Утренний бриз и брошенная перчатка

Первым в их маленьком мирке всегда просыпалась **Сая**. Не из-за тревоги, а по привычке — её связь с природой будила её с первым проблеском света, просачивающимся сквозь кристаллические стены Этерии. Она открыла глаза и первое, что увидела, было лицо **Норена**. Он спал на спине, одна рука закинута за голову, другая лежала на груди. Его черты, обычно затянутые пеленой сосредоточенности или усталости, были расслаблены. Дыхание ровное, глубокое. Исчезла та тень боли, что пряталась в уголках его глаз. Она улыбнулась, мягкая, счастливая улыбка. Медленно, чтобы не разбудить, она приподнялась на локте и провела кончиками пальцев по его щеке, касаясь линии челюсти, чуть задевая отросшую щетину, потом провела по его бровям, сглаживая невидимую складку. Её пальцы коснулись его губ, и он во сне бессознательно повернулся к её прикосновению, губы слегка дрогнули. — Спи, мой шторм, — прошептала она, наклоняясь и целуя его в лоб. — Сегодня будет долгий день. Она осторожно выбралась из постели, накинула лёгкий халат и вышла в общую гостиную их анфилады, чтобы начать готовить утренний чай из местных трав. Запах разбудил остальных одного за другим. Первым появился **Коул**, потягиваясь так, что кости затрещали. Он кивнул Сае и принялся методично делать зарядку, его движения были тяжёлыми и мощными, как будто он качал не мышцы, а сдвигал невидимые пласты земли. Потом пришёл **Зейн**, уже полностью «функциональный», и сразу начал сканировать чай на предмет питательных свойств. **Джей** ворвался с шумом, пытаясь рассказать сон, в котором он летал на гигантском жареном цыпленке, но был сбит хмурым взглядом появившегося **Кая**, который тер виски и ворчал что-то про «слишком раннее солнце на этой проклятой красивой планете». **Ллойд** вышел из своей комнаты с Гармадоном. Они не говорили, но между ними витало спокойное, почти комфортное молчание. Ллойд был сосредоточен — сегодня у него должен был быть бой на арене «Зеркальной бездны» против мастера иллюзий. Он нервно перебирал пальцами, на которых уже мерцали зелёные искорки. — Не зажигай мебель, малыш, — ухмыльнулся Кай, хватая кусок местного фрукта, похожего на помесь яблока и звезды. — Прибереги для арены. — Я готов, — твёрдо сказал Ллойд, но Сая заметила, как его взгляд ищет брата. **Норен** вышел последним. Он был в простых чёрных штанах и свободной белой рубашке, ворот расстёгнут. Его волосы были слегка растрёпаны, но глаза — ясные, острые, полные той новой, спокойной силы. Он подошёл к Сае, молча взял у неё из рук чашку чая, отпил и поцеловал её в макушку. Простой, бытовой жест, от которого у неё внутри всё ёкнуло от тепла. Завтрак был недолгим. Ллойд ушёл с Ву для последних наставлений перед боем. Коул, отложив чашку, обратился к Норену. — Эй, насчёт вчерашнего... того, как ты сжал воздух в сферу. Это чисто контроль? Или там есть момент притяжения, как у земли? Норен, облокотившись о стол, задумался. — И то, и другое. Воздух — это не пустота. У него есть плотность, давление. Я не сжимаю его силой. Я... убеждаю пространство, что ему нужно стать плотнее в этом конкретном месте. Это как если бы ты попросил гору немного подвинуться, и она бы послушалась. Коул хмыкнул, впечатлённо. — Звучит как магия. — Всё продвинутое мастерство для непосвящённых выглядит как магия, — заметил Ву, входя в комнату. Его лицо было серьёзным. — Ллойд готов. Но есть другая новость. Он положил на стол не свиток, а предмет. **Перчатку**. Не простую. Она была сплетена из теней и серебристого света, холодная на ощупь, и от неё исходила слабая, но явная аура вызова. На внутренней стороне светились руны. — Это вызвали тебя, Норен, — сказал Ву. — Бросает вызов не мастер. Бросает вызов... **Титанид Вихрей**, древний дух бури, который, как считалось, спал в самых высоких слоях атмосферы Этерии. Вызов принят автоматически силами острова. Через три часа на арене «Око Урагана». Тишина повисла густая. Вызов духу стихии? Это было беспрецедентно. — Они хотят увидеть твои пределы, — мрачно сказал Зейн. — Или избавиться от тебя руками самой природы. Норен взял перчатку. Она не обожгла его. Она лишь замерцала в ответ на его прикосновение. На его лице не было страха. Был интерес. И та самая холодная искра, которую все давно не видели. — Что ж, — произнёс он. — Разбудили зверя — получите зверя. *** Пока Ллойд с Ву уходили к арене, а остальные начинали готовиться к двойному шоу (бой Ллойда и потом вызов Норена), **Кай**, чтобы отвлечься от нервного ожидания, отправился побродить по базару мастеров. Там продавали диковинные артефакты, еду и информацию. И именно там он столкнулся с **ней**. Буквально. Он, разглядывая кристалл, похожий на застывшую молнию, не глядя сделал шаг назад и наступил кому-то на ногу. — Ой! Эй, смотри куда... — начал он, оборачиваясь, и замер. Перед ним стояла девушка. Она была одета в лёгкую, многослойную одежду синих и серебристых оттенков, словно сотканную из самих облаков. Её короткие, серебристо-белые волосы были растрёпаны, как после полёта, а глаза были ярко-голубыми и невероятно живыми. На её поясе висел не меч, а странный, изогнутый клинок, похожий на коготь из света. — ...ты идешь, — закончила она фразу за него, но не сердито, а с лёгкой, озорной усмешкой. — Ты из новых, да? Тот, что с пламенем. Я видела, как ты вчера спорил с Игнис. Смело. — Э-э-э... Кай, — представился он, чувствуя себя неожиданно неловко. — А ты? — **Скайлор**, — ответила она, и её улыбка стала шире. — Странница. Искательница. Немного... авантюристка. Люблю наблюдать за сильными. А вы, ниндзя, определённо сильные. И интересные. Они разговорились. Кай, обычно такой уверенный, немного терялся под её непосредственным, изучающим взглядом. Она расспрашивала о его огне, о команде, о Норене. Кай, польщённый вниманием симпатичной девушки, отвечал с обычной бравадой, особо не задумываясь. Он даже пригласил её посмотреть бой Ллойда, а потом — на вызов Норена. Скайлор с готовностью согласилась. *** Тем временем **Гармадон** и **Ллойд** шли по тихой, залитой солнцем аллее из светящихся деревьев. Гармадон молчал, давая сыну сосредоточиться. Но Ллойд первым нарушил тишину. — Ты думаешь, он справится? С этим... духом вихрей? — Твой брат, — ответил Гармадон, глядя куда-то вдаль, — научился выживать в ситуациях, которые само существование отрицает. Дух стихии — это всего лишь ещё один вызов. Он справится. — Он помолчал. — А ты? Готов к иллюзиям? — Я видел кое-что пострашнее, — тихо сказал Ллойд, и в его голосе прозвучала взрослая твёрдость. — Я видел, как мой брат умирает. Иллюзии после этого... они кажутся просто плохим сном. Гармадон взглянул на него, и в его глазах промелькнуло что-то сложное — боль, гордость, сожаление. — Ты становишься сильнее, чем я когда-либо мог представить, — произнёс он, и это было высшей похвалой, на которую он был способен. *** Вернувшись к своим, Ллойд обнаружил странную картину. На тренировочной площадке возле их жилища **Норен** стоял посредине, скрестив руки, с терпеливым выражением лица. Вокруг него носились **Кай, Джей и Коул**, атакуя его со всех сторон. Кай метал огненные шары, Джей пытался ударить сзади с помощью скорости, а Коул создавал под ногами Норена ловушки. Но ни одна атака не достигала цели. Норен не уворачивался. Он позволял им приблизиться, а затем воздух вокруг него просто *смещался*, уводя огонь в сторону, замедляя Джея и выравнивая землю под собой. Он был идеальным, непробиваемым манекеном. — Быстрее! — подбадривал он их, и в его голосе звучала лёгкая насмешка. — Игрушечные драконы кусаются сильнее! — Ах ты так! — завопил Кай и выпустил сгусток пламени. Норен лишь приподнял бровь, и пламя разделилось на два ручейка, обтекая его с двух сторон, как вода камень. Это было с одной стороны — тренировка. С другой — демонстрация для Норена самого себя. Он проверял границы своего нового контроля в безопасной обстановке. И он наслаждался этим. *** Настало время. Сначала был бой **Ллойда**. Он вышел на «Зеркальную Бездну» — арену, где пол и стены отражали и умножали любые иллюзии. Его противник, мастер **Мираж**, был мастером запутывания. Но Ллойд, помня слова отца и свой собственный опыт, не пытался бороться с иллюзиями. Он закрыл глаза и слушал *энергию*. Его золотое сияние, хоть и неполное, стало его компасом в мире лжи. Он нашёл настоящего Миража за стеной из двадцати копий и одним точным ударом зелёной энергии вывел его из строя. Победа была быстрой и впечатляющей. Но главное событие ждало впереди. Арена «Око Урагана» представляла собой гигантскую, открытую платформу, парящую в самом центре вечного шторма Этерии. Ветры здесь гудели с силой, способной сорвать кожу. Когда на арене появился **Норен**, он казался крошечным на фоне бушующей стихии. А потом появился **Титанид Вихрей**. Это был не человек и не зверь. Это был оживший ураган, сгусток неистовой, древней ярости с парой светящихся белых глаз в центре. Он обрушился на Норена с рёвом, который заглушал всё. И тут Норен перестал сдерживаться. Он не стал уворачиваться или защищаться. Он **атаковал**. Он двинулся навстречу вихрю. Его собственная сила вырвалась наружу. Воздух вокруг него не просто закружился — он запел, завыл на тысяче голосов. Он создавал не щиты, а лезвия из разрежённого воздуха, которые резали тело Титанида. Он останавливал порывы ветра противника одним взмахом руки, заставляя бурю замирать в недоумении. Это был танец абсолютной власти. А потом он сделал это. Он поднял обе руки, и вокруг него сформировалось **Кружитцу**. Но не золотое Ву, не зелёное Ллойда и не его собственное тёмное. Оно было серебристо-чёрным, слепяще-быстрым, и состояло не из одного диска, а из бесчисленных вихрей, вращающихся вокруг него, образуя подобие тёмного смерча. Это было Кружитцу **Хроно-Ветра**, воплощение его исправленной, но всё ещё уникальной сущности. Он запустил его. Оно не ударило в Титанида. Оно *проглотило* его, втянув чудовище ветра в спираль и буквально растворив его первобытную ярость в упорядоченной энергии, которая затем с тихим вздохом рассеялась в небе. Тишина. Потом — оглушительные овации. Норен стоял в центре утихающей бури, его грудь слегка вздымалась, но на лице была лишь лёгкая усталость и удовлетворение. Он доказал. Себе и всем. *** Вечером, когда они все собрались, празднуя двойную победу, в их жилище постучали. На пороге стояла **Скайлор**. Кай, немного смущённый, ввёл её внутрь. — Ребята, это Скайлор. Мы познакомились. Она... хочет кое-что сказать. Скайлор, потеряв свою озорную улыбку, выглядела серьёзной. — Я должна предупредить вас. Я... меня послали. Мастер **Чен** и его правая рука, **Клаус**. Те самые, что стоят за Игнис и другими. Они хотят ваших сил. Или вашей гибели. Они увидели сегодняшнюю демонстрацию, — она кивнула на Норена, — и испугались. Но не так, чтобы отступить. Так, чтобы действовать ещё грязнее. Они хотят узнать все ваши слабости, все тайны. Меня послали внедриться, подружиться, выведать. Все застыли. Даже Кай смотрел на неё с внезапным подозрением. — Почему ты нам рассказываешь? — холодно спросил Зейн. — Потому что я видела, как вы держитесь друг за друга, — ответила Скайлор, и в её голосе зазвучала искренность. — Потому что Чен и Клаус... они не мастера. Они раковые клетки. Они поглощают силы и обращают их в оружие для контроля. Я странствую, чтобы найти настоящую силу. А вы... вы — настоящие. И я не хочу помогать тварям вроде них уничтожить это. Наступила пауза. Её прервал **Гармадон**. Он сидел в углу, и его голос, низкий и холодный, заставил всех вздрогнуть. — Чен. Клаус. Да, я помню эти имена. Ещё с тех времён, когда я сам был... поглощён тьмой. Они были мелкими падальщиками, питавшимися отбросами власти. Они всегда боялись настоящей силы. — Он поднял взгляд, и в его глазах вспыхнуло знакомое, ледяное пламя, но теперь оно было направлено не на них. — С ними давно нужно было покончить. Похоже, судьба даёт нам шанс сделать это здесь и сейчас, на глазах у всей Этерии. И очистить этот турнир от их скверны. Норен встретился взглядом с отцом. Между ними пробежало понимание. Новая битва была на горизонте. Не со стихией. С подлостью и алчностью. И они будут сражаться вместе. Семья против змеиного гнезда.