Зажигая вечный свет

      Кита не разговаривал с тех пор, как они покинули Бесконечный Май. Лирет шла рядом с ним, но ей казалось, будто они далеко друг от друга. Непонятное молчание тянулось между ними пропастью, в которую провалилось что-то недосказанное. Это вселяло неспокойное предчувствие. Они останавливались несколько раз, но никто из них так и не произнёс ни слова. Лирет решила, что разговоры лучше оставить до лучших времён и не мусолить личные вопросы, пока голова занята совершенно другими проблемами. Девушка могла себя только успокаивать.             Они оба вернутся. Да. Пускай он и говорит, что останется здесь, но она была уверена, что они вернутся вместе.              Кита даже не хотел знать, о чём она думает. Лучше бы он действительно убежал незаметно, тогда бы ему не пришлось прятать взгляд и чувствовать её присутствие рядом. Нужно, чтобы Лирет ушла. Как заставить её уйти, парень не мог себе представить.             – Что-то случилось? – наконец-то поинтересовалась девушка.             Они брели в бескрайней снежной степи, озарённой белым полуденным солнцем. Ветра сегодня не было.             – Ритуал, который я должен буду провести, очень сложный, – неохотно ответил Кита.             – И в чём же сложность?             – Непросто объяснить, но он займёт много времени. Я собираюсь высвободить Бореалис полностью.             – Это ты уже говорил.              – Просто не хочу, чтобы ты была там тоже.             – Но я уже пошла, и мне не сложно подождать, – нахмурилась Лирет. – Что с тобой не так? Ты волнуешься, что Лин Мо может что-то выкинуть?             – Я всё-таки сбежал из лаборатории и подорвал его планы. У тебя тоже могут быть проблемы из-за меня.              – Поэтому мы и должны вернуться вместе.             – Меня уже наверняка ищут. Майору крайне невыгодно, чтобы я оставался живым, а если он узнает, что ты мне помогаешь, тебе тоже достанется.             – Разве нельзя ничего придумать? Мы же и не из таких неприятных ситуаций выкарабкивались.             – Нам просто везло. Здесь же всё по-другому. Я для него серьёзная угроза сейчас.             – Когда ты вернёшь Бореалис, нам уже ничего не будет угрожать – разве нет?             – Почти так, но барьер защитит мир, а не нас. Поверь, Лин Мо не успокоится, пока я сам не умру, ему нужно будет отомстить мне. После ритуала я буду сильно ослаблен, придётся остаться там, а майор может узнать, где я.             – Тогда я должна остаться с тобой.             – А вот этого я тебе не позволю. Там я себя ещё смогу защитить себя сам, но мне не хочется тебя втягивать. Сам майор не станет лезть в это и отправит кого-то из своих подручных псов. Он будет спокоен, если узнает, что они меня нашли, а ты тем временем сделаешь своё дело. Лина Мо нужно разоблачить. Лирет не стала возражать. Поступить так действительно будет благоразумно. Она проводит его до святилища, чтобы только знать, что он добрался дотуда. Кита решил, что ему удалось её убедить, и успокоился. Ему не придётся делать одну тяжёлую вещь – объяснять то, что неизбежно произойдёт. Лирет просто уйдёт, будто ничего не страшного не будет. Будто он действительно вернётся потом. Таков был её предел мечтаний, но парень оборвал его для себя уже сейчас. А то, что станет с девушкой, его уже не будет волновать так сильно, как сейчас.             Руины Ассейя тонули в холодных зимних сумерках. Кита направлялся к башне святилища, которая росла из руин на краю пропасти. Нужно было спуститься далеко вниз, чтобы войти внутрь. Парень шёл первым и осторожно прокладывал путь, Лирет спускалась строго за ним. Они ступали по обломкам стен и камней, кое-где покрытых ледяной корочкой. Один раз девушка поскользнулась. Кита успел поймать её за руку, и они оба услышали, как далеко и почти неслышно рассыпалось внизу каменное крошево.             – Лучше бы ты не шла дальше, – пробормотал парень.             Остальной путь он не выпускал её руки, и они шли вместе как прикованные.              Это было одним из последних его желаний – хоть раз в жизни сжать именно эту ладонь и почувствовать её тепло.              – Святилище под землёй? – поинтересовалась Лирет, когда они остановились у зияющего прохода.             – Не совсем, – ответил Кита. – И тут, похоже, никого пока не было.             – Думаешь, они знают, что мы здесь?             – Не исключено.             Они углубились в темноту подземного коридора. Внутри стоял холод. Звук шагов отскакивал от стен эхом, которое убегало далеко вперёд. Пути закручивались в хитросплетения, и Лирет не была уверена, что способна с лёгкостью запомнить дорогу. В одном из поворотов Кита шагнул вперёд, всё так же держа её за руку, и они оба будто прорвали тонкую, едва ощутимую плёнку. Воздух изменился и стал немного теплее. Так они вышли в Потайные Сады.             – Здесь я вырос, – сказал Кита, пока девушка любовалась садами. – С этого места, впрочем, и началась вся история.             Трава и деревья здесь были не настоящими, а будто высеченными изо льда и снега. Ледяные стволы деревьев покрывали наросты кристаллов, а белоснежная трава казалась пушистой от налипшего инея. Лирет подняла голову и увидела купол, за которым синело ночное небо.             – Разве мы не шли под землю? – спросила она.             – В одном из поворотов был портал наверх.              – Я смогу вернуться обратно сама?             – Да, портал вернёт тебя сразу наружу.             – Здесь очень красиво, – заметила девушка. – Даже не верится, что я оказалась в самом святилище.             – После освобождения Бореалиса сюда уже никто не сможет так запросто пройти.              Парень вышел на узенькую тропинку, уводящую глубоко в сад. Он ещё давно подготовил место для ритуала в тенистом уголке под сводом ледяных деревьев. Там стояло нечто на подобии трона из плотных наростов кристаллов, которые напоминали крепкий зеленоватый чистый лёд. Кита и сам не знал, почему сделал именно трон, но эта форма выглядела намного презентабельней, ежели какой-нибудь саркофаг или ложе. И это не вызывало лишних вопросов у Лирет. Девушка обошла трон вокруг.             – Сделал сам, – сказал парень в ответ на её взгляд.             – Скажи, а после освобождения Бореалиса кто-то кроме тебя будет обладать частью его силы?             – Этого я не могу уже сказать. Мой народ вымер, а посему этой силой попросту некому владеть. Возможно, в будущем эти земли снова населят люди, и тогда следующие поколения обретут эту силу под воздействием барьера.             Он вытащил пачку заготовленных печатей и пересчитал. Теперь ему было нужно разложить их в определённой последовательности вокруг трона. Лирет топталась рядом и наблюдала за тем, как Кита раскладывает печати. Она с нетерпеньем ждала момента, когда Бореалис высвободится, и за куполом святилища наконец-то засияют зелёные переливы барьера. Сегодня хорошая безоблачная погода для такого явления. Однако такой охоты и ожидания в глазах Киты не наблюдалось, и чем дольше девушка присматривалась к нему, тем больше её одолевало чувство, будто что-то не так. Лирет не осмелилась его отвлечь от дела и продолжала просто смотреть, теша себя тем, что она наверняка волнуется напрасно.             Кита неслышно поднялся и шагнул к трону. Его взгляд блуждал где-то далеко на этот момент. Парень умел изображать невозмутимость, когда внутри него ломалось, крушилось и разбивалось всё вдребезги. Он сел на трон и наконец-то удостоил взглядом девушку. Замер на мгновение. А Лирет заметила, как что-то отчаянно дрогнуло в его глазах. Стало не по себе.              – Лирет, – донёсся до неё его голос, – сыграй мне что-нибудь короткое на скрипке. Пожалуйста.             Он волновался.             Девушка вначале растерялась, а затем сняла с плеча футляр. У неё отчего-то тряслись руки. Она судорожно расстегнула застёжки и вытащила скрипку со смычком.             – Сыграй и уходи, – сухо добавил Кита. – Волна будет очень сильной, можешь пострадать.             Лирет закивала. У неё дрожало и билось в груди, но она нашла силы сжать смычок и прижалась подбородком к деке. Из-под струн раздалась нежная мелодия, разлившаяся по садам. Она звучала немного тоскливо, но Кита и не просил весёлую музыку. Ему достаточно было услышать её звучание. Парень сосредоточился и начал неторопливо произносить заклинание. У него пересохло во рту. Закончив, Кита стал ждать, пока не сработают печати, которые вырвут из него Бореалис и направят в небеса сквозь купол святилища. Должно было пройти несколько минут, но вдруг парень почувствовал, как потекла из носа кровь. Глухо треснул кристаллоид в голове. В ушах зазвенело. Кита отчаянно поднял взгляд. Его зрение едва фокусировалось. Лирет изобразила что-то вроде танца, покружившись, а потом вдруг замерла к нему спиной. Течение мелодии оборвалось.             «Только не сейчас. Уходи».             Он увидел по её неподвижной спине, как ей что-то не понравилось в этих последних минутах. Девушка медленно повернула голову, и Кита успел заметить только её замерший,  наполненный ужасом и слезами взгляд. Он уже не мог больше слышать, когда Лирет бросилась к нему, крича его имя. Она почти оказалась рядом. Вспышка яркого света разорвала её образ.             Девушку отбросило назад волной энергии. Ослепительный свет разъел очертания сада. Лирет смогла ухватиться за ледяную траву и поползла вперёд, наперекор отталкивающей силе, которая давила, душила и пыталась смести с места. Чем ближе она подбиралась, тем сильнее и яростней волна била в лицо. Лирет неумолимо двигалась вперёд, каждой клеткой тела ощущая, как волна испытывает её на прочность. Девушка была уверена, что Кита рядом, прямо впереди. Она протянула руку и в следующий же момент будто провалилась.             Лирет очнулась, стоя на льду. Мимо неё проносились безликие фигуры на коньках, но вдруг среди них она заметила себя, подростка. Двойник пронёсся мимо, а затем ухватил кого-то за руки и закружился посреди катка. На другой стороне неподвижно стоял Кита и точно так же с тоской наблюдал за тем, как его молодая копия кружится вместе с девочкой. Лирет хотела окликнуть его и шагнула навстречу, но пейзаж тотчас сменился, и теперь это был не каток, а сцена. Девушка замерла рядом с собой, отчаянной скрипачкой, которая в самый ответственный момент предалась страху, роняя слёзы на скрипку. Лирет посмотрела куда-то вперёд, где злые силуэты зрителей чернели стаей диких зверей. Там среди них, очень далеко, сиял светлячок  – паренёк в белой одежде и с белыми волосами, который показывал палец вверх, будто бы скрипачка видела его. Кита стоял за его спиной и всё так же неподвижно смотрел. Лирет бросилась к нему, желая вырваться из этого поля воспоминаний.             Сцена сменилась дорогой в парке. Девушка замерла за спиной паренька в чёрном балахоне, а сама смотрела на себя, красную от ярости. Лицо, искажённое гневом, слова, которые вырывались жгучими искрами, заставляли воздух дрожать. Позади той Лирет стоял взрослый Кита и смотрел не то на себя молодого, не то на девушку, которая замерла по ту сторону.             – Отмороженный!!! – повторилось оглушительно громко.             Но пощёчина была громче.             Лирет зажмурилась, будто бы ударили её.             Она разомкнула веки, замерев на зеркальной глади среди синего ночного неба, продырявленного вкраплениями созвездий. Кита стоял поодаль, он задумчиво дотронулся до щеки, но его лицо по-прежнему было невозмутимым.             – Кита, – проронила Лирет, делая шаг вперёд, но вдруг замерла.             Зеркало под ногами начинало заходиться трещинами от движения.             – В тот момент я пожелал разрушения, – пробормотал парень. – Я бросил этот мир, этот аквариум с беспомощными рыбками, и позволил ему надтреснуть.             – Кита, я не хотела, – в её голосе дрожали слёзы.             – Больше нет причин сожалеть, – ответил тот. – Порой отношения между людьми похожи на свет далёких звезд. Они никогда не будут рядом. Они просто знают, что они существуют и светят друг другу издалека. Но если вдруг кому-то из них захочется стать ближе хотя бы на мгновение, одной звезде придётся сгореть, а жизнь это всего лишь одна попытка. Нельзя её пережить снова.              – Пожалуйста, не надо, – шептала девушка, роняя слёзы. – Вернись, прошу.             – Умрёт только тело, – безнадежно сказал Кита. – Но для тебя я всегда буду здесь. Я хочу, чтобы ты жила в этом мире и жила долго, пока столетия не вымоют измоей памяти эти воспоминания.              Лирет сжала до боли губы, но даже это не помогло ей унять слёзы, которые струились непрерывным потоком. Кита бесшумно, поступью духа, шагнул к ней, остановился рядом и тихонько прижал девушку к себе. Она обхватила его руками, уткнувшись носом в грудь. Ей захотелось плакать ещё сильней.             – Не нужно слёз, Лирет, – тихо сказал Кита.             – Я не хотела, чтобы всё случилось именно так, – проговорила та, тихо рыдая.             – Никто из нас не хотел, я уверен. Но теперь всё будет хорошо, и ты всегда сможешь найти меня здесь, ведь я никуда не исчезну.             – Я всего лишь хотела, чтобы ты меня простил, Кита, за то, что я, так ничего и не поняв, причинила тебе боль тогда. Мы могли бы стать очень близкими и хорошими друзьями.             – Тогда наша долгая дружба начнётся прямо сейчас.             – Ты ведь простишь меня, Кита? Прости, пожалуйста.             – Всегда прощаю, Лирет.             Их окружили вспыхнувшие переливы изумрудных огней. Свет объял их, закутал в тёплое полотно. Лирет прижималась к парню так сильно, насколько это было возможно, боялась и не хотела его отпускать. Его тело медленно рассыпалось на мириады ярких светлячков, превратившись в пустоту.             Девушка вяло открыла глаза. Она лежала прямо на траве, со скрипкой и смычком в руках. Лирет быстро пришла в себя и подскочила, метнувшись к трону. Его кристаллы медленно разрастались, покрывая неподвижное тело Киты. Одежда на нём была разорвана, лицо покрыли царапины, а под носом засох след от крови. Кристаллы обернули ему руки и ноги, затем медленно выросли на туловище. Голова свесилась вниз.        Он как будто крепко уснул.       Лирет подошла к нему на дрожащих ногах. Её ресницы слиплись от слёз. Она поднесла ладонь к холодной щеке парня и коснулась, затем нашла в кармане свёрнутую ветошь и заботливо протёрла ему лицо от крови, пока кристаллы не спрятали его под собой полностью.       Далеко за куполом сияли ярко-зелёные огни, разбавившие ночную черноту. Лирет уложила скрипку в футляр и закинула его за спину. Она собралась с духом, обронив последние слёзы. Ещё не время унывать, когда мир до сих пор под угрозой. Девушка обернулась и в последний раз взглянула на затвердевшие кристаллоиды, внутри которых навсегда замер силуэт.