не мешались всякие там Принцессы Дружбы. Луна была уверена почти наверняка, что крах начался с решения монстра «познакомиться поближе с Твайлайт Спаркл». Смерть Мобиуса стала для неё не просто потерей, а травмой, разделившей её жизнь на "до" и "после". Его новая версия вызывала неприятие, потому что напоминала о том, что вернуть прошлое невозможно. Она цеплялась за малейшие различия в его поведении, словно пытаясь доказать себе, что это не он. Виновница этой внутренней борьбы теперь лежала у её ног, и это вызывало сложную смесь чувств. Утром, под влиянием ярости, она, возможно, позволила бы себе насладиться её страданиями. Однако в течении дня она остыла и успокоилась, плюс небольшой «энергообмен» сыграл так же свою роль. Прошло больше часа, но ничего не изменилось, а, похоже, стало даже хуже. Принцесса Луна старалась как можно меньше смотреть на мучающегося пегаса, и, в конце концов, её нервы не выдержали. – Я ожидала, что ты будешь сильнее и сможешь порадовать нас хотя бы какими-то значимыми успехами. Какой позор! – Она изо всех сил старалась, чтобы её голос не дрожал и звучал холодно и пренебрежительно. – Я вызову Мобиуса, чтобы он взял ситуацию под контроль. Мне уже надоело тратить время впустую. – Аликорн развернулась и медленно направилась к своей комнате, затем мысленно связалась с большим львом. – Я получила всё, чего хотела. Делай с ней всё, что пожелаешь. – Не дождавшись ответа, она вошла в свою комнату и громко хлопнула дверью, песочные часы остались висеть в воздухе, над пегасом. Наступило время поднимать Луну, в крайнем случае всегда можно этим оправдаться. Рэйнбоу Дэш было совершенно безразлично, что говорит Луна. Её слова не проникали в сознание пегаса, потому что вся её сущность была поглощена борьбой с собственным телом. Недавно она уже пережила подобное, когда страх полностью завладел ею, и теперь эта кошмарная ситуация вернулась. Её тело, словно чужое, игнорировало всю силу воли и желания Рэйнбоу Дэш, отказываясь двигаться. Оно ощущалось как огромная каменная глыба, придавившая её, а постоянная, жгучая боль стала её воздухом, от которого невозможно было спастись, только смириться. Отчаяние, предсказанное Мобиусом, начало захлёстывать её, ведь, как всегда, она, похоже, переоценила свои возможности. В отличие от героев сказок, которые находят в себе силы для решающего подвига, она была обессилена невидимой болезнью, не в силах даже поднять голову, не говоря уже о том, чтобы сдвинуть своё тело. Она была настолько обессилена, что не услышала, как к ней подошёл большой лев, по сути она уже почти что потеряла сознание. Её тело отозвалось дополнительной болью, когда монстр прикоснулся к ней привязывая что то на шею, а слова Мобиуса были для неё фоновым непонятным шумом. Небольшая борьба с самой собой за какой то жалкий час вымотала её до предела, как будто она целый день без остановки наматывала круги вокруг Понивилля. Неожиданно невидимая каменная глыба стала легче, как будто кто то подставил плечо принимая часть нагрузки на себя, впервые за последний час она смогла более или менее нормально вздохнуть полной грудью, не корчась от дополнительной боли а вслед за этим к ней потихоньку стали возвращаться её силы. Пегас чуть повернула голову и посмотрела на льва, который держал в лапе небольшой тёмно синий куб, от которого исходило небольшое сияние. Собрав последние силы, пегас выдавила: "Что ты... сделал?" В ответ на её вопрос лев коснулся её спины хвостом, и в её сознании раздался его невозмутимый голос: "Я уравнял шансы, маленькая пони. За этот час ты, я думаю, уже осознала, что без посторонней помощи тебе не справиться. И не нужно мне тут этих взглядов, полных благодарности. Я делаю это исключительно ради собственного развлечения, и на этом всё. Твоего времени осталось чуть больше двух часов, и за это время тебе точно не преодолеть весь путь. Можешь даже не пытаться. Поэтому будем считать это лишь разминкой перед настоящим соревнованием. Тебе необходимо научиться двигаться, не позволяя боли сковывать тебя. Для этого идеально подойдут резкие рывки. А чтобы боль не стала помехой, перед каждым таким рывком задерживай дыхание. Сделав движение, выдыхай, набирайся сил и повторяй. Любые другие действия будут нерациональны и неэффективны. В ближайшие десять минут тебе следует просто лежать и адаптироваться к своему новому состоянию." - Легко сказать – адаптироваться, – с усталостью подумала пони. - Чувствую себя так, будто из меня вынули душу. - О, ты догадалась использовать мыслеречь. Мудрое решение. В твоем нынешнем состоянии открывать рот было бы крайне нерационально, – отметил лев. - Что? Но я просто подумала, ничего больше. Я даже не ожидала, что ты сможешь услышать, – изумилась она. - Любопытно. Обычно для мысленных ответов требуется сформулировать мысль, сжать ее в подобие шара и отправить мне. Даже Хранительнице это удалось не сразу. Впрочем, это не так важно, об этом можно будет подумать позже. - Тогда может быть расскажешь о том что случилось на кровати? Что за странный бред я выдала и почему ты так отреагировал? - пегас выдохнула и попыталась сделать рывок, но ничего не вышло, она снова переоценила себя, отдохнула слишком мало и лишь впустую потратив свои силы. - Куда ты рвешься? Я же сказал десять минут, а не десять секунд. Не надо впустую распылять свои ресурсы, они у тебя не бесконечны. А насчет того, что произошло, это достаточно интересный феномен, на который я пока не нашел ответа, но могу поделиться своими догадками, если тебе так интересно. То, что ты сказала, была фраза одного примечательного лидера оппозиционеров моего бывшего мира, который называл себя «Спасителем». Была у него такая очень интересная философия – пытаться спасти всех подряд, хотят они того или нет. Он вбил себе и своим фанатикам мысль, будто бы я силой держу всех в рабстве, ограничивая их свободы. В чем-то он, конечно, был прав, ибо я запрещал вооруженные конфликты и войны, а так же убийства и прочие преступления. Но он все перевернул в свою сторону и начал устраивать массовые похищения, «спасая» всех кого не попадя. Ну а кто особо сильно упорствовал, отправлялся на тот свет, ибо по их логике разум «спасенного» был слишком отравлен, и надо было спасти хотя бы его душу. Его несколько раз ловили, но последователи достаточно ловко вызволяли его из плена. Я пытался беседовать с ним лично, но очень быстро понял, что его разум не здоров. Тогда я стер его личность, его память и все остальное. Это были последние слова перед тем, как я его «уничтожил», оставив лишь пустую голую оболочку. Увы, это сделало все только хуже. Его потихоньку прикончили свои же, и тут же объявили мучеником за веру, а его последователи стали зверствовать еще сильнее. Они назвали себя «Ветрами Спасения», и подозреваю, что именно они виновны в уничтожении моего мира. Специально или нет – это уже другой вопрос. Может, они просто решили, что лучше мой мир не достанется никому, чем останется в лапах такого тирана, как я. - Так что за догадки? – пегас прикрыла глаза, пытаясь расслабиться. Силы копились слишком медленно, а с терпением у неё всегда были проблемы. Главное – не забыть задержать дыхание перед рывком, потому что в прошлый раз она забыла. - Самый фантастичный вариант – ты реинкарнация «Спасителя» в этом мире. Это объясняет, почему ты пытаешься мне противостоять, а так же те слова про огонь в твоей груди. Но лично я в такое не верю, хотя верить я могу во всё что угодно, это ничего не изменит. - Быть реинкарнацией маньяка как-то не круто. - Более логичный вариант – ты слишком много наглоталась «присутствия» и возможно можешь случайно считывать мою память. К тому же наш резонанс очень близок друг к другу. Если бы ты была аликорном и я сделал тебя своей правой рукой, наша связь была бы самой крепкой из всего того что было до этого. Мы могли бы делиться своими мыслями и эмоциями на больших расстояниях, а так же возможно передавать друг другу энергию в экстренных моментах. Но это лишь мои мечты. - Какая гадость. Вариант номер три? - Пока не придумал, но я никогда не поверю, что всё это произошло на пустом месте, всему есть свои объяснения. Кстати ты можешь уже сделать пробный рывок, главное на забудь задержать дыхание. Рэйнбоу Дэш ничего не ответила в ответ. Собрав все свои силы, сделав рывок вперёд, она подтянула своё тело копытами, почувствовав, как каменный пол болезненно проехался по её недавним ранам на животе. Она тут же попыталась сделать второй рывок, но не тут-то было. Казалось, она моментально растеряла все силы после первого раза и тут же со стоном растянулась на полу. Мобиус подметил этот манёвр и несколько раз осуждающе хлопнул кончиком хвоста по её крупу, но удержался от комментариев. Эта маленькая победа, хоть и незначительная, давала надежду на то, что испытание будет пройдено. Рэйнбоу Дэш почувствовала проблеск удовлетворения и прикрыла глаза. Её задача: тридцать три рывка за двести десять секунд, с перерывами не более шести минут. Главное – не выдохнуться и не столкнуться с неожиданностями. План казался вполне осуществимым. Пегас уже представила, как удивится Луна, когда она постучится к ней, и что она ей скажет... Хотя нет. Лучше не рисковать, чтобы не вызвать ещё большего недовольства. - Ты всё правильно посчитала, рывки должны быть не реже шести минут, иначе не успеешь, – прокомментировал большой лев. - Нехорошо подслушивать, – мысленно парировала пегас. - Ты сама озвучиваешь свои намерения, а потом ещё и обвиняешь меня. Забавно, – ответил он. - Да пошёл ты..., – подумала Рэйнбоу Дэш, прежде чем снова задержать дыхание и совершить рывок. Снова слишком рано. Ей хватило сил вытянуть копыта вперёд, но на подтягивание уже не осталось. Монстр только вздохнул наблюдая за всем этим. - Хорошо. Каждые шесть минут я буду уведомлять тебя, что настало время, но не более того. У меня нет особого желания торчать в этом коридоре до самого утра, только потому что ты впустую растратишь свои силы на пустые попытки. - Противоречишь сам себе. Ну-ну - мысленно усмехнулась пегас, но ответа Мобиуса она так и не дождалась, потому что в коридоре зазвучали приближающиеся шаги. Принцесса Селестия неторопливо шла по коридору, а рядом парила тарелочка с тортом и воткнутой в него ложкой. Аликорн приблизилась, внимательно оглядев сначала пегаса, затем Мобиуса, и довольно улыбнулась. Всё шло по плану. Она знала, что её впечатлительная сестра не выдержит рядом с Рэйнбоу Дэш больше часа, учитывая все ужасы, которые та ей рассказала. Не зря Луна выскочила из-за стола бледной, чуть не подавившись тортом. Но даже если бы сестра проявила стойкость, Селестия подлила в её чай успокоительное. Зная мягкий характер Луны, она бы удивилась и даже разочаровалась, если бы встретила её здесь. Что касается Мобиуса, он мог строить из себя кого угодно, пугая всех пустыми угрозами, но Селестии он был виден насквозь. Он бы точно не стал просто так сидеть сутки и наблюдать за страданиями, не предложив способа их облегчить. Аликорн взглянула на лапу, в которой лев держал тёмно-синий куб. Она сомневалась, что Мобиус способен создать артефакт, полностью подавляющий аддикцию – Луна бы узнала об этом первой. Но артефакт, распределяющий нагрузку и делящий неприятные ощущения на двоих, был вполне вероятен. Интересно, как сам Мобиус ощущает аддикцию? Впрочем, этот вопрос был слишком опасен. Если монстр захочет, он сам расскажет, но не более того. Рэйнбоу Дэш, судя по всему, только в начале пути, значит, Мобиус недавно ослабил действие аддикции. Не полностью, конечно, он не станет давать ей слишком много поблажек. Значит, они оба ждут, когда закончится песок в песочных часах над головой пегаса. Мудрое решение: под аддикцией нужно грамотно экономить силы, она это прекрасно понимает. Селестия решила оставить здесь свой кусочек торта и уйти, пожелав пегасу удачи. Это будет грамотный ход, предлог для того, чтобы лев временно снял действие болезни, и пони смогла нормально поесть и восстановить силы, которые ей понадобятся этой ночью. – Приятного аппетита и удачи, – лукаво улыбнулась Повелительница Эквестрии, бережно поставила тарелку с тортом на пол, слегка склонила гриву и неспешно удалилась. Впереди её ждал сложный день, и ей нужен был хороший сон. По крайней мере, теперь она знала, что её совесть чиста. Мобиус провожал ее долгим взглядом, в глубине души тихо посмеиваясь. Повелительница проявила недюжинную проницательность, действуя в своем обычном дипломатичном и расчетливом ключе. Она безошибочно знала, что монстр не сможет преступить через свою совесть и оставить эту наивную, радужную дурочку голодной, особенно когда истинное испытание еще не началось. Время было выбрано безупречно. Он был готов выразить ей свое восхищение аплодисментами, но вместо этого лишь мысленно похлопал в ладоши. Она мгновенно поняла его, но не стала задавать вопросов, на которые у него не было вразумительных ответов. И сейчас он все еще не знал, что сказать своей Хранительнице, если через четыре часа пегас постучится в ее дверь. Он не рассчитывал что она сбежит к себе в комнату настолько быстро. Его замысел заключался в постепенном, незаметном ослаблении аддикции пегаса, но теперь все его планы были разрушены, и оставалось лишь импровизировать. Какая нелепость, столько проблем из-за какой-то никчемной дурочки, которая ему совершенно безразлична. Или все же не совсем? Любопытно, сможет ли он извлечь какую-либо пользу из их синергии? Придется провести несколько занимательных опытов и подчинить ее себе, раз уж от нее не избавиться. Возможно, она станет отличным посланником, учитывая ее крылья. В его погибшем мире она была бы бесценна. Эх, мечты-мечты... Сделав глубокий вдох, монстр протянул лапу и, несмотря на возмущенные писки, перевернул пегаса на спину. Он сделает это с ней против ее воли, в этой своей маленькой прихоти он себе точно не откажет. Хотя, если задуматься, он никогда и не спрашивал ни у кого разрешения в этом мире на это дело. Губы монстра искривились в усмешке, и, игнорируя все жалкие попытки сопротивления, он поцеловал пегаса.