Глава 2 (Update)

      На самом деле Стелла не любила грязь. На внешнем виде это сказывалось мало — простая одежда и прическа, проще за ней следить. Стелле нравилось вычурное платье Химеко, ее на первый взгляд просто, но изящно она собирала волосы и аккуратный маникюр. Нравилось, даже восхищало, но ходить так самой... Нет, спасибо, ей есть чем занятся по утрам. Поспать, например. Или принести в общий гильдейский сундук с Март 7 немного валюты для временного события которой ей критически не хватало для покупки "милейшего маунта", или, если по секрету, почитать одолженную у мистера Янга книгу по шахматам. Вот сейчас она, например, этим и занимается. Сидя в кресле, она перекинула ноги через подлокотник, и вжалась в угол между другим подлокотником и спинкой. Лениво покачивая ногой, она читала про разбор одной шахматной партии, разыгранной каким-то знаменитым пепеши-гроссмейстером.       А ведь именно таким способом мистер Янг поставил ей мат в прошлый раз. Девушка снова обратила внимание на схематическое изображение поля, старательно игнорируя тот факт, что время обеда почти прошло. Она не включала телефон со вчера, после того как пошла к Блейду, потому что Стелла очень не хотела, что бы ей кто-то писал сейчас. Потому что любой разговор сведется к одной теме.       “А когда вы с мистером Янгом помиритесь?”       Да не ссорились они! Просто беседа прошла на слегка повышенных тонах, и все. Но объяснять все равно по какой-то причине не хотелось. Слишком это было… личным.       В голове снова и снова прокручивался вчерашний день, и Стелла никак не могла перестать думать о нем, все время отвлекаясь от шахматной партии, разворачивающейся на страницах книги, которую она держала в руках. Хотя то противостояние было невероятно напряженным… прямо как их ссора с мистером Янгом…       Так, стоп. Хватит думать об этом. Возьми себя в руки, приказала себе девушка, резко захлопнула книгу и поднялась.       Но ей нужны были эти воспоминания! Просто смертельно необходимы!       Блейд, будь он неладен… Этого психа Кафка не зря все время держала на коротком поводке своих способностей. И Элио действительно полный безумец, если дал в напарники Светлячку эту бешеную псину. И все только ради одного проклятого всеми Эонами воспоминания, которой ей до сих пор никто не отдал, хотя обещал. Какое счастье, что Блейд уже наверняка отчалил с Пенаконии, иначе у Стеллы бы до самого отъезда чесались руки, что бы найти его и попытаться самостоятельно избавить от проклятия бессмертия. Нет, разумеется, Блейд никак не может быть виновен в их с мистером Янгом конфликте…       Хотя нет, именно он и виноват. Блейд и Элио виновны в том, что поманили ее желанными воспоминаниями о прошлом, и именно из-за них произошла первая громкая ссора на Экспрессе за очень долгое время.       От этого осознания хотелось убиться об стену от стыда. Несмотря на целую ночь без сна, девушка не смогла себя измотать для того, что бы уснуть. Встревоженная, уставшая, она бессмысленно пялилась сначала на потолок, потом в окно, в компьютер, безуспешно пыталась заплакать, что бы хоть немного снять напряжение. Не помогло. Хотелось забыться хотя бы на пару часов и сделать вид, словно ничего не было, но сознание предательски отказывалось отключаться. Возможно, небольшая прогулка могла бы ей помочь, но сейчас Стелла точно не выйдет, пока не проверит, где находятся остальные — сталкиваться с кем-то сейчас и говорить она хотела в последнюю очередь, а сперва было бы хорошо поесть. Со вздохом она включила телефон.       К счастью, кроме Март 7 ей никто не написал, значит панику не подняли.       Хорошо. Все равно объяснять такое весьма унизительно.       Март 7:       хеей, кто тут у нас просыпает завтрак?       стелла, ты все еще спишь?       ты опять всю ночь играла?       ладно, я скажу Пом-Пом, что бы оставила тебе немного. Но только в этот раз!       Март 7:       уже обед       с тобой все хорошо??       Стелла?????

Стелла      

С добрым утром      

Я жива, просто проснулась поздно, а телефон разряжен      

Не хотела тебя беспокоить      

Прости      

*Стикер с пристыженной Пом-Пом*      

      Март 7:       ты невыносима! мы уже волноваться начали!       в следующий раз я пожалуюсь мру янгу       я уверена, он прочтет тебе лекцию о здоровом сне       *Стикер с гордой Пом-Пом*

Стелла:      

Хорошо, хорошо, уже иду. Остальные уже пообедали?      

      Март 7:       разумеется, одна ты тут засоня. иди пока не остыло!       Мистер Янг прочтет лекцию на тему здорового сна, ха-ха… Пусть сам сначала выспится, а там поговорим.       Стелла стащила свое тело с кресла, и лениво подошла к зеркалу. Критически осмотрела себя, провела пару раз расческой по волосам, поправила набедренную повязку, и после того, как убедилась, что выглядит достаточно опрятно, вышла за дверь, неслышно закрыв ее за собой.       …ну разумеется, сразу на выходе она встретилась с человеком, которого хотела видеть сейчас меньше всего.       – Мисс Стелла?       – Мистер Янг? – девушка прижалась спиной к двери, и потянулась к ручке, невольно напрягшись, но стараясь выглядеть максимально естественно. Получалось, на ее вкус, не очень. – Опоздали на обед?       – Насколько я могу судить, вы даже не завтракали. – Мягко укорил он – Не против пойти вместе со мной?       – Идите первым. – Сказала Стелла, искренне желая оказаться где-нибудь подальше от людей, и в особенности, от мистера Янга. – У меня еще есть дела…       Мистер Янг вздохнул, нервным движением поправил очки, и, помолчав секунду, произнес:       – Пожалуйста. Я знаю, что вы еще не ели, и обещаю, что не буду поднимать нашу предыдущую тему… разговора.       Стелла молчала, глядя исподлобья. Ее рука все еще была на ручке двери, но было бы слишком по-детски так трусливо убегать. В конце концов, он выглядел достаточно пристыженно, что бы ее сердце слегка оттаяло, и в конце недолгой борьбы с собой, она отошла от двери и кивнула.       – Хорошо.       – Но… хм, возможно, позже, нам все же стоит поговорить наедине.       – Возможно, – повторила Стелла с плохо сдерживаем ядом, – Это стоило сделать немного раньше. – и прикусила язык, что бы не сделать ситуацию еще хуже. Зажмурилась на мгновение, успокаиваясь, и добавила бесцветным голосом. – Простите, это было не обязательно.       – Все хорошо. У вас… У вас есть полное право чувствовать то, что вы сейчас чувствуете. В конце концов, это вполне справедливо… – с ложной задумчивостью пробормотал мистер Янг, уже в попытке самому скрыть душившие его эмоции и продолжить разговор. И сейчас, когда они оба достаточно успокоились, что бы прийти к переговорам, и если не помирится, то как минимум прийти к какому-то соглашению. По крайней мере, Стелла надеялась свою самодисциплину.       На Экспрессе, в отличии от завтрака, редко обедали вместе. Март 7 предпочитала перехватывать что-нибудь на лету, за что уже пару раз раз на памяти Стеллы была отчитана сначала, что неожиданно, Химеко, а в следущий раз, что еще удивительнее, Дань Хэном. Только если Химеко собственным советам следовала, то Дань Хэн окончательно перешел бы на космическую энергию звезд, если бы мог. В ресторане было уже накрыто на двух человек, из-за чего девушка подозрительно покосилась на мистера Янга. Стелла явно не ожидала, что встретит в ответ открытый и слегка уставший взгляд.       – Как вы можете видеть, Пом-Пом тоже не нравятся конфликты в команде Экспресса.       – Это не конфликт… – тихо, но твердо произнесла Стелла. Мистер Янг беззлобно хмыкнул, отодвинул для нее стул, сам сев напротив.       – Тогда что же это?       – Я не знаю. Но я не хотела ссорится. – Стелла чувствовала себя немного зажато, но его безукоризненная вежливость заставляла ее понемногу расслабляться. Повертев в руке ложку, она украдкой снова взглянула на мистера Янга, что он снова заметил и поправил очки.       – Конфликт возникает даже между друзьями. Наверное, даже чаще между ними, особенно на почве заботы друг о друге. Впрочем, об этом можно поговорить позже. Пом-Пом пообещала, что тушеные овощи получились лучше всяких похвал. Наконец-то до нее дошел запах еды, и если раньше Стелла смотрела на суп крайне равнодушно, то сейчас девушка наконец-то почувствовала легкий голод.       Стелла успела выпить половину чашку крайне горячего чая, прежде чем мистер Янг отложил приборы.       – Это каркаде? – Внезапно прервала тишину Стелла, стараясь начать разговор.       – Возможно, – нахмурился мистер Янг, – Но, насколько я помню, вкус у него слегка кисловатый, а это… ваниль?.. Я предполагаю, конкретно этот чай был куплен в том магазине на Сяньчжоу, “Неспящий граф”.       – Предпочитаете кофе?       – По настроению. Наверное, позволю себе разрушить образ всезнайки — в равной степени не разбираюсь ни в одном из предметов ваших раздумий.       Стелла отвела взгляд. Повседневные разговоры не были ее сильной стороной, но она старалась. Общаться было тяжело — она чувствовала себя одновременно крайне глупой трехлеткой и помешанной. Ограниченный словарный запас раздражал, а ощущение, что раньше ты бы точно мгновенно придумал остроумный ответ и вовсе доводило до трясучки.       Так что Стелла отмалчивалась, не желая казаться еще глупее, чем она есть.       – Мисс Стелла, я могу спросить вас кое о чем? – спросил мужчине негромко и задумчиво, но какие конкретно мысли крутились в его голове, Стелла сказать не могла. Она несмело кивнула, глядя на него, внешне стараясь оставаться спокойной, но внутри все почему-то сжалось от иррационального страха. – Как вы думаете, у Блейда действительно не осталось личности из-за влияния Мары?       Стелла дернулась от внезапно наполнившего ее чувства злой насмешки, возникшей из ниоткуда. Это чувство подначивало ответить “да” и свернуть разговор об этой неприятной личности, но сейчас, в отличии от предыдущих раз, девушка не стала с ним соглашаться.       –Я… не уверена. Думаю, что значительная часть сознания действительно поглощена проклятием, особенно в его худшие времена, как при встрече на Сяньчжоу, например. Сейчас же… Не знаю. Даже если я преувеличила значение Мары, нужно учитывать его… – девушка задумалась над формулировкой, – его новую личность, которую он взял. Он сам заклеймил себя инструментом. А у инструментов своей воли нет.       – Неплохо сказано, мисс, мои поздравления. У меня было схожее мнение о нем. – Впервые за весь диалог он слабо улыбнулся, пусть и грустно, но искренне, и заставил девушку почувствовать острый приступ вины. – но это не отменяет его опасности. Даже если все его поступки продиктованы приказами Элио, он все еще опасен, как раз из-за этих самых приказов.       – Не отменяет, – согласилась Стелла недовольно. – Но разве не очевидно, что я в его сценарии занимаю довольно важное место…       – Важное, но не незаменимое. – внезапно перебил мистер Янг и прикрыл глаза. – Поймите, если Элио решит от вас избавиться…       – Тогда он это сделает. – твердо, с непоколебимой уверенностью в голосе, ответила Стелла. – И я никак не смогу ему помешать. У вас нет никакого доверия к нему…       – А у вас? – спросил мистер Янг, поставив чашку на стол. Он немного устало склонил голову к плечу, взгляд странно мерцал, и в такие моменты прочитать его настроение было попросту невозможно. – Почему вы верите Элио? – Раньше, чем задуматься над ответом,       Стелла мгновенно поправила его, как будто думала над этим раньше,:       – Я не верю Элио. Я верю в Элио. Есть разница.       – Интересно… Так вот что вами движет… – Кивнул мистер Янг сам себе.       – Цель… – Пробормотала она, пытаясь выцепить хоть что-то в своей памяти, оно свербило где-то на краю сознания, но не давалось в руки, так что Стелла, несмотря на внутренний протест, все же неохотно согласилась, – Да, мы не знаем, но мистер Янг, что-то мне подсказывает, что все не так просто.       – Ну разумеется, ничего никогда не бывает просто. – С легкой усмешкой согласился мужчина, но она мгновенно исчезла, стоило мистеру Янгу вспомнить что-то. – Мисс Стелла, пожалуйста, не скрывайте от нас ваши тревоги. Вы точно такой же член команды Экспресса, как Химеко, Март 7 или Дань Хэн. – Выдохнув и собравшись с мыслями, он добавил: – знаете, после нашей ссоры вчера мы спонтанно обсудили это, после того, так вы ушли…       – Вы?.. – Сердце Стеллы пропустило удар, и внутри все похолодело. Вцепившись в край стола непослушными пальцами, она замерла с посеревшим лицом. Все настолько плохо? Они же… не обсуждали возможность ее ухода… да?       Мужчина если и не понял полностью ее тревогу, то заметил, как девушка побледнела и поспешил ее успокоить:       – Поймите наши намерения верно, пожалуйста! Наши действия были продиктованы исключительно заботой о вас и вашем состоянии. Мы не хотели ничего обсуждать без вас, просто… Мы успокаивали Пом-Пом, а затем, после того, как она ушла спать, остались в вагоне, что бы я объяснил ситуацию… И потом успокаивали уже меня… – Он неловко рассмеялся, пытаясь хоть как-то расслабить девушку.       – И… О чем вы говорили?       – Мисс Стелла… К вам не будет применено никаких санкций, я обещаю вам это. Мы не… Мы не собирались с целью осудить вас, только помочь. – мужчина отодвинул пустую кружку в сторону и переплел пальцы. – И понять, как действовать дальше.       – Это было… необязательно… – прохрипела девушка после паузы, когда тревога немного разжала ей горло и она смогла вытолкнуть из себя пару слов. – Мне всего лишь нужно восстановиться после амнезии, и все. Просто набрать знаний и много читать…       – Но я не могу сидеть и смотреть на то, как ты изводишь себя. – горячо возразил мистер Янг, упустив из виду, что обратился к Стелле менее формально. Она расширила глаза от удивления, но промолчала, позволив мистеру Янгу в запале продолжить. – Вы даже не представляете, как несчастно вы в этот момент выглядите. Вы с такой тоской смотрите на Химеко или… кхм, м-меня, когда меня бросает в словоблудие… Кроме того, что я считаю всю вашу амнезию крайне жестоким поступком в отношении конкретно вас, то если вы позволите мне высказаться, я абсолютно уверен, до амнезии вы были невероятно остроумным, пусть и саркастичным человеком. Я хотел бы помочь вам. Если не возвращением памяти, то хотя бы набором словарного запаса.       Стелла потрясенно молчала, не в силах посмотреть в глаза мистеру Янгу от смущения, а слова про “остроумного, пусть и саркастичного человека”, сказанные настолько запальчиво, настолько искренне, что она просто растаяла. Она будет вспоминать эти слова по вечерам.       Стелла покраснела так сильно, что лицо бросило в жар.       – Спасибо… за вашу заботу, я-я… Я правда это ценю… – Не в силах бороться с таким сильным смущением, она закрыла лицо руками. Весь разговор повернул в совершенно неожиданную для нее сторону.       Мистер Янг тихо вздохнул.       – Я не отказываюсь от своих слов. Вы можете брать любые книги, которые есть у меня в комнате, спрашивать любые, даже самые глупые вопросы, и всегда постараюсь ответить на них самым подробным образом.       Это было слишком для Стеллы. Краснота распространилась на уши и шею, и она чувствовала, что пылает.       Мистер Янг беззвучно встал и подошел к ней, опершись рукой об угол стола, склонился к Стелле:       – Теперь вы понимаете, почему мы тогда поссорились? Подобное самоубийственное безрассудство ранит всех, кто к вам неравнодушен. Я точно знаю, что Пом-Пом успокаивала плачущую Март 7 посреди ночи, когда мы разошлись. И хотя подобное вполне может быть отголоском вашего прошлого, вы должны сдерживать подобные порывы. Договорились?       Стелла резко выдохнула, чувствуя, как стая мурашек спускается по спине.       – Да, мистер Янг. Я постараюсь.       – Хорошо, – он выпрямился, трость глухо стукнула об паркет. – Тогда, если вы не против, я предлагаю не откладывать, а пойти подобрать вам пару книг.       И Стелле ничего не оставалось, кроме как послушно кивнуть.

***

      И ведь он ни словом не соврал. Йоахим шел впереди, и не мог посмотреть Стелле в лицо, но был уверен, что румянец до сих пор красит ее щеки и скулы.       Их комнаты находились в разных вагонах, ее комната была соседней с вагоном-рестораном, и поэтому было неудивительно встретиться в коридоре, если бы он шел в пообедать. Ведь Йоахиму нет необходимости поджидать ее около комнаты. И он точно не договаривался с Март 7, что бы она вытащила Стеллу из ее укрытия, что бы поесть вдвоем, поговорить, и извинится.       По девушке было ясно видно, как ей было плохо, и то, что она за целый день не вышла из комнаты, только подтверждало его предположение. Йоахим только надеялся, что она не плакала.       Они остановились около двери в его комнату.       – У вас есть какие-нибудь предпочтения в книгах? – Спросил он, отпирая дверь, и приглашая войти.       – Пока нет… Я надеясь взять несколько разных жанров. – Стелла вошла в комнату совершенно бесшумно, и с любопытством оглядывалась по сторонам. В мягком, рассеянном и слабом свете ламп его комнаты она выглядела одновременно и чуждо, и как-то по домашнему привычно, как будто девушка приходит к нему каждый день. Без куртки на оголенных плечах, придававшей ей дерзкий и воинственный вид, Стелла выглядела очень уязвимо.       Пока она рассматривала полки с книгами, Йоахим незаметно подошел к рабочему столу с набросками, закрыл скетчбук, отложив его на дальний край стола, и тихо выдохнул. Сняв пальто и шарф и присев на край стола, он поставил трость рядом, и как можно беззаботнее спросил:       – Что вы последнее читали если не секрет?       – Книгу по шахматам, которую вы мне дали… – негромко пробурчала девушка, смутившись. И добавила слегка недовольным голосом: – Я медленно ее осваиваю.       Очевидно, недовольство было направлено на саму себя, так что Йоахим поспешил ее успокоить.       – Не торопитесь, мисс Стелла. Она мне все равно не нужна. А что по поводу художественной литературы? Что-нибудь привлекло ваше внимание? – Стелла подошла к полкам поближе и задумчиво коснулась подбородка пальцами в своем излюбленном жесте.       – Недавно читала что-то приключенческое с Сяньчжоу. Не очень интересно, особенно по сравнению с нашей жизнью. – Они оба понимающе усмехнулись, – Да и главный герой… – Стелла очевидно попыталась подобрать более точные слова, но после пары секунд раздумий разочарованно констатировала – бесил.       – О, как интересно. И чем же, позвольте спросить?       – Лицемерный. Его никто не просил помогать, но ему же виднее, он точно знает как лучше. А когда ему указывают на дверь, то начинает вой о несправедливости и эгоизме. Мерзкий персонаж.       Йоахим с удовольствием наблюдал за негодованием девушки.       – Ну, ваша реакция показывает неплохую способность к анализу. Без опыта чтения и определенной доли скептицизма тяжело с сомнением воспринимать точку зрения главного героя и в особенности автора. – Стелла сморщила нос и фыркнула.       – Угу, очень тяжело понять, что человек, похитивший девушку, и держащий ее в подвале, плохой.       – Приятно знать, что вы читали Фаулза. Но, несмотря на ваш сарказм, вы правы. Достаточно большому количеству людей сложно осознать, что позиция главного героя не всегда соответствует позиции автора. – Стелла снова фыркнула, и взяла книгу с полки. – Что вы выбрали? – спросил ее Йоахим, пытаясь угадать по обложке. – А, это классика. Несколько сюжетных линий, прекрасные персонажи, но очень много запутанной политики.       – Ну, я все равно попробую. – Стелла задумчиво посмотрела на книгу и нерешительно прикусила губу, но затем что-то для себя решив, она негромко продолжила: – Но ведь это не единственное, зачем вы позвали меня в свою комнату, мистер Янг? Я заметила, что вы избегали… этой темы разговора во время обеда. Почему?       Йоахим нервно выдохнул через нос и попытке разрядить обстановку неловко рассмеялся:       – Хах, вы становитесь все внимательнее с каждым днем, мисс Стелла… Но да, вы правы — избегал. Изначально я хотел принести извинения прямо там, во время обеда, но затем я понял, что не хочу портить вам настроение и аппетит еще сильнее. – Он поправил очки, и продолжил, глядя на девушку открытым, и даже немного уязвимым взглядом. – Простите меня.       Стелла помотала головой, покраснев.       – Все хорошо, мистер Янг, вы просто волновались обо мне. – Она смущенно отвела взгляд, – Не извиняйтесь за свою заботу, а то я чувствую себя неблагодарной…       – Даже у заботы должны быть границы, но я переступил их, пусть и под влиянием эмоций. – Йоахим виновато опустил голову, – Я знал, что инцидент на “Лучезарном шпате” ранил вас, но даже не предполагал, что настолько глубоко… И именно за это я приношу извинения — за свое пренебрежение вашими чувствами и состоянием. И за то, что назвал вас дурой я тоже прошу прощения.       – Мистер Янг, все уже хорошо! – Стелла тихо подошла к нему, ее брови несчастно изогнулись, все лицо выражало заботу и сожаление, – Это была полностью моя вина! Но он продолжил, опустив голову, всем своим видом выражая вину:       – Когда я услышал выстрел, у меня внутри все оборвалось. Я не мог… Я не мог позволить тебе умереть. Я не хотел, что бы ты стала еще одним лицом в толпе призраков людей, умерших по моей вине.       – Я не стану. И я правда в полной мере осознаю, что сделала глупость. Но поверьте мне- больше подобного не повториться. Вы мне дороги, мистер Янг, и я не могу так с вами поступить.       Йоахим вздохнул, тронутый ее словами, и поднял голову и его глубоко, до полной растерянности, поразило, как смотрела на него обычно малоэмоциональная Стелла. Тревожный взгляд оленьих глаз был настолько наполнен безграничной теплотой, что это зацепило что-то в его душе, о существование чего до этого момента Йоахим даже не подозревал. В попытке собраться и придумать достойный ответ он поправил очки, как девушка сделала последний шаг, разделяющий их, положила книгу на стол, и порывисто обняла его. Йоахим резко выдохнул. Прошло слишком много времени с тех пор, как он прикасался к кому-то, и еще больше времени, когда кто-то обнимал его, так что он определенно отвык от чужого тепла, но явно не настолько, что бы не обнять в ответ. Поглаживая Стеллу по пушистым волосам на затылке, он не без удивления обнаружил, что явно изголодался по такому, более физическому проявлению дружбы.       – Осторожней, мисс Стелла, подобные поступки заставляют людей открывать вам сердца, – смущенно и неловко рассмеялся Йоахим, впрочем, не спеша выпускать ее из объятий. – И вы вряд ли хотите слушать растроганное бормотание старого аниматора весь оставшийся день…       – Мистер Янг, мы оба знаем, что это неправда. – Стелла обняла его крепче, стиснув ребра. – про то, что вы “старый”, и про “аниматора”...       Йоахим охнул от крепости ее объятий.       – Хронологически мне восемьдесят шесть лет…       – А биологически сколько? Тридцать…? – девушка подняла голову опершись подбородком о его грудь, и прищурившись, скользила взглядом по лицу, отмечая морщинки в уголках глаз, и он невольно задержал дыхание, чувствуя, как сердце начало биться немного быстрее.       – Ближе к тридцати пяти, – Шепчет Йоахим, искренне стараясь не краснеть и сохранить хоть что-то от своего сдержанного образа для нее.       – Даже если щетину отрастите, все равно больше не дадут. – Стелла разорвала объятия и отошла. – И про аниматора… Вы не врете, но… – “лукавите”, хотел подсказать Йоахим, но сдержался, и девушка нашлась сама – … не говорите всего. Мне бы правда хотелось узнать о вас больше. – Она отвела взгляд и пожала плечами, как будто расписываясь в том, что ничего не может сделать со своим интересом к Йоахиму.       Он хмыкнул и поправил очки, в попытке выглядеть задумчиво, а не смущенно.       –Хм, похоже мы оба не очень открытые люди… – пробормотал он с удивлением, но потом прочистил горло и продолжил уже более живым тоном — в конце концов, даже интерес Стеллы к нему можно обратить во благо, – Хорошо, мисс… у меня тоже есть к вам пара личных вопросов, и таком случае — хотите сделку? Откровение за откровение. Если вы поделитесь чем-то со мной, то у меня в запасе тоже найдется пара интересных историй о себе. – Стелла удивленно приподняла брови и уголки губ в удивленной полуулыбке, и ради нее стоило проигнорировать холодный ком иррационального страха, скрутившегося в животе. Ради хорошего самочувствия Стеллы он готов пожертвовать многим, и часть его загадочного образа, который он ненамеренно выстроил вокруг себя, будет весьма небольшой за это ценой. Он уже поделился парой историй об Анти-Энтропии, что ему стоит рассказать еще горстку фактов о себе, не так ли?       – Ваши вопросы ко мне явно закончатся раньше, чем мои к вам. Это не звучит честно. – она задумчиво прикусила губу и посмотрела на него неуверенно, но Йоахим мягко и ободряюще улыбнулся, так что девушка медленно, нерешительно кивнула, не отводя от него взгляд и уязвимость в глазах только укрепила его желание помочь Стелле открыться. Йоахим решил, что придать ей немного уверенности и восстановить их отношения сейчас было гораздо важнее, чем докопаться до правды, и разобраться во всех мотивах девушки, которые она даже может полностью не осознавать.       – Тогда вам стоит выбирать их с умом, – усмехнулся он и приглашающе указал на кресла. И Стелла, словно решив для себя что-то, медленно кивнула головой и последовала за ним, сев напротив. Если бы он знал ее чуть меньше, то не заметил бы едва заметное напряжение плеч, то, как девушка слегка развернулась в кресле, как будто хотела отвернуться от него. – По моему мнению… Это поможет помочь вам понять или даже вспомнить что-то о себе. Я надеюсь, что мы сможем понять, как улучшить ваше самочувствие… хоть немного. Она сказала, словно оправдываясь:       – Мистер Янг, я правда слабо представляю, что вы хотите у меня спросить… От моего прошлого не осталось буквально ничего…       – Поверьте, я прекрасно это осознаю, и мои вопросы практически не связаны с этой темой. – он сделал паузу, пытаясь очень осторожно подобрать слова. – Возможно, это будет достаточно грубо, но уверяю, что этот вопрос вызван исключительно заботой о младшем коллеге и… друге.       – Все хорошо, – махнула рукой Стелла, – можете не стесняться.       На что мистер Янг поправил очки и посмотрел прямо ей в глаза, отслеживая малейшую эмоцию на лице.       – Почему вы хотите вернуть себе память? Я сужу исключительно по своим собственным наблюдениям, но на мой субъективный взгляд… Вы скорее хотите восстановиться, чем действительно вспомнить свою прошлую жизнь.       Стелла обессилено пожала плечами.       – Вы правы… Но как мне еще это сделать, если не пытаться вспомнить?.. Дело же даже не знаниях!.. – она отвернулась и прикусила губу, обнимая себя слабым, беззащитным жестом..       – Дело в жизненном опыте, который у меня отобрали, в том, что меня снова отбросили назад!       – Но его можно набрать… – осторожно попытался поддержать ее мистер Янг, запнувшись на слове “снова”.       – И совершать те же самые ошибки из раза в раз… Терять память о людях, которые тебе были дороги… Я… не хочу… – Девушка сглотнула горький ком в горле.       – Я не обвиняю вас, – покачал головой Йоахим, предвосхищая ее оправдания. – Я просто хочу разобраться и помочь вам.       – Но вы же не можете мне вернуть эти воспоминания, а это единственное что мне надо сейчас… – грустно улыбнулась Стелла.       – Ну, мы могли бы попытаться.       – Снова? В прошлый раз ничего не получилось, когда вы рассказали мне об ассоциативном методе. Даже когда я смотрела на револьвер, в моей голове не всплывало абсолютно ничего!       – Взгляд Йоахима незаметно для погруженной в себя девушки метнулся к запертому ящику стола. – Да и тем более… Одиннадцать попыток, помните? И Светлячок так и не добилась нужного результата. Она смогла мне рассказать все только после исполнения сценария Элио. Здесь, думаю, будет так же — до его отмашки буду оставаться смешным мусорным енотом, пока не придет время… – Мужчина неодобрительно посмотрел на Стеллу при таких небрежных словах о самой себе:       – Стелла, даже в ваши худшие времена на Белобоге вы никогда не были “мусорным енотом” ни для кого из тех, чье мнение о вас было хоть сколько-то важно. – Но девушка только грустно рассмеялась.       – Вы не знаете, какого это… – но затем тихо поправила сама себя, – Надеюсь, что нет…       – Вы опять заходили на фанатские форумы?       – Эоны, что вы, нет! Фанатских войн с Гуйнайфэнь мне хватило!       – Тогда в чем дело? – Стелла прикусила губу почти до крови, пряча глаза, очевидно изо всех сил пытаясь не заплакать, на что Йоахим немного наклонился к ней, снова ища ее взгляд. Мужчина хотел бы протянуть руку и в молчаливом поддерживающем жесте сжать ее, но решив, что на сегодня хватит прикосновений и боясь быть понятым превратно, поспешно положил руку обратно на подлокотник. – Мисс Стелла, пожалуйста, не держите все в себе. Поделитесь, что вас так тревожит? Пожалуйста, я обещаю, вам станет легче.       Девушка обессиленно согнулась и выдохнула, как будто ее ударили в живот, и закрыла лицо руками. Йоахим молчал, давая ей время справится с эмоциями, хотя сердце разрывалось от ее невысказанной боли и тревоги. Он поправил очки и медленно переплел пальцы, готовясь быть крайне аккуратным в своих словах. В таком состоянии любая, даже самая малейшая оговорка может стать фатальной.       – Я… – хрипит Стелла, очевидно пересиливая себя. Она с усилием массирует пальцами глаза за закрытыми веками, роняет голову еще ниже и вцепляется себе в волосы. – Я… неполноценная. Из меня как будто что-то вырвали. Как будто обе руки ампутировали, понимаете? Мозг знает, что делать, посылает сигнал к уже несуществующим рукам, и не чувствует ответа. Остались только бесполезные обрубки, которые болят по ночам и мешают спать. Изредко… Изредко что-то прорывается, но это такие крохи!.. – Ее голос срывается на высокую ноту, и девушка снова прикусывает губу, давя всхлипы. – Они приносят только больше боли, напоминают, насколько я… бесполезна сейчас.       – Стелла… – Йоахим свистяще выдохнул, и прикрыл начавшие щипать глаза. Впервые за долгое время он не нашел, что сказать и это было очень неприятное чувство. Если бы девушка вела себя как раньше, он бы просто утешил ее, заверил, что все будет хорошо, но этой Стелле — незнакомой, гораздо более зрелой и взрослой девушке, нужно что-то другое.       И Йоахим знал ее слишком мало, что бы знать что. Но в словах девушки было что-то, что его зацепило. – Почему… Почему вы рассматриваете себя только с точки зрения полезности? Стелла недоуменно подняла глаза и спросила со всей искренностью:       – А как мне еще рассматривать себя, если не со стороны полезности для всех остальных? – на секунду у мужчины пропал дар речи, и неприятный холодок спустился по позвоночнику. “Полезность”. Когда-то и он сам думал о себе в таком ключе- насколько он способен помочь Анти-Энтропии, и то, каким опустошенным себя чувствовал, когда идеи Теслы по развитию его способностей Херршера не оправдывались. Он бесконечно любил Фредерику и Эйнштейн, и понимал собственную ответственность по защите мира, и поэтому не мог злится на их высокие, и, возможно, даже недостижимые требования. Но это относилось к нему, Хершерру Разума, господарю Анти-Энтропии, и было справедливым по крайней мере в тот момент времени. Подобные слова не должны быть обращены ни к кому иному, кроме него. Только не к Стелле. Стелларон внутри нее не дает никому права относится к ней как к инструменту или оружию, даже ей самой.       – Вы моя семья, ради всего святого! – воскликнул он, на мгновение потеряв самообладание. Для Йоахима ее слова были невероятной дикостью, даже мысль о том, что бы рассматривать Стеллу со стороны “полезности” приводила его в ужас. – Откуда вы вообще взяли подобную идею?!       “Тебе никогда не заменить его,” прозвучал в мыслях ровный, даже равнодушный голос Эйнштейн, когда она взяла тогда уже Вельта на обучение. Она не злилась, не скорбела- она спокойно констатировала факт. “Ядро изначально не принадлежало тебе, твоя совместимость с ним составляет около сорока процентов в пике… И я не думаю, что когда-нибудь превысит этот порог. Но теперь его миссия и его имя принадлежат тебе. Не забывай это.” Стелла задумчиво нахмурилась, и тихо ответила:       – Я… Я не знаю. Просто… Раз уж я стала частью команды Экспресса, я должна помогать его членам, разве нет?       – Да, но вы же сейчас говорите совсем не о простой помощи, не так ли? – спросил Йоахим негромко. – Вы ценный член команды… Стелла покачала головой, прерывая его.       – Это не так. Все что я умею— драться. Сильно бить может научится кто угодно. У меня нет роли на Экспрессе, я просто… шатаюсь по округе и ищу чем себя занять, и так случается, что этим “чем-то” оказывается помощь людям. У меня нет каких-то особых знаний или умений. Я просто… – она оборвала себя и опустила голову.       – Стелла, прошу, договорите. Это важно для меня.       – Я боюсь, что в какой-то момент меня попросят сойти, потому что я делаю недостаточно. И восстановление от амнезии это не оправдание!.. Я уже должна приносить результаты…       – Кому? Кому вы это должны? – глухо спросил Йоахим, считывая каждое ее движение и выражение лица, взяв эмоции под контроль, и игнорируя болезненно сжавшееся сердце. Приоритетней сейчас добраться до истока ее беспокойств, чем временно ее успокоить.       – Н-не знаю…       – Вы помните, что бы кто-то говорил вам нечто подобное когда-либо?       – Нет… – Стелла прикусила губу, выглядя так, как будто она сейчас расплачется.       – Вы не можете оправдывать свое существование только тем, что полезны. И я могу вам поклясться- никто и никогда не потребует от вас уйти с Экспресса. Даю вам слово, что пока я жив и на то будет ваша воля, вы останетесь здесь. – Стелла посмотрела ему в глаза, ища в них подтверждение его словам, и Йоахим выдержал этот взгляд, не отступая от своих слов ни на мгновение. С облегчением в душе, он увидел как девушка неуверенно кивнула в ответ.       – Даже если я окажусь международной преступницей и террористкой? – тихо спросила она. Хотел бы Йоахим, что бы это оказалось преувеличением, но такой вариант не то что возможен— он наиболее вероятен. Незапятнанным от Элио не уходил еще никто.       – Если вы окажетесь преступницей, то Звездный Экспресс возьмет вас под защиту. Несмотря ни на что. – Твердо ответил он. – Я… Признаться честно, я давно догадывался о том, что ваша связь с Охотниками гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Стелла содрогнулась и глубоко вздохнула, съеживаясь от одной этой фразы. Одна мысль об этом, кажется, приносила ей дискомфорт. Йоахим спокойно продолжил:       – Единственное, что удерживало меня от правильного ответа было то, что в новостном поле не было ни слова об Охотнице с серыми волосами.       – Кто-нибудь еще знает? – резко вырвалось у девушки, но Йоахим не мог винить ее за грубость.       – Химеко догадывается. – кивнул он, – но даже так, мисс Стелла, она вас любит.       – Вы… расскажете ей?       – Как член Экспресса, я обязан сообщить ей об этом факте, но как ваш друг, я сохраню эту тайну. Никто не узнает об этом от меня. – И в ответ на недоверчивый, но полный надежды взгляд, все же потянулся, сжал ее ладонь и негромко добавил – Доверие— мост, который строится с обеих сторон, мисс.       – Раз уж вы так уверенно об этом говорите… – пробормотала она, нервно заправила волосы за ухо и сжала руку в ответ, – Спасибо, мистер Янг. Со всей искренностью ответила она и слабо, но искренне улыбнулась, и этого для Йоахима было достаточно. Меня тему не менее чувствительную, он сказал:       – Ваш вопрос следующий, мисс. О чем вы хотите спросить?       – М-м-м, даже не знаю. – Задумчиво прищурилась Стелла, глядя на него, словно примериваясь. – У владельцев таких способностей, как у вас, есть название?       – Есть, – подтвердил он, радуясь в душе тому, какую обходительную тему она выбрала. Откашлявшись, он подготовил тон, которым обычно давал лекции, – Таких как я называют “Херршерами”. В переводе с немецкого это слово означает “Господин” или “Суверен”, хотя обычно нас предпочитают называть “Судьями”. Херршер является воплощением вещи или явления, существующим в этом мире. К примеру существует Херршер Огня, Херршер Пустоты, Льда, Ветра и даже таких абстрактных понятий, как Начала, Конца и Господства… Мне принадлежит титул Херршера Разума, дающий способность создавать вещи, если я знаю их структуру и принцип работы. Вторично от этого идет аналитическое и логическое мышление на… крайне примечательном уровне. Так что фактически я являюсь воплощением логики, как бы гордо это ни звучало.       – Ни в коем случае, мистер Янг. Я прекрасно знаю, насколько вы сильны, – уверила Стелла, и Йоахим почувствовал, что слегка покраснел от незаслуженной похвалы. А ведь она даже не видела и пятой части того, что он может… – Что бы вы хотели узнать? Я постараюсь ответить, даже если будет неприятно.       – Не будет, я могу вас заверить, сказал Йоахим, и внимательно сощурился, задумчиво соединив кончики пальцев. Как бы Стелла не пыталась скрыть нервозность, быстро бьющаяся жилка на ее шее и слегка учащенное, прерывистое дыхание выдавали ее с головой. – Как вы относитесь к Охотникам за Стелларонами?       Стелла пожала плечами и поерзала на месте, и после паузы негромко ответила, обдумывая каждое слово:       – Как к группировке? Никак. Вернее, вы же не можете определить свое отношение к стихии? Да, их объединяет Элио, но его действия беспорядочны, и их нельзя предугадать, только если сам не обладаешь даром предвидения. Их действия жестоки и бесчеловечны, они уничтожают целые планеты и это никак нельзя оправдать. Вспомните хотя бы восстание на Джепелле. Сколько людей тогда погибло из-за них? – Стелла пожала плечом. Несмотря на ее уверенный тон и твердые слова, она как будто старалась убедить себя в этом. Может ли это быть связано с ее неясными отношениями с Кафкой? Может быть эти сомнения были направлены на нее саму? Йоахим не был в этом уверен. – У каждого из Охотников свои цели, но с уверенностью я могу сказать только мотивах Кафки. Ну, и Сэма. Вам лучше спрашивать о ком-то конкретном, я не засчитаю следующий вопрос. – У ее немногословности без сомнений есть свои плюсы — когда Стелла начинает о чем-то рассуждать, это захватывает все внимание Йоахима, так что он бессознательно льнет к ней ближе. Очнувшись, он отодвинулся обратно, и едва заметно улыбнувшись, покачал головой:       – Нет, на мой вопрос вы вполне ответили, не хочу злоупотреблять вашим отношением. Вы же стремитесь пропустить очередь, что бы не доставить мне дискомфорт своим интересом? Я ценю это, спасибо. – Стелла покраснела и слегка отвернулась, не отрицая его предположений. Йоахим наклонил голову, ища ее взгляд, и подбодрил. – Все хорошо, Стелла. Вы можете спросить меня о чем-нибудь, даже очень личном. Хотя я надеюсь, вы этого не сделаете, всплыла непрошенная мысль, от которой он отмахнулся.       Стелла снова поерзала, на мгновение встретившись с ним взглядом, и снова отвела глаза, все еще очаровательно краснея. Очевидно, она разрывалась между тактичностью и любопытством, кусая губы в попытке найти и сформулировать нечто между двумя крайностями. Йоахим не мог ничего с собой поделать, наблюдая за этим с безграничным удовольствием. Потом он конечно же отчитает себя за крайне неуместное для старшего коллеги поведение, за излишнее наслаждение уважением и прочие вещи, говорящие о том, что он далеко не самый хороший человек, но сейчас Йоахим был очарован девушкой. Наконец, Стелла переборола себя и подняла глаза, выбрав наиболее подходящий вопрос.       – Мистер Янг, вы говорили раньше, что имя “Вельт” вам дали вместе с вашими силами. – Медленно начала она, отслеживая малейшую реакцию на его лице. Не увидев в нем напряжения, она продолжила уже увереннее – То есть до этого у вас было другое имя?       – Все верно, мисс. – Кивнул он, на секунду поколебавшись, но потом вздохнул и решил все же открыться девушке чуть больше. Каждое слово приходилось вытаскивать из себя практически силой, и речь выходила негромкой и хриплой, – Я был еще совсем ребенком, когда предыдущий владелец Ядра Херршера пожертвовал собой, что бы защитить меня от… от опасности, а затем и целый город от ядерного удара. Вельт Джойс был… моим кумиром. До сих пор им остается, на самом деле. В тот же…– Его губы дернулись, когда он хотел продолжить, глаза затуманили давние воспоминания, но быстро опомнился и извиняюще улыбнулся. – Впрочем, мы отошли от темы.       Брови девушки изогнулись в трогательной смеси сочувствия и понимания, а рука буквально на мгновение потянулась к нему, словно в желании сжать ладонь Йоахима. Поправив очки, он покраснел от чувства внезапной защищенности, укрывшей его, и мужчина очень тихо продолжил:       – Я… Я не слышал своего прежнего имени уже очень давно. Это не что-то… личное, просто это были очень болезненные и старые воспоминания. Я принял бремя Вельта, так что все остальное не имело значения, но… раньше меня звали Йоахим Нокианвиртанен. Стелла выдохнула и сжала руки в кулаки, глядя на него неотрывно, но Йоахим затруднялся сказать, что было в ее глазах — потому что сам не поднимал взгляд от пола, сам не понимая причин своей неуверенности.       – М-мистер Янг… – почти неслышно позвала она его, и Йоахим все-таки встретился с ней взглядом. Дыхание на мгновение перехватило. – Я ценю то что вы поделились этим со мной. И я буду только рада, если расскажете о себе побольше. Я могу… позвать вас так?       – Конечно, мисс, и не беспокойтесь по поводу фамилии, я-то прекрасно понимаю, насколько она может быть труднопроизносимой… – неловко попытался рассмеяться он, но впервые за все время был безжалостно перебит Стеллой:       – Йоахим, – Стелла произнесла его имя задумчиво, словно пробовала на вкус каждый звук и мужчина покрылся мурашками от того, насколько мягко это прозвучало. Он поднял глаза, и беспомощно посмотрел на девушку, словно был не в силах остановить ее. – Йоахим Нокианвиртанен. Мне нравится, как это звучит.       Стелла не запнулась на его фамилии, произнеся по слогам, почти пропев ее, и Йоахим чувствовал, что безбожно краснеет от бесконечно теплого чувства, разлившегося внутри. На самом деле он соврал. Это имя было личным, настолько глубоко похороненным в его душе, что казалось, как будто оно так и останется никому неизвестным. Но Стелла так естественно и легко разматывала тугой клубок его мыслей и сомнений одним своим присутствием, что было просто невозможно не открыться ей хоть немного. Становилось немного страшно от того, каким болтуном Йоахим становился рядом ней.       Рядом со Стеллой он против воли расслаблялся, где бы она ни была, она распространяла это ощущение безопасности вокруг себя. Иногда Йоахим грязно пользовался этим, когда у него снова возникали проблемы со сном- стоило ему поболтать с девушкой перед сном буквально десять минут, как, идя до своей комнаты, ему приходилось подавлять зевки, и он проваливался в сон почти мгновенно, стоило лечь в кровать. А если немного пофантазировать и представить Стеллу безмятежно спящей рядом…       – Да, да, все правильно, – прохрипел он, – С первого раза ее не произнесла даже Тесла… Молодец, Стелла.       – О-о-оу, вы не сказали “мисс”? – Подразнила девушка, но быстро добавила, не дав ему вставить ни слова, – Я не против, вы можете звать меня так. Не в силах оспорить, Йоахим кивнул- сейчас Стелла могла из него можно было веревки вить, настолько он был податлив.       – Тогда зови меня Вельтом. Так будет справедливо для нас обоих. Уважительное обращение… можно и опустить. – Девушка мгновенно кивнула, не скрывая довольной улыбки, которая мгновенно смягчилась, стоило Стелле увидеть, насколько выбитым из колеи выглядел Йоахим, насколько тяжело ему дается малейшая попытка открыться другому человеку. И насколько он старается сблизиться с девушкой.       В желании мягко поменять тему на менее чувствительную, она с интересом взглянула на шахматную доску на журнальном столике, где была аккуратно была воссоздана их партия, которую они разыграли в общем вагоне, кивнула на столик, и ехидно усмехнулась. Точно вымеряя дразнящие нотки в голосе, она протянула.       – Все пытаешься придумать, как выбраться из той ловушки, в которую я тебя загнала, Вельт?       Эоны, так добавить высокомерие в голос, что бы не вызвать сомнения в наигранности, слегка-слегка, но явно, поддеть, что бы провокация не осталась незамеченной, и беззастенчиво вызвать желание на нее повестись. Восхитительно.       – Разумеется, – в тон Стелле ответил мужчина, поправив очки, – Может быть, ты хочешь добить мои надежды на победу прямо сейчас? Или хочешь растянуть удовольствие?       Девушка широко усмехнулась и, подтянув поближе кофейный столик с шахматной доской черными фигурам к себе, разулась, и подогнула ноги сбоку от себя, сразу погрузившись в ситуацию на доске, поглядывая на него знакомым, предвкушающим взглядом. Она определенно продумала стратегию, и сейчас собирается гордо победить в неравной битве, где на ее стороне будут предательски затуманенный разум и дрожащие руки Йоахима. В тот раз был ее ход, так что первым делом Стелла с предвкушающим смешком поставила ему шах.       Как и всегда, впрочем.       Йоахим четко понимал, что эту партию он проиграет в пух и прах. Он сосредоточил свой взгляд на доске, но мысли блуждали несколько ином направлении. Следующие полчаса он боролся сам с собой, пытаясь сосредоточится на игре и легкой болтовне со Стеллой, но стоило взгляду хоть на мгновение подняться от доски и соскользнуть на ее бедра, то мозг становился восхитительно пустым.       К его чести, разговор Йоахим поддерживал прекрасно, а некоторую задумчивость и паузы перед ответом можно было принять за погружение в игру. И поражение было не совсем разгромным.       – Ты прекрасно справилась, мисс Стелла, я бы лучше не разыграл партию, – похвалил ее мужчина: – тогда в общем вагоне вы меня просто угол загнали.       Стелла снова покраснела, быстро обулась и что-то недовольно пробурчала. И тут она внезапно вспомнив что-то, спросила:       – У тебя так много книг по анатомии и энциклопедий. Это для рисования? – она повернулась к полкам.       – Не только для него, если быть до конца честным с вами. – Осторожно ответил Йоахим.       – О, это для твоих способностей? – Стелла явно старалась умерить свой пыл, желая найти равновесие между тактичностью и энтузиазмом, подкупая своей искренностью. Затем, немного испуганно развернулась, подняла руки в успокаивающем жесте и сразу же попыталась предотвратить любое напряжение в диалоге, от чего Йоахим не мог не растаять, и быстро произнесла, – Я-я не пытаюсь у тебя выпытать ничего, это просто… праздный интерес, я н-не…       – Все хорошо, – Улыбнулся он, поправив очки, и Стелла немного расслабилась,– Но да, это действительно для моих способностей. Знание внутреннего строения вещей сильно упрощает их создания. Если интересно, я могу продемонстрировать что-нибудь интересное.       Йоахим осторожно взглянул на Стеллу, и был приятно поражен безграничным восторгом на ее лице. Он никогда не считал свои способности чем-то выдающимся, просто еще одним инструментом для защиты человечества от Херршеров, Шиксала и всех прочих возможных угроз, но для Стеллы, кажется, это было практически чудом.       – … а правда можно?.. – с придыханием прошептала, практически прошелестела девушка, в ее глазах смешалось слишком много, чтобы понять со стороны, что она чувствует.       Этот взгляд пробудил в Йоахиме жадность, которой он не смог сопротивляться. Он встал и поманил девушку за собой к столу, и достал из ящика чертеж, который подошедшая Стелла узнала мгновенно и с удивлением взглянула на мужчину. Он усмехнулся в ответ, поправил очки и быстро сверился с чертежом. Кивнув сам себе, он повернулся к девушке и шагнул к ней в упор, что бы ей пришлось запрокинуть голову, для того что бы продолжать смотреть ему в глаза.       – Если ты не против, Стелла, я могу взять твою руку? Я хотел бы сделать подарок в честь примирения, – тихо спросил он, и коснулся пальцев мгновенно, без раздумий протянутой открытой ладони. – Спасибо.       Руки Стеллы такие худые, отметил он про себя, накрыв ее ладонь своей, перчатка к перчатке.       Резко разъеденив руки, он призвал свои силы. Крохотная копия Экспресса из металла, всего три вагона — головной, общий и хвостовой, каждый не больше двух фаланг пальца, буквально собралась из воздуха и красного свечения, обрела форму и опустилась ей на ладонь.       Спустя минуту немого созерцания, девушка оторвалась от поезда, и посмотрела мужчине в глаза, открыв рот от изумления. Йоахим замер, не в силах отвести взгляд, завороженный ее глазами с широкими, заполнившими радужку, зрачками. Выдох Стеллы коснулся его щеки, настолько близко были их лица, и это внезапно вернуло обоих в реальность.       Резко смутившись, Йоахим практически отпрянул и кашлянул от смущения, а девушка отпрыгнула назад, мгновенно покраснев до самой шеи и сдавленно извинилась, на что он невнятно пробормотал что-то в ответ.       Стыд затопил мужчину — как он мог сознательно смущать девушку в несколько раз младше него, чуть ли не урча от удовольствия, получая ее внимание. Эоны, как отвратительно…       Стремясь отвернутся, Йоахим, поправив очки, парой широких шагов подошел к полкам и взял пару заранее отобранных книг.       – Если ты позволишь помочь с подбором книг, то, если ты не против, я хотел бы… – на секунду потерявшись в словах, он отвернулся от полок и практически прижался к ним, не ожидая увидеть Стеллу практически в упор к себе. Девушка оценила книги в его в руках и мягко улыбнулась.       – Спасибо за заботу, Вельт. – Йоахим нервно поправил очки и беспомощно кивнул, даже не попытавшись ответить. Забирая книги из рук мужчины, она прижала к груди книги, и беспечно спросила:       – Я могу взять еще одну книгу, если вы не против? – Йоахим снова молча кивнул и снова поправил очки. В ответ девушка улыбнулась еще шире, и потянулась к нему за спину, глядя не на книгу, которую собиралась взять, а неотрывно ему в глаза. Замерев, он задержал дыхание, чувствуя, как Стелла практически прижимается к нему, как расстояние между их телами сокращается до пары сантиметров. Руки Йоахима сжали край полки позади него, сердце билось где-то в пересохшем горле. Стелла улыбнулась и отошла, прижимая книги к груди.       – Спасибо большое за книги, Вельт. Я ценю все, что ты делаешь для меня, и всей команды Экспресса.       – Кхм… не стоит благодарности. Это моя обязанность, как самого старшего в группе. – Ответил он немного сбивчиво и хрипло, в который раз поправив очки.       Спустя пару минут, немного неловко распрощавшись, Йоахим запер дверь и глубоко выдохнул.       Омерзительно. Просто омерзительно. Он больше не может опираться на свой самоконтроль. Сев за стол, он уронил голову на руки и глухо застонал от разочарования. В голове все еще стояла картинка распахнутых золотых глаз, приоткрытых губ, запах ее кожи… Мужчина сдался. Резким движением пододвинул себе скетчбук, он нервно открыл чистую страницу, практически последнюю, и взял карандаш.

***

      Вернувшись от мистера Янга, Стела на глядя положила их на стол. Настроение было не то что высоким — она чувствовала себя как наполненный до краев бокал с шампанским, который изнутри щекочут пузырьки. Чувствуя невероятный прилив сил, она закружила по комнате, тихо хихикая, и всплескивала руками, изображая вальс.       Наконец, она села на кресло, перекидывая ноги через подлокотник, и достала телефон.       Все еще хихикая Стелла быстро открыла диалог с мистером Янгом, где последними сообщениями были его панические попытки дозваться до нее.       От этого улыбка девушки немного поугасла, но осталась решимость еще немного подразнить такого серьезного мужчину.

Стелла      

Вельт      

На самом деле мне не нужна была та книга      

      Мистер Янг взял неожиданно долгую паузу, прежде чем написал в ответ       Вельт       Я уже понял. Вряд ли тебе нужен был второй том справочника по механике.

Стелла      

Мне просто нужно было проверить одну теорию.      

Насчет тебя.      

      Вельт       Ты выбрала странный объект исследования, Стелла. И странный способ проверки.

Стелла      

Да? Не соглашусь. Вокруг тебя очень много тайн.      

Но знаешь      

Я разгадала одну.      

      Не сдержавшись, она снова хихикает, но ожидание затягивается. Стелла уже хотела отправить стикер с Пом-Пом, как мистер Янг, наконец, ответил ей.       Вельт       И какую же?

Стелла      

      Я долго доходила до этой мысли. Пришлось очень долго за тобой наблюдать, прежде чем полностью уверится в своих выводах.      

Но сейчас      

Я на сто процентов уверена      

Что у тебя очки без диоптрий      

*Стикер с гордой Пом-Пом*      

Я же права? Они тебе нужны только для крутости?      

      Снова долгая пауза, прежде чем он начал печатать в ответ.       Вельт       Знаешь, когда ты утверждаешь, что у человека много тайн, тебе не стоит так его интриговать.

Стелла      

Но я же права, мистер Янг?      

      Вельт       Да, ты права. Очки мне действительно не нужны.       Но это       подло       Стелла рассмеялась уже в полный голос, не стесняясь — это была самая лучшая подколка, которую она когда-либо творила в своей жизни, сместив с пьедестала то, как она подколола Сампо, что на мгновение он растерял свое амплуа мелкого мошенника, возмущенно и беззвучно открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Абсолютный восторг.       Вельт       Ах да, Стелла.       Напоминаю, что тебе стоит звать меня Вельтом.

Стелла      

*Стикер с Пом-Пом, показывающей сердечко*

      Стелла сделала скриншоты переписки на память.       Девушка снова и снова прокручивала в голове этот день, наслаждаясь дружеской заботой Вельта о себе. Хотя, надо отдать ему должное — от партии в шахматы он отвлекался с трудом, и в разговоре был слегка невнимателен.       Даже когда девушка начала проверять свою теорию с очками, он остался безукоризненно вежлив, не вздрогнул и не смутился, что даже немного разочаровало Стеллу — ее слегка повело от подобной близости, заставляя что-то внутри нее сладко сжиматься.       Стелла фыркнула и встала. То что мистер Янг нравится ей как мужчина, девушке стало очевидно почти сразу, но… Какая разница, нравится он ей или нет, если он сам воспринимает Стеллу исключительно как самого младшего члена Экспресса, которому нужна забота и воспитание. И Стелле слишком дорога их дружба, так что девушка под страхом смерти не признается в этом. В конце концов, тело можно взять под контроль, а мысли, какие бы развратные они не были, никогда не являлись преступлением, не так ли?