43 Глава - «Лучше тебе не смеяться при всех».

Прошло четыре-пять месяцев с тех пор, как Сяо Яо не встречала Сян Лю. Однажды, к ее великой радости, неожиданно появился Фанфэн Бэй. Сян Лю была одета в новую одежду светло-зеленого цвета с легким оттенком корня лотоса, что делало его нефритовое лицо и розовые щеки поразительно привлекательными. Он посмотрел на ее лук и стрелы, которые Сяо Яо сама выбрала в прошлом году, и, не будучи полностью удовлетворенным, решил отвести ее в оружейную лавку, чтобы выбрать новые. Сяо Яо понимала, что качественное оружие стоит немалых денег, и чтобы продавец продемонстрировал им лучшие образцы, ей следовало выглядеть не слишком скромно. Поэтому она решила переодеться в новый наряд того же цвета, что и у Сян Лю, что заставило его сердце забиться быстрее. Сян Лю попросил продавца показать все луки и стрелы, изготовленные кланом Цзинь Тянь. Продавец, услышав их уверенный тон, незаметно оценил их и отвел на задний двор, где они могли протестировать оружие. Сяо Яо брала лук за луком, пробуя их один за другим и внимательно ощущая разницу между ними. Она попыталась натянуть красный лук, но не смогла сделать это до конца. Поняв, что он ей не подходит, она отложила его в сторону. Сян Лю взял его и протянул ей: «Попробуй еще раз». Сяо Яо твердо встала на обе ноги, прицелился в мишень в форме человека вдали, сосредоточилась и снова потянула, но так и не смог дотянуть его до конца. Сян Лю улыбнулся и заметил: «Это потому, что у тебя неправильная позу для приложения силы». Подойдя к ней сзади, он взял её за руки, почти в плотную обняв ее, и мягко потянул. Сяо Яо смогла натянуть тетиву, и стрела точно попала в центр мишени. Цзин, сопровождавший Иин за покупкой кинжалов, с досадой увидел, как Фанфэн Бэй с улыбкой смотрит на Сяо Яо, а они вдвоем интимно натягивают лук. Сяо Яо была сосредоточена на ощущении только что приложенной силы; она давно привыкла к тому, как Сян Лю учил ее, и не заметила ничего необычного. Когда Фанфэн Бэй брал вторую стрелу, он поднял глаза и посмотрел на Цзина, в его улыбке промелькнула насмешка. Сяо Лю продолжал держать Сяо Яо в объятиях, вновь помогая ей натянуть лук. Взглянув на профиль Сяо Яо, он нежно прошептала ей на ухо: «У каждого лука есть свои особенности. Если ты хочешь им пользоваться, ты должна его чувствовать и работать с ним». И снова тихо рассмеялся ей в ухо. Сяо Яо была очень сосредоточена и кивнула. Под руководством Сян Лю она снова попала точно в центр мишени. Сяо Яо была очень счастлива и обменялась улыбками с Сян Лю. Когда Сян Лю стрелял из лука, он почти не смотрел на мишень, а лишь улыбался, глядя на неё. Она уже привыкла к этому и не придавала особого значения, ведь он прекрасно её обучал. Однако слова Сян Лю в этот момент звучали как-то странно, словно он её поддразнивал. Сяо Яо, довольная своими выстрелами, не хотела углубляться в эти мысли. «Второй брат, Сяо Яо» — Иин улыбаясь позвала их. Сяо Яо обернулась и увидела Иина и Цзиня. «Они все это время были здесь», — поняла Сяо Яо. Она, казалось, не имела ничего против и просто улыбнулась. Цзин бросил взгляд на Сяо Яо и Бэя, который тихо стоял рядом. Иин с улыбкой посмотрела на Бэя, который почти обнимал Сяо Яо: «Мы тоже пришли купить оружие и не ожидали вас здесь встретить. Второй брат, ты учишь Сяо Яо стрелять из лука?». Сян Лю не стал отрицать, отпустил Сяо Яо и встал, заложив руки за спину. На лице Цзина не было никаких эмоций, он равнодушно произнес: «Второй брат». Сян Лю услышал это, и на его лице медленно, словно рассвет, появилась ленивая улыбка. Иин, улыбаясь, спросила Бэя: «Второй брат, ты ведь уже довольно давно обучаешь Сяо Яо, не так ли?» Сян Лю с улыбкой взглянул на Сяо Яо, не подтверждая и не отрицая. Сяо Яо тоже склонила голову и ослепительно ему улыбнулась, тем самым признав это. «Бэй говорит что мои успехи становиться все лучше и лучше, поэтому привёл меня сюда, чтобы я выбрала новый лук», — ласково сказала Сяо Яо. Иин спросила: «Можно взглянуть?» Сяо Яо с готовностью согласился, а Иин внимательно осмотрела ее и восхитилась, сказав: «У брата хороший вкус». Бэй улыбнулся, услышав похвалу сестры. Сяо Яо с улыбкой обратился к Иин: «Я слышал, что ты обладаешь выдающимися навыками стрельбы. Сегодня как раз подходящий момент, не могла бы ты продемонстрировать свои умения?» Ин натянула тетиву, и её взгляд стал острым. В считанные мгновения три стрелы поразили цель. «Прошло немало времени с нашей последней встречи, и я должна признать, что твоё мастерство в стрельбе из лука достигло новых высот», — с улыбкой произнесла Сян Лю, скрестив руки на груди. Сяо Яо с восхищением сказала: «Бэй, ты должен хорошо меня научить, я тоже хочу стать такой же сильной, как Иин». Это было искренне, Сяо Яо очень нравились сильные люди и она сама хотела стать сильнее. Однако Сян Лю посмотрел на нее, склонив голову, и лениво сказал: «Возможно, тебе никогда не удастся освоить её навыки стрельбы из лука». Сяо Яо знала, что Сян Лю говорит правду, и не расстроилась, лишь думала о том, чтобы усерднее тренироваться. Иин с улыбкой упрекнула: «Второй брат, ученик еще не сдался, а учитель уже отступает?». Компания продолжала беседовать в шутливой манере, только Цзин пребывал в глубоком молчании. Когда пришло время расплатиться, Иин предложила Цзиню взять на себя оплату их счета. Сяо Яо была очень рада такому предложению, так как большая часть её средств ушла на неотложные дела, и возможность сэкономить была для неё весьма привлекательной. Она решила, что позже попросит Сяо Ба записать все расходы, чтобы в дальнейшем можно было рассчитаться с семьёй Тушань. Получив лук, Сяо Яо очень серьёзно поблагодарила Цзиня и, взяв Сян Лю за руку, ушла. Сян Лю посмотрел на Сяо Яо, которая крепко сжимала лук, и спросил: «Тебе так он сильно нравится?». Сяо Яо улыбнулась и сказала: «Ты мне его выбрал, поэтому он мне, естественно, нравится». «Это не считается подарком от меня» — сказал Сян Лю. Сяо Яо осознала, что Сян Лю поступает так намеренно, но не могла с этим ничего сделать. Она ответила: «Мне нравится это блюдо, и мне неважно, кто за него заплатит. Главное – само блюдо, а не источник оплаты». Сян Лю удовлетворенно улыбнулся, отвел ее на тренировку по стрельбе из лука, а затем посидев с ней в закусочной ушел. На четвёртом году после прибытия в Центральные равнины Цян Сюань наконец-то собирался вступить в брак по расчету. Сяо Яо ничуть не удивилась и лишь спросила, на ком он женится в первую очередь. Цан Сюань ответил: «Моим желанием является взять в супруги старшую дочь клана Шэнь. И хотя ей не суждено стать моей законной супругой, её положение, как наложницы, будет почти равнозначно статусу главной супруги». Сяо Яо осознавал, что клан Шэнь являлся одним из шести великих кланов Центральных равнин и самым сильным среди них. В прошлом, во времена империи Шэн Нун, императорская семья часто заключала с этим кланом брачные союзы. Сяо Яо сказал: «Если ты женишься на госпоже Шухуэй, это будет равносильно официальному объявлению войны нашим дядям. Ты готов?» Цан Сюань кивнул. «Дедушка, всегда относился к этим кланам с Центральных равнин с опаской», – медленно проговорила Сяо Яо. «Даже если она не твоя законная супруга, она все равно первая, на ком ты женишься официально. Боюсь, дяди могут подговорить клан Сюань Юань, и они начнут тебя всячески очернять. Если дедушка начнет тебе не доверять, ты окажешься в очень непростой ситуации…» Цань Сюань сказал: «Я понимаю, но мне нужно сделать этот шаг. Мне нужно официально заключить союз с родом Шэнь». Сяо Яо протянула руку, и Цань Сюань сжал её; обе их руки были ледяными. Сяо Яо крепко схватил Цан Сюаня за руку и сказала: «Что бы ты ни делал, какие бы средства ни использовал, я просто хочу, чтобы ты остался жив». Цань Сюань наконец почувствовал некоторое облегчение и воскликнул: «Сяо Яо…» Сяо Яо посмотрела на него, а Цан Сюань помолчав немного, прежде чем улыбнуться и сказать: «Не поздравляй меня со свадьбой». «Хорошо». Сяо Яо прекрасно понимала, что это не повод для радости; на самом деле, это можно было расценить как унижение для него. Она знала, на ком Цань Сюань действительно хотел жениться, но не могла дать ему этой надежды, поэтому могла лишь притвориться, что не знает. Цань Сюань развернулся и быстро ушёл, не оглядываясь. А-Нянь, смирившись с тем, что Цань Сюань общается с другими женщинами, и приехала его навестить. Однако, год жизни на Центральных равнинах вновь причинил ей боль. Известие о скорой официальной свадьбе брата заставило ее горько плакать, словно цветок, пораженный бурей. Сяо Яо пошла утешить А-Нянь, но она пока не могла говорить ей о своих планах, поэтому А-Нянь придется какое-то время пострадать. Если бы Сяо Яо имела такую возможность, она бы не хотела причинять Цань Сюаню боль. Однако она не могла ответить на его чувства взаимностью и не могла быть с ним на протяжении всей жизни. Их суждено было расстаться. А Нянь никогда не любила Цан Сюаня из-за того, кем он собирался стать или какой властью будет обладать. А Нянь просто нравился этот мужчина, который был очень добр к ней, и Сяо Яо всегда это знала. Сяо Яо спросила: «А Нянь, если… то есть, если Цан Сюань сейчас был в Гао Сине, но на самом деле ничего бы не имел, ты бы все равно согласилась быть с ним?». Стирая слезы, А-Нянь с яростью взглянула на Сяо Яо: «Я тебя ненавижу за то, что ты об этом говоришь! Если бы не ты, мой брат никогда не вернулся бы в Сюань Юань. Лучше бы он остался в Гао Сине навсегда». Продать ей брата оказалось верным решением, ведь она принимала его таким, какой он есть, без каких-либо оговорок. Сяо Яо обняла А-Нянь. А-Нянь оттолкнула её: «Отойди! Я тебя сейчас ненавижу!». Сяо Яо озорно рассмеялась и сказала: «Но сейчас ты мне кажешься такой милой и такой несчастной, что мне просто хочется тебя обнять». Сяо Яо взяла лицо А-Нянь в ладони и сказала: «Ты веришь своей сестре? Если веришь, то однажды я обязательно устрою так, чтобы ты была вместе с Цань Сюанем». А-Нянь не поверила, но больше ничего не сказала о своей ненависти к ней. Сяо-Яо не пила, поэтому могла только составить А-Нянь компанию и подождать, пока она напьётся. Более чем через год, в городе Чжии, Сяо Янь Чжань провел свадебную церемонию, на которой Цань Сюань женился на Шухуэй, старшей дочери клана Шэнь, в качестве своей наложнице. Юянь, седьмого принца Сюань Юаня, прибыл в Чжии и, как старший родственник Цань Сюаня, и вручил Шухуэй титул от имени императора Сюань Юаня. Император Гао Син отправил Жу Шоу и Цзю Мана что бы те поздравили Цань Сюаня. Сяо Яо уже хорошо знала этих двух мужчин. Несмотря на их близкую дружбу с Цан Сюанем, Сяо Яо всегда воспринималась как родная дочь императора Гао Син, и активно помогала ему в делах в последние годы. Когда Жу Шоу и его товарищи увидели печальную А-Нянь, они испытали к ней сочувствие и, естественно, встали на сторону Сяо Яо. А-Нянь была на столько подавлена, что император Гао Син потребовал ее возвращения во дворец. Сяо Яо решила на этот раз сопровождать А-Нянь обратно в Гао Син понимая, что настало время. Жу Шоу наливал вино А-Нянь, и Сяо Яо, осознавая его намерения, испытывала радость от предоставленной возможности. Она улыбнулась и поклонилась ему в знак благодарности. Жу Шоу ответил ей улыбкой и подмигнул. Вдруг послышались радостные крики. Сяо Яо бросила взгляд в ту сторону, но её взгляд задержался, и она остановившись присмотрела на источник шума. На столе стоял ряд чарок с вином, а группа молодых людей весело состязалась в выпивке. Сян Лю, облаченный в белоснежные шелковые одежды, лениво улыбался. Сяо Яо знала, что Сян Лю мастер в этом деле, но не ожидала, что он выпьет все. Сян Лю отошел от стола, взял кувшин с вином и направился в сторону Сяо Яо. Сяо Яо повернулась и пошла вперед, а мужчина пошел за ней. Шум людей становился все тише. Издалека она почувствовала запах сирени. Идя на этот запах, Сяо Яо увидела несколько сиреневых деревьев в цвету, а на траве лежало много фиолетовых лепестков. Сяо Яо устроилась на траве, скрестив ноги, в то время как Сян Лю, прислонившись к сирени, наслаждался вином. Она взглянула на него, и он ответил ей улыбкой. Сяо Яо молчала, и, похоже, не собиралась начинать разговор. За последние четыре года они практически не виделись. Он всегда как будто был затерян в толпе, но Сяо Яо всегда быстро его замечает. Сяо Яо спросил: «Как дела в военном лагере?». Сян Лю с полуулыбкой сказал: «У нас достаточно еды и одежды, есть оружие и провизия. Кроме напряженных тренировок и периодических сражений с армией Сюань Юань, больше ничего такого не происходило». Сяо Яо знала, что армия Сюань Юаня в последние годы не смогла одержать ни одной значимой победы. Несмотря на обширный боевой опыт, Сян Лю никогда не сталкивался с конфликтами, где было задействовано такое количество ресурсов. Тем не менее, повстанческие силы Шэн Нун предпочли избегать открытых сражений, сосредоточив свои усилия на накоплении сил, что позволило им избежать крупных военных операций. Сяо Яо всё это знала, но на самом деле ее сейчас волновал другой вопрос. Она прямо спросила: «Когда я скучаю по тебе ты это чувствуешь?». Сян Лю не стал этого отрицать. Он просто посмотрел на неё. Кажется, Гу становится все сильнее и сильнее. Сначала они могли лишь ощущать одинаковую боль и слышать сердцебиение друг друга, но в последние годы Сяо Яо стала чувствовать эмоции Сян Лю: его радость от приятных событий, его скорбь на похоронах и ту самую тоску, что наполняла его, когда он скучал по ней. В прошлом году Сяо Яо заняла территорию в Западном регионе, где сосредоточилась на выращивании ресурсов, необходимых для армии, и проведении испытаний различных формаций. Она провела почти полгода в Западных регионах, в то время как Сян Лю занимался расширением морских путей на Востоке. Они находились почти на противоположных концах Великой Пустоши, каждый погруженный в свои дела. Только перед сном, когда все дела были завершены, они могли ощутить свою взаимную тоску. Это не была горечь или боль, а скорее предвкушение. Вокруг никого не было. Сян Лю взял Сяо Яо за руку и они почувствовали, как их сердца застучали в унисон, а накопившаяся тоска нашла долгожданное облегчение. Сяо Яо вдруг спросила: «Хотя у тебя девять голов, у тебя только одно сердце. Значит ли это, что если у меня болит сердце, то и у тебя так же оно болит?» Сян Лю откровенно ответил: «Да, каждая твоя сердечная боль откликается в моем сердце». Он прошептал ей на ушко, с игривым оттенком в голосе: «Не заставляй мое сердце страдать, а то я могу решиться тебя съесть». «Тебе не кажется, что ты постоянно пытаешься меня пугать?» — рассмеялась Сяо Яо. Сян Лю ответил лишь легким движением брови, не подтверждая и не отрицая, и тут же поцеловал Сяо Яо. В его провокационном жесте не было и следа сомнения или сожаления; он вел себя так, будто ничего из ряда вон выходящего не произошло. Сяо Яо, не испытывая особого смущения, аккуратно вытерла губы рукавом и перешла к сути: «В ближайшее время я намерена отправиться на гору Ушэнь. Место для тренировок войск останется прежним, как было решено ранее. Поэтому вскоре тебе потребуется организовать транспортировку солдат из города Циншуй в Гао Син». Сян Лю усмехнулся: «Мне не терпится увидеть, как отреагирует Цань Сюань, когда узнает об этом». Сяо Яо, смеясь, оттащил его назад, чтобы обратно вернуться на банкет, и улыбаясь, сказала: «Лучше тебе не смеяться при людях, иначе я тебе не помогу».