Часть 23

Мы договорились встретиться с Роландой в библиотеке и обсудить, понравилось ли мне чтиво. – И, что же, Дейнис? – улыбалась она, обнимая меня. Я растерялась такой близости и не обняла ее в ответ. – ой, прости, что-то я совсем забылась. – Никогда такого не читала! – странно было восклицать шёпотом, но я постаралась не тревожить других людей, а еще стыдно было признавать что мне, не только мне, понравилось повествование. Хотя я и читала то в жизни не сказать чтобы много, я “читала” Молитвослов, как любила представлять, водя пальцем по словам молитвы, я знала его наизусть и потому делалось такое представление. А потом я прочла лишь одну книгу сказаний. – Конечно, никогда, ведь эта книга в единственном экземпляре. На какой главе ты остановилась? – Закончила третью. – созналась, читала я медленнее чем желала. – И незачем спешить, вы же здесь на два месяца? – Да. – кивала. Но, не думалось мне, что Золотые Львы Запада продержат принца, хоть и второго, в своих гостеприимных объятиях меньше, чем “бывшие стюарды” как, и никак иначе по углам, не называли Верховных лордов Тиреллов, на остановку у которых ушло более четырех месяцев. Все таки официально, принцы разделились не из-за Патрисы ведьмы, а чтобы объехать и почтить своим присутствием больше земель. Лорд Лорен в честь прибытия принца собирался провести грандиозный турнир на целую неделю, а перед этим две недели почивать его всевозможными охотами и тому подобным, а после турниров чествовать победителей. Распрощавшись с Роландой, которой нужно было бежать на занятия с септой, я решила погулять в саду, но для этого следовало спуститься по высоким лестницам. Вздохнув я решилась и начала схождение, держась за перила, ступенька за ступенькой. В прошлый день, занятая мыслями о собственных несовершенствах, я и не заметила как по ним поднялась, а тут с трудом спускалась. Глянула вниз, оставалось несколько пролетов самых высоких ступеней, возможно чтобы нападающим, в случае осады, было труднее подниматься. Увиденное не понравилось моим дрожащим ногам и я вышла в галерею, та как раз имела вид на сад. Оглянулась, чтобы никого не проходило мимо и, прижав трость с корзинкой к груди, спрыгнула со второго этажа, в последний момент отбросив то что держала в руках, чтобы удар больше пришелся на ладони и меньше на больную ногу. А после отряхнула руки, подобрала третью ногу и поспешила собрать выпавшую игольницу с нитками, чтобы отойти прочь, опираясь на трость, будто бы я весь этот путь прохромала без выкрутасов. Здешним ступеням легче действительно спускаться так. Не исключено что я бы ногу доломала, продолжи спуск по старинке, точно бы оступилась. Опыт Староместа подсказывал что иногда так спускаться не только быстрее, но и безопаснее. Расположившись на скамейке, я вдела нитку в иголку и принялась за платок, вышивая щавель для Тома. Золотые деревья для Ланоса были почти готовы. Хотелось как-то порадовать друзей, остановившихся в городе, а не замке. Нитка закончилась и я сунула ладонь в корзинку за ножницами, чтобы обрезать иголку, но не нашла их. – Не это ищите, леди? – увидела я обернувшись свои ножницы и юного лорда, держащего их. И опять неприятности на мою попу! Ну не искала я их, не искала, честное слово! Жаль что Мейгор мне бы не поверил и вновь бы вздыхал и расстраивался. Ножницы мои держал сам лорд Титос. Я, опершись на трость, поспешила подняться и кланяться, забирая ножницы и одновременно с тем одергивая руку, чтобы, не уверена что случайно, не коснуться ладони мужчины. Параллельно с этим я скидывала пожитки в корзинку: – Благодарю, лорд Титос, верно я обронила их по дороге. И, прошу меня простить, я не леди, лишь служанка. И, бочком-бочком, прочь-прочь. Неприятности, я ухожу сама, войдите в моё положение, не преследуйте меня! – мысленно умоляла я. – А не ты ли та девушка за которую столько разговоров, что спрыгнула со стен Староместа и осталась жива? Как тебе наши стены, погляжу из окон уже прыгала, примерялась, чтобы прыгнуть отсюда? – складывал он руки на груди, поглядывая то ли насмешливо то ли оценивающе на меня. Искал мои слабые стороны. И как он только меня увидел! – Это была я, милорд. Нет, не нужно, я без меры надеюсь что в данном замке меня не будут пытаться убить и мне не придется спасаться бегством. Еще раз без меры благодарю за то что нашли мои ножницы. И прошу прощения что побеспокоила. Я вынуждена откланяться. – кланялась я на каждом предложении, тем не менее говоря предельно четко и нейтрально. Под конец вовсе начав отходить прочь, пятясь назад. – блага на ваш дом, милорд, я буду благодарить Богов за ваше гостеприимство, – расплылась я под конец в реверансе, которому меня научила Астрид и, быстренько развернувшись, похромала прочь, не дожидаясь его слов, которых, благо, не последовало. Слишком я мелкая сошка, чтобы мне отвечать. Подниматься наверх не желалось, так что я отправилась вглубь сада и решила сесть под дубом на траве, самое то для вышивки зелени, но, подумав плюнула на желания и вскарабкалась наверх, расположившись на широкой ветке. Больную, как бы смешно это не звучало, ногу я свесила, предварительно сняв с нее туфлю, чтобы та не свалилась и не упала кому либо расположившемуся под деревом на голову, а то я то свое везение знала, если бы это кто и был так уж сам лорд Лорен или кто-то равный ему по положению. Почему я была такой невезучей! Оглянувшись по сторонам я запела песенку. Уж от нее бы точно никому плохо не стало бы: – Я знаю цену своей красе, Голубым глазам, золотой косе. Ходить в обносках я не должна, Ведь для роскоши я рождена! Зелёные рукава, Тонкий шёлк, заморские кружева. Зелёные рукава – И пускай злопыхает молва! Дурнушкам прялка, а мне почёт, Дорогим подаркам потерян счёт. Мелькает праздничный хоровод... ...Только замуж никто не зовёт. – Мечтаешь о богатстве, так я могу тебе его дать. Лишь спустись, красавица. Неприятности, уходите! Следил он, что ли за мной? – Прошу меня простить, уважаемый лорд. Я ничего такого не имела в виду, лишь спела Ланниспортскую песню. Слышала ее по дороге в замок. – отвечала с дерева, здесь было безопаснее, но все таки посматривала на заинтересованного мужчину. Мною заинтересованного. Я больше не выйду из покоев! – рыдала я в душе и думала, может быть если холод его не берет, так возьмут слезы? – Тогда, я бы посоветовал тебе больше ее не исполнять, – посмеялся с хитринкой, с которой он делал все, даже дышал, – это песня продажниц, ею они завлекают мужчин в свои комнаты для всеми известных действ. – Ох. – вздохнула и покраснела на смех юного лорда, кто бы знал что у путан есть свои песни? – Как тебя зовут, красавица? Спускайся, птичка, я тебя не обижу, – манили меня пальчиком, “мило” скалясь. – Дейнис, милорд. Не могу, господин не велел. – Ну чего, такую красоту и никому не показывать? Даже волосы твоей красоты не портят, вот что значит валирийская краса. – ворковал он, все глядя на меня. Хотел пригладить за свешенную ногу, но я была быстрее. – ну мы еще посмотрим, – обещал напоследок ласково, а я вздохнула и вежливо прощалась. А спустя некоторое время как я на одном дыхании забежала по этим проклятым ступеням в покои, быстрее чтобы никого не встретить, зашла Фенна. – Тебя его высочество зовет, злой как дракон. – поглядывала на меня сочувствующе, последнее время гнев его был еще страшнее чем прежде, все чаще он вспыхивал негативным светом и тогда нездоровилось всякому, кто попадал под руку. Я вздохнула еще раз и подхватила деревянную ногу, что стояла недалеко от изголовья, спеша на зов. – И, что это значит? Тебя на цепь посадить? – были первые слова моего принца. Тот был очень зол, держал руки за спиной, глядя на меня. – Я прошу прощения. Виновата. – Садись за стол, чего на больной ноге стоять. Вот ответь мне, на милость! Ты специально это делаешь? Ходишь где ни попадя, попадаешь на глаза кому не попадя им тем же самым людям западаешь в душу? – сжимал он кулаки за спиной и говорил едва не сквозь сжатые зубы. Я подчинилась, не совсем понимая в каком статусе я в тот момент пребывала: друга или служанки, потому держалась нейтрально. – Я обронила ножницы когда гуляла по парку. Случайно, а он мне их подал. Я сбежала так быстро как могла! А он будто следил за мной, я вышивала, специально залезла на ветку дерева, чтобы меня не увидели, а он пришел и начал говорить глупости. Чтобы слезла просил, я отказала. – Он пришел и просил подарить тебя ему, обменять на что угодно. Предлагал вещи, представить сложно сколько каждая из них стоит. Что ты такого рассказала или показала ему!? Мне стало плохо, в ушах поселился писк и я не смогла сдержать шока на лице. Не желала становиться ни любовницей ни наложницей. Что делать я не знала. Но, что я могла сделать против слов моего принца? Действительно выпрыгнуть из окна и разбиться о скалы? Мой взгляд, казалось незаменимый, он понял верно и схватил за плечи: – Дуреха, я отказал, конечно. А ты что надумала? – Но, как же, портить отношения с будущим великим лордом из-за меня? – удивилась и застыла, пока меня не отпустили. – Я же и говорю: дура. – вздохнул, махнув рукой, объявив тем самым меня неисправимой, будто это его просили подарить! Но гнев его, слава богам, спал, потух. А после друг сел рядом, подвигая ко мне ближе блюдо с различными сладостями и наливая в бокал компота из сухофруктов. – Ешь пирожное, их постоянно таскают с кухни, хоть стену из них строй. – Но, почему? – Почему морковное? Потому что, как я погляжу, у них на кухне гадалки сдобу пекут и знали что ты зайдешь ко мне. – разломил он пирожное, показывая что в тесте присутствует натертый корнеплод. – Гадалки-пекарки? А такие разве бывают? Вот уж правда что на Западе есть все, – подзадумалась я и в то время мне в рот засунули кусочек бисквитного пирожного, рассмеявшись. – Не будь такой доверчивой, я просил испечь. Для тебя, между прочим. По другому, правда, поводу. Планировал тебя позвать, хотел бриться, но придешь завтра с утра, я сейчас на взводе. – развеселенный тем что опять разыграл меня, под конец монолога опять посмурнел, убирая дрожащие от гнева руки под стол. Я ничего не заметила, конечно. Глядела только не на его лицо и улыбнулась. – Ох, благодарю. И, конечно, приду. – жевала с удовольствием. Это помогло на мгновения забыть произошедшее с лордом Титосом, но потом невеселые мысли все равно вернулись и уже даже сахарное тесто с вымоченными в сиропе орехами казалось горьким. Я расстроила Мейгора и за то мне было боле всего стыдно, об этом я планировала умолчать, но все равно… – И что мне с тобой делать? Куда не пойдешь – проблем найдешь. – Я виновна, – потупила взор, но извинения вышли глупыми, с полным ртом. Спешила взять в руки кубок, чтобы скорее проглотить. – Да куда уж. Была б виновата, наказал бы, не раздумывая. Всыпал бы ремня по самое первое число. Но, я же не безумец, бить за то что ты красивее всех здешних андалских серых мышей вместе взятых? – взлохматил принц мои волосы в воронье гнездо и улыбался, когда я пыталась привести их в божеский вид, что было не очень то и легко: те завивались в кучеряшки. – Мейгор! Прошу, не издевайтесь. Я уже не могу. Это странное внимание, я уверена что они просто… не знаю. Что угодно но не это. За столько раз шутка становилась уже не смешной, я ведь самая обычная, ровно как и все. Вот леди Алисса и леди Сериса – да, красавицы, дочери лорда Лорена, Роланда, моя новая знакомая, многие, но не я. Откуда поломойке взять красоты? А за время путешествия я еще и потолстела, так что пришлось максимально послаблять шнуровку на платьях-сарафанах, а на платьях-халатах перешивать завязки! А все сорочки и, даже стыдно думать, нижнее бельё, пришлось докупать новое, в старое я не влезала. Благо хоть ремни портупеи были с запасом и я просто перестегивала на деление, когда становилось неудобно. – Глянь в зеркало и скажи это еще раз. – указал на огромное ростовое из стекла, подобное леди Сериса привезла в качестве приданого. Я встала без трости и, малость хромая, подошла к тому, хмурясь, не зная что хочу там отыскать. Ну лицо как лицо, губы, нос, все как у всех. Только глаза выделялись и цвет волос, но это уж расовая особенность, как смуглая кожа ройнаров. В надежде я глянула на Мейгора, умоляя объяснить мне для чего все это. Зачем смотреть на портрет королевы Рейнис, а потом в зеркало? Наконец, поняв намек я глядела уже шокированно. Пусть не сразу, но я поняла о чем мне вещал друг на корабле. И к чему были шутки с именем. – Мейгор, не имели ли вы в виду что я похожа на покойную королеву? – Даже еще краше, да простит меня моя жена. Наконец-то до тебя дошло! Я иногда и не верю что план притвориться проституткой и именно так скрыть свою личину придумала ты, настолько недалекой ты порой бываешь. А уж как ты танцовщицу изображала, не поверил бы, не поймай на горячем. А вот это было не так, все было моей придумкой от и до. Еще услышав как леди спокойно обсуждают лисенийских куртизанок я подумала что там к этому относятся вполне спокойно и терпимо, значит шлюхой на улице никого не удивить, а потом уж так вышло, что первой лавкой что я встретила после продажи волос была та с которой работают дома с дурной репутацией. Там мне и помогли одеться и посочувствовали тому что меня изуродовал прошлый клиент, разорвав к тому же мое платье, оставив в одной сорочке. А я, вспомнив страдания леди Айрис, очень завуалированно, но предельно точно описала своего клиента, пока сердобольная швея кормила меня хлебом. Репутация у лорда Мартина, я была уверена, стала еще краше. – Но, это же глупо! Почему мне быть похожей на монаршую особу? – вынырнула я наконец из мыслей о далеком, вернувшись к насущному. – Кровь – не водица, а мои предки любили забирать девичества юных горожанок и селянок. – говорил он опустив голову: своими предшественниками он не гордился. – одних моих дядьев по острову ходит дюжина. – Одиннадцать. Одного на моих глазах сожрал Красавчик, хотя его жена сказала, что он просто пропал, не желала чтобы семью подвергли осуждению. – сказала я, сама незнамо зачем, ведь принц никогда не упоминал о родственных чувствах к Драконьему семени, да и сейчас говорил о них как о “статистике”. А все носители драконьей крови ходили тихие как мыши, о своем наследии вспоминая лишь в большом подпитии. – Как ляпнешь что-то, так хоть стой хоть падай. Ты точно не притворяешься блаженной? – навис надо мной высокий, на голову выше меня молодой человек. А я пожалела что не взяла трость, все таки в тот день ногу я перенапрягла порядочно, не столько прыжками, сколько слишком резким подъёмом и едва не свалилась, когда отклонялась назад от шуточного допроса. Благо за мной была спинка стула и я оперлась на нее. – Я и не блаженная! – возражала, выскальзывая под его рукой и садясь за стол. – Блаженная. – парировали, занимая свое прежнее место рядом со мной. – Нет. – Да. – Ну, – села я в позу достопочтенной матроны, сложив руки на животе и продолжала, копируя одну из таких, встреченных мною, – тогда, вьюноша, ошибаетесь вы, самолично ответив на свой вопрос. Вместо ответа мне в рот засунули половину пирожка с морковной начинкой и смеялись с моего лица. Все таки хорошо, когда у тебя есть друг. А особенно, если ему в рот можно засунуть вторую половину и хихикать уже вдвоем. – “Леди Джоханна стояла на коленях в собственной молельне, в которую ход был закрыт всем кроме нее и ее верной служанки С., ведь жгла она там свечи исключительно Неведомому, умоляя поскорее забрать ее старого мужа, а после свершения мести она не бросила этого дела, благодаря наиболее почитаемое ею божество за освобождение от многолетней кабалы. – Ваш рыцарь пришел на зов, моя леди, – шептал ей, стоящей на коленях, сир Хугор на ухо. Сказав что желал, широкоплечий муж провел своим горячим…” Я не буду больше это читать! – восклицала уже я, отбрасывая книгу прочь под жалобные завывания девочек. Щеки горели, сердце ухало в груди, почти как когда я молила всех богов, прыгая в море. И Семерку и Старых, мертвых богов, даже мертвых богов Валирии, Четырнадцать огней, я вспомнила перед лицом смерти. А последним я молила Морского Лорда, почему то пришедшего мне на ум в последний момент, до того я никогда не слышала о таком боге, будто сама его придумала, лишь знала что с лже-богом Утопленником тот не имеет ничего общего, за то я к тому и не обращалась, решив не тратить время понапрасну. И, до конца не была уверена кто из них ответил на мой зов? А тут какие-то строчки, но все равно, даже думать о таком мне было стыдно. – Дейнис, умоляем, хотя бы ради нас. – едва не рыдала Сарра, а Галара кивала, глядя на пошлость завернутую в кожаную обложку, словно то святыня. – ты же одна умеешь читать, кого нам еще просить. – Ладно, – сдалась и взяла в руки книгу, ища глазами нужную строчку и долго молчала, не смея произнести слова, пока девушки давили слезы и шмыгали носом. – “... своим горячим языком по ее уху. – Ах, сир, благодарю, ваша помощь мне без меры, – вставала леди Джоханна с колен, развязывая пояс халата. Когда она поднялась во весь рост, то одежды уже спадали с ее покатых плеч, показывая вмиг обуянному вожделением рыцарю, что стоит она перед ним абсолютно нагая, словно – первосозданная женщина, дарованная первому же мужчине в дар от Отца Небесного.” – Эх, вот это романтика, не то что на корабле, – вздыхала Сарра мечтательно, – гадкий матрос забрал мое девичество. – Ну и дура, а я узнала от более опытных что может случиться и отдалась хорошенькому гвардейцу, – хихикала Галара, – хотя, если бы могла то соблазнила сира Висениса, жаль он не соблазняется. Я его и так и эта-ак! – возмущалась, окончив все зевком. Сира Висениса пытались затащить в постель многие и всем он отказывал. Поговаривали, что то ему запретил кастелян сир Деймиор, лупивший помощник по черному, приговаривая что сделает из него человека, если тот только думал отвлечься от своих обязанностей, которые, не смотря на некоторую ветреность, исполнял мастерски. Другие же, завистники мужчины и те кому он отказывал, утверждали что он по мужчинам, а третьи, самые романтичные, верили что он ждет той самой, которую сделает женой. Я ничего не думала, только качала головой на тех кто было нечего делать чтобы рассуждать чужую постель. – Ну, уж и тебе то должно быть завидно. Дейнис, а каково оно с принцем, не так же как с обычным мужиком? Ты никогда не говорила, все отмалчивалась. – обступили меня с двух сторон и смотрели щенячьими глазами, надеясь вызнать что-то несбыточное для них, считавших что это – венец ощущений, что способна пережить девушку. – Не было ничего. Никогда и ни разу. Мое девичество посвящено Богам. – не юлила, не недоговаривала, четко, по слогам, глянув каждой из стушевавшихся в глаза, стремясь донести свою позицию. – А на корабле я спала на полу. Мы не соприкоснулись и пальцем. – Эх, скучная ты. Ну, давайте спать. – Угу, нам завтра еще пахать и пахать… Не в обиду! Я лучше буду целый день подносы таскать, чем раз прыгнуть на скалы! – поправила себя Галара, боясь что я затаю обиду, будто она намекала на мое безделье. – Девочки, а я красивая? Только честно, я не обижусь на правду. – решилась я таки на вопрос, ибо где гарантия, что Мейгор надо мной не подшутил. И все прочие так же, ведь не просто же так полногрудых зовут “худышками” в издевку? – Спрашиваешь тоже, – посмеивались сквозь зевки, – ты красивая, словно грех. – Грех? – Как леди Джоханна, ради ее красоты любой рыцарь готов на что угодно, на любое преступление. – Ага. Когда ты читала, я представляла ее с твоим лицом, – поддакнула Сарра и засопела, сморенная работой. Вскоре к ней присоединилась и ее сестра, оставив меня в раздрае. Я? Как леди? Верилось с трудом. Наверное, все таки льстили. Но, почему, раз так то у Роланды были те же самые слова?