Безразличие

***

          Можно ли как-то оправдать убийство? Можно. Если убийство было совершенно в целях защитить себя. Правда, доказать это будет сложно. А можно ли оправдать убийство, если в мире творится хаос? Его и не нужно оправдывать. Каждый день мы убиваем большое количество ходячих. А что насчёт людей? Я убивала, относилась жестоко. Но я делала это только с теми, кого не знала, кто угрожал мне. Там не было выбора. Либо я, либо они. Сейчас же, я находилась в абсолютном непонимании. Кэрол убила наших людей. Моя подруга спокойно призналась в содеянном. Я надеялась, что это окажется не она. Но, как говорится – надежда умирает последней. Так и произошло. Мы не могли так просто всё оставить. Нельзя на это закрывать глаза. Всё же, нельзя отрицать, что женщина стала опасной для группы. Я пыталась придумать в голове оправдание её поступка, но ничего здравого не шло. Да и Рик, кажется, придумал план действий.           Граймс не спешил озвучивать своё решение. Он выглядел очень задумчиво, когда мы направились в сторону камер. Шли молча, переваривая информацию. В голове было столько вопросов, столько предложений, но я никак не решалась их озвучить, просто следовала за своим другом, словно так и должно всё происходить. Я видела, что Рик и сам сомневался в своих мыслях, но ощущала его уверенность. Что ж, пусть будет так, как он решит. Может, данная ситуация вернёт нам прежнего шерифа, который, наконец, займёт положенный пост. Так или иначе, может я и веду себя, как трусиха, но так будет лучше. -Прокатишься с нами? – раздался голос Рика, когда мы оказались у его камеры. -Не думаю, что это хорошая идея, - вспоминая про Сару, сказала я. -Мы ненадолго. Тебе тут всё равно нечем заняться, - уговаривал Рик. -Ладно, - я всё же сдалась под его напором.           Может я поступаю очень нелогично. Да, я также продолжаю переживать за девочку. Её состояние совсем не улучшалось. Ещё и Хершел решил уйти в изолятор, когда приготовил своё снадобье. Калеб выглядел совсем плохо, он ничем не мог помочь больным, так как ему самому требовалась помощь. Меня успокаивало нахождение Хершела рядом с Сарой. Я знаю, что он сделает всё возможное, чтобы девочка скорее шла на поправку. И правда, мне нет смысла сидеть тут и ждать каких-либо вестей. Я всё равно ничего не смогу сделать. А поехав с Риком и Кэрол, я хотя бы смогу остановить друга, если он надумает что-то учудить.           Пока я отправилась в свою комнату, чтобы собрать необходимые вещи, Граймс разыскал Кэрол, а после отправился подгатавливать машину. Когда я уже хотела покинуть помещение, остановилась, замечая фотографию на комоде. Рука сама потянулась к картинке, на которой были изображены счастливые лица Сары и Карла. Ребята стояли напротив входа в музей. Фото было сделано совсем недавно, но у меня было ощущение, что прошло уже много времени. Словно эта картинка была вырвана из далёкого прошлого. Я надеюсь, что Дэрил с группой скоро вернутся с большим объёмом лекарств. У них должно получиться, иначе и быть не может. Я уверенна, что Дэрил пойдёт на всё, чтобы спасти заболевших людей. Он точно поможет Саре. И дело даже не в данном мне обещании. Я и сама видела, как они сблизились за последнее время. Девочка тянулась к Диксонам. Саре нравилось разговаривать с Дэрилом о разной живности, оружии и прочем. Она также часто делилась своим мнением, или рассказывала, как провела день.           Я вышла на улицу, замечая Рика, который заправлял автомобиль. Недолго думая, закинула сумку с необходимым в багажник, а сама встала у двери к задним пассажирским сидениям. Оперевшись о крышу автомобиля, я молча наблюдала за действиями Граймса, прокручивая разные сюжеты, которые могли с нами приключиться. -Мы же не убивать её едем? – озвучила я свою самую страшную мысль. -Нет, конечно, нет, - Рик замотал головой, словно и сам отгонял от себя дурные мысли. - Просто поищем припасы. -Хорошо, - облегчённо выдохнув, я всё же решила сесть в салон, дожидаясь остальных.           Время шло, и вскоре я заметила, как Кэрол выходит во двор, её шаги были осторожны и осмотрительны. Она направилась к Рику, который стоял у машины, его внимание сосредоточено на чем-то, о чем нам, вероятно, не суждено было знать. Я чувствовала, что Кэрол тревожит нечто большее, чем просто предстоящий выезд за припасами. Её лицо было напряжено, в глазах читалась боль и груз вины за то, что она сделала. Я знала, что она не могла избавиться от этой мысли, как бы ни старалась. Но вместе с этим в её взгляде маячила стойкая уверенность, словно она искренне верила, что поступила правильно. Это ощущение противоречило моим внутренним переживаниям. Я не понимала, как можно прийти к такому решению, и в то же время, видела, что Кэрол стала сильнее, чем была раньше.           Когда-то в нашем первом столкновении она казалась мне ужасно подавленной, скрытой за чужими спинами, полное самоотречение выражалось в её каждом движении. На тот момент я не могла даже представить, что она когда-то сможет оказаться в такой ситуации, готовой на все ради выживания. Но сейчас, глядя на неё, я понимала, что наш путь закалил её. Она стала более решительной, более хладнокровной, готовой сражаться за свою жизнь и свою правоту. Эти изменения настораживали меня. Я переживала за неё, за то, кем она стала. И, хотя часть меня понимала, что в этом мире нужна жестокость, другая часть мучилась от мысли о той женщине, которой Кэрол была раньше. Я не знала, что ждет нас впереди, но в этот миг почувствовала, как наш общий путь навсегда изменил нас, придавая жестокости, которую мы никогда не пожелали бы иметь. -О, Алекс, ты тоже едешь? – усаживаясь в машину, поинтересовалась Кэрол.           По всей видимости, она не заметила меня, когда стояла на улице. Я не стала ничего отвечать, лишь кивнула. -Значит, быстрее справимся, - слегка улыбнувшись, женщина посмотрела на озадаченного Рика.           Когда машина наконец сдвинулась с места и ворота открылись, я чувствовала, как внутри меня нарастает напряжение. Карл проводил нас встревоженным взглядом, его глаза полны неуверенности и страха. Я инстинктивно отвернулась, поворачивая голову к собственному окну, не желая нарушать тишину, которая нависла внутри автомобиля, как тяжёлое одеяло. Странное молчание казалось необходимым; каждому из нас было нужно время на раздумья, чтобы обдумать то, что лежало на сердце. Рик, сосредоточенно, следил за дорогой, будто ее каждое движение требовало его полной концентрации. Я заметила, как он ловко объезжал препятствия в виде ходячих, которые неожиданно появлялись на нашем пути. Его мужественная решительность была заметна, и в этот момент я испытывала к нему смешанные чувства. С одной стороны, я восхищалась его хладнокровием, с другой — меня терзали сомнения, что мы делаем правильно.           Кэрол сидела рядом с мужчиной, и я обратила внимание на её лицо, которое казалось более спокойным. Морщинки, которые обычно застилали её тревогой и страхом, разгладились, словно она на какое-то время смогла расслабиться и найти небольшую передышку среди этого хаоса. Я задумалась: действительно ли это облегчение, или же она просто пытается скрыть под натянутой маской свою истинную природу? Я невольно ощутила, что с каждой милей, которую мы проезжали, мы все становились немного другими. Каждый из нас был погружён в свои собственные мысли, но я знала, что каждая сцена, каждый изгиб дороги и каждый встречный ходячий оставляли в нас след. В ту секунду я поняла, что это путешествие будет не просто поиском припасов, но и испытанием, которое может изменить нас всех раз и навсегда.           Тишину, которую мы тщательно соблюдали, вдруг нарушила Кэрол своими словами: -Мэгги тоже хотела поехать, - произнесла она, и в её голосе звучало что-то, заставляющее меня насторожиться. -Кто-то должен был остаться и следить за порядком, - резко ответил Рик, не отвлекаясь от дороги. Его внимание сосредоточенно на километрах, которые оставались позади. Я понимала его логику, но без привычной уверенности, казалось, что всё это не может звучать иначе, как оправдание. -Кто-то, кому ты доверяешь? – вопрос Кэрол вырвался неожиданно, словно она и сама подловила мужчину на лжи. Я заметила, как в глазах Пелетье выступили слёзы, а их краснота только усиливала её внутреннее напряжение. Она казалась такой уязвимой.           Рик же, похоже, не собирался отвечать на её слова. Он просто молчал, словно всё было понятно и так, и ничего больше не требовалось добавлять.           Нервы, постепенно теряющие терпение, понесли меня дальше, и я почувствовала, как во мне нарастает азарт справедливости. -Прежде, чем что-то предпринимать, ты должна была посоветоваться, - проговорила я, не в силах сдержать свой порыв.           В данной ситуации мне не хватало былого самообладания, и каждое слово давалось через силу. Я не хотела ссориться, но сегодняшние события были настолько тяжёлыми, что мой внутренний шторм выбросил на поверхность всё, что я держала в себе. Не зная, как реагировать на всё это, я смотрела на Кэрол, надеясь, что она поймёт, что мои слова сказаны не из злобы, а из того, что мне действительно небезразлична эта ситуация. Мы все находились под давлением, и невидимая нить, связывающая нас, становилась всё более уязвимой в этот тревожный момент. -Они бы захлебнулись собственной кровью. Они страдали. Я всё сделала быстро, - произнесла Кэрол, и от этих слов у меня в ушах зазвенело. Шок сжал моё сердце. Как она могла так спокойно говорить об убийстве товарищей? Каждый звук её голоса резал по нервным окончаниям, и складывалось ощущение, что она совсем не раскаивалась за содеянное. -Кэрол, - тяжёлый вздох сорвался с моих губ. Я не знала, что ещё сказать. В голове вилась суматоха, и слова, которые хотели вырваться, запутались в клубке эмоций. -Тела нужно было уничтожить, чтобы зараза не распространялась. А больны были только они, - продолжала Кэрол, на этот раз уже не обращая на меня внимания, как будто я вовсе не существовала. Её голос звучал ровно и уверенно, но в этом спокойствии мне слышалась тревога.           С каждой фразой её обоснования углублялись в мою душу, вызывая острое желание понять, как она может оправдать свои действия. -Они были угрозой. Я пыталась спасти жизни. Должна была попытаться, - добавила Кэрол, и в этих словах была такая настойчивость, что я почувствовала, как во мне поднимается волна отчаяния. Я понимала её заботу, но не могла принять то, что она сделала. -Возможно, - прервал её Рик, произнося это так, словно это слово не значило ровным счётом ничего. Я могла почувствовать, как ему проще согласиться, чем пытаться спорить, как делала это я. Его согласие было настоящим ударом, и я осознала, что в то время, как я рычала в ярости, он оставался хладнокровным, полностью принимая решение Кэрол.           Машина остановилась во дворе одного из зданий. Когда я вышла, то обнаружила, что мы находимся в месте, где каждый дом был похож на другой. На самом деле тут нет ничего необычного. Застройщики часто делали одинаковые проекты на улицах, не желая тратить драгоценного времени. Рик открыл багажник, из которого я достала свой лук и рюкзак. Последнее время я стала часто пользоваться этим оружием, так как смогла выявить некоторые плюсы. Нет никаких лишних звуков, которые могли бы меня ещё больше подвергнуть опасности, привлекая ходячих. Конечно, со мной всегда был пистолет, на крайний случай, как говорится. Я и раньше, не была особым любителем пользоваться огнестрелом, заменяя холодным оружием. Стреляла я отлично, но безопасность была важнее. Винтовку брала лишь на охоту. Сейчас её полностью заменил лук, с которым я довольно быстро освоилась.           Я проследовала за Риком, который уже стоял у другого автомобиля, на стёклах которого была написана забавная надпись: «извините за пыль». Кажется, транспорт был давно покинут. Не думаю, что кто-то вернётся за ним. Кэрол и Рик стали осматривать автомобиль, а я решила постоять на шухере. Не хотелось бы, чтобы сзади к нам подошли ходячие. На удивление, тут было очень тихо и спокойно. Что ж, одной проблемой меньше. Руки марать не придётся.           Когда Рик дал указания по поводу того, зачем мы приехали, я хотела отправиться в соседний дом, но мужчина меня остановил. Граймс был против, чтобы мы разделялись. Я не очень этого понимала, так как мне казалось, что так мы быстрее осмотримся и вернёмся, но спорить не стала. Зачистив пару домов, мы нашли немного припасов и медикаментов. Только вот, не думаю, что обычное обезболивающие и таблетки от отравления могли нам помочь. Да, с медикаментами тут было не густо. Мы прошли в очередной дом, соблюдая тишину. Рик отправился осматривать ванную комнату, ведь там чаще всего лежали лекарства, Кэрол осталась стоять в проходе у лестницы, ведущей на второй этаж, а я отправилась на кухню. Но не успела я проверить и пары ящиков, как услышала рык ходячего. Выглянув из комнаты, я заметила возвышающегося над нами мертвеца. Пелетье застыла на месте, но Рик вовремя среагировал, оттянув женщину в сторону. Ходячий рухнул у их ног, и в этот момент Кэрол отмерла, вонзив свой нож в череп мертвеца.           Сверху раздался щелчок, словно кто-то отпёр дверь. Рик напрягся, доставая свой пистолет, а я натянула стрелу, готовая встретить нежданных гостей. Из комнаты вышли два человека – мужчина и женщина. Ребята были испачканы, а выглядели они очень напугано. Я усмехнулась, замечая в руках девушки какие-то фрукты. Парень поднял руки над головой, как бы показывая, что они не причинят нам вреда. Это было очевидно. Я уже успела заметить, что те были безоружны. -С…Спокойно, - заикнулся светловолосый парень. -У нас есть фрукты, - вытягивая руки вперёд, проговорила девушка. -Да, абрикосы, персики, - поддержал её парень. – Вот, ловите, - но мы даже не шелохнулись, когда фрукт покатился по лестнице. – Или… Не ловите.           Я опустила лук, возвращая его за спину, и на моём лице невольно появилась лёгкая улыбка. Встречая испуганные взгляды незнакомцев, я не могла не удивляться, как забавно это выглядело. Их тела дрожали от страха, будто они стояли перед хищником, но в то же время они пытались выглядеть дружелюбно, поднося к нам плоды, которые, возможно, имели для них какую-то символическую ценность. Я сделала шаг вперёд и подошла ближе к Рику, положив свою руку поверх его, чувствуя, как его напряжённые мышцы постепенно расслабляются. Мне не хотелось, чтобы эта ситуация обострялась, и я знала, что иногда лучше сделать шаг навстречу, чем продолжать угрожать оружием. Он слегка кивнул, соглашаясь с моими действиями, в его взгляде я прочитала благодарность, но тревога всё еще витала в воздухе.           И в этот момент молодые ребята смогли расслабиться. Я заметила, как их плечи чуть опустились, а в глазах появилась надежда, словно они почувствовали, что наше намерение было не в том, чтобы причинить вред. Эта мгновенная смена атмосферного напряжения была почти ощутима, и я задумалась, что, возможно, мы должны оставаться людьми, а не просто выжившими.

***

          Когда напряжение в комнате немного спало, мы, наконец, позволили ребятам спуститься вниз, и в этот миг я заметила их обезображенные лица и тела: грязные, испачканные кровью, они вызывали у меня тревогу. Кэрол, проявляя заботу, предложила их осмотреть и оценить состояние. Парень уселся на стул в гостиной, сняв с себя странную рубашку, больше похожую на тряпку, и остался в одной чёрной майке. Мягкий свет, пробивающийся сквозь окна, отражался на его болезненно худом лице. Рядом с ним расположилась незнакомка, облокотившись о стол, и я заметила, как её лицо тоже искажали следы страха и усталости.           Я же, оставив их с Кэрол, прошла к окну, стараясь уловить что-то в тишине снаружи. Соседние дома стояли невозмутимо, и только ветер поднимал пыль с земли, создавая ощущение, что мир за пределами этого дома замер в ожидании. -Как это произошло? – спросила Кэрол, обрабатывая рану на руке парня. -Теплица за углом, - ответил светловолосый, кивая головой, но его ответ не дал нам конкретики. В глазах его светилось что-то большее, чем просто беспокойство, но он не спешил делиться подробностями. -Мы искали, где бы укрыться. Крыши разбиты, дождь попадал, так что фруктов теперь много, - поспешила объяснить девушка, дополняя ответ парня. Её голос звучал с такой настойчивостью, что я почувствовала, как её слова освещали ту мрачную реальность, в которой они существовали. – Мы пробыли там день, а потом появились кожееды.           Кожееды? Это она про ходячих? Забавное название. Я даже позволила себе слегка улыбнуться. Я слышала множество вариантов, как называли мертвецов, но такое слышала впервые. Но больше меня позабавило, с какой искренностью она произносила эти слова. Эти ребята выглядели так, будто были безумно рады появлению людей, и в этом была какая-то наивность, столь контрастировавшая с тем, что происходило вокруг. Странно, ведь сейчас все стараются избегать встреч с другими людьми, потому что все стали жестокими и недоброжелательными, а эти двое, наоборот, тянутся к нам, словно искали спасение. Чудаки. -Кайфоломы. Весь мир поимели, - парень искренне улыбался, произнося эти слова. Я заметила, как в нём пробуждается старая радость. – Раньше я всех считал мудаками, а теперь просто обожаю людей. В смысле – тех, что живые. Только их. -Как это произошло? – вновь спросила Кэрол, на этот раз более настойчиво, не дождавшись вразумительного ответа от него. -Когда они ворвались в дом, я споткнулся, выползая с другой стороны. Выбил стекло, но плечо до сих пор болит… Ужасно, - сказал парень, и в его голосе слышалась боль. Он потянулся к плечу, еле касаясь его, как будто сам жест говорил о том, как сильно это его беспокоит. -Оно вывихнуто, - сухо объяснила Кэрол, снова возвращая фокус на ситуацию. Я почувствовала её уверенность, и понимала, что она знает, что делает. Хершел её многому обучил. -Вправить можете? – поинтересовалась девушка, её глаза были полны надежды.           Кэрол приказала парню лечь на стол, принимаясь помогать ему. Я, чувствуя, что сейчас будет очень больно и неприятно, вернула свой взгляд к окну, не желая на это смотреть. Мне и самой не раз вправляли кости. Скажу так, очень болезненное ощущение. Рик подошёл чуть ближе, последовав моему примеру, а за нашими спинами раздались пыхтения парня. Его голос дрожал, но я не могла обернуться. Кэрол действовала решительно. Когда раздался характерный хруст, сообщающий о том, что сустав встал на место, я даже вздрогнула, чувствуя, как мурашки пробежались по всему моему телу. Парень тяжело задышал. Это всегда так, надо подождать пока боль утихнет, потом ему станет намного легче.           Дальше последовал разговор, из которого я узнала, что ребята были совсем неподготовлены к этой суровой реальности. Оказывается, они пробыли в этом доме два дня, скрывшись от ходячего, которого мы убили. Патроны у ребят имелись, но они просто не были уверены в своих силах, из-за чего и скрывались. Да уж. Я удивлена, что они смогли так долго продержаться в живых. Обычно, такие наивные и искренние люди – умирают первыми. Да они везунчики. Раньше ребята были в лагере беженцев, у них была своя группа, от которой они отбились. Только выслушивая этот рассказ, я обратила внимание на ногу девушки. Кости срослись неправильно, из-за чего нога была искривлена. Из их истории я поняла, что между ребятами завязались отношения. Девушка смотрела на парня влюблёнными глазами, поглаживая его по спине. -Кожееды? Мы называем их ходячими, - проигнорировав вопрос девушки, Рик посмотрел на меня, словно советуясь, но я никак не отреагировала. – Сколько вы их убили?           Последовали типичные вопросы, которые Граймс стал задавать новичкам. Я не совсем понимала, как эти вопросы помогали решить брать кого-то или нет. Но Рик всё же решился, что этих ребят можно принять, хоть и сообщил, что безопасности им не гарантирует. Да, сейчас было не самое лучшее время, чтобы набирать новичков. Медикаментов и так нет. Мы не можем позволить себе тратить их на кого-то незнакомого. Ребят, кажется, наша плачевная ситуация не пугала. По всей видимости, они так сильно хотели оказаться среди людей, что им было плевать на последствия. Это очень неразумно, но я их понимаю. Очень маловероятно, что они смогут продолжать жить, скитаясь вдвоём. Тем более в таком состоянии. А тут мы, обладающие силой, имеем безопасное место, ещё и выживать умеем. Понятное дело, что каждый захочет ухватиться за такую возможность.           В итоге сошлись на том, что ребята подождут нас в этом доме, пока мы осмотрим другие здания. Но пара оказалась не так проста. Ребята, вдохновившись тем, что могут оказаться в безопасности, стали настаивать на помощи. Они предложили осмотреть соседние дома, желая внести хоть какую-то лепту. Они говорили так искренне, что я невольно улыбалась. Рик тоже сдался под их напором.

***

-Я нашла аспирин, капли для глаз и таблетки от головной боли, - проговорила я, когда вошла в комнату, которую проверяли Кэрол и Рик. – Что с вами?           Между друзьями возникло молчание, они просто смотрели друг на друга, словно только что обсуждали что-то очень серьёзное. Я нахмурилась, переводя взгляд с одного на другого, дожидаясь ответ на свой вопрос. -Посмотри на нас, роемся в ящиках, надеясь, что пара капель от кашля и гигиенические средства решат вопрос жизни и смерти через несколько часов, - проигнорировав меня, говорила Кэрол, доставая содержимое из прикроватной тумбы. – Если им хватит сил помочь пережить нам эту болезнь, да. Я думаю стоит. -А если не хватит? – оборачиваясь к Пелетье, сурово поинтересовался Граймс. -Будем надеяться хватит, - заключила Кэрол.           Я начинала злиться, что меня вот так вот игнорируют. Мало того, что не дают самой проверять дома, так теперь и не общаются со мной. Беспредел. Но из их обрывистого диалога, я, кажется, поняла о ком шла речь. Эти новенькие ребята казались безобидными. На самом деле, я не была против их присутствию, но в то же время, мне было совершенно плевать на их судьбу. Может это и жестоко, но я не вижу смысла брать их с собой. Нам достаточно тех, за кем нужно присматривать, а тут появятся ещё два голодных рта, которые даже оружие в руках держать не умеют. Это снова нужно тратить время на обучение, а времени у нас катастрофически мало. Поэтому, я не знаю, чем они могут быть нам полезны. -Рик, - Кэрол прошла мимо меня, облокотившись о дверной косяк кладовки, где сидел мужчина, привлекая его к себе. – Я убила двоих, а ты не сказал ни слова. -А что я должен сказать? – услышав эти слова, я кинула найденные таблетки на кровать, подходя ближе к друзьям. -Дело не в словах, а о том, чтобы трезво мыслить, - я не понимаю, чего Кэрол добивалась своими словами. – Раз за разом что-то случается и нам нужно бороться, чтобы выжить. -Чтобы нам выжить, - было видно, что Рик был растерян, но он начинал злиться. -Именно, - согласилась Кэрол. – В конечном итоге это самое главное. Ты можешь быть фермером, Рик, но этого недостаточно.           Понимая, что сейчас снова будут мусолить тему лидерства, я тяжело вздохнула и плюхнулась на кровать. Хотелось вмешать в их разговор, понимая, как Рика достали эти слова, но не стала. Всё же я не переставала верить, что хоть у кого-то получится достучаться до моего друга, вернуть прежнего Граймса. Правда, сомневаюсь, что прежний Граймс ещё жив. -Ты хороший лидер, - присаживаясь на корточки, продолжала Кэрол. – Алекс отлично справляется, не спорю, но разве ты не видишь, как ей тяжело? -Я никогда не убивал двух своих же, - покачав головой, Рик как бы дал понять, что эти слова на него не подействуют. -Лишь одного, - решила припомнить подруга. -Кэрол! – услышав её слова, я вскочила с кровати, привлекая к себе внимания. – Ты не можешь винить Рика в этом. Шейн был опасен, он мог убить его, - я встала на защиту друга. -Они тоже. Они убили бы нас всех, - стала оправдываться женщина. -Это ты точно не знаешь, - сурово произнёс Рик. -Если бы вы решили, что это спасёт Джудит, Карла или Сару, вы бы пошли на это? – смотря на нас, не унималась Кэрол. – Или бы ты вернулся к своим травкам, надеясь, что всё обойдётся? – переводя взгляд на Рика, продолжила Кэрол. – Я не жду одобрения своего поступка. Нет. Просто смиритесь с этим, - сказав это, женщина встала со своего места, желая поскорее покинуть комнату.           Мне было тяжело принять тот факт, что Кэрол была права. Впервые за сегодняшний день я смогла услышать вразумительное объяснение её действий. И что мне это дало? Это ещё больше запутывало меня, ведь теперь я понимала, что женщина поступила так не из злобы, а с целью защитить нас, но весь ужас заключался в том, что это понимание не успокаивало. Напротив, оно запустило в голове новые тревожные мысли. Я смотрела на неё, и внутри меня постепенно умирала надежда. Как же трудно было осознавать, что подобная жестокость могла быть оправдана. Мы все оказались в ловушке собственных страхов, и теперь меня не отпускали мысли о том, что раз такое произошло, это может повториться снова. Кто знает, что ждет нас впереди? Может, в будущем мы столкнёмся с какой-то болезнью или угрозой ещё более ужасной, чем эта.           Естественным образом в моем сознании возник образ Сары. Вдруг она окажется переносчиком какой-то более опасной инфекции? Что тогда произойдет? Я не могла избавиться от этого мучительного вопроса. Будет ли Кэрол готова снова принять решение, которое повлечет за собой такие же последствия? Убьёт ли она её, чтобы защитить остальных, если наберёт в себе смелости проделать такой шаг? Я даже боялась думать об этом, но эти мысли настигали меня, как тени, уверенно преследующие во мраке. Снова и снова я прокручивала сцену в голове: Кэрол, её взгляд, преисполненный решимости, её слова, которые резали как нож. Я не могла успокоиться, у меня сжималось сердце от страха. Мы пытались найти разумные пути, но, когда же разум уступит место инстинкту самосохранения? Словно эти вопросы вертелись вокруг меня, как надоедливые мухи, и не давали покоя. В нашем мире уже не было места для простых решений, и я понимала, что каждая просьба о защите могла перерасти в нечто ужасное.           Не выдерживая собственных мучительных мыслей, я решила выйти на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Воздух был наполнен тяжёлым запахом земли и растительности, но он казался мне более освежающим, чем атмосфера, которая сгустилась внутри дома. В который раз за день я ощущала, как ко мне подступает злость. Руки сами по себе сжимались в кулаки, сердце билось быстро, а дыхание становилось тяжёлым, словно я пыталась проглотить ту бесконечную ярость, которая меня переполняла. Не желая снова срываться на ком-то, я отошла подальше к забору, стараясь усмирить бурю внутри себя. Рик в этот момент направился к Кэрол, увидев растущие помидоры — необходимость в каждом новом дне преумножалась, и мой друг, как всегда, оказывался в правильное время на правильном месте. Я вдруг почувствовала себя изолированной, словно время и пространство разорвали меня на части, и жизнь огромного мира продолжалась, не обращая на меня внимания.           Я устремила свой взгляд на противоположную улицу. В метрах десяти над телом уже знакомой мне девушки склонились два ходячих. Я без особого удивления смотрела, как они раздирают её плоть и поедают останки. Этот ужасный спектакль развернулся передо мной. Что ж, как я и говорила, мне было совершенно плевать. Я не почувствовала ничего, наблюдая за этой картиной. Лишь холодное понимание окутало моё сознание: это было ожидаемо. Если бы она не умерла сейчас, то умерла бы позже, и в какой-то момент я наконец осознала: у меня не осталось места для жалости. Эта мысль словно кувалда обрушилась на меня, и я почувствовала, как холод пронизывает душу. Я не хотела больше тратить себя на сочувствие к тем, кто уже стал частью этого потока ужаса. Печаль и гнев смешивались в одно, превратившись в хмурую горечь. Я смотрела как эти твари, брошенные в нас безжалостным миром, и понимала, что спасаться радостью и надеждой уже не получится. Нам нужно было лишь выжить — и продолжать движением вперёд, вне зависимости от сцен. -Пора возвращаться. Сэм, наверное, ждёт, - раздался голос Кэрол рядом со мной. Они тоже увидели эту картину.

***

          Дэрил:           В нашей жизни часто так бывает, что всё идёт через задницу. Вот и сегодняшняя вылазка не стала исключением. Нет, поначалу всё шло нормально, мы даже смогли раздобыть необходимые лекарства, которые нам называл Хершел. В сумку летело всё, что могло пригодиться, в особенности то, что заканчивалось на «цилин» или «цин». Мы старались действовать быстро и тихо, разделившись. Пока Мишон и Боб исследовали комнаты, где хранились таблетки, я с Тайризом осматривали другие помещения. Он сегодня отличился. В какой-то момент я даже начал жалеть, что взял Тайриза с нами. Мужик совсем не соображал, что творит. Ярость застилала его глаза, он часто отдавался гневу. Думаю, его можно понять. Самое главное, что в дальнейшем он всё же пришёл в себя.           Набрав всяких трубок, пакетов, шприцов и прочего барахла, я сообщил Мишон, что пора бы делать отсюда ноги. Уж слишком хорошо всё продвигалось. Так быть не может. Точно не с нашим отрядом, который постоянно попадал в неприятности. Я уже привык к такой жизни. Вот и сейчас ходячие отрезали нам путь к отступлению. Как бы мы не пытались загородить этим тварям проход, их было слишком много. Но проблема была не в их количестве, а в их состоянии. Эти ходячие тоже были заражены вирусом. Да, не самая приятная новость, считая, какое расстояние нам пришлось преодолеть, чтобы добыть это всё.           В который раз, оказавшись в ловушке, мы всё же смогли вырваться. Благо, ходячие были настолько медлительными и глупыми, что просто не могли перебраться через стену и пройти к нам на крышу. Казалось, вот мы уже на свободе, но этот придурок боб споткнулся и чуть не свалился. Я подлетел к нему, собираясь поднять его на ноги, но заметил, что тот пытался удержать свою сумку, за которую хватались мертвецы. Вот придурок. Я понимаю, что лекарства нам сейчас очень необходимы, но это не повод так рисковать. Тем более, что у Мишон тоже была набитая сумка. Уж лучше мы привезём хоть что-то, чем сдохнем тут, спасая этот мешок. Но Боб был непреклонен. Он резко выдернул свою сумку, от чего она повалилась на крышу. Тут я услышал не характерный для лекарств стеклянный удар. Не сдержав любопытства, я всё же решил посмотреть, что же у него так брякнуло в сумке. И каково было моё удивление, когда я увидел там лишь одну бутылку виски. Никаких медикаментов или чего-то полезного. Только жалкое пойло.           В этот момент я почувствовал такую злость, что захотел выбросить бутылку, но Боб меня остановил, а я увидел, как его рука потянулась к пистолету. Да он совсем охренел? Ему жить надоело? Подойдя вплотную к мужику, я испепелял его взглядом, пока он уставился в пол, испугавшись. Выхватив его пистолет, я продолжал стоять. И на хрена я его спас? В этот момент я подумал об Алекс. Представляю, что сделала бы девушка, увидь она такое. Думаю, от Боба не осталось бы и живого места. Что ж, а это мысль. Злобы было достаточно, чтобы я без промедления подумал о его смерти. Хватая мужика за грудки, я тряхнул его в сторону. -Оставь его, Дэрил, - вмешался Тайриз. – Он сделал свой выбор. Тут уж ничего не поделаешь. Отпусти его. -Я не хотел никому причинять вреда. Это, чтоб избавиться от тишины, - стал объясняться передо мной Боб.           Мне было плевать на его слова. Этот трус даже не мог поднять на меня свои глаза. Я может быть зауважал бы его хоть немного, если бы он признался мне, глядя в лицо. А он… Тряпка. -Сделай глоток, - резко прижимаю эту сраную бутылку к его груди, намеренно понижаю тон голоса. – Когда наши люди получат лекарства, я тебя по уши в землю вобью. Слышишь меня?           Ему повезло, что у нас было не так много времени, да и Тайризу удалось меня убедить. Если бы не всё это, я бы его прям тут закопал. Прострелил бы ноги, да оставил мучаться. Намеренно бы остался, чтобы посмотреть за тем, как ходячие будут разрывать его на части. Жалкий кусок дерьма. По-другому и не назовёшь.

***

          Алекс:           Я стояла в стороне, наблюдая за тем, как Кэрол дёргает ручку двери, непонимающе смотря на Рика. Волнение подкатывало к горлу, и мне было больно видеть, как её надежда на возвращение умирает на наших глазах. Нам пора было уезжать, но в глубине души я понимала, что Кэрол с нами не поедет. Эта мысль причиняла мне печаль, ведь она была не просто знакомой. Кэрол была моей хорошей подругой, и мне не хотелось оставлять её здесь. Но в то же время я знала, что это решение было единственно верным. Безопасность — прежде всего. Она больше не сможет оставаться в тюрьме, и, если кто-то узнает о её поступке, бунт среди людей станет неизбежным. -Ты не имела права принимать решение одна, - сурово произнёс Рик, смотря на Кэрол жестоким взглядом. Его слова были, как леденящий ветер, пронизывающий её. – Когда Тайриз узнает, он тебя убьёт. Он меня едва не убил ни за что. -С Тайризом я справлюсь, - слишком уверенно произнесла Кэрол. Я видела, как её уверенность колебалась, и понимала, хотя она старалась выглядеть сильной, вероятнее всего, это был лишь способ скрыть свой страх. Я сама не была уверенна, что смогу справиться с Тайризом, если он узнает… Утром мне просто повезло. -Когда узнают другие, тебя не захотят видеть. А если… - Рик сделал паузу, поглядывая в мою сторону, словно искал поддержки. – Если остальные не вернутся. Если все умрут от этой болезни, и останемся только мы с тобой. С Джудит и Карлом, с моими детьми, - Рику тяжело давались эти слова, но он выглядел уверенно, продумывая всё наперёд. – Я не смогу тебя оставить.           Кэрол повернулась ко мне, словно ждала, что я встану на её сторону. Я покачала головой, тяжело вздыхая. -Я не могу оставить Сару в опасности, - произнесла я, и эта мысль была, как непогасший огонь внутри меня. -Но это же я, - её голос дрогнул, наполняясь отчаянием. – Остальным знать не обязательно. Ты больше не решаешь за всех, - Кэрол обернулась к Рику, пытаясь вразумить его, но мне казалось, что понимание уже не придаст ей уверенности. -На этот раз я решаю за себя, - размахивая руками отвечал Рик, теряя своё самообладание. Я видела, как его внутренняя борьба тяжела, как и моя. Ему было сложно смириться с тем, что он не в силах помочь человеку, который, как он считал, был частью нашей семьи.           В этот момент во мне не было решений и уверенности. Я просто стояла между ними, пробираясь сквозь тёмные мысли и чувства, которые так и не находили выхода. Каждое слово, сказанное в этот момент, казалось, разрывало мосты, между нами, и это было болезненно осознавать.           Я видела, как по щекам Кэрол стали стекать слёзы. Они катились медленно, но для меня стали символом всего, что мы потеряли. Как бы я ни пыталась прятаться за маской безразличия, мне было безумно жаль, что всё складывается именно так. Не убей Кэрол тех людей, возможно, всё сложилось бы иначе. В этих размышлениях я искала утешение, но его не было. Мы поступали сейчас так только ради общей безопасности, но цена, которую мы платили, была высокой. Кэрол заговорила о маленьких девочках — Лиззи и Мике, которые остались в тюрьме. Её голос дрожал, и я почувствовала, как её сердце бьётся в каждом слове, когда она говорила, что не может оставить их одних. Это было как остриё ножа, пронзающее мою грудь, потому что я понимала, что она права, но нельзя было игнорировать реалии. Рик, стоя рядом, тоже это понимал и выглядел растерянно, осознавая, что, возможно, девочкам будет лучше остаться в безопасности тюрьмы, чем с Кэрол в её текущем состоянии.           Тем более, Лиззи была больна, и ей требовалась наша помощь. Мы не могли позволить себе рисковать ради кратковременного облегчения. Страх и тревога охватывали меня, в то время как я смотрела на Кэрол, её хрупкое тело, истерзанное внутренними демонами. Я знала, что ей, как и нам всем, нужно было выбрать правильный путь, и понимала, что это принятие — единственный способ выжить. Я хотела подойти к ней, но слова застряли в горле, и только слёзы на её щеках казались отражением всей нашей неизбежности. Мы были в капкане, и чем ближе мы подбирались к последнему решению, тем тяжелее было дышать. -Ты уже не та женщина, которая боялась остаться одна. Начнёшь всё сначала, найдёшь других людей, которые не знают. И будешь жить дальше, - произнёс Рик, стараясь подвести к концу наш болезненный диалог. Его уверенность была для меня загадкой, и я ненадолго отвлеклась, когда он потянулся за рюкзаком, который лежал в багажнике. Это движение было таким закономерным, что на мгновение казалось, что всё вокруг снова обретает свои привычные очертания. -Возможно, - ответила Кэрол, и я заметила, как она вздрогнула, поняв, что Рик настроен решительно. В её глазах читалась борьба, как будто она сама не знала, как завершить собственную историю.           Я всё же не сдержалась и сделала шаг ближе, просто не в силах игнорировать эту атмосферу отчаяния. Положив свою ладонь на плечо женщины, я почувствовала, как её тело чуть расслабилось под моим прикосновением. -Береги себя, - сорвалось с моих губ, и мой голос прозвучал почти, как молитва. Я заглянула в глаза подруги. Мне было больно осознавать, что мы находимся в таком отчаянном положении. Эти слова были для меня не просто фразой – это была надежда, что, несмотря на все трудности, она сможет найти силы двигаться дальше.           Я знала, что остаётся лишь молиться о том, чтобы Кэрол удалось восстановить себя, хотя в этом жестоком мире едва ли кто-то мог быть уверен в завтрашнем дне. Каждый из нас нёс свою непростую историю, и теперь она также становилась частью общего рассказа, который изобиловал болью и потерей. Но я надеялась, что в этом безумии у неё всё же удастся обрести новую жизнь, даже если она будет совсем другой, чем та, к которой мы привыкли.           Не в силах больше находиться в этой тяжёлой атмосфере, я села в машину, стараясь изолировать себя от всего, что происходило вокруг. С каждой секундой чувство подавленности нарастало, и я знала, что не смогу больше терпеть этот груз эмоций. Моя душа требовала хоть немного покоя, и я наблюдала за тем, как Рик помогает Кэрол загрузить и завести другой автомобиль. Каждое их движение казалось медленным, как будто время растягивалось в ожидании чего-то неизбежного. Я почувствовала, как внутри меня разрывается сердце, тяжело колотящееся в груди, когда Кэрол обернулась ко мне. В её глазах был грустный взгляд — смесь понимания и отчуждения, полная боли, которую было сложно игнорировать. Я не могла удержаться от мысли, что, между нами, словно возникла невидимая преграда, отделяющая прежние моменты смеха и радости от настоящего одиночества.           Закончив со сборами, Кэрол скрылась за водительской дверцей, и в этот момент я осознала, что это была наша последняя встреча. Её машина тронулась с места, и я почувствовала, как в груди нытье накрыло меня с головой. Она медленно уезжала, унося с собой часть моей уверенности и тепла. Взлетевший пыльный столбик замер в воздухе, словно прощальный жест этой истории, которая прекратила своё существование. Я сидела за рулём, смотря в пустоту, пока её автомобиль не исчез за поворотом, и в этот момент внутри меня что-то сломалось. Это было не просто прощание, это был финал эпохи, неясное осознание того, что жизнь меняется, а мы остаёмся с теми воспоминаниями, которые не всегда способны утешить. Я знала, что смогу продолжать, но отсутствие Кэрол будет ощутимо. Оно подобно пустынной трещине в сердце, которую ничем нельзя заполнить. -Поехали? – поинтересовалась я, когда Рик сел рядом, отрешённо смотря перед собой. -Поехали, - сорвалось с его губ.           Всё изменилось…