Часть 13

К выбору подарка для Илоны Сергеевны Вадим подошел очень серьезно. В частности, удержался от того, чтобы купить в интернет-магазине экзотических растений венерину мухоловку и вручить ее со словами: «Вы определенно подружитесь, Илона Сергеевна, хватка у вас обеих железная!» И вместо этого, некоторое время повыбирав, приобрел орхидею  с огромными полосатыми цветами в горшке. Выглядела она впечатляюще, а в интернете заверяли, что это еще и достаточно редкий сорт — в общем, то что нужно. Так решил Вадим и не ошибся: Илона Сергеевна от подарка пришла в восторг. А потом добрых сорок минут демонстрировала ему все, начиная с лимона и заканчивая чем-то папоротникообразным со сложным названием, которого Вадим не запомнил напрочь. Он в цветах вообще не понимал ни черта, но восхищался вполне от души: Илона Сергеевна все эти трудновыговариваемые названия помнила. И выговаривала.  Впрочем, восхищение по поводу подарка вовсе не избавило Вадима от дальнейшего длительного допроса с пристрастием. И пытками. Огромным количеством еды, которое могло поместиться целиком разве что в брахиозавра. Началось все с трех сразу салатов, солений и маринадов в ассортименте и небольшого тазика с борщом, который назывался тарелкой явно по ошибке. Вадим бы и этим наелся, даже дважды, но впереди его ждали гигантские голубцы и картошка с тушеным мясом. И еще немного солений. А в конце угрожающе маячил торт «Прага», который никак нельзя было не попробовать, потому что Илона Сергеевна его, разумеется, не покупала, а сама приготовила, взявшись за это дело сразу после звонка Вадима. Определенно, чем дальше тем сильнее он склонялся к тому, что таким изощренным способом Надина мама хочет от него избавиться. Вот лопнет он прямо тут — и не будет больше у дочери никакого подозрительного ухажера. Надя мало говорила и больше поддакивала самому Вадиму, который подвергался самому суровом допросу о своей жизни, о родственниках, о том, как он создал фирму, и не было ли в этом чего криминального. Знаменитый лимон Илоны Сергеевны при том угрожающе тыкал ветками в сторону Вадима, и тому казалось, что при неверных ответах он впихнет ему в рот недозрелый лимончик. Для полноты картины не хватало только настольной лампы, которой Надина мама светила бы ему в лицо и требовала в глаза смотреть и на вопросы отвечать.  Впрочем, он и так очень старался. Рассказывал, что с троюродной бабушкой не общается, потому что она живет далеко, хотя относится к ней с большим уважением. Что шизофреников у них в семье не было, а алкоголик один был, но это покойный муж его тетки, так что гены несчастного Вадиму не передались. Зато его родной дед — профессор математики. Потом он подробно изложил весь тернистый путь «Чипсета» начиная с полуподвала, где занимались и продажей, и сбором, и ремонтом компов разом, и заканчивая нынешней сетью магазинов сразу в нескольких городах. Особенно детально остановившись на том, что нажили капитал они на связях не с бандитами, а с китайцами. И даже визитку показал красивую, с иероглифами и китайской живописью. Только после пытки голубцами Илона Николаевна задала сакраментальный вопрос, к которому она осторожно подбиралась весь разговор и видимо решила, что противник достаточно устрашен, чтобы можно было прямо, без обиняков спросить: —  Вадим, а какие у вас планы по поводу моей дочери? — Самые что ни на есть серьезные! —  немедленно отрапортовал Вадим, подумав, что даже если бы они еще не успели стать совсем серьезными ввиду того, что они с Надей не так давно встречаются, то стали бы сейчас. От суровой, мнительной и закармливающей насмерть мамы Надю хотелось срочно отселить в какие-нибудь более привольные места, вроде квартиры самого Вадима. Он ее, в конце концов, собирается только наручниками приковывать ну раз в день, ну, может, два, а не следить за каждым ее шагом все время. — И они, Илона Сергеевна, становятся серьезнее с каждым днем. Потому что Надя — ровно та девушка, которую я искал. Скромная, порядочная, ответственная, в чем я на работе убедился не один раз. И суп готовит очень хорошо! — на этом месте Вадим вспомнил о своих эротических фантазиях в процессе чистки картошки и мечтательно вздохнул, погладив Надю по плечу.  Впрочем, этот вздох произведению на маму нужного впечатления должен был только поспособствовать. Илона Сергеевна ведь не знает, о чем он, а сказанное вслух Вадим постарался сформулировать тщательно. Подходяще для человека, у которого голова изрядно набита предрассудками, правилами и всяческими «моральными принципами», которые непременно должны быть высокими и чистыми, как Останкинская башня после дождя. Так что Надя в описании Вадима рисовалась образцовой студенткой Смольного института, что должно было подтвердить серьезность и благонамеренность планов на ее счет.