Часть 8. Убийство

За обеденным столом в доме Крилов царила тишина настолько густая, что её, казалось, можно было резать ножом. Прошло долгих пятнадцать лет с момента рождения Сары, и с каждым прожитым днем Генри становилось всё невыносимее делить пространство с сестрами. Между девочками за эти годы возникла нерушимая связь, в то время как Генри окончательно превратился в холодную тень, с которой они предпочитали не вступать в диалог. — Так, дети, слушайте внимательно, — нарушила молчание миссис Крил, откладывая приборы. — Сегодня мы с вашим отцом уезжаем в гости и вернемся поздно. Я очень прошу вас вести себя благоразумно. Будьте добры друг к другу и не затевайте ссор. Особенно это касается тебя, Генри. Мать смерила сына строгим, пронзительным взглядом, в котором читалось скрытое опасение. Мальчик ничего не ответил; он лишь сильнее сжал в руке тяжелую серебряную вилку, чувствуя, как внутри него закипает глухая ярость. Он едва заметно кивнул. — Вот и отлично, — вздохнула мать. — Мы идем собираться, у нас есть полчаса до отъезда. Когда родители скрылись в спальне, тишина за столом приобрела иной, колючий оттенок. — Чувствую, наш драгоценный братец сегодня явно не в духе, — едва слышно шепнула Сара на ухо сестре, и на её губах заиграла лукавая, почти издевательская усмешка.  Элис в ответ негромко рассмеялась, бросив осторожный взгляд на Генри. Тот сидел неподвижно, но его дыхание стало тяжелым и прерывистым. Вилка в его кулаке под давлением нечеловеческого напряжения начала медленно изгибаться, превращаясь в бесформенный кусок металла. — Злится... — констатировала Сара, и девочки, весело хихикая, убежали в свою комнату, оставив Генри один на один с его разрастающейся тьмой. Вечером, когда дом погрузился в сумерки, а родители еще не вернулись, Генри решил нанести сестрам визит. Он вошел в комнату Элис без стука, застыв в дверном проеме, словно мрачное изваяние. — Сегодня твоя очередь мыть полы в коридоре, Элис. Живо за работу, — его голос звучал пугающе ровно. — Ты что, не видишь? Я занята игрой, — огрызнулась девочка, даже не повернув головы. — Если тебе так мешает пыль, помой сам. Этот ответ стал последней каплей. Генри стремительно сократил расстояние и, прежде чем Элис успела вскрикнуть, набросился на неё, сомкнув пальцы на её горле. Лицо девочки в считанные секунды приобрело страшный синюшный оттенок; она судорожно вцепилась в его руки, пытаясь глотнуть хоть каплю воздуха, но хватка брата была железной. В отчаянии Сара схватила тяжелую фарфоровую вазу и со всего размаха опустила её на голову брата. Удар был сильным, но Генри даже не пошатнулся. Он медленно встал с колен и, охваченный холодным трансом, протянул руку в сторону Сары. Невидимая сила подхватила девочку, подбрасывая её к потолку. В тишине комнаты раздался жуткий, сухой треск — её кости начали ломаться одна за другой под воздействием телекинетического давления.  Но внезапно внизу щелкнул замок входной двери. Родители вернулись. Генри мгновенно опустил руку, и Сара рухнула на ковер. В ту же секунду произошло нечто необъяснимое: её искалеченные конечности приняли прежний вид, словно кости никогда и не ломались. Однако на лице девочки, прямо под глазами, проступили жуткие багрово-красные пятна — лопнувшие сосуды, которые родители позже предпочли просто не замечать, списывая всё на детские шалости.

***

28 июня 1983 года. Летний лагерь «Camp Eagle» встретил сестер палящим солнцем и запахом сосновой смолы. Родители отправили Сару и Элис сюда, надеясь, что смена обстановки пойдет им на пользу. Генри же остался дома в качестве наказания за свои жестокие «проделки».  Первые дни тянулись беззаботно: игры на свежем воздухе, купание в прохладном озере и вечерние костры. Одним утром, собираясь на зарядку, Сара предложила: — Давай сразу после завтрака сбежим к озеру, пока там нет толпы? — Отличная идея! — поддержала Элис. Взяв полотенца, они отправились к воде, но их путь преградила группа старшеклассников, которые уже давно заприметили Сару и её странные пятна под глазами, ставшие поводом для жестоких насмешек. — Эй, чудачка, ты вообще в зеркало смотришься? — к ним подошел высокий, плечистый парень. Он брезгливо указал на лицо Сары. — Как ты живешь с этим уродством? Это же просто смехотворно! К нему присоединилась невысокая брюнетка с холодным взглядом. — Знакомься, это Кэти Миллер, моя девушка, — осклабился парень. — И сегодня она преподаст тебе урок макияжа. Кэти молниеносно выхватила из кармана баллончик с перцовой смесью и брызнула Саре прямо в лицо. Девочка закричала от обжигающей боли, закрывая глаза руками.  — Взять её! — скомандовал вожак. Пока ослепленная Сара металась, её повалили на землю и накрепко связали веревкой. Другие подростки крепко держали Элис, заставляя её смотреть на мучения сестры. С диким хохотом они бросили связанную Сару в глубокую воду. Девочка начала тонуть, отчаянно извиваясь, но тяжелые путы не оставляли ей ни единого шанса всплыть.  Спустя две бесконечные минуты борьбы тело Сары Гейтман замерло и медленно погрузилось в темную бездну озера. В этот момент Элис, обезумев от горя, вырвалась и бросилась в чащу леса. Она бежала, не разбирая дороги, пока не упала без сил у старого, подточенного гнилью дерева. — Я найду их... я убью каждого, кто попадется мне на глаза! — в исступлении кричала она, захлебываясь слезами. И в этот миг, словно сама природа откликнулась на её ярость и отчаяние, старый ствол с оглушительным треском рухнул прямо на неё, прерывая её крик навсегда.