Глава 3

      Звездный Экспресс в ночное время был всегда тих и спокоен. Разойдясь по своим комнатам, члены экипажа тихо отходили ко сну, но не выглядя сонным ни на йоту. Не спали только двое, проговорившие несколько часов, и слишком открывшиеся друг другу, пережившие слишком много эмоций за сегодня, что бы просто так уснуть. И Лебедь решила совсем немного помочь им. Сделать приятный сюрприз, о существовании которого они даже не обязаны знать. Открыв друг другу сердца, они образовали между собой крепкую связь, и, как и любой Хранитель Памяти, Лебедь могла воспользоваться этой связью что бы на время укрепить ее. Им не нужно было даже находится в одной комнате — в месте с большим количеством мемории это не представляло никакой проблемы. Единственное препятствие заключалась в том, они должны во время засыпания думать друг о друге. Но на ее взгляд, это не представляло никакой сложности.       Мистер Янг рисовал в скетчбуке, который всегда запирал в столе и никогда не выносил за пределы комнаты. Полностью погруженный в работу, он наносил линию за линией, создавая интригующие композиции, сам не замечая, как сосредотачивается на определенных изгибах и тенях. Едва закончив один скетч, он сразу переходил к следующему, рисуя все быстрые и резче, не слыша скрип механического карандаша на бумаге за его лихорадочно бьющимся сердцем.       Интересная и весьма откровенная композиция, которая показывала бедра с легким намеком на мышцы, тонкие ключицы, мягкий изгиб плеча, и ладонь, почти невинно прикрывающая обнаженную грудь. Пушистые серые волосы, небрежно откинутые за спину в знакомой манере, и нежный, влюбленный взгляд. Лебедь, неслышно и неосязаемо стоявшая у него за плечом, отметила его прекрасное знание анатомии и перспективы, позволявшая мистеру Янгу рисовать очень сложные позы без референсов. Или в этом было виновато постоянное внимательное наблюдение за девушкой, которую он рисовал снова и снова?.. Особенно привлек ее внимание скетч, где Стелла, лежа и изогнувшись в пояснице, стонет от удовольствия, а от ее едва прорисованного лобка до самого пупка отчетливо разбрызгана дорожка семени.       Лишь заполнив разворот полностью, он тихо выдохнул и откинулся на спинку кресла. Окинув взглядом страницу, мистер Янг покраснел, и, сняв очки, тихо прошептал сам себе:       – Что я делаю… – Пробормотал он, устало массируя переносицу, пока Лебедь беззастенчиво любовалась плодами его трудов. Посидев так некоторое время, и видимо смирившись с чем-то в собственной голове, он со вздохом закинул скетчбук в стол и закрыл на ключ, и начал готовиться ко сну, но не чувствуя ни малейшей сонливости.       Эти двое… безнадежно влюбленных идиота. Лебедь тихо вздохнула, покачала головой, и исчезла из его комнаты, оказавшись в вагоне для вечеринок. Заказав у Цыца легкое фруктовое вино, она села в уютное кресло в своей комнате, и приготовилась наблюдать прекрасную сцену.       Черный Лебедь всегда была слаба к таким парам — в меру трагичным, с легким оттенком запретности, но подходящим друг другу, как два кусочка пазла. И поэтому она даже не наводила мисс Стеллу на мысли нужной ей направленности — девушка справлялась сама, без чьей либо помощи.       Потому что если Стелла для Вельта была музой, то Вельт для Стеллы был обсессией. Впервые за долгое время Лебедь увидела, как кто-то настолько ревностно хранит любые воспоминания о любимом человеке — любое случайное прикосновение, смех, запечатлевает в памяти каждый разговор о обыденных вещах. Она засыпала с его именем на губах, просыпалась с ним, и каким-то магическим образом умудрялась держать всех окружающих в неведении по поводу своих чувств.       Покрутив в руке бокал с вином, Черный Лебедь прикрыла глаза и потянулась к ним, погружая глубже в сон, обволакивая их разумы прекрасной, ненавязчивой иллюзией, за которую они оба вцепились с голодом одиноких и глубоко нуждающихся друг в друге людей. Распалить их чувства, приглушить им стыд и немного затуманить разум, что бы их самые глубокие желания проявились отчетливей и ярче. Дать то, в чем они горячо нуждаются — а в плату взять всего лишь наблюдение за их взаимодействием. Черный Лебедь считала себя крайне щедрым человеком.       Окружение, привычное для них обоих, в их сне мгновенно сформировалось само — комната Стеллы с небольшим беспорядком. Мистер Янг, без своей брони, а в простой рубашке и брюках, сидел вместе со Стеллой на диванчике, склонившись над кофейным столиком. Стелла же хотела одеться в бесформенную толстовку и джоггеры, но Лебедь решительно сменила их на тонкую кремовую рубашку, чулки, и гораздо более интригующую юбку, открывающую их край.       От себя она так же романтично приглушила мягкий свет ламп, и создала за окном звездное море, красивое и безграничное, дающее прекрасный отсвет и подчеркивающее их лица.       Но вид из окон их мало интересовал, ведь в данный момент эти крайне увлеченные натуры собирали модель флагмана Чжумин, и спорили над непонятным моментом в сборке.       – Нет-нет-нет, Вельт, стой! Деталь четыреста тридцать “А” нужно вставить в паз восемьсот тридцать дробь пятнадцать!       – Но мы еще не собрали эту часть, – покачал головой мистер Янг, снова обратившись к инструкции, – откуда они ее взяли?.. Я даже здесь паза не вижу, в которые его нужно вставить…       – Но если мы не соберем здесь, – Девушка ткнула в тот кусок модели, который держала в руках, – то мы не сможем зацепить носовую часть вот тут.       Стелла перелистнула несколько страниц и указала на рисунок, которые действительно друг с другом не совпадали. И Черный Лебедь удивилась бы, если бы они совпали — этот сон был предназначен совсем для других вещей. Гораздо более чувственных. С ощутимым разочарованием она наблюдала, как они читали инструкцию, держа в руках части флагмана.       А впрочем… даже это можно исправить. Лебедь прекрасно помнила то воспоминание о мистере Янге, которое заставляло мисс Стеллу чувствовать себя по вечерам чуть менее одиноко, одна маленькая деталь, которая выведет ее на нужное настроение. Закатанные к локтям рукава рубашки у мужчины и, после недолгих раздумий, она незаметно убрала перчатки. Сама Лебедь не считала это чем-то сексуальным, но на девушек, как она знала, подобное действует как декольте на мужчин. В конце концов, у мистера Янга были достаточно красивые и аккуратные руки.       Отвлекшись от инструкции, мисс Стелла скользнула взглядом по его открытым жилистым предплечьям, прикусила губу, свела крепче бедра… и снова опустила глаза к инструкции.       Поразительная стойкость, хмыкнула Лебедь. Обычно, когда она объединяла сон влюбленных, к этому моменту пара уже сливалась в страстном поцелуе, или, по крайней мере, вела крайне будоражащие диалоги. Лебедь обратилась уже к мистеру Янгу. Что она может сделать, что бы спровоцировать их хоть на что-то?..       Расстегнуть пару пуговиц на рубашке мисс Стеллы. Безрезультатно, мистер Янг даже не взглянул в эту сторону. Укоротить юбку? Мило, но он едва ли отреагировал. Перчаток на ней уже не было, так может сменим прическу? Даже не обратил внимания, пытаясь соединить две детали, пока девушка с отчаянием в глазах снова и снова всматривалась в бессмысленную инструкцию к несуществующей модели фрегата.       Лебедь, опасаясь вносить сильные изменения в сон, быстро сдалась — раз уж они не хотят воспользоваться той возможностью, которую она им дает, то Лебедь не станет настаивать. Просто понаблюдает еще чуть-чуть за их фрустрацией в качестве небольшой мести.

***

      – Нет, Вельт, все! Я официально сдаюсь — я не соберу эту срань даже если у меня будет все время мира! – Воскликнула Стелла, скрещивая руки на груди, уже с негодованием смотря на полусобранную модель.       – Язык, Стелла, – отчитал ее Вельт, но без нужной строгости в голосе, сам находясь в шаге от того, что бы сдаться. Затем он внезапно подозрительно нахмурился, задумавшись о чем-то, и внимательнее присмотрелся к инструкции. Пролистал несколько страниц, сверился с чем-то, и оглядел комнату цепким и подозрительным взглядом. Прикрыл глаза и мягко улыбнулся, как будто что-то понял. Он закрыл инструкцию, и повернулся к ней. – Хотя я понимаю почему ты так думаешь. Предлагаю закончить на сегодня. Создатели этой модели явно не задумывались о том, как ее будут собирать.       – Почему-то мне кажется, что до потери памяти я еще и не так выражалась…       – Но это не повод возвращаться к старым плохим привычкам. – Решительно обрубил Вельт, но Стелла положила руку ему на предплечье, широко и пакостливо усмехнулась:       – Некоторые твои старые плохие привычки старше меня в несколько раз.       Пока он возмущенно искал слова, девушка опустила взгляд на его обнаженное предплечье, так манившее ее. Рука Стеллы все еще лежала на ней, и девушка в очередной раз поразилась, насколько у них были разные комплекции — не смотря на то, что Вельт был далеко не самым высоким или мускулистым, он все еще был зрелым мужчиной. Его запястья были толще, ладони больше, а рядом с тем местом, где его касалась ладонь Стеллы был старый тонкий шрам от пореза.       Она бездумно провела по нему кончикам пальца, отслеживая бледную полоску кожи. Опомнившись, Стелла смутилась и ожидала, что Вельт вежливо прекратит их контакт — аккуратно уберет руку, отодвинется, или прокашляется и переведет тему, но он молчал и не шевелился, и девушка не могла увидеть его выражения лица из-за того, что опустила голову к его руке. Стелла неожиданно даже для самой себя оробела, испугавшись, что таким простым действием сдала свою симпатию с потрохами. Она вскинула голову, ища взгляд Вельта, и замерла на полувздохе, потому что мужчина смотрел ей в глаза не моргая, с каким-то потерянным и даже неверящим взглядом. Сердце Стеллы рухнуло куда-то вниз, пока она судорожно пыталась придумать какое-нибудь оправдание для человека, соврать которому была физически не способна.       – М-мистер Янг, я-я… – Сорвалась она на вежливое обращение, пока экстренно придумывала, как выкрутиться из подобной щекотливой ситуации. У нее есть сейчас небольшой шанс свести ущерб к минимуму, если свести разговор на другую тему. Вельт не дурак, но если объяснить это каким-нибудь невинным интересом, например… – Я просто впервые за долгое время вижу вас без брони и поэтому мне просто интересно, как ты его получил, и все…       Теплая ладонь накрыла ее руку и чуть сжала пальцы, прерывая ее.       – Стелла, все хорошо… – сказал он хрипловато, и внезапно для девушки легко улыбнулся, спрятав глаза за челкой. – Думаю, у тебя тоже есть пара шрамов с богатой историей. Расскажешь?       Девушка была рада сменить тему, мысленно плача от облегчения.       – Есть. На мне все заживает как на собаке, так что шрамы тоже стягиваются, но есть пара, которые исчезают плохо, например на бедре, рваный. Понятия не имею, откуда он. На груди след от Стелларона. Пулевые на животе.       – След от Стелларона? – зацепился Вельт за ее фразу, и его взгляд машинально опустился к тому месту, где был запечатан Стелларон. – Он все-таки оставил шрам?       – Могу показать, – девушка пожала плечами, всячески пытаясь сделать вид, что не считает это чем-то интимным, но даже даже не надеялась на положительный ответ — все-таки интерес мистера Янга всегда пасовал перед его тактичностью. Но Вельт молча поправил очки, как будто серьезно обдумывал этот вопрос, и девушка, держа лицо, серьезно продолжила: – но он в темноте светится.       – Кхм… – прокашлялся он, лицо, уши и шея покрылось красными пятнами смущения. Снова поправив очки, он тихо, почти неслышно, ответил: – В таком случае, если ты чувствуешь себя комфортно, я бы хотел… Хотел взглянуть. Исключительно в научных целях, разумеется.       У Стеллы перехватило дыхание. Он действительно согласился?.. Тактичный джентльмен Вельт Янг захотел взглянуть на шрам от Стелларона, который находится прямо у нее на груди? Отчаянно стараясь не краснеть и сохранить невозмутимый вид, девушка потянулась к пуговицам на ее рубашке, уже частично расстегнутой. Маленькие, неудобные и тугие, они выскальзывали из непослушных пальцев и девушка, боясь, что Вельт передумает, пыталась расстегивать их как можно быстрее и каждая секунда промедления растягивалась бесконечно. Пока она возилась с пуговицами, краем глаза смотрела на Вельта, пытаясь отследить его реакцию, но он разочаровывающе вежливо отвернулся, демонстрируя яркий румянец на скулах.       Для достаточного обзора нужно было расстегнуть всего три, дальше уже было видно бюстгальтер, но Стелла расстегнула четыре и развела края рубашки. Девушка отчетливо услышала судорожный выдох мужчины.       Она прекрасно понимала, почему. Стелларон оставил свой отпечаток на его теле — странный и чужеродный.       Он был похож на трещину в фарфоровой скульптуре. Как будто кто-то вонзил топор пустую куклу, разбил ее грудину, а потом залил золотом трещину в попытке починить этот изъян. Это не выглядело уродливо, но подсознательно очевидно, что такого не должно быть на человеческом теле.       Вельт смотрел на шрам во все глаза с приоткрытым от удивления ртом. В его глазах читалось чистое, незамутненное восхищение, как будто он увидел что-то настолько прекрасное, что просто не мог оторвать взгляд. Он наклонил голову к плечу и неосознанно придвинулся к девушке, что бы рассмотреть шрам поподробнее. Стелла старалась даже не дышать слишком явно, что бы не прерывать его любование, хотя смущение окатывало ее горячей волной, концентрируясь где-то внизу живота.       – Как… Как интересно… – На выдохе прошептал Вельт, захваченный видом. – М-могу я…       – Можешь.       Вельт осторожно, почти неощутимо провел кончиками пальцев по ее коже над шрамом, и Стелла покрылась мурашками от того, насколько приятно было это прикосновение. Мужчина, так же легко касаясь шрама, медленно провел пальцами по всей его длине и девушка почувствовала, как от этого прикосновения затвердели соски. Она едва сдержалась, что бы не застонать, и тепло возбуждения внизу живота превратилось в жар и пульсацию, так что она незаметно скрестила ноги в лодыжках.       – Он теплее, чем кожа вокруг, – заметил Вельт хрипло и наклонился ближе, обжигая ее кожу горячим дыханием. – и если приглядеться, действительно немного люминесцирует. Ты ощущаешь его?       – Н-немного. После того, как ты запечатал Стелларон, он периодически подает… я не знаю, как это назвать, признаки жизни?..       – М-м-м, как интересно… – сказал Вельт, но с таким тоном и выражением лица, что становилось понятно, что он едва ли слушал, полностью захваченный видом перед собой, и Стелла чувствовала, что неотвратимо краснеет. Его пальцы спустились ниже шрама и невесомо коснулись застежки лифчика, которая находилась спереди и была мило прикрыта кружевом. Стелла почти задумчиво опустила взгляд вниз, не отстраняясь и не прикрываясь рубашкой, а впитывая и запоминая вид его пальцев у себя на груди. Они дернулись, как будто Вельт хотел расстегнуть либо бюстгалтер, либо еще одну пуговицу на рубашке, но к ее разочарованию сдержался, вместо этого погладив кожу рядом с кружевом. Теперь Стелла уже не была так уверена, что его интересует сейчас шрам, потому что взгляд мужчины блуждал по всему вырезу блузки, неприлично долго задерживаясь на крае кружев бюстгальтера, видневшихся из-под расстегнутой рубашки. – Выросла… Ты выросла, я имею в виду, р-разумеется. Раньше ты была ниже.       Даже в полумраке при свете одной настольной лампы было видно как он покраснел от этих слов.       – Так заметно? – вовлекая его в диалог ответила Стелла. Смесь смущения, странного интереса и даже какого-то азарта на лице Вельта соблазняло Стеллу подразнить его немного больше. – Я немного прибавила в росте, по большей части просто… “оформилась”, как говорит Химеко, но все равно пришлось менять почти всю одежду. Но это же не плохо, верно?       – Я-я… Кхм, я не уверен, что могу судить о таких вещах…       – Да ладно тебе, Вельт, неужели ты не можешь судить о красоте женского тела? – улыбнулась девушка, когда он смущенно поднял взгляд. – Или ты боишься сказать правду о том, что след действительно портит вид?       Не то, что бы Стелла не была уверена насчет своего тела, и след от Стелларона был действительно скорее экзотичный, чем действительно уродливый, но нужно же было как-то спровоцировать его более углубленное изучение этого вопроса? Девушка внутренне восхитилась собственной хитрости, ведь Вельт точно не оставит эти слова без внимания, бросившись убеждать ее в обратном. Он ведь такой- прекрасный друг, не позволяющий сомневаться в себе.       Но, к ее удивлению, Вельт не стал ее убеждать, только уголок губ приподнялся в беззлобной усмешке. Все еще смущенно краснеющий, он приблизился к ее лицу, и прошептал:       – Ты думаешь я буду убеждать тебя в обратном, Стелла? Что за нашим диалогом я не замечу что для того, что бы продемонстрировать мне шрам, нужно было расстегнуть всего три пуговицы, а четвертая была определенно лишней? – Вельт сказал это без осуждения, и что-то в его голосе, хрипловатом и низком, какой-то оттенок поддразнивания, все сильнее распалял жар внутри Стеллы. Она сглотнула, и мужчина наклонил голову, так словно… хотел поцеловать.       – Вельт… – Выдохнула она и осторожно посмотрела ему в глаза, пытаясь понять, одинаковое ли направление их мыслей, и с удовлетворением заметила — да, определенно сходятся. В глубине его глаз расцвели те голод и жадность, которые проросли в Стелле уже давно. Он прямо и открыто посмотрел в ответ, не скрывая расширенных от возбуждения зрачков.       И только девушка открыла рот что бы ответить, его рука переместилась выше, касаясь нежной и чувствительной кожи под ключицей. Ее дыхание сперло и напряженная как струна девушка инстинктивно закрыла глаза и выгнулась навстречу этому прикосновению, окончательно сдаваясь на милость Вельту.       Со все еще закрытыми глазами Стелла почувствовала, как он придвинулся еще сильнее, его горячее дыхание на своих губах. Девушка открыла глаза в шоке и почти испугалась от того, насколько близко были их лица. Почти. А затем ее до краев наполнило это прекрасное чувство, когда человек, которого ты так глубоко и сильно любишь, отвечает на твой поцелуй со всей страстью, на которую способен.       Это было сладко. Горячо. Стелла судорожно притянула мужчину к себе еще ближе за плечи и запустила пальцы в волосы у него на затылке. Вельт обнял ее в ответ за талию, и немного застонал от удовольствия сквозь поцелуй, почувствовав у себя на губах ее острый и мокрый язык — девушка любила брать инициативу в свои руки. Они углубили поцелуй, пытаясь прижаться друг к другу как можно крепче, и Стелла, не тратя время зря, изящно оседлала его бедра.       Вельт откинулся на спинку дивана, на секунду прервав их поцелуй, и оглядел девушку с безграничным вожделением, гладя ее бедра, проникая ей под юбку медленными, неуверенными движениями, которые девушка могла бы легко остановить если бы захотела. Но Стелла не останавливала его, только ерзая и устраиваясь поудобнее у него на коленях.       – Стелла, – прохрипел Вельт, пока его руки поглаживали задницу девушки, очерчивая границу ее белья на коже, – Я-я не знаю, насколько далеко я позволю себе зайти. Пожалуйста, останови меня сейчас, пока мы… пока я все еще в состоянии ясно мыслить, и мой разум окончательно не заволокла похоть.       – Ве-ельт, – певуче позвала его Стелла и ее губы сами сложились в самую соблазнительную улыбку, которую она могла изобразить, прогнулась в пояснице как кошка, прижавшись к его груди своей и приглашающе отставила ягодицы, что бы руки мужчины легли на них всей ладонью. Дыхание Вельта перехватило на вдохе. – Чего ты боишься? Я так давно этого ждала! Ты не заставишь меня упустить свой шанс.       – Ждала? Ты хотела этого?       – Я мечтала о том что бы хотя бы поцеловать тебя еще с Сяньчжоу. Когда вы с Химеко уезжали на время, я с ума сходила от того, как скучала по тебе. – Стелла потерлась носом о его нос, и спустилась дорожкой поцелуев по его щеке к шее, чувствую под губами жесткую щетину и спрятала лицо в изгибе, наслаждаясь запахом. Горьковатый приятный одеколон, который он постоянно использует, смешивался с чем-то мускусным и почти острым от запаха его тела, и это сводило с ума. Девушка не удержалась от соблазна слегка ущипнуть кожу на его шее губами, Вельт в ответ резко выдохнул и прижался лицом к ее волосам, вдыхая запах.       – Видеозвонков было недостаточно? – Попытался отвлечь ее Вельт, но девушка только поглубже вдохнула и обняла мужчину за плечи:       – М-м-м, ты так приятно пахнешь… Наверное я влюбилась в твой запах еще тогда, когда ты отдал мне свой свитер… – Стелла кожей почувствовала, как Вельт покраснел до самой шеи от этих отчаянно честных слов.       – Свитер? А, кажется я припоминаю. Мы тогда оказались на Белобоге и у тебя оказалось слишком мало теплых вещей, а мы упустили это из виду. – Вообще, это упустила из виду Март 7, которая ходила со Стеллой за покупками на станции, но она не стала его поправлять.       – Ага. А Дань Хэн пожертвовал штаны. Во второй раз. Потому что в штаны Март 7 моя попа не влезала, а Химеко слишком высокая. – Ответила тихо она и тихо хихикнула, – Собирали как сиротку на Северный полюс.       – Я думал тот свитер тебе не понравил… Ай, Стелла! – не в силах выслушивать его самоуничижительный бред, она укусила Вельта за плечо яростно бормоча:       – Когда я надеваю его вместо пижамы, мне не снятся кошмары. Твой запах давно смылся, но я стянула упаковку одеколона, и брызгаю его после каждой стирки. Не люблю я его, ага. – Без видимой причины разозлившись еще сильнее, девушка продолжила его кусать с новой силой, перемежая их со злыми засосами на самых видных местах.       Мужчина задергался, пытаясь оторвать ее от своей шеи, и гортанно застонал во фрустрации, когда у него это не получилось. Схватив Стеллу за плечи, со второй попытки отодвинулся и скинул ее с колен на диван, но девушка не сдавалась, и утянула Вельта за собой, заставив нависнуть над ней, опершись на руки, что бы не придавить своим весом.       – Стелла!.. Я же тяжелый! – Вскрикнул мужчина почти в панике, и она, не выдержав, рассмеялась от возмущения в его голосе. Сжав челюсть от негодования, он крайне осуждающе посмотрел на Стеллу поверх очков, пытаясь воззвать к ее совести, но девушка только шире улыбнулась — дразнить его было крайне приятно. И этот взгляд потемневших от эмоций ореховых глаз пробуждал в ней далеко не стыд, а только похоть, кружившую голову. Прикусив губу, девушка точным ударом ноги выбила опору у него из под колен, и обвила талию ногами, прижимая ближе, плотнее, крепче, что бы не оставить ни сантиметра между их телами. – Сте… Ах-х!       Стелла застонала вместе с ним, почувствовав, как возбужденный член Вельта почти болезненно уперся ей в лобок. Девушка инстинктивно развела шире ноги, позволяя скользнуть ниже, и потерлась о него. Он судорожно и почти неосознанно толкнулся в ответ, выбивая из себя высокий, на грани со скулением стон. Голодно, бездумно и мокро выцеловывая грудь и шею Стеллы, мужчина стремительно терял какую-либо осознанность во взгляде, подминая ее под собой, плавя ее сознание страстью так же, как и свое. Соскользнула с плеч и небрежно отброшена рубашка девушки, открывая плечи, расстегнутая в четыре дрожащих руки. Стелла попыталась дразняще играться со своей грудью, массируя ее мягкими круговыми движениями перед Вельтом, но поглощенный похотью мужчина одной рукой открыл застежку лифчика, и не обращая внимания на удивленный стон заменил ее собственные руки своими, агрессивно лаская и сжимая соски. Возбуждение накатывало на нее, как штормовые волны на берег, Стелла тонула в ощущении жара, исходящего от тела мужчины, а между ее ног стало дискомфортно влажно.       – Вельт! – отчаянно застонала Стелла, но он проигнорировал ее зов, сосредотачивая свое внимание только на груди девушки, поймав ее сосок губами и мягко обводя его кончиком языка. – Мистер Янг, ах!       – Ты знаешь мое имя, Стелла. И это не оно. – тихо пробурчал мужчина, глядя на нее сквозь запотевшие очки, и в этом взгляде было что-то глубоко спрятанное, но прорвашееся на секунду под напором чувств. На секунду приподнявшись, он снял очки и зачесал назад челку пятерней безумно сексуальным жестом. – Произнеси мое имя правильно. И на его просьбу был дан единственный правильный ответ.       – Йоахим! Йоахим, пожалуйста!       – Пожалуйста что, милая? – Стелла пискнула и закрыла лицо руками, не в силах преодолеть собственное смущение. Она знала, что должна попросить, но горло сжималось при одной мысли сказать вслух нечто такое.       – Пожалуйста… – Прошептала она свистяще, и снова попыталась спрятать лицо в ладонях, но Вельт резко склонился над ней, убирая ее руки от лица глядел на нее неотрывно, запоминая малейшие выражение ее лица, искаженного в удовольствии. – Пожалуйста, я так хочу… кон… чить…       – Что ж, Стелла, я могу это устроить. – Вельт пьяно улыбнулся, откинув голову и слегка толкнувшись бедрами вперед, выбив из девушки еще один высокий стон. – Н-но для этого, хах, тебе нужно приподнять край твоей красивой юбки. Ты сделаешь это?       Девушка мгновенно нетерпеливо закивала, и откинула подол без малейшего стыда, демонстрируя мужчине белое кружевное белье, ставшее между ног полупрозрачным от влаги. Мужчина медленно выдохнул через нос, собирая все свое самообладание в кулак, нашарил не глядя рядом с собой подушку и, легко приподняв девушку, подложил под ее поясницу. Разведя колени Стеллы шире, медленно, с усилием провел большим пальцем между ее половых губ сквозь трусы, собирая смазку, и растер по клитору, лаская его так хорошо, что девушка изогнулась, как будто ее ударило током. Она рефлекторно свела ноги, но пальцы Вельт уже были глубоко в ее складках, так что Стелла не только не облегчила свои муки, но и сделала себе хуже, усилив давление на клитор. В голове у девушки произошло короткое замыкание.       – Пожалуйста, любимый… – бормотала она почти бессознательно.       – Как ты меня сейчас назвала? – Прохрипел Вельт, – Повтори, милая, как ты меня сейчас назвала?       – Любимый! Я назвала тебя любимым, потому что я люблю тебя! И!.. И я хочу что бы ты перестал меня дразнить и трахнул уже наконец!       Эти слова подействовали на мужчину совершенно неожиданно. Резко подняв голову, он замер, и в его взгляде снова отразилось неверие, прежде чем его губы растянулись в предвкушающей улыбке, а взгляд стал гораздо острее. Стелла невольно облизнула резко пересохшие губы и сглотнула.       – Какое бесстыдство, Стелла. – с притворным разочарованием покачал головой Вельт и медленно потянулся к ремню на своих брюках. От того, как низко он протянул “какое бесстыдство” у нее поджались пальчики на ногах. Мужчина продолжил, задумчиво и размеренно, как будто отчитывал ее, параллельно звеня пряжкой. – Как твой старший коллега, я разочарован тем, что ты используешь такие выражения. Для того что мы делаем сейчас есть огромное количество более подходящих выражений. Например “заняться сексом”, или, более романтичное и предпочитаемое мной, “заняться любовью”. Если же ты хотела сказать, что бы я пропустил момент прелюдии, и вошел в тебя, то я спешу тебя расстроить — своими словами ты только что изменила мои планы. Я не войду в тебя даже пальцами.       – Прости меня, Йоахим…       – Ну уж нет, милая. Сегодня ты обойдешься без проникновения по многим причинам, озвучивать которые я не собираюсь. – перебил мужчина, и по его губам пробежала многообещающая усмешка в ответ на ее протестующий лепет. Он ловко подцепил белье Стеллы, но вместо того, что бы снять, оставил обхватывать ноги около колен, сводя их перед грудью Вельта. – Как бы сильно я тебя ни любил, я не могу просто, по твоими же выражениям, “трахнуть” тебя сразу после твоего признания. Он расстегнул брюки, не отводя взгляда от лица Стеллы, зазвенела молния, и девушка машинально опустила глаза на звук, но самое интересное было закрыто ее собственными бедрами, так что она с ощутимым разочарованием подняла взгляд обратно. Вельт усмехнулся, словно читая ее мысли.       – Удовлетворишь свое любопытство в следующий раз, милая. Я считаю, что того, что произойдет дальше, тебе будет вполне достаточно. – Рука мужчины снова накрыла ее промежность, мягко поглаживая лобок, и спускающаяся ниже, и Стелла почти захныкала от нетерпения. Но хныканье быстро сменилось стонами, когда Вельт изучающе провел кончиками пальцев между половых губ, и едва-едва коснулся клитора, но даже это заставило девушку вскрикнуть от удовольствия. Вельт издал довольный хмык, и надавил чуть сильнее, обводя его по кругу, ища ту самую ласку, которая заставит ее дрожать.       Нещадно дразнил, возбуждая и почти доводя до края с таким уверенным знанием ее тела, как будто он уже изучил каждый его миллиметр, и доподлинно знает все ее слабые точки.       Даже сквозь туман возбуждения Стелла не могла не поинтересоваться, что же Вельт хочет с ней сделать, если не тр… войти в нее. Он приспустил ее трусы, и расстегнул брюки, так что единственным слоем одежды между ними оставалось его белье, и девушка только нетерпеливо ерзала, в шаге от того, что бы начать его умолять. Пока Стелла наконец не почувствовала, как Вельт касается ее бедра чем-то.       – Г-горячий… – Пробормотала девушка, пытаясь развести ноги и взглянуть хоть немного, но Вельт помешал ей, сведя колени обратно. Стелла стрельнула в него недовольным взглядом, на что мужчина только мягко и немного смущенно улыбнулся, и спросил:       – Неприятно?       – Нет, совсем нет, просто странно и непривычно… Но мне нравится. – Поспешила заверить она, и снова нетерпеливо поерзала, пытаясь подвинуться поближе, вызвав у Вельта негромкий смешок.       – Хорошо. Ты хочешь продолжить?       – Да, пожалуйста… – прошептала Стелла срывающимся голосом, и Вельт, отслеживая малейший дискомфорт у нее на лице, медленно начал двигаться.       Вельт аккуратно проник членом между ее половых губ без проблем, девушка истекала смазкой от возбуждения. Проведя им снизу вверх от входа и собирая побольше влаги, он легко толкнулся глубже, прямо между ее складок, проходясь всей длинной прямо по ее клитору, с мокрым и невероятно пошлым звуком шлепка мокрой кожи о кожу. Стелла задохнулась от волны удовольствия, прошедшей сквозь ее тело по позвоночному столбу куда-то глубоко в ее рептильный мозг, заглушая любые связные мысли. В первые мгновения ее сознание было восхитительно пустым, прежде чем заполниться роем примитивных желаний. “Глубже”, “сильнее”, “больше”, “еще, еще, еще”. Она не была уверена, произнесла она это вслух, или Вельт чувствовал нечто подобное сам, но после первого пробного движения он взял восхитительный ровный ритм, и идеальный угол проникновения, который приносил максимум удовольствия им обоим. Звуки их соприкосновения и синхронные стоны заполнили комнату, и это сводило внутренности Стеллы от удовольствия еще сильнее.       Немного запрокинув голову и закрыв глаза от удовольствия, Вельт слегка постанывал каждый раз, когда проникал в тесноту между ее бедер. И его лицо, расслабленное и сосредоточенное на наслаждении, было невероятно притягательным.       Одной рукой Вельт сжимал ее колени, не позволяя расходиться ее бедрам и сохранять их мягкое давление на его члене, в то время как вторая сжимала ее грудь с почти агрессивной страстью. Он наклонился вперед, нависая над Стеллой и прижимая ее ноги к ее же груди, с блестящими от возбуждения глазами и поймал губы своими, заключая в поцелуй. Пряжка его ремня мелодично позвякивала все чаще и слегка шлепала Стеллу по бедру с каждым движением мужчины.       – Милая, милая, милая… – Шептал он хрипло, как одержимый, постепенно ускоряя ритм. Но на секунду он словно резко включился в сознание, и произнес четко, глядя Стелле прямо в глаза с легким оттенком вины, – Любимая… Моя милая, любимая Стелла… Я так и не сказал, что люблю тебя в ответ…       – Все нормально… – пролепетала Стелла, – Я знаю, что ты меня любишь.       – Люблю… Стелла, любимая! – Простонал Вельт бессвязно, и его ритм стал более рваным, резким, быстрым, оргазм стремительно накрывал и его тоже.       Стелла и не надеялась, что в первый раз они кончат одновременно, но мужчина излился ей на лобок ровно в тот момент, когда сама девушка извивалась в собственном оглушающем оргазме, ударившем ей в голову, как легкая контузия.

***

      …Стелла проснулась, жадно хватая ртом воздух. Девушке нужно было пять минут на осознание происходящего, прежде чем она смогла отдышаться и немного прийти в себя. Свитер, надетый на голое тело, был насквозь мокрым от пота, простыни липли к ногам. Очевидно, их нужно менять. Фантомное ощущение члена, скользящего между ее ног преследовало даже после того, как она проснулась, а жесткое, сосредоточенное выражение лица Вельта перед тем как он кончил, было навсегда запечатлено в памяти. Девушка села на кровати, но ноги дрожали после самого сильного оргазма в ее жизни, так что встать она почти физически не могла.       …Кажется, ей нужно больше, чем пять минут.

***

      Лебедь довольно хмыкнула и отставила пустой бокал, который она задумчиво крутила последние полчаса, наблюдая, наверное, самый страстный акт любви за последние несколько лет. Еще никогда чужой оргазм не мог разбить наведенный ей сон, даже когда она была юной неопытной студенткой, но видимо все случается в первый раз.       Лебедь встала с кресла и лениво потянулась. Если бы не энергозатраты, она разумеется позволяла влюбленным встречаться почаще, но в конце концов, если они признаются друг другу, они могут делать в реальности, сколько и когда угодно, разве нет?