Часть 1 - Глава 14 "Последствия"

Белизна потолка в допросной была агрессивной. Лампы гудели на одной ноте, и этот звук ввинчивался в виски, напоминая Церис о недавнем грохоте USJ. Девушка сидела неподвижно, сложив скованные руки на коленях. Металл наручников был холодным, но кожа под ними зудела от фантомного запаха гари и чужой крови. Она смотрела в узкое окно. Там, за толстым стеклом, небо было возмутительно голубым. Чистым. Безразличным. "Так вот как это заканчивается", — подумала она. Перед глазами всё ещё стояли кадры последних часов. Тяжесть тела Айзавы, когда она передавала его врачам — его кровь, кажется, до сих пор не отмылась с кожи, оставшись липким фантомным пятном. Вспомнились лица учеников: они смотрели на неё так, будто видели впервые, и в этом взгляде не было ничего, кроме холодного, дистанцирующего страха. Когда к ней подошли люди в костюмах, Церис не стала спорить. Она просто молча протянула им руки. Сказка о тихой жизни среди швабр и хлорки оборвалась коротко и сухо — сухим щелчком наручников. Дверь со скрипом отворилась. Детектив вошел, бросая на стол папку, которая в тишине прозвучала как выстрел. — Айзава... — её голос был сухим, как осенний лист. — Как он? И дети? Детектив замер, его взгляд смягчился лишь на долю секунды, прежде чем снова стать каменным. — Оставь этот тон, — бросил он, садясь напротив. — Айзава в реанимации, врачи делают всё возможное. Дети целы. А теперь поговорим о тебе. Кто тебя заслал? Чей ты "спящий агент"? Ни одна гражданская девчонка не владеет боевой техникой такого уровня. Ты зачистила зону быстрее, чем прибыл спецназ. Церис не ответила. Она снова отвернулась к окну. В голове всплывали обрывки этого месяца: раскатистый смех Мика, острые шутки Полночи, вечно хмурый, но надежный Айзава... Ей было горько. Горько от того, что она сама сожгла этот мост. Но вспоминая тепло крови Шоты на своих руках, она понимала: она бы сделала это снова. Даже зная, что за этим последует клетка. Детектив злился. Его голос, удары ладонью по столу, требования назвать имена — всё это превратилось в бессмысленный шум. Девушка смотрела сквозь него, осознавая простую и горькую вещь: прежней её больше нет. Та Церис, что мечтала о покое и тихих школьных коридорах, исчезла, оставив после себя лишь холодную пустоту и скованные сталью запястья. Когда детектив в ярости вышел, тишина допросной стала почти осязаемой. Она давила на уши, заставляя Церис слышать собственное прерывистое дыхание. Но спустя минуту дверь отворилась снова — на этот раз мягко, почти бесшумно. На пороге стоял Незу. Он выглядел как всегда безупречно: выглаженный костюм, идеальная осанка, чашка чая в лапах. Но его черные глазки-бусинки светились холодным, пугающим расчетом. Он не смотрел на неё с жалостью. Он смотрел на неё как на ферзя, которого наконец-то ввел в игру. — Идемте, Церис, — произнес он своим тонким, спокойным голосом. — Ваши вещи уже в машине. Она поднялась, удивленно глядя на директора. — Вы меня забираете? Но они сказали... — Они сказали много лишнего, — отрезал Незу. — Я подтвердил, что вы действовали в рамках секретного протокола безопасности Юэй. Что ваша Причуда была зарегистрирована в закрытом реестре академии. Полиция недовольна, но юридически я их связал. Пока что ты свободна. **** Они вышли на улицу. Вечерний воздух города ударил в легкие смогом и неоном. Церис села в машину директора, чувствуя себя так, будто её везут на эшафот, а не домой. Водитель дождался едва заметного кивка Незу, и машина плавно тронулась с места. — Ты понимаешь, что натворила? — спросил Незу. В его обычно мягком голосе лязгнул металл. — Во-первых, ложь мне. Во-вторых, прямое нарушение закона о применении Причуды. В-третьих… мне пришлось поставить на кон репутацию школы, чтобы вытащить тебя из этой комнаты. Ты привлекла к себе внимание не только полиции, но и правительства. Твоя спокойная жизнь не просто закончилась — она стерта в пыль. — Но Шота жив... — прошептала она, закрывая глаза. — Если цена за его жизнь — моя свобода, то я согласна. — Свобода? — Незу коротко, невесело хохотнул. — Церис, ты её уже потеряла. Комиссия героев выставила ультиматум: либо ты официально входишь в систему, получаешь лицензию и работаешь под их прямым контролем, либо тебя признают угрозой обществу и изолируют навсегда. — Что?! — она резко выпрямилась, глядя на директора в упор. Незу обернулся к ней, и его улыбка была пугающей. — С этого момента, Церис, ты больше не выбираешь. Ты слишком громко заявила о себе, чтобы остаться в тени. Добро пожаловать в большую игру. Церис откинулась на сиденье, глядя, как мимо проносятся огни Мусутафу. Бабочка, которая так хотела улететь подальше от огня, сама прилетела в самый центр пожара.