Глава 281 Гости и крестные

В клан Тан приход гостей всегда ощущался по-особенному. Даже воздух становился чуть теплее, словно клан — это не просто кузница, а большой дом, в который возвращаются родные. На третий день после большого праздника, когда шум наконец улёгся, а Ченсянь начала привыкать к новой, тихой радости внутри себя. На территорию клана вошли двое. Серебристые волосы, мягкие персиковые глаза — Оскар. Рядом, как всегда, лёгкая и сияющая, Ронронг, с её небесно-голубыми глазами и яркой улыбкой. Они даже шагали одинаково, словно их души давно слились в одну. — Сяньсянь! — первой бросилась вперёд Ронронг и чуть ли не повисла на Ченсянь. — Ты правда?.. — Правда, — мягко улыбнулась Ченсянь, кладя ладонь на живот. Оскар засмеялся, даже подпрыгнул: — Я же говорил! Я говорил, что она будет первой из нас! Фатти, стоявший рядом, гордо выпрямился, будто это он достиг чего-то невероятного. — Конечно первой. Я же её муж. Смех был искренним, тёплым, почти домашним. Четверо стояли у входа в дом главы клана, и каждый невольно ощущал — начинается новая эпоха, и они часть её. Но Ченсянь сказала, что ждёт ещё одного гостя. — Одного парня? — Ронронг хитро прищурилась. — Не ФАТТИ же? — Нет, он ведь здесь. — рассмеялась Ченсянь. — Вы поймёте, когда тот парень появится. Не прошло и часа, как с дороги, ведущей в город, показались две знакомые фигуры. Тай Лонг — высокий, крепкий, с тем же упрямым выражением лица, что было у него и раньше, когда он являлся маленьким хулиганом, получившим по голове от любимой девушки Шрека. И рядом — девушка с короткими волосами и голубыми глазами, спокойная, но сильная. Цзянь Чжу. Та самая, что когда-то сражалась со стороны дополнительных участников Академии Шрек. Они шли рука об руку. Не спеша. Спокойно. По-семейному. Ченсянь вышла им навстречу, и Тай Лонг невольно выпрямился. — Глава клана… — начал он слишком официально. Она вздохнула: — Тай Лонг. Зачем эти глупые формальности? Мы знакомы больше двадцати лет. Только тогда он расслабился, а Цзянь Чжу улыбнулась и поклонилась слегка — по привычке, но тепло. — Я хотела спросить вас двоих… — сказала Ченсянь, глядя на их сцепленные пальцы. — Хотели бы вы стать крестными моего ребёнка? Тишина повисла, будто время на мгновение остановилось. — ЧЬИМ?! — в унисон спросили они. — Моего, — повторила Ченсянь спокойно. Тай Лонг моргнул, потом ещё раз. — Так ты правда… беременна? — Да. Цзянь Чжу первой опомнилась, всплеснув руками. — Да мы… да конечно! Конечно мы согласны! Тай Лонг кивнул настолько энергично, что его девушка толкнула локтем. Они смотрели друг на друга, и видно было, что для них это честь. Огромная. Настоящая. Со стороны раздался радостный смех. Это Оскар, обнявший Ронронг за талию. — Видела? Он даже не упал в обморок! — шепнул он ей. — Удивительно, — хихикнула Ронронг. Ходзюнь задрал подбородок, глядя на Тай Лонга как на соперника, которого давно, наконец, победил. Старых ревностей в нём уже не осталось, только дружеское подтрунивание. Когда новое крещение судьбы было решено, Ченсянь поблагодарила обоих и мягко растворилась в воздухе. Её движение было быстрым, как у тени, но тёплым, как ветер. Оскар присвистнул: — Она так делает, чтобы нас впечатлить? — Чтобы не слышать твоих шуток, — поддел его Фатти. Смех разнёсся по двору. И это был тот смех, что бывает только у людей, слишком долго сражавшихся, слишком часто прощавшихся и наконец нашедших мир. Они вместе пошли праздновать. Без алкоголя, из уважения к будущей матери. С фруктами, сладостями, лёгкими закусками и разговорами, в которых не было ни войны, ни боли, ни воспоминаний о смерти. Только жизнь. Ронронг то и дело хватала Ченсянь за руку, спрашивая, как она себя чувствует, чего хочет, что планирует. Оскар рассказывал истории из клана, как он учился быть главой. Ходзюнь, сияя, собирал похвалы как ребёнок, которого впервые хвалят за хорошее поведение. Тай Лонг и Цзянь Чжу сидели чуть в стороне, но их взгляды были теплыми, как у людей, нашедших дом. К вечеру Оскар и Ронронг собрались уходить. — Работа зовёт, — сказал Оскар, по-настоящему по-взрослому. — Но на рождение племянника мы точно придём. — Или племянницы, — поправила Ронронг и обняла Ченсянь так крепко, что та едва не шепнула ей про силу. Когда они ушли, воздух стал тише, но теплее. Ченсянь положила руку на живот. — Через меньше, чем девять лет… мы снова встретимся все, шесть дьяволов Шрека. Ходзюнь улыбнулся. — И будем ещё сильнее. Так закончился этот день — тёплый, семейный, тихий. День, в котором не было битв. В котором были любовь, дружба и начало новой жизни.