16.1. Падение в забвение

Северус Снейп

      Северус никогда не применял к женщинам слово «аппетитная». Для представительниц прекрасного пола, не вызывающих возбуждения, оно не подходило. По отношению же к девушкам умным, образованным, красивым и грациозным казалось слишком крамольным. Айрис Данхилл являла собой второй тип, но возбуждение рядом с ней разгоралось такое, что более выразительного эпитета на ум не приходило.       В затерянном уголке межмирья под названием Сид она ходила как многие прочие феи: босиком, в тонких, почти полупрозрачных одеждах, без лишних украшательств и макияжа, с растрепанными ветром прядями, обрамляющими лицо. Легкая неряшливость не портила ее, а придавала образу еще больше естественной женственности.       Но в эту ночь Айрис предстала в праздничном облачении: темное платье, усеянное сверкающими звездами и подпоясанное тонкой серебряной цепочкой, в волосы вплетены разноцветные бусины, длинная шея — в тугом плену драгоценного ожерелья. И даже отсутствующая синева правого глаза скрыта таким же синим шелком. Ее хрупкая фигура приобрела больше статности, горделивости.       В пронзительно-холодном взгляде Айрис читалась насмешка. Она расслабленно облокотилась о столбик кровати, сложив руки на груди, и чего-то ждала. Северус не помнил, как они оказались в его спальне, но это было неважно.       За окном, загребая крыльями, проплыл петух, а по стенам кругами поползли ярко-зеленые разводы. Заколыхался камыш в углах.       Насмешка Айрис стала очевиднее, и зельевар решительно шагнул вперед, намереваясь стереть ее. Крепко сжав пальцами аппетитные бедра, он прильнул губами к не менее аппетитной шее. Девушка томно вздохнула, застонала, когда Северус перешел поцелуем на подбородок, а его руки легли на ее ягодицы. Стон плавно перешел в надсадный смех. Северус непонимающе отпрянул, с ужасом наблюдая, как кожа Айрис покрывается чешуей.       Шипя, существо рвануло за Снейпом, когда тот отскочил еще дальше.       С тошнотворным хрустом тело Данхилл схлопнулось, обращаясь в плотное, гибкое тело змеи. Платье облаком опало на пол, и из-под груды тряпок вылезло подобие почившей Нагайны.       Всем известно, что любое проклятие по законам бреда снимается поцелуем. Не отдавая отчета в собственных действиях, упав на колени, Северус потянулся обнять мерзкое создание, но не успел осуществить задуманное. Змея растворила пасть. Ее пасть оказалась размером с пасть кита. А он оказался не больше ворона. И она его поглотила.       Северус вздрогнул и проснулся. Давно такого с ним не бывало. В предыдущую ночь тоже снилась Айрис. Вот только сюжет интимного характера в антураже Хогвартса десятилетней давности был поприятнее, и жаль, что его подробности довольно быстро истерлись из памяти.       Он попытался встать или хотя бы сесть. Яркие сновидения все еще преследовали зельевара, однако без южноамериканского дурмана от былой бодрости не осталось и следа. Даже руку оторвать от одеяла получилось не с первого раза.       Мерлин и Моргана! Так плохо Северус ощущал себя только в первую неделю июня после комы. Его донимал озноб и отголоски нарастающей тошноты. В таком состоянии ему не грозил ни пир, ни турнир.       Снейп все-таки сел. Весьма вовремя. На пороге появилась Айрис.       — Вы заспались, профессор. Скажите честно: вчера сбежали на поиски винных погребов? — шутливый тон едва прикрывал волнение.       — Который час?       — Прилично за полдень. Без часов не определить, но точно вторая половина дня.       — К дракклу… Я сейчас встану.       — Подождите! — девушка села на край постели рядом с зельеваром. Он не успел возразить, как узкая прохладная ладонь легла на его лоб. — У вас температура. Вы заболели!       Ну вот!       Она жалела его в Мунго. И только Снейп успел реабилитироваться, как они снова вернулись к жалости. Вместо порыва согласиться и попросить о большей ласке, он поддался куда более привычному порыву — избавиться от свидетеля своего позора.       — Я в порядке.       — Нет, это не так!       — Да что вы знаете? Звание Мастера Зельеварения включает базовые знания целительства. Я могу отличить болезнь от легкого недомогания.       — Посмотрите на себя! Со вчерашнего дня на вас лица нет! Может, пока мы пытались отравить Яксли, он делал то же самое с нами?       — Тогда как насчет вас?       — Вероятно, не успел или побоялся.       — Ерунда! Мисс Данхилл, оставьте меня. Мне нужно еще немного отдыха.       — Это из-за вашей раны на шее?       — Мисс Данхилл…       — Почему вам так трудно принять мою помощь?       — Дело не в вас…       — Тогда я приведу знахаря.       — Я справлюсь сам!       Айрис замолчала, сложила руки на груди. На ее лице промелькнуло выражение обиды. Прежде чем она начала высказывать претензии, которых у нее, Снейп не сомневался, накопилось немало, зельевар с ледяным спокойствием и самоуверенностью, которых на самом деле не испытывал, проговорил:       — Мисс Данхилл, я не считаю ваше рвение оберегать всех кого ни попадя неподобающим, но….       — Это не то…       — Дайте закончить! Мне нужно немного уединения, только и всего. Вы, похоже, неплохо освоились в местном обществе, Маб вас принимает. Идите поболтайте с ней. У нас осталось много незакрытых вопросов.       — Вот как, — протянула Айрис, — что ж.       Она было начала вставать, но вдруг помотала головой.       — Нет!       — Что «нет», мисс Данхилл?       — Нет, так не пойдет. Я не хочу вас утомлять, но мы сейчас в одной упряжке, Снейп!              Ее голос стал жестче. То ли от чувства вины, то ли от очередного неуместного приступа возбуждения у Северуса по коже побежали мурашки.       — О вашей самодостаточности можно слагать легенды, но что я буду делать, если на этот раз вы просчитались? Я… Я вижу, чувствую, что что-то не так. Мы непонятно где, а вернуться домой — задача со звездочкой! Так что, пожалуйста, если вам не важно собственное здоровье, мое благополучие или спасение моих друзей, то задумайтесь хоть на минуту о своих усилиях, которые вы приложили, чтобы меня найти.       Тщеславие зельевара всегда было отличным рычагом давления. В другой ситуации он назвал бы это подлой манипуляцией, но с Данхилл Северуса скорее трогало ее понимание его далеко не идеальной натуры.       — Все эти ваши усилия пойдут прахом, если мы проиграем дракклов турнир. Merde, Снейп! Ладно, если вы действительно считаете, что все в порядке, то я могу совершить очередной променад с Монаганом. Он несколько назойлив, но если кого и можно разговорить в этой обители беззаботной вечности, то только его. Этим вечером должен состояться очередной пир. В вашу честь, сэр, и надеюсь, Маб не обделит вас дарами. Новая палочка Яксли внушает опасения.       Айрис наконец собралась уходить. Северус сдался. Побурчав для вида, согласился, что, возможно, маловероятно, но все-таки, ему не помешает наведаться к целителю. Все ж лучше, чем взваливать на бедную девочку всю ответственность за общение с местным малопредсказуемым народцем и с его самыми подозрительными представителями в частности.       Пока Снейп приводил себя в порядок, Данхилл уточнила у приставленной свиты нужное направление. К тому моменту, когда они добрались до знахаря, Северус едва переставлял ноги. Свет причинял боль воспаленным глазам, воздух терзал легкие. Горло то и дело сдавливало словно огненным жгутом, а кожа аллергически зудела.       Уже не стесняясь опоры в виде хрупкого женского плеча, Северус ввалился в палату, чем-то напоминающую просторный шалаш.       Последнее, что он запомнил, — как, аккуратно поддерживая, Айрис помогает ему опуститься на густо пропахшую травами лежанку, деревянный свод над головой, бледное (бледнее обычного) лицо волшебницы, склоняющейся к нему нос к носу, и низкий хрипловатый голос, напоминающий шелест египетского пергамента и сообщающий, что в его теле очень много venenum. Очень, очень много.

***

      В пронзительно холодном взгляде Айрис читалась насмешка. Она расслабленно облокотилась о столбик кровати, сложив руки на груди, и чего-то ждала. Северус не помнил, как они оказались в его спальне, но это было неважно…       Северус вздрогнул и проснулся.       Стоило ему пошевелиться, как тяжелая рука прижала его обратно к узкой койке.       — Не спеши, мой мальчик, тебе не положено вставать.       Это обращение Северус ненавидел. С трудом разлепив свинцовые веки, он обнаружил перед собой пожилого мужчину, определенно человека или волшебника, а не туата. Сильный акцент и сухая смуглая кожа выдавали выходца юго-востока. И тюрбан на голове только подтверждал эту теорию, а не являлся ее основой.       Чуть погодя Снейп разглядел и обитель знахаря. Подобно многим другим жилищам Сида, оно представляло собой нутро исполинского древа, обставленное на старомодный арабский манер с цветастым ковром прямо поверх земляного пола. Тут было несколько столов разной высоты и стеллаж, заваленный свитками и безделушками, а напротив них — завешенный проем в полукруглой стене, что, вероятно, вел в личные покои и рабочие комнаты старика.       Северус успел промочить горло, когда к ним ворвалась Айрис, преследуемая любопытными альвами. Девушка захлопнула дверь, довольно грубо оттеснив первого из них за порог, и подлетела к зельевару.       — Северус!       Снейпу на мгновение показалось, что он в параллельной вселенной.       — Мистер Снейп! — исправилась Айрис. — Как хорошо, что вы пришли в себя. Что с ним, господин Аль-Захир?       — Ничего нового ты от меня не услышишь, дитя, — прошелестел Аль-Захир, — он тяжко поражен и должен пребывать в покое. В лесах Двора много живительных истоков, за дни или же недели я подберу такие субстанции, что приостановят пагубное разложение. Но пока могу предложить лишь сонную настойку. Сон восполняет.       — Пагубное разложение? Что за бред! — Северус с трудом приподнялся на локтях.       — У нас нет недель и даже дней! — напористо сообщила Данхилл.       Она успела переодеться и даже нанести раскраску на лицо — подведенные сурьмой ресницы и веко выглядели непривычно выразительными, подчеркивая и без того глубокую синеву единственного глаза. Не в пример предыдущему вечеру, шею и грудь девушки скрывало множество простых ожерелий поверх совсем короткой блузки, а стройные ноги запросто обнажались при ходьбе, мелькая в высоких разрезах длинной юбки.       Новый праздничный образ Айрис заставил Северуса задуматься над тем, сколько же он пребывал без сознания.       — У нас нет недель и даже дней! — повторила Данхилл. — Есть что-то, что может безопасно поставить его на ноги сейчас? Хотя бы на пару часов.       — Надолго ли он вам нужен? Вот, есть зелье, что позволяет вернуть и умирающего к юным летам. Оно даст вволю поплясать столько, сколько душе угодно…       — Но?       — Как только он заснет, то уже не проснется. Зато часы бодрствования будут вполне безопасны.       — Вы же поняли, что я не это имела ввиду!       — Я не собираюсь тут помирать! — подал голос Северус.       Раскрасневшаяся от злости Айрис еще раз сквозь зубы попросила целителя поразмыслить над вариантами скорейшего лечения, на что тот пожал плечами, явно не впервóй разъясняя ей суть проблемы.       — В крови вашего супруга, сударыня, есть необычный сильный яд. Он прячется, так просто не дается. И есть иное вещество, которое без пополнения себе подобным жрет тело изнутри, усиливая первый яд. Они так занятно взаимодействуют. Я наблюдаю такое впервые. Убрать бы хоть второй элемент, но, уж увольте, нескольких часов маловато для подбора антидота.       — Он не… — Айрис всплеснула руками и в отчаянии воззрилась на зельевара.       — Так плохо, мисс Данхилл?       — Скоро полночь. Они начали пир, — Айрис указала на свое облачение. — Хотят видеть вас. Альберон и Монаган заявили, что если вы не явитесь, то в наказание за неуважение Двора будет справедливым отдать венец победы второму кандидату, а вас отправить в изгнание в рощу. Ни ваше состояние, ни мои просьбы значения не возымели.       Северус снова обессиленно упал на подушки.       Данхилл уселась на пол рядом с ним, коснулась плеча, пытаясь ободрить. Глупая. Она отказалась от помощи Чарли в пользу Снейпа и теперь попала в ловушку, доверившись бывшему Пожирателю, который не смог вовремя признаться в собственной немощи. Ей бы себя пожалеть, а не его.       Наверное, стоило ее поблагодарить. Как это делают нормальные люди? Снейп свел брови, представляя, как со следующим выдохом скажет «спасибо», но остановился на свистящем «ссс», хватаясь за горло. Аль-Захир тут же влил в него смягчающий сироп. Стало легче, жжение прекратилось.       — Что? — спросила Айрис.       Снейп помотал головой. В конце концов все эти расшаркивания, улыбочки, слезы, пожелания, признательности, соболезнования, «спасибо», «пожалуйста», «Мерлин в помощь», «поправляйтесь», «не болейте», «дышите глубже», «все будет хорошо», «не волнуйтесь», «не паникуйте» никому никогда реальной пользы не приносили. Бессмысленное пустословие. Расточительство чувств.       Тем не менее Айрис гладила его по плечу, и это было приятно. Неясным образом это обнадеживало.       — Видите, — обреченно проговорила Айрис, — Яксли наверняка что-то подсыпал.       — Не думаю, — Северус не решился снова качать головой. Даже это скудное движение вызывало в нем волны болезненного головокружения.       Также как она сделала это утром, Айрис положила ладонь на его лоб. Ее рука была божественно прохладна.       — А что же? Вас сломили местные яблоки? Капуста с позавчерашнего обеда? Пыльца Динь-Динь?       — Скорее ваш беззубый сарказм, мисс Данхилл.       — Я берегу ваше хрупкое самолюбие, Снейп, не нарывайтесь.       Зельевар усмехнулся, потом обратился к Аль-Захиру:       — Если вы узнаете состав катализатора, того, второго вещества в моей крови, это поможет?       — Зависит от состава, мальчик мой.       — Мисс Данхилл, — Северус слегка повернулся к ней, долго разглагольствовать самому у него не было сил, — вы помните, что принимали перед тем как вас похитили? Тот дурман с матико и камбо, и…       — Конечно. Травы райголи, — она сжала его предплечье. — Но как вы узнали?       После краткого пересказа своих злоупотребелний, игнорируя сердитое сопение девушки, Северус устало уточнил:       — Можете пересказать весь состав?       Ее красивое лицо, навевающее мысли об острейших дамасских клинках и суровой праведности средневековых монахинь, исказилось, плотно сжатые губы превратились в тонкую линию, а потом растворились, чтобы выпустить наружу возмущенный возглас.       — Какая безответственность! Дурман райголи при верном применении творит чудеса, но он не создан для лечения и при больших дозах становится ядом, что мы и выяснили. Еще и концентрировали его! У вас уже начались постоянные галлюцинации? Нет?       Переключение от заботливой наседки до негодующей фурии заняло не больше пары секунд, потребовавшихся на полное осознание. Казалось, она сейчас начнет его тормошить, чтобы точно донести мысль.       — Все это — одна сплошная галлюцинация, Данхилл.       — Вы не в своем уме, Снейп!       Айрис принялась перечислять ингредиенты. Иногда Аль-Захир понятливо кивал, иногда задумчиво гладил бороду. Очевидно, он не имел дел со многими из названных компонентов, или же они были известны ему под другими названиями.       — Тут мы ничего не получим, мисс Данхилл. Не теряйте время, если хотите помочь, в моей комнате в мантии есть остатки ваших трав. Принесите их. Уймите свою тревожность, выхода нам не оставили. Приму небольшую порцию и пережить ночь не составит труда.       Айрис укоризнено нахмурилась, но тут же поднялась на ноги, стремительно и без лишних слов покидая обитель знахаря.       Снейп не испытывал стыда по поводу очередной маленькой лжи. Может, самую малость. Люди постоянно пытаются отговорить потенциальных самоубийц от их рискованных планов, а у Северуса не осталось здоровья на препирательства.       — Неси то дракклово зелье для восстановления, — обратился он к Аль-Захиру.       Когда Айрис вернулась, Северус, как ни в чем не бывало, поправлял сюртук. Девушка удивленно застыла.       — В нашем доме кто-то побывал.       — Поясните.       — В комнатах бардак и я ничего не нашла в вашей мантии.       Снейп сжал переносицу пальцами, зажмурился. Драккл! Одна проблема на другой. В мантии оставался дневник девчонки. Не важно...       — Правда? Жаль. Могу попросить вашу палочку?       — Зачем? Что вы сделали?       — Мы идем на очередной пир, — не желая отвечать на второй вопрос, Северус требовательно вытянул руку, — я бы хотел привести себя в порядок.       — С каких пор вы стали «приводить себя в порядок» для публики? — шокировано огрызнулась Айрис, тем не менее отдавая ему палочку.       Оставаясь подозрительно молчаливой и будто смирившейся, Айрис проследила, как зельевар заклинаниями расправил заломы на одежде, освежил волосы и кожу. Чары гламура вернули ему вид до обморока, но не скрыли полного истощения.       Туаты не особо горевали по отсутствию «короля вечера». Они продолжали танцевать и лакать свое ядреное вино, и не остановились бы, пока Маб не сделала торжественное объявление, стоило Снейпу и Данхилл появиться на поляне.       Досада, отразившаяся на лицах Альберона, Монагана и Яксли стоила всех рисков. Северус величественно проследовал к своему месту, отодвинул кресло для Айрис. Весь его вид говорил о том, что он не намерен сдаваться.       — Что вы все-таки сделали? — опять спросила Айрис.       Вот оно! Северус все ждал, когда праведное гриффиндурство воспылает в ее крови и она продолжит докапываться.       — Вам не о чем переживать, мисс Данхилл.       — Вы провалялись целый день без сознания, вы были почти при смерти!       — Приступ прошел.       — Вы шутите?!       — Поговаривали, что ты плох, Снейп, — глумливо поддел Яксли со своей стороны. — Волнение от предстоящего вечера вскружило голову? Ты не привык находится в центре внимания, насколько я помню.       — Отвечайте! — Айрис сжала его запястье, не обращая внимания на Пожирателя.       — Не смейте мне приказывать!       Данхилл отпрянула, но выглядела все еще слишком взвинченной и искренне обеспокоенной.       Северус предпочитал держать свои идеи при себе так долго, как это возможно, и даже при двух хозяевах всегда оставался избирателен в словах. Он не привык играть в команде и брать чужие эмоции в расчет.       — С Чарли было бы проще, — обиженно процедила Айрис.       — Определенно.       — Вы невыносимы!       — Определенно.       — Неужели вы не способны ни с кем общаться на равных?!       Северус сглотнул. Одна из частей плана, составленного еще в Тупике Прядильщика перед тем, как он снова пришел в Мунго, нашел томик Шекспира и решил во что бы то ни стало отдать его владелице, состояла в том, чтобы попробовать сблизиться хоть с кем-то, скрасить уныние извечного самоизгнания.       Снова что-то шло не так. Но это уже не имело значения.       Она выбрала его в роще. Он выбирал ее теперь. Видимо, самопожертвование — его судьба, его участь, путь к искуплению. Тяжелый путь, фатальный. Его бремя, и он не хотел даже частично перекладывать это бремя на нее.       — Я обещаю вам, мисс Данхилл, не стоит беспокоиться. Необходимо избавиться от Яксли, расколдовать ваши деревья и найти дорогу в Британию. Я сделаю все, чтобы это осуществилось.       — Каким способом?       — Довольно! — он поднялся и обратился уже к хозяевам Двора. — Королева Маб, могу я сказать?       — Сегодня твой вечер, друг наш, конечно, обращайся, коль имеешь просьбы.       — Да, у меня есть одна просьба. Я имел возможность убедиться в вашем искреннем желании честно и непреклонно провести турнир, про который мы, к нашему величайшему сожалению, все еще слишком мало знаем. А потому прошу замены.       — Замены? Чего же на что?       — Салата на жаркое, полагаю, — с пренебрежением вставил Альберон.       — Моей кандидатуры на любую другую, какую изберет мисс Данхилл, — пояснил Северус.       — Вы должны были обсудить это со мной! — прошипела Айрис.       — В противном случае турнир просто не состоится, — закончил зельевар. Он почти гордился тем, что в кои то веки его смерть могла стать настоящим ультиматумом.       Шум всеобщего веселья прервался. Яксли задумчиво крутил бокал в руке, Альберон выражал незаинтересованность, предоставив жене бразды правления этим балаганом. Маб едва уловимо приподняла кончики губ.       — Это вполне возможно, друг наш. Пожелает ли фея-колдунья взять в свои защитники того медновласого юношу, что нынче обитает в священной роще, раз рыцарь Северус отказывается ее защищать?       — Я вовсе не отказываюсь. Мое положение…       — Я все о нем знаю, — одернула его Маб. — Вопрос был задан не тебе.       Айрис умоляюще посмотрела на Снейпа.       — Это вовсе не то, чего бы я хотела.       — Не усложняйте, мисс Данхилл.       — Это вы все усложнили!       Она яростно дернула его за рукав. Встрепанная, с порозовевшими щеками, расстроенная и отчаянная, она была еще и поразительно желанной. Северус так хотел верить, что она не хочет его отпускать, что он ей важен. Получалось плохо. Он никогда и никому не был важен сам по себе. Но раз в очередной игре со смертью он подошел как никогда близко к краю, то наконец можно перестать бояться собственных желаний и осуществить хоть одно напоследок.       Его манили ее плотно сжатые неуступчивые губы.       Резко хватая Айрис за предплечье, чтобы привлечь ближе, он собрался закончить их спор поцелуем. И пусть потом злится, обижается. Пусть ненавидит его! Может, так ей будет легче сменить союзника на более адекватного друга или того же Гидеона, за которым она прибежала на окраину мира…       Порыв Снейпа оборвала Маб. В ее интонациях звучал некий намек.       — Пожелаешь ли ты, рыцарь Северус, получить свой дар, прежде чем окончательно уйти в рощу?       Лицо зельевара было уже в нескольких дюймах от лица Айрис. Девушка удивленно застыла в его руках, не сопротивляясь, не отводя взгляд. Ее горячее дыхание касалось его кожи, почти обжигая.       — Да! Да, он желает! — крикнула Айрис, прежде чем Северус успел обдумать предложение королевы фей.       И Маб не стала ее упрекать и требовать от Снейпа подтвердить ответ. «Фея-колдунья» точно была в фаворитках у властительницы Двора.       Принесли латуную шкатулку. Внутри оказался небольшой синий фиал.       — Что бы это ни было, для мистера Уизли оно будет полезней, — Северус протянул флакон девушке. — Давайте не будем тянуть и отправимся в рощу.       Айрис обхватила его руки, толкнула обратно, не принимая дар.       — Пейте.       — Хватит мне указывать.       — Хватит решать за меня!       — Мерлин помоги! Вы и ваша нежная совесть! Вы закончили Хогвартс десять лет назад, гриффиндурство что, совсем не выветривается? Хватит благородствовать, мисс Данхилл! Мой следующий сон станет последним, если вы еще не поняли. Кто тогда будет вашим защитником? Монаган? Эта коронованная кукла?       — Если вы еще не поняли, то я вполне могу сама себя защитить.       — Да неужели? Упрямица!       — Идиот!       Северус задохнулся от возмущения.       — Минус пятьдесят баллов с Гриффиндора!       — Пфф, вы серьезно? Хорошая попытка, но не сработает. Пейте! Вы не заснете, я не дам вам заснуть!       Зельевар невесело усмехнулся, сдаваясь. Он выгнул бровь, понизил голос:       — Звучит многообещающе.              Северус перестал раздумывать и выпил. Мало что могло сделать этот вечер хуже. И все же он не ожидал того, что случилось далее.       Новая жуткая боль прошила позвоночник. Снейп упал и выгнулся дугой. Конечности перестали слушаться, судорожно заломились, дернулись, прижались к груди. Пальцы скрутило. Из ощущений пропали нос и лоб, шея, все тело до пят. Сознание будто отделилось от него. Мир перестал существовать. Крик застыл где-то глубоко в горле, только рот открылся в тщетной попытке заглотить больше воздуха. Приглушенно, на фоне, Северуса звал знакомый женский голос.