Часть 5

Он смотрел на нее не как влюбленный, а как следователь. Это был ультиматум. Выбор. Между страстной, бурной любовью, от которой кружилась голова, и тихой, проверенной годами дружбой. Между штормом и гаванью. Она выбрала шторм. —Я поняла тебя, — прошептала она. Взяла телефон. Пальцы дрожали, но она заставляла себя печатать. Жестко. Беспощадно. Разрывая каждую связующую нить: «Седрик, ты мне надоел. Твои вечные скучные прогулки и эта твоя дурацкая опека. У меня теперь другая жизнь. Мы больше не друзья. Не пиши мне. Не звони. И не приходи. Оставь меня в покое». Она нажала «отправить» и выронила телефон, как раскаленный камень. На мгновение в груди вспыхнула дикая, режущая боль, но она обняла Драко, прижалась к его дорогой шерстяной кофте и постаралась заглушить этот вопль внутри. Она сделала выбор. Ради любви. Она не видела, как он прочитал сообщение. Не видела, как его лицо, всегда такое живое и доброе, стало каменным, абсолютно пустым. Не видела, как он, в полной тишине, сложил в рюкзак несколько вещей: потрепанную фотографию с моря, где они, загорелые, корчат рожицы; старую мягкую игрушку-лису, которую она забыла у него в детстве; ту самую кружку с котятами. Он не позвонил, не попросил объяснений. Его отец давно звал его в филиал семейного бизнеса в другом городе. Он просто уехал. Навсегда. Сначала с Драко снова было как в сказке. Страсть, дорогие рестораны, ощущение избранности. Но трещина, однажды появившись, уже не исчезала. Ссоры учащались, становились грязнее. Драко все чаще раздражался по пустякам, его слова били больнее, его уходы после ссор длились неделями. А потом грянул последний, сокрушительный акт.