47 Глава - «В этой мимолётной жизни удалось украсть полдня досуга».

Император Гао Син был поражен тем, как успешно Сяо Яо справляется с управлением страной после недавней травмы. Лишь чудом избежав смерти, она стала еще более внимательной и уравновешенной в своей работе, чем когда-либо. Втайне от всех, император поручил ей выполнить несколько очень важных заданий. Центральные равнины погрузились в хаос. Многие мелкие кланы, похоже, исчезли без следа, что породило слухи о их возможном присоединении к повстанцам Шэн Нуна, где их приняли за шпионов и уничтожили. Имперский клан Шэн Нуна, оказавшийся под влиянием убеждений Гун Гуна, не проявил решительности в своих действиях. В результате эта история, волновавшая всех на протяжении полугода, постепенно утратила свою значимость. За несколько сотен лет те, кто проклинал Чи Чэна и имел с ним личные счеты, бесследно исчезли. Кланы центральных равнин, которые не могли свести счеты с армией Шэн Нуна, стали свидетелями того, как это дело тихо кануло в лету, словно угасший род в небытие. В мгновение ока Сяо Яо уже третий год как вернулась в Гао Син. Цань Сюань женился еще на нескольких женщинах из влиятельных семей и уже завоевал расположение значительной части влиятельных семей Центральной равнины. Синь Юэ до сих пор не вышла замуж за Цань Сюана, что, по мнению Сяо Яо, является положительным моментом. А-Нянь продолжает бороться с утратой, испытывая ужасную боль от того, что каждый год слышит о свадьбе Цань Сюаня. Однажды, заметив глубокую печаль А-нянь, император Гао Син также почувствовал грусть и вручил Сяо Яо военные жетоны кланов Цинъян и Сихэ, приказывая ей: «Ты должна вернуть Цань Сюаня, не оставив ни одной женщины». А Нянь действительно оказала значительную помощь Сяо Яо. Сяо Яо пообещал императору Гао Синю, что когда они начнут вести свои войска на север и победят, она заставит Цан Сюаня вернуться и стать мужем А Няня. Сяо Яо всегда имела неоспоримое преимущество в лице А-Нянь. Способность А-Нянь подчинять императора Гао Сина превращала его в ее послушного инструмента. В силу этой уязвимости император вынужден был поддерживать стремление Сяо Яо к расширению армии и ведению военных кампаний, независимо от обстоятельств. В один прекрасный день Сяо Яо достала военный жетон и вдруг спросила сидящего рядом с ней Жу Шоу: «Ты тоже очень хорошо воюешь, верно? И у тебя хорошие отношения с кланом Цинъян?» Жу Шоу кивнул и сказал: «Мой учитель научил меня искусству боя. Я неплохо лажу с братьями из клана Цинъян. Хотя клан Сихэ всегда соперничает с нами за первое место, благодаря нашим схваткам мы смогли подружиться и у нас сложились хорошие отношения». Жоу Шоу и Сяо Яо всегда работали в паре, и Сяо Яо не проявляла высокомерия. Между ними царила дружеская атмосфера, и их общение было очень непринужденным. Император Гао Син обучал Сяо Яо и Цан Сюаня стратегиям управления страной, а также Жу Шоу, но но и военному делу он научил немало. Сяо Яо спросила: «Я отправлю тебя в военный лагерь, чтобы ты помог новым войскам освоиться?». Жу Шоу с сомнением произнес: «Если Сян Лю уже находится там, то зачем мне туда ехать? Двум тиграм не ужиться на одной горе*, поэтому я предпочту уступить ему это место. Почему бы вам не оставить меня в столице? Возможно я смогу смогу помочь тебе своими идеями». 山不容二虎 (yī shān bù róng èr hǔ): Это известная китайская пословица, которая имеет прямой аналог в русском: "Одна гора не терпит двух тигров" или "Двум медведям в одной берлоге не ужиться" Сяо Яо передала Жу Шоу военный жетон и сказала: «Вероятно, воины кланов Цинъян и Сихэ, будет сложно сразу подчиняться Сян Лю. Поэтому ты возьмшь эти элитные отряды и пойдешь с ними в лагер а потом вернешься через полтора года. Это поможет воинам клана легче принять новое руководство, и в будущем ими будет проще командовать». Жу Шоу рассмеялся и сказал: «Ты, безусловно, умеешь извлекать максимум пользы из ситуации». Сяо Яо рассмеялась: «Что поделать, ты ведь такой способный. На способных ложится больше работы, так что, пожалуйста, потрудись». Жу Шоу принял указ и сразу же направился в военный лагерь. Прошел еще один год, и в середине весны Сяо Яо начала изучать управление разведывательной сетью. Император Гао Син без утайки передавал ей свои методы наблюдения за четырьмя великими кланами и сбора информации. Сяо Яо активно переписывалась с Сян Лю, обсуждая способы выявления шпионов и подготовки информаторов, что, естественно, способствовало её быстрому обучению у императора Гао Син. Раньше плейбой Фанфэн Бэй целыми днями пропадал в злачных местах, выполняя поручения Шэн Нуна. Теперь же Сяо Яо тоже начинает заниматься вербовкой людей в этих смешанных по расовому признаку районах. Хотя она и унаследовала разведывательную сеть императора Гао Синя, ей нравилось иметь и своих личных доверенных лиц, и эти две силы дополняли друг друга. Сяо Яо, к своему удивлению, узнала о том, что Цзин собирается стать главой клана Тушань, еще до того, как получила приглашение, благодаря осведомителям. Она уже все обдумала до получения приглашения. В конце концов, Цзин три года отправлял припасы в город Вэймин. Хотя дела клана Тушань в Гао Сине в последние годы тоже шли неплохо, они, по сути, не были друг другу обязаны. Сяо Яо решила, что будет уместно поздравить его как друга. Обычно в таких случаях император Гао Син отправлял Жу Шоу представлять его на подобных мероприятиях, но сейчас Жу Шоу находился в военном лагере, так же как и Гоу Ман. Несколько его учеников и важных чиновников были заняты в разных частях Гао Син, выполняя указания Сяо Яо по строительству водохозяйственных сооружений, обработке земли и тайному производству оружия. Император Гао Син не мог поехать сам, поэтому с облегчением воспринял новость о том, что Сяо Яо согласна отправиться туда. Император гао Син был опечален. Казалось, Сяо Яо мало развлекалась. Ей было столько же лет, сколько А Нян, и она должна была быть игривой, ленивой, нуждающейся в ласке, а ее главными заботами были бы возлюбленный и погода. Е Шици всегда избегал брать на себя обязанности главы клана из-за своего брата. Однако теперь, когда он согласился занять эту должность, вероятно, это связано с его желанием сблизиться с Сяо Яо. Всем известно, что Император Гао Син очень любит своих детей, и человек без знатного происхождения совершенно не подходил для неё. Сяо Яо редко отправляла письма Сян Лю. Тем не менее, семье Фанфэн должно было прийти приглашение. Хотя Фанфэн Бэй несколько лет странствовал и исчезла, такое случалось довольно часто среди богов. Она поинтересовалась, может ли он составить ей компанию, чтобы выяснить, есть ли у него свободное время в лагере. Сяо Яо начала свой путь, не дожидаясь ответа от Сян Лю. Если у него найдется свободное время, он обязательно отправиться на Маоцю что естественно будет гораздо быстрее. Сян Лю тоже был занят, ведь разрушить могущественную армию Сюань Юань за первые десять-двадцать лет подготовки было нелегкой задачей. Гао Син представляет собой в основном заболоченную местность, в то время как Центральные равнины находятся на гористой территории, что затрудняет использование традиционных боевых методов, характерных для Гао Сина. Однажды Гоу Ман написал письмо Сяо Яо, выражая недовольство тем, что Сян Лю принудил его участвовать в боевой подготовке, в которой жители Гао Сина не были особенно сильны. Это чуть не привело к трагедии для ценного ученика императора Гао Сина. После долгих лет разлуки Сяо Яо снова встретилась с Фэн Луном, Синь Юэ и Цян Сюанем. Цян Сюань писал ей каждые несколько месяцев, рассказывая о своих успехах. Хотя он и не раскрывал главных секретов, он не относился к Сяо Яо как к чужачке. Фэнлун оставался таким же энергичным, как и прежде, в то время как Синь Юэ испытывала трудности. Она испытывала симпатию к Цань Сюаню и, естественно, чувствовала себя неловко, наблюдая, как он женится на одной знатной даме за другой. Однако усилия Цань Сюаня пока не увенчались успехом, и Синь Юэ с осторожностью относилась к этим отношениям. Будучи некоронованной принцессой Центральных равнин, она не могла позволить себе следовать за Цань Сюанем по тёмному пути лишь из-за своих чувств. Когда Сяо Яо снова увидела Цзина, он выглядел немного измотанным. На нём был самый официальный наряд. Сперва он совершил поклонение небу и земле, затем предкам, а после выразил почтение Старшей Госпоже. В завершение он поднялся на алтарь, чтобы принять из рук старейшины нефритовую печать Девятихвостого Лиса — символ богатства и власти клана Ту Шань. Позади него возникла огромная белая девятихвостая лиса, чьи девять пушистых хвостов, словно девять могучих драконов, развевались в воздухе, почти заполняя всё небо. Это зрелище олицетворяло мощную магию и сверхъестественные способности лисы. Такое благоприятное предзнаменование не появлялось при каждой смене вождя клана, и все члены клана Тушань единодушно преклонили колени, отдав дань уважения Цзин. Даже Старшая Госпожа опустилась на колени, с слезами на глазах, молча произнося молитву: «Пусть предки даруют клану Тушань вечное процветание и многочисленное потомство». Среди многократных поклонов членов клана Тушань, Цзин, стоящий на белом алтаре, казался очень далёким. Сяо Яо испытывала полное спокойствие. С этого момента Цзин перестал быть Е Шици. Ранее ей приходилось волноваться о Е Шици, которого она подобрала, но теперь она могла отпустить вождя клана Тушань, позволяя ему идти своим путем. Начался праздничный банкет. Сяо Яо задумчиво смотрела в одну сторону, выпила несколько чашек чая, притворившись, что выпила вина, и под предлогом прогулки, оставив всё Цянь Сюаню, тихо ушла, медленно спускаясь по горной тропе. Тихая тропа извивалась и петляла, местами ровная, местами ухабистая, не имела конца. Послышались шаги, Сяо Яо обернулась, и увидела Сян Лю. Любовное Гу всегда помогало им легко находить друг друга. Место Сяо Яо находилась в удобном месте рядом с алтарем, но Фанфэн Бэй все это время был в толпе. На мгновение у нее заколотилось сердце, но она заставила себя успокоиться и небрежно сказала: «Я видела тебя во время церемонии». Сян Лю наклонил голову и лукаво улыбнулся: «Кого ещё ты могла бы видеть в своих глазах, помимо меня?». Его тон был очень живым, и Сяо Яо была так очарована им, что, притворившись серьезной, сказала: «Когда приходишь наблюдать за церемонией, нельзя вертеть головой по сторонам просто так». Они шли бок о бок по горной тропинке, их шаги по опавшим листьям издавали шорох, делая и без того тихий лес еще более уединенным. Сян Лю сказал так, словно это был обычный разговор: «Я слышал, что Цзин не хотел быть главой клана. Он просидел на коленьях перед домом Старшей госпожи весь день и всю ночь, чтобы расторгнуть брачный контракт с Фанфэн. Если бы ему действительно удалось избежать этой участи, учитывая характер моей младшей сестры, она, скорее всего, нашла бы способ достойно расторгнуть брачный контракт. Но теперь, когда Цзин стал главой клана, надежда моей младшей сестры, которую она лелеяла много лет, перед ней и она не сможет от нее отказаться». Сян Лю посмотрел на Сяо Яо и спросил: «Если надежда находится прямо перед тобой, но тут же исчезает, будешь ли ты грустить?» Сяо Яо знала, что Сян Лю не испытывает неприязни к своей младшей сестре, но с тех пор, как И Ин и Хоу сошлись, стало ясно, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она мягко сказала: «Возможно, это будет немного печально, но не стоит впадать в уныние. Если одна надежда утеряна, всегда появится другая». Сян Лю улыбнулся: «Какой удивительный характер! Даже в самые грустные времена ты надеешься на приход счастья». Сяо Яо улыбнулась и сказала: «Вот почему нужно смотреть в далекое будущее, там обязательно найдется то, чего ты хочешь». Сян Лю остановился и с улыбкой спросил: «Знаешь похоже я очень привязался к меским делам. Принцесса, не желаешь ли ты составить мне компанию и развлечься вместе?». Сегодня Сян Лю был особенно очарователен, и, кажется, за время их разлуки его мастерство возросло. Сян Лю приложил пальцы к губам и громко свистнул. Вскоре появился небесный конь, и Сян Лю вскочил на него. Он протянул руку Сяо Яо, которая схватила его за руку и поднялась на небесного коня. Сян Лю оставил свои дела Жу Шоу, и, поскольку сегодня у него не было никаких обязательств, он решил провести время, наслаждаясь едой, напитками и развлечениями в компании Сяо Яо. В ювелирной мастерской, принадлежащей племени гномов, создаются исключительно изысканные изделия, возможно, благодаря их небольшому росту и ловким пальцам. Они способны вырезать сотни роз из обычного рубина, а на кулоне в форме капли могут выгравировать реалистичный портрет пары, словно это настоящие люди. Сяо Яо заказала такой кулон для Сян Лю и повесила его ему на шею, с интересом наблюдая, как он мучается вопросом, стоит ли ему его снять или оставить. В закусочной клана великанов Куафу миски для еды были размером с таз. Сяо Яо сначала не верила, что сможет съесть целую порцию, но попробовав один раз, она тут же съела все до последней крошки. Сян Лю тоже ел, но Сяо Яо подумала, что у него, должно быть, не один желудок, иначе почему она едва могла двигаться, а ему хоть бы что. В магазине цветочной феи продавалась удивительная цветочная роса. Всего одна капля этого концентрата могла подарить телу аромат на целый месяц: нежный запах лотоса, гордый аромат сливы, эфирный шлейф орхидеи... Существовали также различные методы смешивания, позволяющие создать уникальные композиции. Сяо Яо никогда не изучала парфюмерное искусство, но процесс напоминал ей приготовление лекарств, и она быстро освоила его. Она создала аромат, который держался целых полдня, чтобы Сян Лю мог его попробовать. Он и без того был типичным плейбоем, а цветочный запах лишь усиливал его обаяние. Заниматься чем-то интересным в одиночку — это весело, но делать это с кем-то — еще приятнее и незабываемее.