Часть 4. Глава IV. Ариса

Когда прошел тревожный слух о том, что на днях прибывает эшелон раненых с материка, вся клиника и корпус военгоспиталя превратились в развороченный муравейник. Китамура пихнул локтем стоявшего рядом с папиросой Такеду. Они курили после очередной смены. Местные все еще называли свое заведение клиникой — Китамура помнил, что еще в академии, на одном из первых курсов, им все уши прожужжали, какую хорошую больницу сделал и каких специалистов держал старик Икеда Соитиро. Многие, правда, добавляли, что ему бы не коммерцией заниматься, а преподавать — опыт молодым передавать. Например, у них в институте… Такеда поперхнулся дымом от второго толчка и недовольно повернулся к Китамуре. — Ты чего дерешься на улице? — Опять в клинику побежала, любовник у нее там что ли, у этой Арисы? Каждый день бегает ведь. — А ты что, приударить за ней решил? Знаешь, какая у медсестер тяжелая рука — такие, как она, в одиночку буйных скручивают. Я бы на твоем месте и не пытался. Себе дороже. — Что симпатичная она, это правда. Но не первой свежести. Да и характер, что надо. Кто ее только на работу сюда взял? — Она у них старшая. У девочек местных так точно. Да и хирурги к ней уважительно. Чтоб медсестру госпожой звали — где это видано, а? — Вот я говорю, скорее бы нас уже перевели отсюда. Сказано же ей: военный госпиталь. А она все толдычит: гражданских принимать не перестанем. Эк она все на себя берет — «не перестанем», — передразнил Китамура, подражая высокому женскому голосу. — Вот когда вернется, сам ей и скажешь, что там с приказом командования и почему нельзя сделать так, как она говорит. Что ты мне-то на уши вешаешь лапшу. — Да она сейчас опять этому Ноёдзи нажалуется. — Кому? — Такеда сощурился, пытаясь вспомнить. — Ты про кого говоришь. Знаешь же, что я в основном ассистентом, а не по бумажной части, как ты. Не знаю их всех там. — Ну, управляющий клиникой. Тот, который удачно женился на дочке старика Икеды, а тот ему свое дело возьми и завещай. То-то все местные доктора поувольнялись. Одни девки да какие-то снулые рыбы. Небось не приняли этого молокососа в командовании. — А, — протянул Такеда, — Сиро? — Ну так я ж и говорю. — Да что ты мне говоришь. Тут же никто его по фамилии не зовет. — Ну еще бы — чтоб лишний раз не вспоминать, что он вообще не Икеда. — О, вспомнил. Я тебе хотел интересную штуку показать. — Такеда бросил окурок на тротуар и придавил носком сапога. — Про Икеду. Китамура фыркнул и последовал за товарищем. Они стащили сапоги у входа (иначе эта повернутая на чистоте баба душу вынет) и, накинув на плечи халаты, подошли к доске, где висела сетка плановых операций на неделю. Томура ткнул пальцем в сегодняшнюю вечернюю операцию. — Вот, гляди. Икеда. — Ничего себе, — присвистнул Китамура. — старик с того света встанет, чтобы прооперировать этого бедолагу? А ассистирует кто? — Моя смена уже закончится, — проговорил Такеда, потягиваясь. — Моя тоже. А Дзиро заступает только с утра — то есть не из наших. — Может, старик? — неуверенно спросил Такеда, осторожно осматривая коридор. Старший врач Айдо был из числа призванных преподавателей академии и потому фамильярного обращения со стороны прошлогодних выпускников не прощал. — Старик сроду не соглашался ассистировать никому. Он даже кожу сам зашивает всегда, знаешь же. Все на ассистента кидают, но не он. Не доверяет молокососам вроде нас.

***

Они с Такедой решили дождаться вечера и посмотреть, кто все же этот Икеда. День закончился довольно спокойно — без столкновений с сестрой Арисой. Она привычно сновала между коек, засовывала свой нос и в планы приема раненых, и в графики врачей, и в работу всех медсестер. Словом, наводила типичную женскую суету. Наверное, ей было настолько нечем заняться. Единственное полезное дело, которое она делала — это приносила из клиники после обеда согласованные списки, расписания и расписки в получении медикаментов. Вообще со снабжением все было очень хорошо поставлено, а если что не так — то они просто выпускали вперед Арису, и та вправляла мозги тем, кто не желал выдавать товар по накладным военного ведомства. Эта женщина иногда справлялась лучше, чем форма военного медика. Словом, Китамура и Такеда дежурили у дверей операционной. Назначенный час еще не настал, но все равно притащилась вездесущая Ариса и принялась возиться с инструментами. Тяжелая дверь захлопнулась за ней, и Такеда с Китамурой остались за дверью. — А ей точно разрешено возиться в операционной? — спросил Такеда озадаченно. Действительно, старик обычно не пускал никого из девок в операционную, повторяя, что не потерпит никаких выкрутасов во время важного дела. — Ну, может, этот Икеда относится иначе. — они продолжили наблюдать за дверью. Наконец пробил условный час, и незнакомый, довольно молодой врач собственноручно прокатил по коридору каталку с пациентом. На лежащего даже не взглянули, а вот парня в халате — он был едва ли старше Такеды — таращились во все глаза. — Я тебя никогда раньше не видел. — Китамура заступил каталке дорогу, — Ты откуда такой? Незнакомец мотнул головой вправо и сделал недвусмысленное движение каталкой. И так было понятно, что он из старого здания этой чертовой клиники, но Китамура не спешил отступать. — Э, братец, а имя у тебя есть? И куда ты так спешишь, врач еще не пришел — там только медсестричка. Молодая — но характер, — он демонстративно покачал головой, — стервозный. — Госпожа Ариса не любит ждать. Пропустите меня. — парень наконец-то соизволил открыть рот. — О, а он даже не немой, — бесцеремонно поделился своим наблюдением с Такедой Китамура. В этот момент дверь в операционную распахнулась. — Я долго буду слушать весь этот балаган, Дзё? — раздался строгий женский голос. Ариса, которую они знали как горластую и очень наглую медсестру, стояла на пороге операционной, запакованная так, как успевают одеться за такой короткий срок только очень опытные ассистенты. Такеда мельком подумал, что он бы, пожалуй, не справился с такой скоростью. — Ариса, а когда придет доктор? — немного капризно спросил Китамура. — Страсть как хочется увидеть врача с фамилией Икеда, все-таки… — Отойди в сторону, — грубо оборвала его эта Ариса. — Дзё, когда ты ввел препараты? — Уже десять минут прошло, госпожа. — На стол его. — коротко бросила Ариса, а потом смерила Китамуру таким взглядом, что тот прямо-таки отскочил в сторону. Ассистент прокатил каталку через порог и завозился у стола. — Еще раз, — проговорила Ариса, бесстыдно глядя Китамуре прямо в глаза, — ты посмеешь мешать моей работе или работе кого-то из моих людей, я сделаю так, что вас отправят в пекло на фронт. Будете там мясниками — сшивать тела тех, кто все равно уже больше жить не будет. А здесь — я не позволю балагана. Китамура приосанился и глянул на нее сверху вниз. Обычно со знакомыми девчонками это действовало безотказно и приводило в трепет. Но Ариса даже не шелохнулась. — Я не собираюсь слушать угрозы от подстилки какого-то тылового докторишки. Приставился старик Икеда — а после него ничего от этой клиники, с которой вы все так носитесь, не осталось. Тут военгоспиталь — и медсестры должны знать свое место. Ариса с грохотом захлопнула дверь перед его носом. Китамура, весьма довольный собой, предложил выпить в офицерской столовой. Ждать загадочного врача больше охоты не было. Так что они с Такедой неплохо скоротали вечер — все-таки офицерские погоны в этом городе давали так много свободы.

***

Врач в чине полковника медслужбы, господин Айдо, барабанил пальцами по столу. Такеда и Китамура замерли перед ним, вытянувшись по уставу. Чего ради с утра пораньше старику понадобилось организовывать этот смотр, непонятно. Стоять так было тяжеловато — все же они выхлестали вчера все месячное довольствие по части спиртного. — Молодые люди, — неуставное обращение от старика было делом обычным. Он постоянно сбивался — наверное, дело было в том, что слишком привык преподавать в академии и университете. Как вообще такому выдали погоны? — Я крайне разочарован в вас. Ладно Китамура — он всегда был дурак, но от тебя, Такеда, я такого не ждал. Ты подавал надежды, и я рассчитывал, что со временем, в этой клинике ты станешь хорошим хирургом. Получишь опыт. Жаль. — Господин Айдо, — протянул обиженный таким пренебрежением Китамура. — Молчать! — прогремел вдруг стальным голосом полковник Айдо. — Как смеешь обращаться не по уставу к старшему по званию? Старик вскочил — и оба лейтенанта медслужбы вытянулись по струнке, отчего Такеду совсем замутило. — Я не собираюсь рассусоливать. Лейтенант Китамура с сегодняшнего дня переводится в отряд водоснабжения №731. Будешь водные коммуникации проверять, вместо того, чтобы тут в столице водку хлестать и не в свои дела лезть. Понял, лейтенант? — Так точно, — выпалил обалдевший от такого поворота событий Китамура. — Прибыть в комендатуру для получения документов завтра утром. С вещами. Свободен. Китамура опрометью бросился за дверь. Водные коммуникации, осинизаторы — да каких только бесполезных отрядов не бывает в японской армии! Где вообще этот вшивый отряд базируется? Остается надеяться, что не на материке… Оставшийся в кабинете Айдо Такеда переминался с ноги на ногу. — Да, от тебя я не ожидал такой глупости. Ты же знаешь, что это лучшая больница из всех, в какие можно было получить распределение. Старика Икеду много лет уламывали, чтобы он позволил слить больницу с госпиталем. Только в 1942, когда им стало не хватать медикаментов, наследники Икеда согласились. Но даже не смотря на это, они получили право сохранить свою практику. Я сожалею, что не смог вбить в ваши головы хоть какое-то уважение к местным врачам. Такеда повесил голову, изображая раскаяние. В действительности у него так сильно кружилась голова с перепою, что он едва держался на ногах. — Те оскорбления, которыми вчера бросался Китамура, говорят о том, что он ничего не понял в происходящем здесь. Ну так ответь мне ты: зачем вы учинили вчера это непотребство. — Хотели посмотреть на врача с фамилией Икеда. Удивились, когда увидели в сетке расписания. — Почему удивились? Наследники Икеда Соитиро заведуют клиникой. С чего вдруг вас удивила фамилия? — Такеда распахнул глаза пошире от удивления. Ведь это было общеизвестно, что всем заправлял зять старика Икеда. И фамилия у него сохранилась своя, на какие безумные ухищрения не шли иногда богачи, беря подчас фамилии влиятельного тестя. Ноёдзи Сиро остался Ноёдзи. — Я не понимаю, о каких наследниках идет речь. Зять… — Кого взял в жены зять Икеда Соитиро? — Такеда вытаращился на старика. В маразм он вроде еще не впал, однако откуда тогда такие дурацкие вопросы? — Дочь Икеда Соитиро. — Верно, лейтенант. Дочь Икеда Соитиро зовут Икеда Ариса.

***

Китамура стоял в комендатуре с вещевым мешком за плечами. Сборы, слезное прощание с матерью и сестрой — заламывавшим руки и рыдавшим — прошло скомкано. Он храбрился, когда говорил им, что едет на передовую. Унизительным казалось упоминать, что его зачислили в какой-то там отряд водоснабжения. Китамура поправил вещмешок на плече и шагнул к освободившемуся окошечку. Сунул майору свое удостоверение и получил назначение, выписанное размашистым почерком военного коменданта города: Военнослужащий: Лейтенант Китамура Такахаси. Текущее место службы: Первый военгоспиталь города Токио. Новое место службы: Отряд №731 «Главное управление по водоснабжению и профилактике частей Квантунской армии». Сердце ёкнуло в груди. Все-таки старик засунул его не в такую уж дыру. Квантунская армия — об этом мечтали многие молодые офицеры. Это считалось синонимом быстрого продвижения по службе… Трясущимися от возбуждения руками Китамура развернул подорожную. «Предписано явиться к месту дислокации не позднее 20 августа 1944 года: Маньчжур-го, провинция Биньцзян, пос. Пинфан» — так зачит, его взаправду отправляют на материк! Китамура опрометью бросился на вокзал.