Первый сеанс

Парни снова взялись за дело. Когда комнаты засверкали чистотой, предстояло привести в порядок коридор, гостиную, ванную и кухню. Чтобы Пуберт совсем не задохнулся, Лиас взвалил на себя почти всё, кроме коридора, где Рысевич управился в мгновение ока. Он было предложил помощь песцу, но тот отмахнулся. Лиас велел ему заняться своими вещами. Пара часов пролетела незаметно, уборку закончили даже раньше, чем рассчитывали. Теперь бы и самим не мешало привести себя в божеский вид, но вот с этим-то как раз и загвоздка: гигиенических принадлежностей – кот наплакал. А кроме куска мыла да шампуня больше ничего нет. Да и полотенце всего одно. Лиасу самому бы очень хотелось смыть с себя всю эту пыль, после чего чистым в магазин сходить, но он уступил эту привилегию принять душ Пуберту, а то тот скоро лёгкие выплюнет от пыли, налипшей на мех. Рысевич, отмахиваясь, тщетно пытался спихнуть инициативу в цепкие лапы песца. Лиас, без сомнения, более заслуживал глотка свежести под душем, но он был непреклонен. В конце концов, сдавшись, Пуберт подхватил сменную одежду и, заперев за собой дверь ванной, скрылся в её недрах. Лиас тем временем побрел в свою комнату и, избегая соприкосновения с кроватью, чтобы не запачкать одеяло и простынь пылью, присел на стул. Пальцы забегали по экрану телефона, набирая сообщение Джуди, с мольбой о подмене. «Успеешь ли?» – вертелось в голове. Судя по ее спешке, задание будет не из легких. Оставалось лишь ждать ответа, расслабляя натруженные мышцы и копя силы для грядущего похода в проклятый супермаркет. Лиас любил шоппинг, но только не в этих продуктовых адах с их вечными очередями и неподъемными пакетами. Внезапный стук в дверь заставил его выругаться сквозь зубы. Лиас, тяжело вздохнув, направился открывать. На пороге стояла миссис Няшби, хотя до её визита оставался ещё целый час. Словно прочитав его мысли, она пояснила: её работа отменена из-за каких-то «непредвиденных обстоятельств», вдаваться в подробности которых она не стала, да и песцу было откровенно наплевать. Он проводил её в комнату Пуберта, пообещав, что тот скоро появится. Перед её уходом Лиас успел схватить пару пакетов. Пуберт вышел из ванной, неся на себе аромат свежести. Он заглянул в комнату Лиаса, намереваясь доложить о завершении водных процедур и лишний раз поблагодарить, но там царила лишь тишина. Гостиная встретила его той же пустотой. Лишь в своей спальне он столкнулся с неожиданным гостем. Доктор Няшби, расположившись сидя на кровати, одарила его мягкой, ободряющей улыбкой и кивком в знак приветствия. Жестом она пригласила его присесть рядом. — «Здравствуй, Пуберт, я доктор Няшби. Я занимаюсь реабилитацией… таких, как ты. Уверена, наше сотрудничество будет плодотворным. Присаживайся, и давай познакомимся поближе». — Её голос звучал словно ласковая мелодия, обволакивающая теплом. Пуберт робко присел, вновь ощущая подступающее волнение. — «Приятно познакомиться, я Пуберт… Вы это знаете, хе-хе, кхм…» — Он запнулся, потупив взгляд. Слова вылетели нескладно, скомкано. Зачем это неуместное "хе-хе" с глупым комментарием? Достаточно было простого "приятно познакомиться". Он мысленно обругал себя, пока легкое прикосновение к предплечью не вырвало его из потока самобичевания. — «Не волнуйся, всё в порядке. Здесь никто не станет тебя осуждать. Мы просто побеседуем, хорошо? Позволь мне начать, а ты продолжишь, когда будешь готов. И не стесняйся задавать вопросы – я с удовольствием на них отвечу». — Няшби немного помолчала, ожидая, когда Пуберт вновь посмотрит ей в глаза. — «Но сначала я расскажу, как часто мы будем с тобой видеться». Тем временем Лиас дошёл до ближайшего торгового центра, где находился супермаркет под логотипом известной сети. Уже с порога парень увидел огромные толпы, кружащиеся вокруг витрин и полок. Сделав глубокий вдох, песец взял тележку и погрузился в эту бездонную пучину. Списка нет, а деньги пока ещё не перевели, шеф сказал, что возникли какие-то проблемы, так что Лиасу придётся закупаться на свои сбережения, но потом ему это возместят, главное чек сохранить. В общем, время для импровизации. Лиас решил закупить ту же корзину продуктов, что покупал в свои юношеские года. Когда тележка была почти заполнена, Лиас проходил мимо рыбного отдела. Сам он не был большим фанатом рыбы и морепродуктов, но, по идее, Пуберт должен их любить. Да, конечно, это стереотип, но всё же. По такой же логике песец взял несколько бутылок молока, которое он тоже не пил, даже с кофе, предпочитая чай или эспрессо, когда нужно быстро набраться энергии. В конце концов, Лиас взял две рыбёшки и пошёл на кассу самообслуживания, перед этим отстояв километровую очередь. Когда парень пробивал товары, пришло долгожданное сообщение от Джуди. Она сообщила, что будет свободна к семи вечера. А это значит, что времени собрать вещи у Лиаса предостаточно. С этой радостной мыслью он подхватил тяжёлые пакеты, и ноги сами понесли его… домой? Нет, это слово застревает в горле комом. Домом, наверное, это место назвать было нельзя. Но как же тогда? Временное пристанище или рабочее помещение? Увольте, у автора нет ни малейшего желания терзать страницы подобным канцеляризмом. — «А можно не ломать четвертую стену? И желательно побыстрее переместиться к следующей сцене, у меня сейчас лапы отвалятся держать эти пакеты, пока ты размышляешь над словом, которое ничего не значит». Кхм, по новой: Когда парень пробивал товары, пришло долгожданное сообщение от Джуди. Она сообщила, что будет свободна к семи вечера. А это значит, что времени собрать вещи у Лиаса предостаточно. С этой радостной мыслью он подхватил тяжёлые пакеты, и ноги сами понесли его домой. Сеанс Няшби близился к концу, как раз к приходу Лиаса он должен был закончиться, что даст возможность спокойно заняться едой. Песец безумно хотел есть, с самого утра у него во рту даже крошки не было. Это служило мотиватором побыстрее добраться до квартиры. За некоторое время до этого: — «В общем, это всё, теперь твой выход, Пуберт. Можешь начать с простого: сколько тебе лет, чем увлекаешься?» — проговорила доктор Няшби после затянувшегося монолога о себе, который Рысевич слушал с каким-то зачарованным вниманием. Кажется, ей удалось полностью завоевать его расположение. — «Мне двадцать три, скоро исполнится двадцать четыре. Увлечений не особо много… Играл на гитаре когда-то, но потом… Не сложилось, если быть кратким», – в голосе Пуберта проскользнула тяжёлая нотка досады. Он явно безумно скучал по инструменту, но что-то мешало. — «А почему перестал? По огоньку в твоих глазах я вижу, как ты всё ещё горишь желанием играть», – заметила Няшби. Рысевич сцепил лапы на коленях и вздохнул. — «Обычно я играл, когда дома никого не было, чтобы, ну, никому не мешать. Но однажды отец вернулся раньше, чем обычно, и я решил показать ему одну из выученных мелодий. В итоге он раскритиковал меня, и я решил, что, наверное, музыка – это не моё», – Пуберт явно смягчил удар, выбрав слово "раскритиковал". На самом же деле Милтон, который явно был не в настроении из-за рабочих дел, прослушав лишь несколько вступительных аккордов, весьма грубо заявил, что таланта у сына нет, что он никчёмный и ничтожный гитарист, и посоветовал заняться чем-нибудь более полезным, чтобы не опозорить семью. — «Не стоило бросать гитару, если она дарила тебе радость. Да, слова отца могли ранить, но даже самые близкие люди порой ошибаются. Какие у тебя отношения с семьей?» — с тревогой спросила психолог, улавливая в глазах Пуберта мгновенную, острую боль. — «Помни, ты не обязан отвечать». — «Я… Д-да, я не готов сейчас это обсуждать, простите, миссис Няшби». — отводя взгляд, заикнулся парень. — «Не стоит извинений, Пуберт, это я необдуманно затронула столь болезненную тему. Может быть, перейдём обратно к музыке? Какие жанры тебе ближе всего?» — остаток сеанса они оживленно обсуждали любимые стили, обожаемых исполнителей и пикантные слухи из мира коварного шоу-бизнеса, что, казалось, вновь вернуло Рысевичу утраченное спокойствие и сняло напряжение. В коридоре раздался скрип открывающейся двери и тихие шаги. Няшби взглянула на наручные часы: сеанс закончился уже десять минут назад. На пороге комнаты возник песец, с трудом удерживающий в лапах внушительные пакеты. — «Доктор Няшби, вы закончили?» — спокойно произнес Лиас, получив в ответ короткий кивок. — «Да, Пуберт был просто душкой, но не могла бы я отвлечь тебя на минутку, Лиас? На кухне, чтобы тебе не стоять с этими тяжестями». — Женщина плавно поднялась с кровати, тепло попрощавшись с Рысевичем. Вместе с Лиасом она направилась на кухню. Наблюдая за тем, как песец методично разбирает покупки, она не удержалась от замечания: — «Ты такой хозяйственный». — «Это всё, что вы хотели сказать?» — с усмешкой парировал комплимент песец. — «Вовсе нет, просто мысли вслух. Я хотела спросить, нет ли у вас случайно дома гитары?» — спросила женщина. Парень замер и резко обернулся, вопросительно глядя на Няшби с едва заметной складкой на переносице. — «А зачем вам это?» — вопрос, казалось, застал Лиаса врасплох. Дома у него действительно были гитары, не одна, а целая коллекция, доставшаяся в наследство от деда и безумно ему дорогая. Впрочем, эта коллекция стоит немало, если говорить о деньгах. — «Для Пуберта», — лаконично ответила доктор. — «Нет, ничем не могу помочь. Кстати, вам уже пора. Позвольте проводить». — холодно отрезал Лиас, всем видом показывая, что ради Рысевича он не будет даже думать над просьбой Няшби. Когда доктор исчезла за дверью, а продукты заняли свои места в холодильнике, настал час утолить голод. Лиас не желал тратить драгоценное время на кулинарные изыски, поэтому бросил в кастрюлю небольшую порцию макарон. Пуберт, привлеченный кухонной суетой, тихо высунулся из комнаты и попытался незаметно подсмотреть за песцом, но тот мгновенно разоблачил шпиона, прячущегося за углом. Рысевич тоже проголодался, и Лиас это заметил. — «На тебя сварить?» — спросил песец, приближаясь к столешнице. Получив утвердительный кивок, он щедро добавил макарон в кипящую воду, чтобы хватило на еще одну тарелку. — «Я позову, как будет готово, ждать совсем недолго». — «Я тут посижу», — улыбнулся Пуберт. Лиас в ответ лишь пожал плечами, продолжая размешивать макароны в кастрюле. — «Скоро Джуди придёт, сменит меня ненадолго», — пробормотал Лиас, и вдруг, словно очнувшись, щёлкнул пальцами. — «Чёрт, совсем из головы вылетело! Надо же тебе объяснить, условия пользования гаджетами… то есть, телефоном. Правда, мне его не выдали. Он у тебя?» — «Не-а, он вдребезги разбился в тот самый день, когда я за решетку загремел», — Рысевич почесал затылок, уловив смешок песца. — «Ну и чудесно, мне же проще. Не придется с этой ерундой возиться», — Лиас взял две тарелки и принялся их наполнять. — «Значит, будешь осваивать дивный мир литературы и телевизора». — Песец накрыл на стол, разложил вилки и наконец уселся сам. — «Bon appétit, а посуду моешь ты».