Глава 5 - Наследник двух отцов.

Глава 5 — Наследник двух отцов.       Принести ее сюда было, должно быть, не лучшей идеей. Но тащить бессознательное тело к себе в квартиру оказалось слишком далеко, поэтому заброшенный «Погребок Бобби», находившийся буквально в нескольких шагах, показался парню приемлемым убежищем.       Уложив девушку на барную стойку, он вновь приложил ладонь к низу ее живота — словно пытаясь убедиться, что не ошибся. Да, там явственно пульсировала новая жизнь. Демонического происхождения, несмотря на ту энергию, что это зародившееся существо впитывало. А это значило лишь одно: оно было зачато от его брата. Он четко ощущал тонкую, но неразрывную родственную нить. «Мальчик», — мысль пронеслась твердо и ясно. Верджил не сомневался и не допускал иного. Этот мальчишка сорвал грандиозный джекпот, унаследовав гены своего биологического отца. Сила, дремавшая в его крови, рано или поздно пробудится… А вместе с ней заговорит и та похищенная часть его собственной сущности, что теперь навсегда вплетена в плоть этого ребенка. Наследник двух отцов. Продолжение и единство двух непримиримых братьев.       Где-то в глубине, в самых темных уголках его существа, демон зашевелился. Простые, черные как смоль инстинкты бились о стенки сознания, требуя своего. Вернуть свое. Вырвать. Поглотить. Жажда была всепоглощающей, сладкой и ядовитой. Но поверх этого рева пробивалась другая мысль, тихая и чуждая. Наследник. «Слабак! Сентиментальный слабак!» — вопил демон, отказываясь принимать реальность. Он не понимал понятия «наследник». Его мир был прост: есть сила — и она должна принадлежать ему целиком.       Верджил отстранился, его пальцы непроизвольно сжались в кулак. Он представил себе не ребенка, а воина. Юношу с его холодными глазами и яростью брата в сердце. Силу, способную сокрушить границы миров. Порядок, установленный не через тотальное уничтожение, а через безоговорочное, совершенное превосходство. Его порядок.       Верджил закрыл глаза. Внутренняя битва продолжалась, вновь раскалывая его надвое. С одной стороны — холодная, неумолимая логика силы: забрать свое здесь и сейчас, любой ценой. С другой — странное, пугающее чувство… Не вспыхнувшего отцовского инстинкта (такого чуждого), а скорее осознание уникальности произошедшего. Пусть и столь извращенным способом, но это было его продолжение. Его наследие, которое однажды сможет превзойти даже его самого.       Верджил открыл глаза. Взгляд его был твердым, но в глубине плескалось смятение. Решение не было принято. Оно лишь начало формироваться — тяжелое, сложное, чреватое неизвестными последствиями. «Лиль», — его разум вновь коснулся этого магического имени. От Аркхема ему удалось кое-что выяснить об этой особе. Но главное… Самое опасное существо, особенно если она пребывает в союзе с сильным демоном, имеет всего одну уязвимость, заключенную в самой ее природе. Во время беременности она слаба и беззащитна, как любая другая женщина. «Эл. Эл Фэра — Лиль. Как это было очевидно и затуманено одновременно», — унизительная горечь, сравнимая с крушением юношеских иллюзий, вновь тенью промелькнула в сознании. «Воровка Лиль!» — с ненавистью старой и едкой демон внутри взревел в пустоту, но глас его был отсечен, словно росчерком стали. Верджил посмотрел на живот Эл, затем на ее лицо. «Ты носишь в себе не просто ребенка, — четкая мысль возникла в его мозгу. — Ты носишь его будущее… Мое будущее. Слитое воедино, в одно целое. Великое наследие Спарды. Его сила и его могущество…» «Которое будет принадлежать нам!» — ликующе подвел черту демон внутри и отступился, словно загнанный в угол вспыхнувшей новой идеей, в которой он узрел шанс не просто восстановить силы, но стать сильнее, чем когда-либо. Этот ребенок — сосуд, еще не окрепший. Плод абсолютной власти, который должен вызреть. Лик демона озарился еще более зловещим ликованием от предвкушения грядущего господства.       Тишина бара обрушилась на Верджила, густая от грядущих бурь. Путь вперед уже не казался пустым и бесцельным. Он обрел направление и вес.

***

      Придя в себя, Эл лениво приоткрыла глаза. Из густого мрака над головой проступили очертания знакомого потолка. В нос ударил запах пыли и сырой плесени. Она приподнялась на локтях, медленно обводя взглядом пустующее помещение. Старое раскуроченное заведение… Знакомое до боли.       Поднявшись в сидячее положение, девушка потянулась, разминая затекшую шею, и тут же замерла. Ее взгляд выхватил из темноты фигуру, сидящую за столом почти напротив. — Верджил, — выдавила из себя Эл, и на губах дрогнула ироничная усмешка.       Он сидел, одной рукой опираясь на катану, как на трость, и прожигал ее тяжелым, неотрывным взглядом. Тусклый свет уличных фонарей, сочившийся сквозь грязные окна, заострял черты его лица, делая их еще более жесткими. Спрыгнув со стойки бара, Эл чуть не упала, подвернув ногу. — Я бы не советовал делать резких движений, — послышался знакомый ледяной голос. — Неровен час, снова отключишься. Эл промолчала. Ее взгляд скользнул по столу и зацепился за кольты, лежащие рядом. — Тебе нужно это? — Верджил заметил ее взгляд. Он взял один из пистолетов, взвесил на ладони. — Они тебе не помогут. И ты это знаешь. Не так ли?       Он небрежно швырнул оружие обратно на стол. Эл инстинктивно сжала кулаки, понимая, что добраться до стволов теперь будет непросто. — Пришел прикончить? — с прежней усмешкой спросила она. — Прости, но у меня больше нет того, что тебе нужно. Ты опоздал. — Мне не нужна твоя жизнь, — холодно отрезал Верджил. — Как я убедился… желающих заполучить ее и без меня хватает. Ведь так, Лиль? Выдержав паузу, на которую девушка не отреагировала, он продолжил: — Аркхем мне все рассказал. — Снова пауза, снова молчание. — Признаться, я был удивлен, — Верджил поднялся и бесшумно приблизился к ней, — увидев, как ты в одиночку отбиваешься от этих тварей. Неужели мой братец стал настолько ленив, что не может защитить свою зазнобу? В его голосе звенел сарказм. — Мы больше не вместе, — отозвалась Эл, скрестив руки на груди в защитном жесте. — Кто бы мог подумать, — наигранно удивился парень. — Должно быть, ты тоже не выдержала этого паяца с замашками мужлана. Или… он просто бросил тебя, погнавшись за очередной юбкой? — Не твое дело, — огрызнулась она. — Совершенно верно, — сухо согласился Верджил. — Ваши отношения меня не интересуют. Куда интереснее то, что скрывает твое тело сейчас. Такое слабое… и такое беззащитное. Он склонился к самому ее уху, и его шепот стал ядовитым. — Так значит, у тебя нет того, что мне нужно? Куда же оно делось? Испарилось? И тут же, в порыве гнева, прижал ее к стойке бара: — Ничто не исчезает просто так! Особенно это!       Ладонь, прижатая к ее животу, вновь ощутила уже знакомую пульсацию — слабый, но верный ритм. Эл затаила дыхание, втянув живот. — Я чувствую, как она угасает, сливаясь с этим существом… чтобы однажды пробудиться в нем. — Отстань! Девушка решительно оттолкнула его и шагнула к столу, где лежали кольты. — И как он мог отпустить тебя с такой ношей? — бросил ей вдогонку Верджил, не оборачиваясь. — Ему нет до этого дела, — отрезала Эл. Она ловко высвободила пустые магазины и щелчками вставила новые, снятые с пояса. — Как по-человечески, — усмехнулся парень, наконец повернувшись к ней. — Он ничего не знает о ребенке. Я ушла тихо, пока вы резвились в той башне.       Еще один звучный щелчок затвора. И тут на нее снизошло озарение, жгучей волной прокатившись по телу. Эл резко обернулась, уставившись на Верджила вопрошающим взглядом. — С ним все в порядке, — тут же ответил он, прочитав ее страх. — Пока что. — А «Грань Силы»? — Аркхем одурачил нас, — голос Верджила неожиданно потерял надменность, стал приземленным и усталым. — Он пытался завладеть силой отца, сокрытой в клинке, но не совладал. Пришлось… освободить его от лишнего груза. Думаю, «Грань» теперь у Данте. — Сожалею, но тебя Аркхем одурачил дважды, — горько усмехнулась Эл. — Нельзя завладеть тем, чего не существует. Парень молча уставился на нее, требуя продолжения. — Ваш отец ничего не заточал в тот клинок. «Грань Силы» обладает собственной волей. Ей нельзя овладеть — только заключить союз, если ты сам достаточно силен. Так что если клинок и повлиял на Аркхема, то это были лишь иллюзии его собственных желаний, разбившиеся о реальность. Сунув кольты за пояс, Эл решительно направилась к выходу. — Тебе лучше остаться со мной, если хочешь сохранить жизнь. Ему и себе, — его слова заставили ее замедлить шаг. Она обернулась, и в ее взгляде снова вспыхнул вопрос. — Это не ради тебя. Только ради него. Мальчишка сорвал джекпот — в нем часть не только моего брата, но и часть меня. Легионеры, что напали на тебя, — лишь разведка. За ними придут сильнее. Твои кольты против них — как плевок. — Я справлюсь сама, — бросила Эл, но в ее уверенности уже читалась трещина. — Справишься? — Верджил коротко усмехнулся. — Если бы не я, тебя бы уже не было. Ты сильна, Лиль, но сейчас ты уязвима как никогда.       Эл замерла у дверного проема, спина ее была напряжена. Молчание повисло тягучим и густым, как тьма в заброшенном баре. — Хорошо, — наконец сказала она, не оборачиваясь. — Но только ради него. И на моих условиях. — Каких? — в его голосе вновь зазвучала настороженная насмешка. Девушка повернулась. Ее взгляд был тверд и остр, как лезвие. — Мы продолжим наши тренировки. Это не просьба. Это условие.       Верджил замер, а затем тихо, холодно рассмеялся. В его смехе не было веселья — только ледяное любопытство и тень чего-то, что могло быть уважением. — Не вижу в этом смысла. Ты не в форме. — Именно поэтому в этом есть смысл, — парировала Эл, не опуская взгляда. — Я не буду беспомощной. Или сделки не будет.       Они мерялись взглядами сквозь полумрак. Это уже не были охотник и жертва. Это были два равных противника, заключившие хрупкий союз. — Отдай мне свой амулет. Тот, что дала тебе мать, — неожиданно потребовала Эл, и ее взгляд смягчился. — Зачем? — Так я смогу доверять тебе. Хотя бы немного. — У меня его нет. Я утерял его, — признался он. — Это плохо, Верджил. Его нужно будет найти. Но позже. А сейчас… нам нужно убраться из этого города.