Глава 237 Богиня Серафим

Первым зверем, которого Тан Сан встретил в глубине Великого Леса Звёздного Доу, был Тёмный Тигр-Дьявол пятидесяти тысячелетнего возраста — хищник, чья сила считалась одной из самых пугающих среди зверей средних рангов. Его ментальная атака и пространственное искажение были настолько коварными, что даже титулованные мастера избегали прямой встречи. Тан Сан победил его, прорвавшись через удерживающее пространство.  Поглощение кольца дало ему резкий скачок силы — прочное ментальное ядро и прирост в чистой атакующей мощи. Вторым пал Бледолицый Император Демон-Паук, также пятидесяти тысячелетний. Его яд, вязкие нити и полное отсутствие эмоций делали его убийцей из дальнего леса. Тан Сан охотился на него ради кольца Молота Чистого Неба, ведь характеристики паука идеально подходили силовому духу и для улучшения его внешней духовной кости.  Поглощение прошло быстро — зверь оказался слабее Тёмного Тигра-Дьявола, хотя и был опаснее из-за скрытности. Это кольцо усилило выносливость, защиту и способность концентрировать силу тела. Так же, сила этого зверя дала внешней кости Тан Сана возможность прорваться на полубожественный уровень. И только затем Тан Сан приблизился к центру озера — и увидел троих пятнадцати тонных Муравьиных Императоров, каждый культивацией около девяноста тысяч лет. Их появление шло вразрез со всей логикой мира: муравьи этой породы должны были быть слабейшими, но эти трое нарушали законы природы. Их сила превышала пределы вида, а выживаемость и защита доходили до абсурда. Именно эта битва стала началом катастрофы и одновременно прорыва Тан Сана — боем, в котором он впервые понял путь истинной силы. Когда последняя пульсация энергии стихла, Тан Сан медленно поднялся, чувствуя, что его тело стало… другим. Каждая клетка звенела от силы. Голубая Серебряная трава под его ногами склонялась, как перед живым божеством. И именно в этот момент, среди этой тишины и обновлённого тела, раздался тот самый голос: — Все поглощены? Голос, холодный и мягкий одновременно, словно золотой ветерок. Тан Сан мгновенно развернулся, ударил золотым кольцом света… но фигура, вышедшая из-за деревьев, даже не шелохнулась. Она шла по воздуху, а не по земле. Он узнал её сразу. Цзянь Ренсюэ. Только теперь — не человек. Не мастер. Богиня. Золотые волосы, свободно падающие потоком. Белоснежная кожа. Клеймо Серафима на лбу — не просто символ, а живая звезда. Глаза — два золотых солнца, в которых отражалась тишина вечности. Она выглядела моложе, чем была, но сильнее. Настолько, что воздух дрожал от её присутствия, хотя оно и не ощущалось обычными чувствами. Тан Сан впервые в жизни столкнулся с существом, которого не мог почувствовать. — Цзянь Ренсюэ, — сказал он спокойно. — Богиня Серафим? — Ты все правильно понял, — её голос был тих, но он словно проникал сквозь воздух прямо в сердце. — Ты изменилась, — произнёс Тан Сан. — И ты, — сказала она. — Я наблюдала за тобой всё время, пока ты поглощал эти три кольца. Ни один смертный не сделал бы этого и не выжил. Ты — либо гений, либо безумец. — Мне не нужно твоё признание, — спокойно ответил Тан Сан. — Говори, зачем ты здесь. Цзянь Ренсюэ слегка опустила взгляд, но вокруг неё вспыхнула едва заметная золотистая дымка. — Я пришла не убивать тебя. Я пришла предложить. — Уже слышал, — Тан Сан фыркнул. — И уже отказал. — Ты даже не хочешь знать, почему ты так важен? — Нет. — Тогда… — она подняла руку, и воздух вокруг задрожал. — Тогда встань и сражайся. Тан Сан медленно поднял Трезубец. — Хорошо. Ты хотела бой — получишь бой. — Ты прекрасно знаешь, что не победишь меня сейчас, — мягко сказала она. — Лучше разбитый нефрит, чем целая плитка. Золотые глаза вспыхнули. — Я надеялась, что ты так и скажешь, Тан Сан. Следующее движение было настолько быстрым, что лес даже не успел отреагировать. Цзянь Ренсюэ взмахнула рукой — и золотой свет, чистый, как небесный огонь, сорвался с её пальцев, превращаясь в гигантский меч света. Он был прекрасен… и смертелен. Тан Сан ответил мгновенно. Трезубец Морского Бога изверг кольцо света, столь же золотое, но уже не небесное, а божественно-океанское. Два луча столкнулись. Взрыв заставил озеро поднять волну на десять метров. Деревья вокруг выгнуло, словно их потянул гигантский вихрь. Но это был только первый обмен. — Шестикрылый огонь Серафима! Шесть крыльев вспыхнули за спиной Цзянь Ренсюэ, превращаясь в шесть гигантских лезвий света. Каждый удар был божественным. Каждый — мог бы разделить пополам титулованного Духовного мастера. Тан Сан прыгнул в сторону, вращая Трезубец. Гравитационное управление увеличило вес оружия и с каждым ударом он едва удерживал равновесие. Земля трескалась. Воздух плавился. Сила богини была настолько плотной, что буквально давила ему на кожу. Он резко сменил стойку. — Тринадцать алебард Морского Бога — Первая Алебарда: Разделение Миров! Трезубец разрезал пространство, оставив золотой след, похожий на трещину в самой реальности. Удар прошёл прямо по золотому защитному полю Серафима — и впервые Цзянь Ренсюэ отступила на полшага. Но её лицо оставалось спокойным. — Ты действительно близок к божественности… но всё же — пока лишь смертный, — сказала она. Она раскрыла ладонь. — Серафим — Свет Божественного Суда. Небо над ними вспыхнуло таким чистым белым светом, что Тан Сан на долю секунды ослеп. И удар пришёл в эту же секунду. Он выдержал. Трезубец едва не вылетел из его рук. Молот Сумеру внутри него зазвенел. Кости гудели, будто вот-вот распадутся на части. Но он стоял. — Хочешь убить меня — попробуй сильнее, — прохрипел он. — Ты упрям. Я предупреждала, — глаза богини вспыхнули. Она поднялась выше, и пространство вокруг неё стало светлым без теней, словно сама реальность изгибалась. — Я не убью тебя. Но я заставлю тебя преклониться. — Никогда. В это же время… За сотни ли от этого места, далеко на юге, двигались Шреки. Они шли в сторону Моря — туда, где Большие Белые Демонические Акулы должны были их встретить. Ченсянь шла первой. Тишина неба казалась ей слишком странной. И вдруг… Она остановилась. Глаза стали фиолетово-золотыми. Небо дрогнуло. — Время пришло, — тихо сказала она. Ма Ходзюнь переспросил: — Что случилось? Но Ченсянь лишь посмотрела туда, откуда исходила божественная вспышка. — Бог Серафим пробудилась. И никто не осмелился спросить больше. Тан Сан поднял трезубец. Он знал — это бой, который он не может выиграть.Но отступление было не в его природе. Он шагнул вперёд. Цзянь Ренсюэ опустилась сверху, её крылья ослепительно сияли. Земля раскололась. Озеро взорвалось десятками фонтанов. Мир вокруг будто потерял цвета и стал золотым. И среди этой золотой бури Тан Сан поднял голову, встретился взглядом с богиней и сказал: — Убей меня или дай дорогу. Но я не склонюсь. Богиня Серафим ответила: — Тогда иди своим путём, Тан Сан. Но знай — с сегодняшнего дня ты встал на путь, с которого нет возврата.