Гробовая тишина

      Позавтракав на скорую руку, они собрались в дорогу и выехали по указанному адресу на такси. Странно, что в этот день Седому хотелось поскорее приступить к делу наперекор финансам. Впрочем, с такой работой очень скоро начинаешь недолюбливать общественный транспорт и ценить уединение. За окном проплывали солнечные улицы Сенсита. Подтаявший снег пускал по дорогам ручейки – здесь весна приходила немного раньше. На улочках царила безмятежность, будто война оставалась далеко за завесой. Здешние люди продолжали следовать тихому течению жизни, когда где-то далеко отсюда людям было совсем не до повседневных забот.        Лирет задремала, пригревшись на солнце. Напарник разбудил, когда такси остановилось у ворот особняка. Седой давно заметил, что у всех богачей в моде была привычка держаться подальше от городов, отстраивать дома, похожие на дворцы, и жить возвышенно, не зная городской суеты и забот. Однако в особняке Рейсан царил скорбный мрак, и даже растопленный камин не делал атмосферу теплее. С приходом гостей небо затянулось тучами, будто предвещая что-то. Иллин, пожилая женщина с аккуратно убранными в пучок волосами и маленькими, утонувшими в морщинах глазами, встретила молодых людей в траурном настроении. От неё веяло успокоительным бальзамом. Лирет заметила едва видимую печать безмятежности на её морщинистом лбу. Такую ставили медики, чтобы смягчить последствия потрясения. Седой обвёл взглядом холл, утопающий во мраке. Дышалось тяжело: в вязком воздухе витала пыль. Под ногами стелились старомодные выцветшие ковры, давно утратившие свою красоту. Спёртый воздух, пропитанный запахами лекарств и болезни, густел всюду и неприятно застревал в лёгких. Обменявшись рукопожатием, парень перешёл сразу к делу, намекнув на нехватку времени. Иллин не стала томить гостей и любезно предложила чай, пригласив в обеденную комнату. Когда они шли по коридору, Седой заметил на стене портрет. Он не сразу понял, что на нём изображена покойная актриса. Дело было даже не в том, что Рейсан сильно постарела. Парень остановился, тщательно изучая портрет. Лирет присоединилась к нему.             – Это вообще женщина? – осторожно поинтересовалась она, постеснявшись собственного вопроса.             В чертах актрисы проскальзывали грубые черты. Скулы, серебряное от седины каре и томный взгляд из-под тяжёлых век – сотри косметику, и будет мужчина. Лирет посмотрела на напарника, потом опять на портрет. Она невольно обнаружила схожесть между ними.             – Вы не родственники с ней? – шёпотом спросила девушка.             – Ни разу, – ответил Седой.             Он был озабочен далеко не внешностью актрисы.             – Она не была красавицей, – послышался скрипучий голос Иллин. – Она женщина, но природа наградила её далеко не женственными чертами. Однако её рвение к таланту было настолько сильным, что до сих пор никто не знает, как она смогла всю жизнь проработать в театре, имея поклонников и ненавистников. Она могла прекрасно играть и женские роли, и мужские. Разита, та, что была на сцене, была замечательна, но Рейсан была гораздо ранимой. Сколько же ей издевательств пришлось пережить. Последние годы она провела дома. Не выходила отсюда без надобности – уж слишком её сгубили недоброжелатели. Великой актрисой она не стала, только застряла в этом городе.  Иной раз подумаешь: а стоила ли эта мечта такого исхода? Иногда следует примерить к себе мечту, примерить к себе всё, к чему она примыкает, прежде чем рваться за ней.             – Очень тяжело обрекать себя на такую жизнь, особенно когда ожидаешь от мечты только лучшее. Она ведь так старалась, только не все люди понимают. Что же теперь будет с этим домом? – спросила Лирет. – Рейсан посвятила себя искусству, променяв всё на личную жизнь.             – Она завещала дом мне, – ответила та. – Но скорее всего этот дом будет отдан моему сыну. Он, кстати, должен скоро прийти. Думаю, стоит его дождаться.             – Скажите, а что это за кулон? – Седой указал взглядом на портрет.             Иллин прищурила глаза, разглядев на портрете кузины кулон в виде филина. Старушка не выглядела настороженной и была готова с радостью ответить на все вопросы. Тем не менее кулон всегда был на виду, а это могло означать одно: неприятель мог вскоре дать о себе знать.             – Это её счастливый талисман, – неожиданно ответила Иллин. – Рейсан всегда его носила, ей он достался от родителей. Ни на минуту не расставалась с ним. Мы решили, что он должен остаться с ней.             – Что же такого особенного в этом кулоне?             – Кто же знает? – пожала плечами Иллин. – Рейсан говорила, что этот талисман заряжало несколько поколений подряд. Он не столько удачный, сколько магический.              – Тогда я должен взглянуть на этот кулон, – прямо потребовал парень. – Эта вещь на самом деле может навлечь далеко не удачу.             Иллин вдруг схватилась за сердце. Печать безмятежности на её лбу замерцала. Налёт беспокойства омрачил её лицо.             – Но как же так? Это же всего лишь кулон.             – Стало быть, вам ничего неизвестно о клане Семи Лун, к которому вы относитесь, пускай и косвенно, – сказал Седой. – Забудьте про чай и покажите мне Рейсан немедленно.             Его тон напугал Иллин. Она посторонилась парня, будто собираясь убежать. Чувство такта его порой покидало. Лирет, остановив напарника взглядом, сделала шаг вперёд.             – Иллин, мы не навредим вам, – заверила она, посмотрев той в глаза. – Нас отправили сюда, чтобы обезопасить вашу жизнь и жизни других людей. Доверьтесь нам.             Иллин дала себе минуту подумать. Она была предупреждена о гостях и их причине визита, но теперь побоялась, что они могли знать то, что не должно распространяться, и даже больше.              – Как-то давно моя уже покойная тётя рассказывала о клане, – черство сказала женщина. – Она говорила, что сила Семи Лун особенная и едва ли не превосходит силу начал.             – Это всё что вам известно? – Лирет старалась выудить больше информации.             – Это было так давно, что я даже и не помню точно её слов. Что это за сила и как она себя проявляет, я за всю жизнь ни разу не видела. Знаю, что мне она точно не передалась. Я лишь обычный эманат.             – А вы не знали братьев Гаррета и Хэррита? – поинтересовалась девушка.             – Впервые слышу.             – Вероятно, они ваши дальние родственники, которые как раз относятся к клану. Что самое интересное, так называемый счастливый талисман был и у них. Однако этот кулон зачем-то понадобился демонам, а это навевает мысли.             Повисла тишина. Неподвижные глаза покойницы взирали на трёх человек, замерших у портрета.             – Какое-то недоразумение, – нервно ухмыльнулась Иллин, свет печати снова задрожал на её лбу. – Ну кому понадобится охотиться за такой безделушкой?             – Именно поэтому мы здесь, – напомнил Седой. – Хотим убедиться, что это действительно безделушка, а не наделённый могущественной силой артефакт. Я должен взглянуть на кулон, а если он подвергнет вас опасности, то у нас есть официальное разрешение изъять его. Так позволите мне навестить Рэйсан?              У Иллин не осталось выбора. Ей крайне не хотелось вести незнакомцев в комнату, где покоился гроб кузины. Женщина безмолвно сопроводила гостей и открыла дверь, откуда тотчас повеял тот странный запах, который наполнял дом. Седой шагнул вперед к самому гробу. Иссохшее морщинистое лицо старушки было окутано вечным сном. Она сжимала скованный мертвенным окоченением пальцами цепочку кулона в руках. Филин из чёрного серебра с инкрустированным камнем, а во лбу – знакомый знак в виде ока. Парень, не касаясь кулона, провёл над ним рукой, ощутив вибрацию в пальцах, вещица будто отталкивала от себя. Прикасаться лишний раз не хотелось. Седой убрал руку, изучая обстановку. Рост у покойницы был на редкость высоким, отчего действительно можно было усомниться, что она была женщиной. Её бледные губы замерли в посмертной маске печали.        Иллин и Лирет держались позади, следя за тем, как парень осматривает тело в гробу. Затем Седой, будто вспомнив что-то, оторвал взгляд от актрисы и осмотрел комнату. Во мраке комнаты стояли резные широкие шкафы – вероятно, в них хранились платья и костюмы для выступлений. В другом углу пылилось зеркало со столиком, заваленным туалетными принадлежностями, которые уже никогда не пригодятся. Рядом на безликих деревянных головах висели парики разных цветов и стрижек.              – Скажите, а у Рэйсан не было близнеца? – развеял тишину Седой.             Лицо Иллин сделалось ещё тревожней.             – Она погибла ещё маленькой девочкой, утонула в реке, – судорожно проговорила она. – Откуда вам это известно?             – Все потомки клана имеют близнецов, – невозмутимо ответил парень. – Думаю, эта тенденция имеет какое-то отношение к силе.             – А что с кулоном?              – Он заряжен, это я чувствую. По ощущениям кажется обычным талисманом.             – Значит, он безопасен?             – Этого я пока не понял. Вы не будете против, если мы явимся на похороны?              – На похороны придут только самые близкие люди и несколько преданных поклонников, – засомневалась Иллин. – Я не рассчитывала приглашать кого-то ещё.              – Знаю, что мы для вас нежеланные гости, но все же я хочу присутствовать на похоронах, – потребовал Седой. – Мы ищем преступников, в первую очередь. К тому же, нежеланных гостей может стать больше.              – Да, оно вам нужно? – согласилась с напарником Лирет.             Иллин посмотрела сначала на одного, потом на другого. Казалось, её печать на лбу вот-вот превратится в утреннюю звезду. Нервы у старушки были на пределе.              – Хорошо, – наконец дала согласие она. – Делайте своё дело, но только чтобы похороны прошли спокойно.             Послышалось, как в коридоре скрипнула дверь. Кто-то зашёл.              – Мам? Ты здесь? – раздалось из коридора.             Иллин вздрогнула, будто проснулась от дурного кошмара.             – Мы придём завтра, – сказал Седой.             – Приходите в то же время, что и сегодня, – вполголоса сказала Иллин. – Идёмте, я вас провожу.             Когда они шли по коридору, на пути им встретился мужчина, долговязый и худой. Вид у него был нездоровый, а взгляд совсем уставшим и стеклянным. Он, встав поперёк коридора, сделал вид, будто гости были невидимыми, и недобро уставился на Иллин.             – Ты кого привела в дом? – спросил он, раздражаясь. – Я же говорил…             – Но ведь я предупреждала, что к нам должны приехать, – растерялась Иллин.              – Покажите документы, – хмуро обратился тот к гостям.             Седой, издав усталый вздох, вынул из-за пазухи потрёпанные бумажки, которые он успел насобирать за время путешествия в Вечный. Мужчина холодно выхватил листки, будто ему приходилось это делать ежеминутно, и принялся их досконально изучать. По диагонали он явно не читал, поэтому пришлось подождать, пока он не вернёт документы и не изволит пропустить к двери. Этот тип людей Седому всегда досаждал. Такие не умели жить без лишних хлопот и большинство проблем создавали себе сами. Этот ещё и телепатом оказался.             – Вам обязательно приходить? – поинтересовался мужчина. – С неприятелем я и сам смогу разобраться, если понадобится.             – Нам нужно для отчёта, мы не уйдём, пока не завершим свои дела, – настоял Седой. – У нас приказ.               Мужчина злобно засопел и вернул документы, уйдя восвояси. Иллин держалась в сторонке и сжалась, точно от холода. Она извинилась за поведение сына, списав это на стресс, который ему приходилось переживать на работе последнее время. На этой мрачной ноте их разговор завершился, и Седой вместе с напарницей вернулись в отель дожидаться следующего дня. Всю ночь парень не спал, размышлял о чём-то и ел отвратительного запаха лапшу.             Утро выдалось прохладным. Как ни кстати на Седого обрушилась усталость и сделала его измождённым. Ни свет ни заря он едва заставил себя выйти на улицу, поэтому вызывать такси пришлось Лирет. У парня было время, чтобы дать себе немного вздремнуть, но что-то не дало ему сомкнуть глаз.             – Я знаю, как нам поймать противника, – сказал он.             – И как же? – спросила Лирет.             – Не скажу.             – Замечательно, – буркнула та.             – Одолжи только парочку барьерных печатей.             – Ты опять разнесёшь дом?             – Нет, это уже было. Есть куда более безбашенная идея.             – Это мне уже не нравится.             Вместо Иллин их встретил вчерашний телепат. В чёрном фраке и с угрюмым видом ему как никогда шло быть гостем на похоронах. Мужчина так и не представился. Лирет он показался слишком странным. Могло ли это иметь отношение к телепатии?              – Так как вас не приглашали, прошу не мешать процессии, – важно сказал он. – Тётю Рэйсан вначале отвезут в храм на священный глас, затем мы поедем на кладбище. От меня далеко не уходите. Мои силы вам пригодятся.             – А на какое время назначен священный глас? – поинтересовался Седой.             – Через час приедет катафалк, пока что ждём гостей.             – Я бы хотел ещё раз взглянуть на Рэйсан, – сказал тот.             Лицо мужчины вмиг помрачнело и стало каменным.             – Зачем? – нахмурился он.             – Хотел бы кое-что проверить, прежде чем Рэйсан отправится в мир иной.              Мужчина недоверчиво прищурился, но всё же повёл гостей в комнату актрисы. Седой шагнул к гробу, потоптался вокруг под испытующим взглядом телепата, затем обернулся в его сторону.             – Я хотел бы остаться наедине с покойницей, – неожиданно заявил парень.             Во взгляде мужчины заиграли молнии. Он был озлоблен до предела. Лирет поняла, что печать, которую одолжил напарник, не давала ему прочитать чужие мысли. Седой затеял какой-то непонятный спектакль.             – Это нужно, чтобы замаскировать энергетику кулона, и тогда он не привлечёт неприятеля, – сообщил он. – Мне необходимо остаться одному, чтобы сосредоточиться. Это сложное заклинание. Ничего опасного я делать не собираюсь.             – Вы об этом не говорили вчера, – заметил мужчина. – Хотите что-то скрыть от нас?              – Нам это незачем. Но если хотите отправиться за тётушкой, то мы можем исчезнуть прямо сейчас. Вы понятия не имеете, с чем вы можете столкнуться. А если кулон будет замаскирован, то о нём никто не будет знать кроме вас, – заверил парень.              Телепат нехотя дал согласие, будто в какой-то момент мысль Седого ему показалась не такой уж плохой. Они с Лирет покинули комнату, заперев дверь, и стали ждать. Затем мужчину окликнула Иллин, назвав его Акси. Тому пришлось отлучиться, и он, велев никуда не исчезать, ушёл. Девушка прислушалась к звукам за дверью. Какая-то возня, будто перебирают шкаф, и никаких вспышек праны, которые должны быть по теории, если уж дело касалось магии. Ожидание несколько затянулось. Лирет собиралась заглянуть в комнату, но тут среагировал телепатор.             «Не жди меня. Они скоро должны отвезти гроб, иди с ними, я приду позже. Отвлеки этого болвана как-нибудь, а потом скажи, что я закончил накладывать заклинание и вышел покурить».              «Ты что там задумал уже?!»             Тишина – в духе Седого.             Девушка запаниковала, когда позади послышались шаги Акси. Тот был недоволен и взволнован чем-то. Вероятно, тем, что Седой задерживался. Лирет занервничала, не находя себе места. Мужчина следил за тем, как её личико то багровеет, то бледнеет. Тот, исчерпав терпение, собирался заглянуть в комнату, и тогда девушку охватила паника. Как правило, в такие моменты мозг проявляет высокую активность.             – Знаете, у меня живот скрутило. Очень сильно, – вдруг протараторила Лирет. – Вы не могли бы меня проводить в уборную? По пути сюда сожрали в забегаловке какую-то гадость…             – Идём, – оборвал её Акси.             Они торопливым шагом пошли по коридору. Мужчина указал на прикрытую дверь, затем, стало быть, собирался вернуться на стражу комнаты Рэйсан. Тогда девушка стянула с себя скрипичный футляр и плащ, бесцеремонно всучив Акси в руки.             – Подержите? – она, не дожидаясь ответа, юркнула в уборную, закрыла дверь и уселась на крышку унитаза.             «Он чуть не ушёл к тебе! Давай проваливай оттуда!»             «Можешь выбираться, я уже сделал всё что мне было нужно».             «Надеюсь, проблем у нас не будет».             «Я тоже надеюсь».             Ни капли надёжности в его словах. Лирет начинала изводиться, когда понимала, что часть проблем непременно обрушится на её долю. Девушка, подобрав весь свой размякший дух, тихонько вышла из уборной, сделав вид, будто поправляет штаны. Акси не обратил на неё внимания. Он вдруг поморщился, будто кто-то щелкнул его по выбритому затылку, и прикоснулся туда рукой. Что-то доставляло ему дискомфорт. И когда Лирет пригляделась, то заметила на его затылке чёрную метку в виде точки. Можно было принять её за родинку, но девушка была уверена, что это кем-то оставленная отметина, к тому же чувствительность к магическим меткам, какой славились барьерщики, указывала как раз на неестественную природу. Что же это могло быть?                     – Чего вы встали столбом? – забрюзжал Акси, когда та явно забылась, изучая его. – Заберите вещи.             И он хладнокровно пихнул девушке скрипичный футляр с плащом. В напряжённом молчании они шли обратно к комнате. По пути мужчина еще несколько раз прикасался к затылку, будто ему туда впился клещ. Эта штука совершенно не понравилась Лирет. Акси что-то ворчал про нехватку времени. Катафалк должен был подъехать ближайшие минуты, а от пришлого наёмника до сих пор никаких новостей. Он задерживался, никак не давая знать о своих  действиях, что начинало раздражать Акси ещё больше.             – Вы долго будете там копаться? – постучался мужчина в закрытую дверь.             На вопрос ему ответили молчанием.             – А знаете, он уже вышел, – неожиданно сообщила Лирет.             Акси одарил её едким взглядом, а девушка откровенно раскраснелась, понимая, что и без того выглядит слишком подозрительно. Однако ей ничего не оставалось делать, кроме как следовать замыслу Седого.             – Чего же вы молчите-то? – прошипел Акси и вошёл в комнату.             Было слышно, как его тяжёлые суетливые шаги обошли гроб вокруг, затем мужчина вихрем выплыл из комнаты, отправившись, вероятно, за помощью: нужно было вынести гроб, а делать это с помощью магии по традиции было запрещено. Лирет осталась в сторонке без лишнего внимания. Теперь оставалось найти Седого, только он как назло не отвечал на телепатор, когда это нужно было. Девушка прислушалась к ощущениям: напарник был совсем уж близко. Затем пришли несколько человек и, под командованием Акси, понесли гроб из комнаты. Вместе с гробом отдалился и Седой – вот тогда Лирет и подумала о самом худшем своём опасении. Она постаралась развеять эту мысль: в конце концов гроб-то был открытым, чтобы не заметить такого.              В часовню непрошенных гостей не пустили. Потеряв связь с Седым, Лирет стала ожидать его у кладбищенских ворот, уже не очень полагаясь на его скорое возвращение. Что-то должно было произойти сегодня – и этого девушка ожидала с тревогой. Оттого она старалась быть максимально внимательной, чтобы не упустить ни малейшей детали, которая могла бы стать предвестником неприятности. Из мыслей не выходила та странная печать на выбритом затылке Акси, и Лирет пыталась вспомнить, где могла видеть нечто подобное. На ум ничего не приходило, словно что-то упорно противодействовало этому. Шум со стороны часовни выцепил её из мыслей, и Лирет стала искать взглядом Седого, но седовласой макушки было не видать. Люди в траурных одеждах, как тени призраков, двигались к воротам кладбища, неспешно неся гроб. Под их ногами чавкал подтаявший мокрый снег, смешанный с грязью. Когда люди вошли на кладбище, Лирет последовала хвостом за процессией, чувствуя себя лишней на этом торжестве смерти. Скорбящие гости хранили траур. Все были окутаны печалью, которая через месяц-два всё равно обратится в прах. Гроб поднесли к вырытой в промозглой земле яме. Блеклое солнце пыталось пробиться сквозь облачную пелену. На лицо покойницы упал бледный луч света, который, казалось, сделал мрачную картину похорон цветной. Вдруг Лирет невольно уставилась на Рэйсан.             Несомненно, она была мастером своего дела, однако одновременно она была ужасно уродливой, совершенно не стоящей рядом с понятием о прекрасной женщине, лицом которой можно было бы украсить портрет. Даже посмертный грим не сделал её прелестней и женственней. Совершенно непривлекательная, Рэйсан действительно напоминала мужчину. Лирет едва могла вообразить, что она могла иметь поклонников. Разве что самых изощрённых вкусов.             К гробу стали подходить люди на прощальный поцелуй. Первым шёл Акси, за ним шагала Иллин, мелко трясясь от надрывистого плача. Мужчина голодным взглядом рыскал по головам и зацепился за девушку, затем, вероятно, надеялся найти молодого человека, пришедшего с ней. Тем временем Лирет почувствовала, что напарник совсем рядом, и постаралась найти его. Седой находился настолько близко, что девушка уставилась на гроб. Медленно, но верно она разинула рот, теряя почву под ногами.             Такой план мог придумать только Седой.             Акси остановился у гроба. Он воровато покосил взгляд, наклоняясь к трупу. Остальные гости были погружены в свои мысли и за ним совершенно не следили. Мужчина наклонился, едва коснувшись руки Рэйсан. Пальцы его ухватили цепочку кулона да так, что это было заметно лишь ему одному. Затем Акси приблизился к покойнице, чтобы подарить ей прощальный поцелуй, однако вдруг остановился, ощутив странное покалывание. Лицо покойной тётушки зашевелилось. Веки дрогнули, и мертвец уставился на побелевшего мужчину.              – Отпустите цепочку, – негромко заговорила покойница мужским голосом.             От ужаса Акси вскрикнул и шлёпнулся назад, угодив седалищем в талую лужу. Гости ахнули, отойдя прочь. Внезапно покойница восстала из гроба, сев прямо, зевнула и потянулась, как после долгого сна. Положенные в гроб гвоздики осыпались на снег. Иллин, потеряв дар речи, упала в обморок, кто-то успел её подхватить. Лирет схватилась за голову, изумляясь спектаклем. Тем временем труп вскинул руку, попытавшись угомонить ошеломлённых гостей. Стало сразу ясно, что в гробу всё это время лежала вовсе не Рэйсан.             «Ты куда дел труп бабки?!»             «Всё в порядке, я спрятал его в шкафу, только вот одежду пришлось снять».             Лирет стало стыдно как никогда. Она даже представлять не хотела, что будет дальше, но Седой явно вышел за все рамки в погоне за прибылью.             Люди, охваченные недоумением, продолжали пялиться на ряженого парня. Акси до сих пор сидел в луже, хлопая глазами.             – Впрочем, я выяснил что хотел, – сказал парень, глядя на мужчину. – В ваших интересах рассказать мне, для чего вам понадобился кулон и кто вам оставил эту странную отметину на затылке, от которой у меня в ушах шумит.             Люди тихонько стали перешёптываться. Без того было понятно, что вопросов у них возникло немало. Седой вынул платок, который припрятал у себя, и стёр с лица умело наложенный грим. Несколько минут вокруг вырытой могилы столбилась гробовая тишина. Парень осторожно вылез из гроба, поддерживая низ длинной юбки: всё же Рэйсан была выше него.              – Если вы до сих пор не поняли, среди нас есть чужак, – продолжил он, упорно глядя на Акси. – Только чужак этот решил воспользоваться глазами вашего товарища. Говори-ка, кто тебя послал?              – О чём вы? – растерялся мужчина. – Вы вообще что себе позволяете?             – Вы стянули счастливый талисман себе, – тот кивнул на него.             Акси вздрогнул: в его руках осталась цепочка, однако кулона там не оказалось.             – Так спешили, что даже не посмотрели, что кулона там нет, – усмехнулся Седой.             Он вынул спрятанного филина из рукава.                               – Похороны отменяются, у нас здесь преступник, – продолжил парень.        Лицо Акси побагровело от злости и исказилось в гневную гримасу. Он вдруг заулыбался. Мужчина с неестественной ловкостью вскочил на ноги, выпрямившись в полный рост. Его свирепый взгляд оказался в сантиметрах от парня. Акси вытянул руку и сделал щелчок тому по лбу, от которого у Седого немыслимо закружилась голова. Мир в глазах перевернулся вверх дном, по ушам ударил звон миллиарда тяжёлых колоколов, тело отяжелело. Кажется, этот гул пыталась перекрикнуть напарница. То, чем управлял Акси, окутало тело и добралась до самого больного места. Седой невольно вскрикнул, рухнув коленями в снег. Глаза заволокло тёмной пеленой, сквозь которую прорывались крики паники. По рукам как будто ударили хворостиной, и пальцы окаменели. Падая на снег, Седой заметил лишь, как Акси, беспардонно расталкивая ошеломлённых гостей, ринулся прочь. Тело напрочь отказывалось повиноваться воле. Парень так и остался лежать в снегу, медленно теряя сознание. Что ж, телепат-атака врагу удалась.        «Вот поэтому нужно убивать первым. Жертвой можешь стать ты».       «Нет…»       «Выпустил бы меня ненадолго. Я всё-таки дикий зверь и люблю свободу».       «Нет, ты разрушишь здесь все».       «Я не для того был создан, чтобы сидеть взаперти и спать неестественным сном. В конце концов в момент опасности ты не сможешь меня так контролировать. Когда ты на грани, я просыпаюсь по своей воле. Ты слабнешь».       «Заткнись…»       «Что же ты, так просто дашь ему уйти?»       «Мне не нужна твоя помощь, Лис!!!»         Седой, скрипя зубами, медленно поднялся на локти. Головокружение не позволяло ему сосредоточиться. Этот гад успел пройтись атакой па всему: по мыслям, по телепатору и по забытой опухоли в мозге, которая тотчас дала о себе знать спустя долгое время. Ноги отнялись, сделав парня беспомощным ползуном. Он не вовремя заметил, что кулон исчез из рук вместе со сбежавшим Акси.       «Ты слаб, как и все бесточенники. Ты ничто без МОЕЙ силы, мальчик Кита».       «Я никогда не просил ТВОЮ силу!»       «О да, я был глуп. Но ничего, твоё тело не сможет сдерживать меня так долго, ведь ты хрупкий больной человек. Болезнь сожрёт тебя намного раньше». Лирет метнулась за Акси. Тот, вероятно, в порыве отступления уже и не расчитывал столкнуться с барьерщицей. Девушка попыталась его остановить. Беглец оказался непредсказуем и ловок. Лирет ожидала, что мужчина попытается оттолкнуть её или, что хуже,  ударить. Она наложила на себя защитную печать, двигаясь следом за ним.       Конечно, с таким хрупким телосложением и среднем уровнем праны остановить Акси так просто не выйдет, а рассчитывать на Седого сейчас было бессмысленно. Девушка стала думать о том, как бы загнать преступника в парализующую ловушку, а уже потом решать, что с ним делать дальше. Тот бежал сломя голову, наверняка заранее наметив себе маршрут, и двигался достаточно быстро, несясь по аллее вдоль кладбища и расплескивая талые лужи. В какой-то момент он заметил позади Лирет и вдруг остановился. Девушка сбавила шаг и растерялась. Акси злобно ухмыльнулся, сжимая в руке украденную вещь.       Он однозначно был уверен в своём превосходстве над барьерщицей. Акси осторожно вынул из-за пазухи что-то. Карамель. Зашуршал фантик, и мужчина отправил конфету в рот. Лирет стала судорожно осматриваться. На открытом пространстве не удастся незаметно соорудить ловушку, тем более когда преступник не выпускает из поля зрения. Почему он остановился? Но тут мужчина исчез и в следующее мгновение оказался прямо возле Лирет. Она не успела даже дёрнуться, как вдруг хваткая рука сжала её голову, точно апельсин. Девушка вскрикнула от боли. В мозг как будто вонзили копьё, которое заволокло всё тёмной пеленой. Лирет почувствовала сквозь невыносимую боль, как звуки превратились в фантасмагорию невыносимых шумов, затем её как будто подкинуло в воздух, но падения не случилось. Девушка с трудом разомкнула веки. Её тело левитировало вверх ногами высоко над кладбищем. Лирет, задрав голову, посмотрела на виднеющиеся пятна надгробий, кучку людей, столпившихся у вырытой могилы и Седого, который лежал без сознания прямо в снегу. Тело было скованно, точно окаменелость. За спиной в скрипичном футляре забилась вибрация. Девушка осторожно посмотрела под ноги и увидела нечто, повергшее её в шок.       Там, где заканчивались подошвы берцев, тянулся мерцающим полотном барьер Лумена. За ним же, сквозь туманность, Лирет увидела другой мир, на которым она парила точно так же, как и над кладбищем. То были разрушенные земли, совершенно пугающие и наводящие ужас. Там кишели такие немыслимые твари, какие не приснятся даже в самом страшном кошмаре. Вдруг ноги стали проваливаться сквозь барьер, и щиколотки обжёг холод, впившийся в кожу. Лирет попыталась закричать и остановить падение. Талисман в футляре завибрировал с невероятной силой, и сияние накопленной в нём праны накалилось до такой степени, что стало источать звон, который не позволил телу провалиться к демонам. В тот момент Лирет поняла, для чего военным нужны талисманы: порой они оживают, защищая своих владельцев. Затем нечто, засасывающее в мир демонов, не выдержало звона и отпустило девушку, точно надоевшую игрушку. Гравитация снова возымела над телом власть, и Лирет, ощутив рёв ветра в ушах, полетела вниз. У самой поверхности на неё пролилась тьма забытья.

***

      Всюду властвовала только темнота, в которой замерзали и разбивались на осколки мысли. Это ощущение скоро отступило, сменившись чувством парения. Лирет не видела своего тела, но ощущала, что неторопливо летит над синим морем, которое играло солнечными бликами. Стало быть, после смерти люди превращаются в ветер. Неплохой расклад на самом деле: не так уж и плохо быть ветром и летать над самыми красивыми видами Силенора. В конце концов можно полететь куда угодно, не заплатив за это ни копейки. Только спуститься нельзя, вот в чём подвох. Но всё же что-то примагнитило Лирет обратно. Вероятно, сама жизнь, кипевшая где-то на поверхности. Однако тёплые южные пейзажи вдруг исчезли, остыв в февральском холоде.       – Просыпайся же, мы и так потеряли много времени, – раздался голос совсем близко.       Лирет с трудом разлепила глаза, обнаружив себя лежащей на снегу прямо на кладбище. Тело до сих пор изнемогало от онемения, и головная боль держала голову в тисках. Невольно захотелось вернуться в сон и снова превратиться в ветер. Приходя в себя, девушка заметила напарника. Тот сидел рядом и был одет в свою одежду, на которую, скорей всего умудрился нацепить похоронный костюм актрисы. Только пуховик припрятал где-то в доме Рейсан и теперь трясся от холода. Почему-то Лирет решила, что Седого нешуточно лихорадит. Вид у него был совсем неважный, даже хуже обычного недосыпа. Парня трусило, и дыхание его вырывалась клоками пара, а впалые глаза покраснели, будто он не спал неделю.        – Нам нужно его догнать, я знаю, где он, – судорожно заговорил он. – Я знаю.       Неожиданно его сразил кашель. Седой согнулся, схватившись за грудь, и в тот же миг на талый снег брызнула кровь. Вытирая рот дрожащей рукой, парень с ужасом уставился на испачканные пальцы. Лирет ошеломлённо следила за ним, впервые видя этот страх в глазах напарника.        – Никуда мы не пойдём! – прорычала она. – С тобой творится непонятно что, ты болен, а ещё я понятия не имею, что с нами только что произошло!       – Этот гад подчинён чьей-то воле, – пробормотал тот, сплёвывая кровь. – Кулон будет у того, кто оставил ему эту печать на затылке и дал силу. Ты же видела что-то?       – Я видела…       – Скажи, что ты видела? – с одержимостью спросил Седой. – Ты же видела что-то необычное? Он может прикосновением нагнуть кого угодно, и в лучшем случае это остаться после такого живым.        – Я видела что-то по ту сторону барьера Лумена, – прошептала Лирет. – За барьером что-то есть. Какое-то измерение, что ли…       – Оттуда приходят демоны. Я тоже видел это. То, что управляет Акси, способно контактировать с тем измерением, – парень был серьёзен. – Как же я этого сразу не заметил.       – Он ел карамель, перед тем как атаковать меня.       – Его немедленно надо поймать, прямо сейчас.       – В таком состоянии ты не сможешь…       – У него кулон, чёрт возьми! Я не знаю, на что способна эта штука. Может, ты знаешь? – раздражался напарник.        Он поднялся, пошатываясь и сжимаясь на холодном ветру. Позади послышалась сирена – кто-то вызвал полицию. Стоило поторопиться с решением. Седой двинулся куда-то, тяжело хромая.       – Мы разве можем оставить их так? – Лирет кивнула в сторону могилы, вокруг которой все так же толпились взбудораженные гости.       – Нам сейчас не до этого, – твёрдо настоял напарник. – Я знаю, где спрятался Акси, только туда нам нужно отправиться как можно скорей.       – Вызываем такси? – бесстрастно вздохнула девушка.       – Нет. У тебя есть печати персональной защиты? Тебе она понадобится сейчас.       – Есть, но я хотела приберечь её на уж очень экстренный случай.       – Поверь мне, сейчас как раз именно такой случай.       Лирет вытащила печать из того комплекта, который носила всюду с собой. Как жаль, что более мощные печати остались в большом рюкзаке в отеле. Девушка активировала печать, и её тело обволок барьер. В ту же секунду Седой ухватил её за руку. Барьер сдержал натиск его неконтролируемой силы, и Лирет попросту не почувствовала прикосновения.       – Держись, сейчас полетаем, – неожиданно сообщил парень.       – Что?!       Она не успела даже вскрикнуть, как их обоих оторвало от земли и подкинуло в воздух. По ощущениям Лирет поняла, что напарник использует магию телепортации. Только вот где он научился перемещаться куда вздумается? Перед глазами проносились деревья, фонарные столбы, люди и машины. Всё смешалось в единой круговерти, пока стало совсем не ясно, куда совершался полёт. Седой распоряжался какими-то своими ощущениями.        Лирет по инерции опрокинулась вперёд, когда внезапно их полёт прекратился. Девушка вписалась в какой-то растущий из земли столб и стукнулась лбом. Седой приземлился рядом. Оба очутились на заброшенной стройке. Что-то загрохотало неподалёку. Парень резко повернул голову, будто собака, учуявшая дичь, и метнулся туда. Точнее исчез из виду. Девушка заметила его уже вдалеке, преследовавшего кого-то.  Она ринулась следом.       «Спрячься и будь рядом», – велел Седой.       Он оставил напарницу, не выпуская Акси из виду. Тот несся, огибая колонны и стены, оставшиеся от стройки, и оставлял на талом снегу глубокие следы. Он намеренно уходил вглубь стройки – уж наверняка там было, где спрятаться. Или же встретить своих. Парню важно было настичь его раньше, чем он исчезнет из виду. Едва хватало сил на телепортирующий прыжок. Оставалось рассчитывать на свои ноги и не очень готовое к подвигам тело. Виски изнывали от болезненной пульсации, в голове бились колокола. Акси исчез в тени недостроенного дома. Окунувшись в темноту, Седой не увидел перед собой ничего, приметив лишь очертания ступенек, и двинулся наверх. Что-то поджидало его за углом и внезапно толкнуло, угодив рукой в грудь и вызвав такой спазм, что отнялись ноги. Парень лихо рухнул назад и покатился кубарем по лестнице, отбив рёбра. Угол ступеньки ударил ему по солнечному сплетению, выбив дух. Пугающий треск разразился по телу немыслимой болью. Седой с трудом вздохнул воздух. Он попытался встать, но покрытое ушибами тело будто смяли в кулаке и выжали весь сок. Парень остался лежать. Надо же было за сегодня отхватить уже второй раз и остаться беспомощно лежать. Если бы только не болезнь…       Лирет сразу поняла, что что-то пошло неладно. Она выбежала из укрытия, как только услышала шум в одной из построек. Оттуда вдруг вывалился напарник, и девушка испугалась увидеть его мёртвым, однако тот оказался жив. Он потерял сознание, когда барьерщица упала на колени рядом с ним. Она суетливо стала перебирать все печати исцеления, которые у неё только были. Руки тряслись и совершенно не слушались, а неподалёку до сих пор кто-то был. Лирет отчаянно взглянула на Седого. Как быть? Чем помочь? У неё невольно наворачивались слёзы. Ей стало страшно прямо сейчас остаться здесь совершенно одной, увидеть смерть напарника и заодно встретить свою. Уж как бы оно ни было, но спустя долгое время он стал ей близким спутником, которого она не могла бросить вот так умирать. Только судьба злобна и не наделила девушку умением исцелять даже тех, к кому и прикоснуться нельзя. А враг был всё так же близок.          Седой резко разомкнул веки.       Лирет дрогнула, на её лице отразился блеклый отблеск радости, но вдруг девушка побелела, встретившись с ЭТИМ взглядом. С чужим взглядом. На барьерщицу взирала пара звериных глаз с продолговатыми зрачками. Игравшая в них свирепость заставила Лирет невольно подскочить на ноги и отпрянуть, но то существо в лице Седого было гораздо быстрей. Перед ней мгновенно вырос силуэт напарника – лишь глаза светились на длинном продолговатом пятне. Это произошло слишком быстро, и холодная рука ухватила девушку за шею. Лирет попыталась вскрикнуть, но голос застрял в горле вместе с воздухом. Она могла бы остаться без головы, не сдержи барьер силу, которую источал Седой. Им двигало что-то воистину нечеловеческое, что заставило сомкнуть пальцы на шее напарницы, о которой он беспокоился мгновение назад.  За спиной в футляре разрастался уже знакомый звон – плач талисмана. Из последних сил девушка вцепилась в его руку, почувствовав, как в ладони вонзаются невидимые лезвия. Она попыталась выбраться, беспомощно трепыхаясь в лапах настоящего зверя. Седой будто знал, что такое произойдёт, оттого и попросил использовать персональный барьер.  Парень приблизился к девушке, не разжимая руки, и рассмотрел её искажённое от боли лицо. Он по-звериному наморщил нос и фыркнул.       – А я помню тебя, девка, – прошипел он.       Лирет не поняла, что он имел в виду, и больше была озабочена своим спасением, чем его словами.       – Прекрати! – выдавила она из себя. – Если так хочешь меня убить, то лучше сделай это потом!       Лицо парня озарила злобная ухмылка.       – Иди за Акси, чёрт тебя! – прорычала Лирет, ощутив, как глаза налились слезами. – Опомнись!       Подошвы её ног оторвались от земли вместе с телом. Стальная хватка ослабла, отправив девушку в полёт. Она с грохотом приземлилась в грязно-снежную кашицу, прочесав спиной землю. Футляр, закрывавший спину, уберёг её от травмы. Приходя в себя, Лирет попыталась встать. Она упёрлась изрезанными ладонями в землю и задрала изнывающую от боли голову. Седого уже не было рядом, но ощущения явственно указывали на то, что он ушёл недалеко. Его мощная прана оставляла шлейф, который был путеводной нитью.       Парень почувствовав чужое присутствие. Он бежал прямо в стену, за которой кто-то спрятался. Направив кулак, Седой всадил его в холодный бетон. Стройка озарилась бледно-зеленой вспышкой. Эхо грохота обрушилось оглушающим рёвом. От стены осталось крошево, поднявшее облако пыли. Парень метнулся внутрь. Его цепкая ловкая рука ухватила кого-то и вышвырнула наружу как щенка. Человек перевернулся и тотчас встал на ноги, будто и не падал. Это был уже не Акси. Бесточенник, половину лица которого скрывала тряпичная маска. Седой наморщил нос, судорожно вертя головой, точно зверь, приготовившийся к нападению. Из-за углов безликих построек показались угрожающие тени. Так вот почему Акси пришёл сюда. Да здесь же обосновалась целая шайка сектантов! Лицо каждого было наполовину спрятано. Среди них парень приметил мужчину, который высокомерно заулыбался, демонстративно повертев в руках кулон. Седой не мог не ответить ему такой же злобной улыбкой. Силы были неравны, но никто не знал, что сейчас им движет мощь, в стократ их превосходящая.            «Вот он. Получит сейчас по хребту. Любопытная вещица в его руках – демоническая. Кому попало она не должна достаться».       «Что ты задумал?!»       «Может, она меня вытащит из заточения?»       «Нет, остановись!»       «Не кричи ты так, голова болит от твоих воплей».       И парень двинулся прямо на Акси. Это оказалась слишком предсказуемая атака для сектантов, и они молниеносно бросились защищать своего лидера. Только никто не ожидал, что каждое прикосновение Седого изувечит их не хуже острейшего ножа. Пока он расчищал себе путь, Акси успел ненадолго укрыться, и парень дал ему уйти. Пускай довольствуется последними минутками жизни.        Седой насчитал всего десять сектантов-бесточенников и все оказались безнадёжными слабаками. Наделённые лишь жалкой частью силы, они представляли собой ничтожное подобие магов, фанатично защищавших своего предводителя ценой собственных жизней.       Для Лиса это была никчёмная назойливая мошкара, мешавшая идти вперёд. Они нападали бездумно, бросались как дикие псы на добычу. Никто из них не смог понять, что противник им не уступает по силе. Парню достаточно было взмахнуть рукой и полоснуть пятерней по брюху, чтобы пустить чужие кишки наружу. Его ладони и пальцы испачкались кровью, кромсая кидавшихся изо всех сторон безумцев. В воздух подбрасывались рваные лоскуты одежды, масок и брызги крови. Безжизненные тела валились к ногам, испуская последний дух. Последний бесточенник пополнил гору трупов своих товарищей – оставалось отправить следом Акси. Дикий зверь живо поймал след и бросился за ним.       Лирет слышала душераздирающие вопли. Ей было сложно поверить, что это всё делал её напарник – человек, абсолютно ленивый, но мотивированный. Всё же Седой всегда был сдержан, но что-то будто пустило его с цепи. Девушка укрылась в постройке. Успокоившись, она избавила себя от саднящих ран, потратив пару исцеляющих печатей. Всё же их запасы были не бесконечны. Нужно поскорее выкарабкиваться отсюда. Пока напарник взял на себя сектантов, она уловила в глубине здания шорох. Тем временем снаружи стало пугающе тихо, будто мир замер. Дыхание сделалось предательски шумным, однако в такой ситуации было очень сложно его контролировать. Сердце колотилось от одной мысли, что в следующую секунду можно было лишиться жизни. В конце концов навыки сражения были у Лирет недостаточно совершенны, чтобы вести бой в одиночку. К тому же она до сих пор не могла понять, на чьей сейчас стороне Седой.        Шум приблизился, и дыхание замерло. Лирет вжалась в стену, желая впитаться в бетон и стать невидимой. Тень пронеслась мимо неё, так и не заметив. Могло ли быть так, что защитный барьер делал её невидимой? Пользуясь моментом, девушка тихонько двинулась наружу. Это был прекрасный шанс соорудить небольшую ловушку для Акси. Но вдруг мимо пронесся луч бледно-зелёного света. Свечение обогнуло колонну и завернуло в коридор, оставив медленно угасающий свет. Лирет обомлела, уставившись на след. Он чертовски был похож на полярное сияние. В тот момент девушка задумалась о том, что еще никогда не видела магии Седого. Она поторопилась следом и выскочила наружу, уловив грохот. Ей представилась картина нешуточной битвы.       Седой стоял напротив Акси. Оба изучали друг друга, пытаясь прочувствовать слабые места. Парень ощетинился, оскалив зубы. Лирет показалось, будто он шипит. Точно зверь. Его руки были напряжены и готовы раскроить кого угодно.        – Отдай это, – прошипел Седой. – Ты, глупец, не знаешь, на кого нарвался.       Он говорил сейчас не своим голосом. Мало того в его словах присутствовал какой-то незнакомый акцент. Девушка насторожилась. Не уж-то у напарника раздвоение личности? Тем не менее Акси, лишившись чувства страха, не торопился исполнять его требования. Он был всё так же уверен в себе. Лису он не нравился.       Он бросился на мужчину, но тут получил отпор достойного соперника. Акси поймал его удар и поглотил направленную смертоносную мощь. Он ответил Седому коварной подсечкой. Падая, парень не коснулся спиной земли и тотчас исчез из виду, оставив знакомый мерцающий след. Сияющий силуэт парня оказался позади мужчины. Его отшвырнуло ударом. Акси, рыча от ярости, врезался спиной в неустойчивую стену, которая тут же обрушилась. Поднялась пыль, которую рассекла бледно-зелёная вспышка. Лирет оторопело наблюдала за этим: она ещё ни разу не видела магию с таким цветом праны.        Седой ухватил Акси за голову, когда тот не успел выкрутиться. Он сдавил череп так, что тот возопил от боли и стал махать кулаками. Мужчина прицелился и засадил кулак парню под ребро. Седой согнулся, запоздало поняв, что Акси неуязвим перед его силой. Парень пришёл в ярость. Он снова исчез и появился прямо над головой мужчины. Ему на плечо лихо обрушился удар. Акси упал на колени и тотчас оттолкнулся от земли, минуя кулак. Седой угодил в землю, оставив за собой яму, трещащую от молний. В следующий момент он увидел стремительно приближавшуюся к нему тень. Акси, возымев власть над невиданной силой, подхватил бетонную плиту, валявшуюся в груде строительного хлама, и швырнул её в парня. Тот подпрыгнул, оттолкнулся руками от плиты и перескочил её. Плита с грохотом угодила в стену, подняв шум. Парень схлестнулся с Акси. Тот поймал его за кулаки и заулыбался, видя недоумение в его глазах.       – Что, в этот раз что-то не получается? – издевательски усмехнулся мужчина.       В его глазах что-то изменилось, и склеры стали чернеть, оставив лишь светящиеся зрачки. Седой сам отскочил прочь, предугадав удар, обрушившийся откуда-то сверху. Парень зарычал, ускользая кроткими телепортирующими шагами. Он вновь бросился на Акси, теперь возжелав покончить с ним. Нужно было вырвать из его рук кулон, и тогда Седой пошёл на хитрость, прыжками сбивая противника с толку. Его фигура мелькала вокруг Акси, исчезала и снова появилась уже с другой стороны. Мужчина стал вертеть головой, пытаясь уловить смысл его движений. Он отвлёкся, и тут кулон вырвало из рук.       Седой отскочил назад. Лирет растерянно переглянулась между ними, совершенно не зная, с какой стороны подойти, чтобы незаметно поставить ловушку. Напарник, заполучив кулон, будто позабыл про Акси и стал разглядывать филина. О чём он только думал в тот момент, девушка не могла предположить. Однако внезапно кулон затрещал в его ладонях. Чёрная молния ощупала его предплечье, затем треснула прямо по телепатору. Седой издал сдавленный вопль, падая на колени, затем сознание вновь покинуло его. Акси засмеялся, делая шаг навстречу. В ладони у него медленно росла чёрная сфера из точно таких же молний.         Лирет выскочила вперёд. Ноги у неё дрожали, но она нашла силы кинуться к напарнику и ловко создать из печатей барьер в руках. Чёрная сфера ударилась о барьер и срикошетила прямо в Акси. Тот, никак этого не ожидая, получил свою сферу обратно и отлетел в сторону, перекувыркнулся в объятиях трещащих молний и больше не шелохнулся. Девушка обернулась к Седому. В его ладони лежал кулон – нужно было спрятать его подальше от лишних глаз. Как только Лирет прикоснулась к нему, руку свело от разряда. Прямо из камня затрещали паучьи лапки молний, они потянулись прямо по запястью, рассеивая боль по телу. Последнее, что почувствовала девушка, была резкая вспышка, врезавшаяся в глаза.