4. Almost, but elsewhere.

Хоть с ним ты как и со мной не успела и попрощаться, Празднуй, как и всегда, до поры, Для тебя было слово "я", никогда не было "мы", Ты просто слезы утри, в жизни всяко-разно случается, Хочешь меня забыть, но такое не забывается.

«Не то, что ты хотела бы слышать под лоуфай» — mzlff

***

Утро задалось, на удивление, хорошим. Кто же мог представить, что одно сообщение может так порадовать и сделать настрой на ближайшие часы жизни полными позитива. Джек «Доброе утро, Фая». Он отправил это сообщение за час до пробуждения девушки, и это было первое, что она увидела, взяв телефон в руки, а улыбка на сонное лицо натянулась невольно. Фая «Доброе, Джек». «Твои смены такие ранние?» Джек «К сожалению». «Как спалось?» Фая «Отлично, призраки прошлого не приходили этой ночью во снах». Джек «А они любят гостить у тебя в голове?» Фая «Можно и так сказать». Джек «Я бы мог их выселить». «Наверное». Фая «Самоуверенно». Переписка молчит пару минут, и девушка печатает ещё одно сообщение. Фая «Думаю, вполне мог бы». Парень отреагировал сердечком на сообщение, что вызвало смешок. Джек «Сегодня пятница, как насчёт вечера кино?» Фая «Не планировала покидать дом сегодня». Джек «А я планировал составить тебе в этом компанию». «Если ты не против, конечно». Джек кажется девушке милым парнем, хорошим. Но интуиция чует подвох. Он всегда есть в таких красивых и нежных парнях, будто крохотная капля яда кроется у него под шкурой, и если у других он не сильно ядовитый, то у таких особ он смертельный. Стоит одной трещине пойти — и эта капля убьёт всё живое вокруг себя. Фая не стала акцентировать на этом внимание и заморачиваться: всё же давно она не знакомилась и не интересовалась людьми. Почему бы и нет? Фая «Адрес скину позже, приходи к восьми». Джек «Буду ни минуты позже!»

***

Утро задалось поганым: кто мог подумать, что тревожные мысли накроют под глубокую ночь и не дадут уснуть аж до рассвета. Впрочем, парень всё равно встаёт рано, даже если день выдаётся свободным. Такая его природа — спать значит находиться в беззащитном состоянии. А он ненавидит это чувство опасности, которое ощущает на постоянной основе. Оно ему не мешает, он привык, но думать о том, что эта «опасность» — лишь плод воображения, не хотелось. Финн заваривает кофе, свой любимый, думая о том, что всего через полторы недели его день рождения. До встречи с кастом ему совсем не хотелось его праздновать, но воспоминания и близкие друзья напомнили о том, что нельзя забывать друг друга и собираться чаще, так почему бы не справить праздник с этими людьми? Ощущается хорошей идеей. Хотелось ли ему видеть друзей или кого-то особенного? Он не думал об этом, он избегал этой мысли. Ему ведь просто нужно объединить старую дружбу со всеми и провести свой день комфортно, так? Так. Он верит в это. Но почему-то замирает, когда хочет печатать всем приглашение по отдельности, осознавая, что так одному человеку написать не выйдет. Тупо. Как же тупо это всё. Почему он ведёт себя как ребёнок, почему не может отправить простое приглашение в личные сообщения, будто это сломает всю его жизнь. Он вздыхает, заходя в общую группу каста, и начинает печатать текст. Финн «Я подумал, что было бы классно провести ещё один день вместе, поэтому хочу пригласить вас отпраздновать мой день рождения в ночь с 22 на 23 декабря. Буду ждать вас к пяти вечера, вот мой адрес, кто не знает. Отметьтесь плюсом, кого мне стоит ожидать, спасибо ;)» И, погодя минуту, добавил: «Приглашены все, без исключений». Он сам не знал, для кого добавил это сообщение. Точнее, знал, но признавать не хотел, а следом ему прилетело его же сообщение в личный чат с Калебом. «Переслано от: Финн» «Приглашены все, без исключений». Калеб «Ещё бы Фаю отметил, чтоб точно непонятно было!» Финн «Это на всякий случай». Калеб «Чувак, ты буквально пригласил её отдельно». Финн «Я пригласил всех, не придумывай». Калеб «Приглашаю всех!» «Это ко всем относится, КТО не понял». «Это звучит именно так, брат». Финн «Катись к чёрту». На что его друг лишь отреагировал смеющимся смайликом. Вулфард тут же зашёл в общий чат, куда уже успели кинуть плюсы Калеб, Гейтен и Ноа. И только двое прочитанных, которые ещё не ответили согласием: Сэди и Фая. Что не удивило кудрявого, хотя тот после подколов лучшего друга был уже уверен, что девушки обгладывают его второе сообщение до его позвонков, о чём думать совершенно не хотелось.

***

Сэди «Ты видела? Это сообщение явно для тебя!» Фая «И снова ты видишь чудо в невозможном». Сэди «Да тут и слепому всё видно, Фаяяя!!!» Фая «Получается, мне даже очки не помогут». Сэди «Что думаешь?» Фая «Будет неудобно, если я единственная откажусь, так ведь?» Сэди «Перевод: я сто процентов приду, просто не признаю желания». Фая «Ты неисправима». Сэди «Так что?» Фая поднимает взгляд в потолок, обдумывая решение, которое ей уже и так известно на все миллиарды процентов. Просто ждёт ли он её или пригласил из вежливости — что, скорее всего, правда. Было бы странно звать весь каст и упустить одну персону, хотя это ведь его день, и он вправе приглашать кого хочет. Всё же девушке казалось, что это приглашение было знаком тактичности с его стороны, вряд ли он даже внимание на неё обращать будет, особенно если вспомнить их расход. Вдруг он всё ещё думает, что у шатенки остались к нему чувства? Не дай бог. В любом случае он, вроде, видел, как они с Джеком познакомились, так что волнение немного спало. Во время раздумий в группу пришли ещё два плюсика от Милли и Сэди. Фая «Я подумаю». Сэди «Кто тут ещё неисправим? Я и так знаю твой ответ, дорогуша». Фая «Я даже не знаю, что ему подарить». Сэди «Придумаешь, иди отмечайся, а то Финн себе все локти сгрызёт в ожидании». Фая проигнорировала это сообщение, зашла в общий чат и отправила такое же, как и все остальные, сообщение. Фая «+». Она быстро вышла из сети, тяжело выдыхая, а в мыслях было лишь: «На что я подписалась?» Финн, в свою очередь, чуть не выплюнул всю зубную пасту изо рта, когда на его смартфоне высветилось заветное имя и сообщение с одиноким символом. Кажется, остальная неделя у парня пройдёт медленно и томно в ожидании праздника. Но в празднике ли вообще дело? Знает только Калеб, а кудрявый ни за что не признает, что ждёт только её. Фая после отправки сообщения же села в позу лотоса, обдумывая подарок. Она не хочет дарить что-то дорогое, показывая этим важность человека, всё же он пригласил её «заодно с остальными», но оставить человека без подарка будет преступлением. Дарить медиаторы к гитаре тоже будет глупой идеей — этих треугольников у парня полным-полно. Она ненароком задумалась о самой гитаре, но откинула эту идею, осознавая, что совсем в этом не разбирается, да и вряд ли он пустит её подарок в дело, ведь он будет напоминать парню о Фае. «Думай, думай, думай». В голову пришла мысль: девушка дарила кудрявому коллекционные фигурки с персонажами «Очень странных дел» по любому поводу и без повода раньше. Он собирал только свои любимые вселенные сам, а фигурки с их общего проекта просил не дарить, так как этим всегда занималась шатенка. Его полка раньше была забита всеми статуэтками, а что сейчас — Фая не догадывалась. Фая «Узнай, дарили ли Финну Funko Pop’ы с 5 сезона ОСД». Сэди «Разве это не банально?» Фая «Это уже моя традиция, у тебя есть идея получше?» Сэди замолчала на пару минут, а после написала, что узнает. Девушка, видимо, тоже не смогла придумать ничего подходящего. «Переслано от: Калеб» «С 5 сезона нету, но не советую их дарить, он не принимает эти фигурки ни от кого». Сэди «Видимо, подумал, что я для себя спрашиваю». Фая «И что мне делать?» Сэди «Дурная, он принимает эти фигурки только от тебя». Фая «Бред». Сэди «Проверим, ты ведь всё равно об этом “не знаешь”:)» Фая выдохнула, залезая на сайт Funko. Она добавила почти весь их основной каст в корзину — вышло довольно дорого, но почему-то, думая о Вулфарде, эти деньги не имели никакого значения.

***

Вечером в квартире Фаи было непривычно людно — не по количеству людей, а по ощущению присутствия. Она поймала себя на мысли, что убрала даже там, где обычно не убирают перед гостями: протёрла подоконник, переставила книги, сменила наволочки. Глупо. Но хотелось, чтобы всё было прилично. Звонок в дверь прозвучал ровно в восемь. Джек, как и обещал, приехал вовремя. Он стоял на пороге в тёмном свитере и бежевом пальто, держа в одной руке пакет с продуктами, в другой — бутылку вина. — Я не знал, что ты предпочитаешь, — неловко улыбнулся он, — поэтому взял всё по классике. Если что — можем сделать вид, что это реквизит. Фая усмехнулась, отступая в сторону, пропуская его внутрь. — Проходи. Реквизит уместен. Квартира встретила его мягким светом торшера и запахом свежего чая. Никакой показной аккуратности — скорее ощущение, что здесь действительно живут. Оглядев прихожую, он заметил небольшое зеркало с полочкой, на которой стояли духи, брелки и прочие вещи. Рядом — небольшой цветок в горшке, он будто добавлял жизни пространству, а на стене висела доска с фотками, и единственное лицо там, помимо самой Фаи, — тот самый Финн Вулфард, что так яро рычал ему гадости. Джек отметил это про себя, но вслух сказал другое: — У тебя уютно. — Сочту за комплимент. Пальто вешай сюда, — девушка указала на стену напротив зеркала, где были крючки для верхней одежды. Вешая бежевую ткань на место, парень заметил перевёрнутую рамочку. Он решил поднять её, поставив на место. Перед его взором оказалась ещё одна фотография Фаи и Финна, подпись — соответствующая. Семья? Этот парень начинает меня раздражать ещё сильнее, — думается Джеку. — Вы близки? Фая замечает его долгий, тяжёлый взгляд на рамочке. — Наверное, да… были, — будто сама не зная ответа, тараторит девушка. — Призрак прошлого? — напоминает утреннюю переписку. — Он самый, — девушка нехотя обсуждает это и быстро уходит на кухню. Джек понимает это, так что в последний раз кидает угрюмый взгляд на фотографию и уходит вслед за новой знакомой, или же объектом симпатии. Выбор фильма был тяжёлым: хотелось посмотреть что-то атмосферное, что создало бы тёплое, зимнее впечатление, будто семейные посиделки у камина. Предложение о просмотре «Один дома» было отвергнуто моментально — Фая отмахнулась тем, что недавно смотрела его сама. Или он просто был не тем человеком, с кем шатенка считает правильным проводить вечер с этим фильмом. По итогу выбор пал на «Шрека» — они так и не поняли почему, но мысль об этом мультфильме посмешила обоих, так что раздумывать долго не пришлось. Между парой царила волшебная атмосфера, которая в кои-то веки давала почувствовать себя не одиноко в своём доме. Они смеялись на каких-то моментах, на каких-то увлечённо вникали в сюжет. Но ощущение грядущей беды не отпускало Фаю: она понимала, что накручивает себя и это просто её недоверие играет с ней злую шутку. Её опыт дал ясно понять, что за всё хорошее нужно платить. Она ощущала доброту и теплоту, исходящую от парня, который сейчас мирно закидывал попкорн себе в рот, со спокойной улыбкой и бокалом вина в правой руке. Но что-то тревожило — будто маленький звоночек звенел где-то на подсознании шатенки, крича, что из этого парня вылезет бес и он покажет свою сущность. Вся волшебная атмосфера стала казаться чужой, липкой и грязной, тревожность возросла до предела: она чувствовала, что попадает в капкан, как хищники заманивают жертву в приятное место, а после убивают. Это всё лишь её воображение, пережитая травма, а может, и вовсе не пережитая. Она снова косо глянула на Джека, который, полностью расслабившись, выглядел так мило, что сероглазой даже стало стыдно за свои опасения насчёт него. — Фая? — брюнет нахмурился. — Всё в порядке? — А? Да, да, — поёжилась дама. — Просто прохладно как-то. — Я видел на кухне плед, сейчас принесу. И он, поставив мультфильм на паузу, ушёл в другую часть дома. Фая вздохнула, мысленно ругая себя за поведение и мысли. Она невольно сравнила Джека с Финном — со вторым таких ощущений не было. Или дело в том, что не было, и поменяй их местами — точно такое же происходило бы и с Вулфардом, всё же её мозг ставит защитную реакцию на всё позитивное в её жизни. В остальном вечер прошёл прекрасно, девушка погрузилась в мультик, баррикадируя все навязчивые мысли. — Отлично провели вечер! — улыбается Джек. Фая уже хотела ответить взаимностью, но брюнет увёл взгляд в небо, быстро тыча туда пальцем. — Смотри! Звезда падает, — он улыбается, словно ребёнок. — Загадывай желание. Шатенка прикрывает глаза, а в мыслях снова проносится привычная ей фраза: «Хочу, чтобы Финн был счастлив». — Надеюсь, ты меня загадала, — улыбается Джек. — Да, тебя, — туманно шепчет Фая, понимая, что этот кудрявый парень всё ещё стоит на первом месте и явно делить его она не хочет.

***

Вечер Финна начинался обычно, будто как в любой день сурка, который он проживает уже продолжительное время. Он не планировал ничего особенного — просто вернулся домой, бросил куртку на спинку стула и включил свет только на кухне, остальные помещения остались в полумраке. Тишина здесь всегда была густой, как если бы стены впитывали все слова, которые он так и не сказал. Или сказал, но не туда, не в нужное место или не тому человеку. Он открыл холодильник, закрыл. Открыл снова, будто надеясь, что за пару секунд внутри появится что-то новое. В итоге достал бутылку воды и вернулся в гостиную. Выдохнул — он устал, может, из-за тяжёлого рабочего дня, а может, просто. Телефон лежал экраном вверх. Молчал. Финн сел на пол, прислонившись спиной к дивану, вытянул ноги, сделал глоток холодной воды, что обожгла иголками горло, и уставился в тёмное окно. Город за стеклом жил своей жизнью: где-то смеялись, где-то сигналили машины, где-то кто-то возвращался не один, но всё это выглядело фальшиво. Он словил себя на том, что считает чужие окна — в каких горит свет, в каких нет. Глупая привычка, но она помогала не думать. Не помогла. Он взял телефон. Проверил сообщения, хотя знал, что ничего не изменилось. Он снова открыл архив. Чат с Фаей всё ещё был там, будто ждал своего часа, который никогда не наступит. Он не заходил внутрь — просто смотрел на имя. Фая. Имя отзывалось где-то под рёбрами — неприятно, почти физически, почти сыграло симфонию на струнах в его душе. Финн подумал о ресторане. О том, как она улыбалась — не ему. О том, как официант наклонялся к ней слишком близко. О том, как легко она подняла на него взгляд и так же легко его отвела. «Она имеет право», — напомнил он себе. И тут же разозлился. Не на неё — на себя. Гитару в руки он даже не стал брать — знал, чем это закончится. Он бы точно не смог сосредоточиться. Перед глазами всплывала картинка, которую он сам же и придумал: Фая на диване, мягкий свет, чужое плечо рядом. Он сжал челюсти, будто это могло вытеснить образ. — Прекрати, — выдохнул он вслух, но квартира не ответила. Финн лёг на диван и уставился в потолок. Мысли цеплялись одна за другую, и каждая возвращалась к одному и тому же: он опоздал. Не на вечер, не на встречу — на целую жизнь, в которой она научилась быть без него. И он, вроде, тоже. Вроде. Телефон всё же завибрировал. Калеб «Ты в порядке?» Друг будто чувствовал, в каком состоянии сейчас Вулфард. Или он просто это знал. Финн не ответил сразу. Финн «Да». И тут же пожалел. Это было слишком коротко, слишком лживо. Но исправлять не стал. Он открыл галерею. Та самая фотография, что лежит у него в избранном который год, — старая, тёплая, где они сидят на полу, смеются над чем-то глупым. Он долго смотрел на неё, пока экран не потух. В темноте стало легче. Почти. Финн повернулся на живот, выдыхая в декоративную подушку. В этот вечер он позволил себе не быть сильным — то, что позволялось лишь в одиночестве. Где-то в это же время Фая, возможно, смеялась. Или молчала. Или думала, но вряд ли о нём. Точно не о нём. Финн закрыл глаза. Он не знал, что будет завтра. Но точно знал — этот вечер он проиграл.