Однажды тёмной ночью под луной...

      Вовремя ужина за столом было шумно, словно в пчелином улье,хотя за столом сидели всего трое. Андрес живо и громко рассказывал какую-то историю про сломанную телегу, а Карла, слушая мужа, периодически подкладывала им с Теоной наготовленных вкусностей, явно стремясь накормить семью до отвала. Теона, всё ещё погруженная в свои мысли о старом сундуке, почти не слышала разговоров. Прикосновение к пожелтевшей фотографии оставило на её пальцах ощущение невысказанных тайн, и теперь даже привычный смех Камило в её воспоминаниях казался далёким. Она механически ела, пытаясь осознать, что в этом доме, который она считала своим убежищем, были и совсем другие истории. — Теона, хватит гипнотизировать тарелку, еда не запрыгнет тебе в рот сама, — голос Карлы вырвал её из раздумий. — Или Камило опять в свои дурацкие приключения втянул? Теона вздрогнула и подняла глаза. — Всё в порядке, Карла, просто... задумалась. А что касается Камило...да, с ним действительно не соскучишься, — она слабо улыбнулась, стараясь выглядеть естественно. — Ну, лишь бы не до свадьбы... — хмыкнул Андрес, за что получил легкий толчок локтем под столом от Карлы. — А, кстати, о свадьбах! Карла повернулась к Теоне, её глаза заблестели от предвкушения. — Ты же видела приглашение на свадьбу Бруно и Каталеи? Оно, кажется, пришло вчера. Я положила его на тумбочку в твоей комнате. Теона вспомнила пергаментный свиток с гербом семьи Мадригаль, который мельком видела утром, но не придала значения. Весь день был наполнен более яркими событиями. — Ах, да! — она кивнула. — Получила. Я и забыла совсем. — Ну, как же забыла! — Карла чуть повысила голос. — Это же событие! Сколько мы ждали, пока Бруно наконец-то созреет, весь городок обсуждает. Так ты пойдешь? С Камило, как договорились? Вопрос Карлы застал Теону врасплох. С Камило? Да, был такой разговор. Он сам, как только узнал дату, тут же, сияя, предложил ей быть его парой. — Да, всё в силе, — ответила Теона, пытаясь собрать свои мысли. — Если честно, у меня довольно странные ощущения по этому поводу. Вроде приглашена в качестве гостьи, а волнуюсь так, будто сама замуж выхожу. — Ну, милая моя, это уже вопрос времени. Может, Камило... — начал было Андрес,но Карла закатив глаза нарочито громко прокашлялась. — Не торопи события, у них ещё вся жизнь впереди. Пусть для себя поживут, на ноги встанут. А пока, нужно продумать наряд. У тебя же осталось то голубое платье, которое я тебе сшила? Или, может, я что-нибудь новое соображу... Теона слушала, как Карла уже начала перечислять возможные фасоны и ткани, но в её голове всё равно крутился образ женщины в подвенечном платье и тяжелом ожерелье. Свадьба Бруно и Каталеи — это было торжество любви, света, будущего. А сундук на чердаке, травы, амулет и старая фотография... это было что-то совсем иное. Неизвестное, темное, из прошлого. Странно. Весь Энканто готовился праздновать, а она чувствовала, как на её плечи ложится тень чужой тайны. Теперь, когда Камило снова наверняка будет рядом, смеясь и подбадривая, Теона будет смотреть на него уже по-другому. Как будто она носит внутри себя знание, которое может изменить всё. И в этот момент она вдруг очень остро захотела рассказать ему о сундуке, о Морене и о том, что она теперь знала. Но не сейчас. Сейчас нужно было просто улыбаться Карле и изображать искренню заинтересованность в выборе образа на мероприятие. Потому что даже если прошлое грозило настигнуть, будущее, похоже, всё равно звало к танцам. Как только тарелки были убраны, а Андрес, кряхтя, отправился на задний двор проверить всё-ли закрыто и на месте-ли скотина, Карла решительно взяла Теону за руку. — Ну-ка, звезда моя путеводная, пошли. От твоих дум никакой пользы, а вот наряд для свадьбы сам себя не выберет! И вот уже Теона сидела на кровати, заваленная горой тканей, вытащенных Карлой из шкафа с энтузиазмом, достойным целого взвода рабочих. Платья, юбки, блузки, шали — всё это вываливалось на пол, образуя целые разноцветные горы. — Так, начнём с основного, — Карла подняла на свет ярко-жёлтое платье с огромными цветами. — Это ты надевала на прошлогодний фестиваль урожая. Что скажешь? Теона поморщилась. — На нём пятно от манго, которое я так и не отстирала. И оно мне немного... маловато. Карла прищурилась, отбрасывая платье в сторону. — Мелочи! Пятно можно прикрыть вышивкой, а маловато — это просто повод меньше есть на свадьбе. Но справедливости ради, для такой пышной свадьбы, как у Мадригалей, нужно что-то более... элегантное. Следующим было платье цвета фуксии с оборочками, которое Теона надевала в детстве. — Оно не маловато, Карла, оно детское! — Теона еле подавиляя смех, прикрыла рот рукой. — Ну, мало ли, вдруг мода изменилась! — парировала Карла, но тут же отбросила и его. — Ладно, шучу. Твоя прабабушка носила его на своём первом балу. Нам не нужен антиквариат, мы ищем наряд для молодой красивой девушки! Они перебрали, казалось, все мыслимые и немыслимые варианты. Одно платье было слишком простым, другое — чересчур вычурным, третье вообще годилось больше для работы на огороде. Карла театрально хваталась за сердце, если Теона даже намекала на что-то, по её мнению, неподходящее. — Нет, нет, нет! Это платье выглядит так, будто ты собираешься на субботний рынок за хамоном. А это... — Карла подняла тёмно-зеленое платье, украшенное мелкими перьями. — Это точно принадлежало твоей кузине Лусии. Неплохо, но...скучновато, не находишь? Теона уже чувствовала лёгкое головокружение от постоянно меняющихся цветов и фасонов. И вот, наконец Карла, кряхтя, вытащила из самого дальнего угла шкафа свёрток ткани. — А вот и оно! Моё любимое! Помнишь, я говорила тебе про то голубое платье? Она развернула его. Это было платье цвета утреннего неба, сшитое из лёгкого, струящегося материала. Оно было достаточно простым, чтобы не выглядеть претенциозно, но в то же время имело изящный крой и тонкую вышивку по краям подола, изображающую нежные голубые цветы, едва заметные на таком же голубом фоне. — Оно тебе идеально подходит! — торжественно объявила Карла. — Очень хорошо дополняет цвет твоих глаз. Теона примерила платье. И действительно, оно сидело как влитое. Лёгкая ткань струилась по фигуре, создавая ощущение воздушности. Голубой цвет придавал свежести, а тонкая вышивка добавляла изящества. Она покрутилась перед старым зеркалом, и даже её собственное отражение ей понравилось. — Но ему чего-то не хватает... — задумчиво произнесла Карла, обходя Теону кругом. — Чего-то, что добавит ему... изюминки! Она нырнула обратно в груду одежды, и через мгновение вынырнула с небольшой коробочкой. В ней лежали тонкие серебряные серьги в форме колибри и такой же тонкий браслет с маленькими голубыми камешками, напоминающими капли росы. — Вот! — торжественно воскликнула Карла. — Это было подарок моей мамы, она всегда говорила, что они приносят удачу и отлично завершают образ. Попробуй! Теона надела серьги и браслет. Серебро мягко заблестело на её коже, а колибри казались живыми. В этот момент, глядя на своё отражение, она впервые в жизни почувствовала себя красивой и даже женственной. От той девочки-сорванца, которой она была до того, как Андрес и Карла её удочерили не осталось и следа. С прической ранее обещала помочь Изабела, кузина Камилло. Уж кто кто, а она то в моде разбиралась как настоящий гуру. Когда всё было готово, Теона снова повернулась к зеркалу. — Ну, вот! — провозгласила Карла, хлопая в ладоши. — Теперь ты готова покорять Камило и танцевать до самого утра! Остаток вечера пролетел незаметно. Карла, довольная проделанной работой, ещё немного поворчала на Теону за её рассеянность, а потом, поцеловав её в макушку, отправилась спать. Теона легла  кровать, чувствуя приятную усталость. Мысли о выбранном наряде и Камило  медленно, но верно вытеснил сон, который накатывал всё сильнее. Однако покой длился недолго. Ночь принесла с собой не обычные безмятежные сны, а нечто иное. Теона оказалась посреди густого, молочного тумана. Он обволакивал её со всех сторон, скрывая горизонт и приглушая все звуки, создавая ощущение полного одиночества, но без страха. Казалось, что она парит в воздухе, окруженная мягкой, нереальной дымкой. Вдруг из пелены тумана выступил силуэт. Это была белая лошадь, невероятно грациозная и можно даже сказать величественная. Её грива и хвост были не просто белыми – они мерцали и переливались, словно сотканные из лунного света, каждая волосинка светилась нежным, призрачным сиянием. Скакун не напугал Теону, скорее заинтриговал, приковав её взгляд. Он медленно подошёл ближе, склонил голову и мягко ткнулся носом в её ладонь, словно призывая. Теона почувствовала, что лошадь хочет, чтобы она следовала за ней. Она сделала шаг, и туман начал медленно рассеиваться и картинка начала стремительно меняться. Белый конь теперь гарцевал на небольшой поляне, неподалёку от древнего, могучего дерева. Его корни, толстые и извилистые, глубоко уходили в землю, словно держали на себе весь мир. Кора была испещрена морщинами времени, а крона была пышной и раскидистой, отбрасывая густую тень. Рядом с деревом Теона увидела женщину. Она была точно такой же, как на пожелтевшей фотографии из сундука: те же проницательные глаза, те же черты лица, та же загадочная улыбка, но теперь она казалась живой, осязаемой. В её руке мерцало то самое тяжёлое ожерелье, которое Теона видела на снимке. Женщина посмотрела прямо на Теону, и в её взгляде не было ни осуждения, ни упрёка, только спокойная решимость. Затем она медленно, плавно повела рукой с ожерельем в сторону старого дерева, словно указывая Теоне путь, призывая её подойти ближе. В этот момент Теона почувствовала мощное притяжение к этому дереву, к этой женщине, к этой тайне. Она сделала шаг, намереваясь подойти, задать вопрос, но в этот момент... картинка померкла, и Теона резко проснулась. Она ещё какое-то сидела в своей кровати, тяжело дыша. Солнце только начинало пробиваться сквозь щели в ставнях, окрашивая комнату в нежно-золотистые тона. Сердце всё ещё колотилось, а ощущение густого тумана и мягкого прикосновения лошадиного носа казалось почти реальным. В её голове отчётливо стоял образ женщины с ожерельем, указывающей на древнее дерево. «Это сон? Или...?» — пронеслось в голове у девушки. Слишком яркий, слишком насыщенный деталями, слишком связанный с тем, что она обнаружила днём. Он не был просто случайным ночным видением — он был посланием. Посланием, которое указывало не только на незнакомку, но и на что-то конкретное — поляна и древнее дерево. Где оно? Что оно означает? И почему её тянет к нему с такой силой? Утро начиналось не с приятных мыслей о предстоящей свадьбе, а с новых вопросов, которые словно паутина опутывали её сознание.