Мугеншин. Часть 20

      Джирайя шел в Коноху в приподнятом настроении. Он встретился со своими шпионами, проверил сеть, вкусно поел и перед выходом покувыркался в очередном борделе. По мнению старика утро было идеальным. Даже погода радовала: голубое небо, легкий снежок под ногами, где-то даже был слышен еще не замерзший ручей. Джирайя любил такие времена; когда не нужно было париться о чем-либо. Саннин просто шел в деревню, параллельно что-то насвистывая себе под нос. Дело в том, что с Наруто он расстался пару месяцев назад. Так как его тренировки подходили к концу, Джирайя договорился встретиться с Узумаки в Конохе. Саннин уповал на его благоразумность, напомнив про семью и Хокаге, перед которым нужно было отчитаться. И Наруто тогда даже согласился в своей манере и спорить не стал. Это было странно, ведь обычно парень критиковал каждое решение Джирайи; однако сейчас старик спихнул такое поведение на взросление. Это было огромной ошибкой.

Ведь Наруто никуда не собирался возвращаться.

Но Джирайя об этом не знал, по крайней мере, сейчас. По его мнению Узумаки уже должен был быть в деревне, причем как месяц уж точно. Осталось лишь официально сдать его обратно Учихам, и миссия будет считаться выполненной. У ворот Конохи Джирайя остановился, как останавливаются люди, которым хочется, чтобы радость длилась подольше. Он снял с плеча сумку, поправил протектор Горы Мьебоку и с удовлетворением втянул воздух. Запах был родной: дымок от печей, сырость от тающего снега, слабый аромат жареного мяса от чьей-то лавки. Даже навоз был свой, почти уютный.       — Дом, — пробормотал он, усмехнувшись, и решительно зашагал вперёд. Стражники у ворот узнали его сразу. Один вытянулся слишком резко, другой, наоборот, расслабился и позволил себе ухмылку, когда перед тобой не начальство, а старый знакомый, от которого всегда пахнет неприятностями и деньгами одновременно.       — О-о, кого к нам занесло! — протянул первый. — Сама легенда.       — Все еще легенда, ле-ген-да! — отозвался Джирайя, окинув их взглядом. — Чего скуксились?       — Так это вы начали здесь шастать, — хмыкнул второй. — Говорят, где вы, там либо женщины плачут, либо начальство орёт.       — Одно другому не мешает, — философски заметил Джирайя и, не останавливаясь, хлопнул обоих по плечам. — Ну что, жив Хокаге? Не помер от скуки?       — Жив, жив, — ответили ему. — Господин Шикаку в последнее время на нервах. Вас, небось, ждёт.       — Все меня всегда ждут, — самодовольно кивнул саннин. — Такая уж у меня судьба. Он пошёл дальше, не спеша, как человек, которому некуда торопиться и который уверен, что всё уже сложилось удачно. Снег под ногами хрустел приятно, мягко; где-то на крышах сидели вороны, лениво переговариваясь, будто обсуждали последние сплетни. Из Академии доносились крики; дети, судя по всему, опять что-то не поделили. Джирайя улыбнулся шире: живёт деревня, значит, всё в порядке. По дороге его окликнули пару раз: торговец лапшой, старая куноичи, с которой он когда-то пил, кто-то из АНБУ, сделавший вид, что просто проходил мимо. Джирайя каждому находил слово: где пошутить, где подмигнуть, где пообещать заглянуть на днях. Внутри у него было редкое, почти забытое, теплое, как сытая усталость, ощущение выполненного долга. Он сделал то, что должен был: забрал мальчишку, увёл, научил, вытянул из того состояния, в котором тот мог либо все разрушить, либо разрушиться самому. Теперь оставалось только вернуть его обратно.       «Учиха обрадуются», — подумал он, и мысль эта была приятной. — «Шикаку поворчит, но в глубине души будет доволен. Как обычно». Он был слишком доволен, чтобы копаться в сомнениях. Проходя мимо тренировочной площадки, Джирайя даже остановился, заложив руки за голову, и понаблюдал, как несколько генинов неловко отрабатывают приёмы. Один из них упал, другой рассмеялся, третий получил подзатыльник от сенсея. Кажись, то был Неджи?       — Эй! — вскрикнул Джирайя, привлекая внимание. — Малыш Неджи! Ты бы не жалел их! Косячат же на ровном месте! Казалось, будто бы Джирайя вообще всех в Конохе знал. С Неджи он как-то познакомился, когда выполнял просьбу для Хиаши. В целом, старый саннин был уверен, что этот Хьюга когда-нибудь точно станет джоунином; он был талантливым, умным и очень сильным шиноби.       — Джирайя-сан, доброе утро! — Неджи обернулся на голос саннина и помахал рукой, а затем снова повернулся к генинам. — Так, продолжайте отрабатывать удары. Если я вернусь и увижу, как вы балду пинаете, будете у меня бегать вокруг Конохи, ясно? Получив опасливые кивки, Неджи семимильными шагами преодолел расстояние и вот уже стоял рядом с Джирайей. Хьюге очень нравился саннин; как минимум, потому что он наплевал на систему, послав ее создателей ко всем чертям. Ну не может же шиноби служить призывным жабам, так? Джирайя доказал обратное. Коноха была ему не указ, и Неджи когда-нибудь мечтал добиться того же. Чтобы ни система, ни судьба, ни клан не говорили ему, что делать, а чего не делать.       — Вижу, заветный жилетик получил? — Джирайя осмотрел Неджи. — Держу пари, единственный со всего потока?       — Вы преувеличиваете, Джирайя-сан, — Неджи виновато почесал затылок. — Шикамару ровно такой же джоунин, как и я. Черт бы побрал этого Учиху, но Саске вообще уже специальный джоунин. Джирайя лишь засмеялся. В целом, как он и ожидал: самый умный, самый талантливый и самый доблестный. В Конохе ничего не изменилось.       — Кстати, а где Наруто? Вот этот вопрос застал Джирайю врасплох. Что значит, где Наруто? В Конохе конечно же! По крайней мере, Джирайя свято в это верил, и поэтому вопрос Неджи как минимум показался ему странным.       — А он разве не возвращался уже? — Джирайя вскинул брови.       — Насколько я знаю, нет, — Неджи помотал головой. — Вы бы зашли к Хокаге, может, он знает? Я же все время со своими оболтусами провожу, мог и пропустить Наруто. Звучало логично. Неджи и правда мог пропустить возвращение Наруто, так как был занят тренировкой своей команды. Джирайя поспешно кивнул и пошел в сторону резиденции Хокаге. Вот только теперь он слегка ускорил шаг; волнение нарастало с каждой секундой. То-то же Наруто так легко согласился вернуться в деревню.       — Сплоховал… — пробормотал Джирайя, уже прыгая на крышу. Так было быстрее. Старик уже фактически бежал в офис Хокаге, надеясь, что Шикаку успокоит его нервы, покажет Наруто и просто закроет эту миссию уже. Однако в самом кабинете Хокаге стояла совершенно противоположная атмосфера. Сторонний наблюдатель мог бы предположить, что Учиха решили совершить переворот. Шикаку медленно пятился назад, пока Микото с присущей ей злостью все наступала и наступала. Дело в том, что Наруто должен был вернуться в деревню месяц назад, но с тех пор ни слуха ни духа. Ни от Джирайи в том числе. Женщина поклялась: как только встретит этот старика, сразу выбьет из него всю дурь. Поэтому Джирайе в целом заходить в кабинет сейчас, как минимум, не рекомендовалось.       — О, а вот и второй пожаловал! Джирайя даже дверь открыть не успел, как Микото переключилась на него. В кабинете стояла мрачная атмосфера: Шикаку прижался к окну, закрываясь шляпой Хокаге, Фугаку лежал на диване с перебинтованной головой, Итачи тихо постанывал в углу, попав под горячую руку. Не хватало только Саске… а, нет, вот и он; трясся под столом из-за страха перед мамой. И сама Микото, как буря, надвигалась на Джирайю, что-то бессвязно рыча.       — Че это с ней? — Джирайя перевел взгляд на Шикаку. — Обиделась на что-то?       — Эй, старик… — простонал Итачи, держась за голову, — …где Наруто, а? Вот теперь-то ситуацию смело можно было окрестить безвыходной. Джирайя перевел взгляд на Шикаку, вскидывая брови, словно спрашивал: тот лишь мотнул головой, подтверждая, что не знает, где Наруто.       — Э-э-э… ну-у-у… — Джирайе нужно было выкручиваться.       — Э-э-э? Ну-у-у? — Микото мило улыбнулась, однако улыбка та была совсем недоброй. — Ну что? Что мычим, а? ГДЕ, ТВОЮ МАТЬ, МОЙ СЫН, А?!       — Я… ну, честно говоря, он уже должен был вернуться… — Джирайя попятился назад.       — Ах, должен был? — Микото всплеснула руками. — Господин Хокаге, мои многоуважаемые родственнички, все слышали? Наруто уже ДОЛЖЕН был вернуться! Ее голос был настолько резким и стальным, что казалось, будто им можно было резать масло. Итачи сглотнул, еще плотнее вжавшись в стену, Фугаку кое-как перевернулся на другой бок, Саске уже давно был рядом с Шикаку, словно тот мог его защитить. Сам же Хокаге потихоньку открывал окно, чтобы можно было выпрыгнуть в момент потенциальной смерти.       — Только… вот незадача… — Микото приторно улыбнулась, тыкая Джирайю в грудь. — Видишь ли… НАРУТО ЗДЕСЬ, МАТЬ ТВОЮ, НЕТ!       — Бывает, может, заблудился по дороге… Джирайя сказал это настолько неуверенно, что сам удивился. В эту отмазку не поверит даже ребенок. И кажется, Микото взбесилась ещё сильнее, услышав подобную ерунду. Она немедленно жестом подозвала к себе Итачи. Тот пулей подскочил на ноги, пусть сам того и не хотел, и подбежал к матери. Вытянулся по струнке.       — Ты знал, где находится Наруто? — Микото будто отчитывала солдата в армии.       — Да, но… — Итачи слегка замялся, — …я думал, господин Джирайя приведет его по окончании тренировок. У Джирайи будто бы земля из-под ног ушла.       — Вот так удружил… — пробурчал он.       — Ты должен был его сюда привести, так? — Микото переключилась на Джирайю. — Ну? Где он? Сука, где мой сын?! Или мне Цунаде сюда позвать? Вот это уже было проблемой. Цунаде бы даже разбираться не стала, немедленно встав на сторону Микото. И тогда Джирайя точно получил бы еще пару синяков и сломанных ребер.       — По глазам вижу, что ты, балбес, нихрена не знаешь, где мой сын! — Микото нахмурилась. — Значит так… эй, Шикаку, куда полез?! Мы еще не закончили! Сели все за стол, быстро! Я сказала: быстро! Тебя это тоже касается, Саске!

***

      Наруто уже в который раз пожалел, что согласился остаться лагерем в этом месте еще на пару дней: во-первых, валил сильный снег, не дававший нормально согреться, а во-вторых, Коноха, видимо, прознала, что Девятихвостый возродился, и стала посылать патрули. Наруто ставил барьеры, держал технику непрерывно, и это его выматывало; удавалось поспать лишь пару часов, не более. Узумаки был уставшим донельзя, к чему добавлялись постоянные склоки Курамы и Пакуры. Те вообще изначально невзлюбили друг друга. И при этом обоих можно было понять: Курама отказывался верить бывшей Акацуки, тогда как Пакура даже разговаривать с хвостатым не желала. Вот только никакие причины не отменяли того факта, что Наруто приходилось слушать их постоянные распри.       — Сколько раз тебе повторять, тупой ты ублюдок, там хотя бы тепло! — Пакура в очередной раз подкинула дров в буржуйку, огрызаясь в сторону Курамы.       — И мигом обоих накроет деревня! — ловко парировал Курама, фыркая себе под нос. — Забыла, что ты нукенин? Не то, чтобы меня вообще волновало, что с тобой будет, но меня хотя бы за собой не тяни! Наруто уже и забыл, насчет чего был этот спор. Вроде как Пакура предлагала перейти в Страну Ветра, где даже зимой стояла теплая погода. Однако Песок, из которого сама девушка была родом, выставил награду в несколько миллионов ре за ее голову, и точно бы не оставил попыток поймать преступницу.       — А кто говорит, что мы в деревню полезем, а? — Пакура аж на ноги подскочила; она устала повторять ему одно и то же. — Если что, не у одного Огня есть обычные поселения и города!       — И будем жрать песок, отличная перспектива, — усмехнулся Курама; честно говоря, ему доставало удовольствие издеваться над Пакурой. — Если не забыла, благодаря этому засранцу я теперь тоже есть должен! Каждый день, между прочим! И воду пить! Как же меня это уже заебало! Пакура аж опешила от такой наглости.       — Не смей даже тявкать в его сторону! — прорычала она. — Благодаря ему ты хотя бы не являешься целью номер один во всем мире! Наруто уже устал это слушать. Постепенно он начинал закипать.       — Да что ты? — Курама аж ойкнул от удивления. — Я себе жил спокойно, никого не трогал, пока ты и твой тупорылый дружок на меня не выскочили! Узумаки уже мысленно пожаловался всем известным ему богам на этих двоих. Он поднял руку, будто бы хотел что-то сказать, однако на него даже внимания не обращали.       — Ребят…       — И что ты предлагаешь? — Пакура пропустила Наруто мимо ушей. — Остаться зимовать в Стране Огня? Между прочим, именно здесь Акацуки в основном и шастают! Пейн в жизни не полезет в Страну Ветра, банально потому, что там делать нечего!       — Эй, вы… — Наруто все старался привлечь внимание.       — Я предлагаю не слушать тупую пизду, которая не в состоянии даже о собственной жизни позаботиться, и пойти туда, откуда Наруто вообще сюда явился, — Курама тоже встал на ноги, сокращая дистанцию с Пакурой. — В Узушио! Там нас никто искать не будет уж точно! Узушио? А что, идея неплохая. Однако Наруто не хотел туда возвращаться прямо сейчас: острова находились в плачевном состоянии и были готовы затонуть при первом удачном шторме; к сожалению, все печати Узумаки еще к моменту прибытия Наруто на остров давно ослабли, а сейчас так от них вообще ничего не осталось.       — Ах ты маленький засранец… — Пакура уже была готова начать складывать печати. Курама ощетинился. Он выяснил, что его техники никуда не делись: бомба хвостатого зверя могла разнести здесь все. По мнению Курамы Наруто бы не пострадал, однако Пакуре бы точно пришел конец.       — Так, успокойтесь, — Наруто не кричал, лишь дождался момента, когда оба будут переводить дух, — и послушайте меня. В Узушио мы сейчас не пойдем. Там небезопасно.       — А в Стране Ветра безопаснее? — съязвил Курама.       — Парадоксально, — ответил Наруто, поднимаясь на ноги, и стал искать свой рюкзак. Пакура победоносно ухмыльнулась, тут же принявшись тушить буржуйку и складывать футон. Девушке очень повезло, что перед уходом из Акацуки она додумалась запечатать свой футон и забрать его с собой; Наруто ведь взял только два, изначально планируя второй как запасной использовать. Правда, с появлением Курамы, приватизировавшего подстилку, эта идея сошла на нет.       — Понимаешь, там ведь и правда нас никто не будет искать, — Наруто продолжил разговор, складывая свой футон в рюкзак. — Честно говоря, сомневаюсь, что Казекаге вообще будет дело до трех отщепенцев. Тебя навряд ли распознают, Пакура… ну, если на рожон лезть не будет, то останется цела. А я вообще интереса не представляю, потому что у меня чакры нет.       — Вы — два идиота, — Курама устало потер переносицу, видя, как его товарищи собираются в дорогу. — Дело не в деревне, а в одном тупоголовом еноте. Этот ублюдок почувствует меня издалека.       — Но ты же мне сам говорил, что хотел бы с ним увидеться? — Наруто обернулся, вопросительно посмотрев на Кураму.       — Говорил, да… все, неважно, — Курама махнул рукой. — Ладно, я согласен. Идем в Страну Ветра.

***

      Шикаку очень сильно хотел домой. Очень сильно. Очень очень сильно. Он не хотел слушать, как Микото отчитывает Джирайю. Не хотел слушать, как Цунаде отчитывает Джирайю. Не хотел слушать, как Джирайя оправдывается перед Учихами и самой Цунаде. Но Шикаку был Хокаге уже восемнадцать лет. За это время у него появилась очень важная способность: спать с открытыми глазами. Шикаку всем своим видом говорил, что слушает, хотя на деле считал ворон где-то очень далеко. Честно говоря, Шикаку не понимал, из-за чего вообще весь сыр-бор. Да, Наруто не вернулся в деревню. Да, Микото злится. Да, Джирайя виноват. Однако они же говорили про человека, который, по словам Итачи и Джирайи, между прочим, очень уважаемых и сильных шиноби, был в состоянии раздвинуть море щелчком пальцев. Шикаку был прагматиком и правда не понимал, почему все переживают. Они имеют дело с существом, силы которого неизмеримы. Даже если бы Шикаку хотел его контролировать, он бы не смог ни при каких обстоятельствах.       — А ты что скажешь, а? — Цунаде посчитала своим долгом защитить Микото и мгновенно встала на ее сторону. — Ты же Хокаге! Скажи хоть что-нибудь! Шикаку устало откинулся на спинку кресла; его сын, Шикамару, по правую руку от отца лишь тихо простонал. Яблоко от яблони.       — Что я думаю? — протянул Пятый, складывая руки в замок. — Что я думаю… я думаю, что вы все неправы. Цунаде опешила. Вот так новости. Фактически сейчас кабинет Хокаге разделился на два лагеря: Микото, Цунаде и почему-то Саске считали, что нужно немедленно начать поиски Наруто. С другой стороны Фугаку, Итачи и Джирайя логично полагали, что такая «помощь» будет сродни помощи муравья человеку. Тоже бесполезная. Фугаку уже тысячу раз получил гневные взгляды от жены, однако он слишком доверял Джирайе и старшему сыну, чтобы действовать иррационально. И среди этой «войны» Шикаку решил выступить в роли арбитра, а не союзника какой-либо стороны.       — Объяснись, — потребовала Цунаде.       — Давайте будем откровенны, мы сейчас говорим о человеке, который даже в системе шиноби-то и не числится, — Шикаку развел руками. — И если Джирайя и Итачи говорят правду, в чем я не сомневаюсь, то, откровенно говоря, Наруто не грозит опасность. Так что посылать за ним отряд, когда у нас на горизонте маячит конфликт с Туманом, я не хочу. Джирайя облегченно выдохнул. Он протянул Итачи кулачок, и парни стукнулись. Фугаку блаженно прикрыл глаза; мужчина полностью доверял как своим сыновьям, так и Джирайе.       — Однако и бездействовать я не стану, — Шикаку заметил их ликование и тут же его пресек, чем вызвал одобрительный возглас со стороны Саске, Цунаде и Микото. — Пока никто из нас не знает, на что на самом деле способен Наруто, я хочу за ним наблюдать. Слишком опасно упускать из вида этого парня.       — И как ты хочешь этого добиться? — Микото, казалось, почти приняла поражение. Шикаку поднялся со стула, подойдя к окну. Гора Хокаге не претерпела вообще никаких изменений, однако вокруг нее селение изменилось кардинально. Во-первых, экономика Конохи росла по экспоненте. Из-за выгодных договоров с Песком, заключенных после инцидента с Гаарой, в деревню потекли инвестиции. Раса, скрипя зубами, все-таки выполнял свою часть договора, вкладывая много средств в развитие Листа. В результате этого Шикаку и свои деньги сохранил, и благосостояние граждан увеличил. Коноха обросла небоскребами, которые на данный момент были только в Кири, увеличилась в размерах в два раза и, что самое главное, открыла месторождение редких ископаемых на своей территории. Тот самый порт, из которого Наруто отплывал на Узушио, теперь превратился огромный торговый пункт, через который Коноха перевозила ресурсы. Более того, увеличилось население Листа. Если десять лет назад в Академию шиноби поступало в среднем тысяча учеников за один поток, то сегодня их число выросло в три раза. В деревне развивался малый и средний бизнесы, росли зарплаты. Построили даже первый театр. В общем, жизнь действительно налаживалась. Чего нельзя было сказать о внешней политике. Из-за растущей роли Конохи в экспорте ресурсов, Кири стала терять позиции. Когда-то великий Туман сейчас был лишь тенью самого себя. И Мизукаге Мей Теруми это бесило. Она постоянно засылала своих шиноби в Страну Огня, провоцируя Коноху на открытый конфликт. Шикаку не поддавался, но дайме начинал требовать от него решительных действий.       — На данный момент только мы знаем всю картину, — Шикаку устало потер переносицу. — Для остальных деревень Наруто, по сути, никто. Это играет нам на руку. Джирайя, твоя агентурная сеть все еще стоит?       — Как миленькая!       — Вот и хорошо, — Шикаку кивнул. — Пусть пара твоих агентов наблюдает за Наруто издалека. Я хочу знать, что он делает и куда идет.       — А вернуть ты его попробовать не хочешь?! — Цунаде вот, в отличие от Микото, поражение признавать не собиралась. — Саске, скажи хоть что-нибудь! Разве ты согласен?!       — Госпожа Цунаде, я бы хотел, чтобы Наруто сейчас был здесь, — Саске лишь развел руками; за пять лет он сильно вырос в моральном плане. — Тем не менее я не хочу ограничивать его. В любом случае, думаю, если бы я оказался на его месте, то поступил бы также.       — Он же очень силен, и сила его не поддается пониманию, — Итачи продолжил за брата, чувствуя, что сейчас «переманит» его на свою сторону. — Думаю, причина у Наруто все-таки есть, чтобы не возвращаться сюда.       — И какая же? — Цунаде хитро прищурилась.       — Скорее всего он боится навлечь беду на деревню, — Итачи лишь пожал плечами; он не поддавался давлению. — Вам ли не знать, что в нашем мире сильный человек всегда будет предметом любопытства со стороны кого-то другого. Отправившись… если так можно выразиться, в добровольное изгнание, Наруто оберегает нас от ненужного внимания. Цунаде, может, и хотела что-нибудь сказать, чем-нибудь парировать, однако она сама когда-то именно по этой причине покинула деревню. И Джирайя в том числе. Принцесса лишь ссутулилась, гордо отвернувшись. Не признавала она поражений.       — На том и порешили, — Шикаку резко оживился, предвкушая конец рабочего дня. — Оболтус, вставай! Шикамару ойкнул, когда получил подзатыльник от отца. Но все-таки тут же подскочил.       — Джирайя, я бы хотел, чтобы Саске и Шикамару курировали это дело, — Хокаге кивнул в сторону самых младших членов собрания. — Они только недавно стали джоунинами, им нужно набираться опыта. А это отличная возможность.       — Хозяин — барин, — Джирайя лишь пожал плечами. — Парни, встретимся с вами на барбекю завтра в десять утра. Не опаздывать! И если Саске был только рад такому назначению, так как всегда интересовался шпионажем и уже изголодался по заданиям, то вот Шикамару лишь облегченно простонал. Нара-младший оказался еще ленивее своего отца.       — А, может, не? — Шикамару попытался противостоять такому решению.       — Мы не можем «не», — Джирайя насупился. — Мы сделаем то, что сказал Хокаге.       — Как удобно ты подстраиваешься под систему, — пробурчал Шикамару.       — Довольно! — Шикаку стукнул по столу; он уже очень хотел домой. — Совет объявляется закрытым. Идите уже по домам, ради бога, я за весь день ничего не ел! Фугаку долго уговаривать не пришлось. Он подошел к Микото, попытался взять ее за руку, однако в ответ получил лишь шипение. Женщина обижалась на мужа за то, что не встал на ее сторону. Итачи и Саске тут же растворились в листях шуншина. У каждого были свои дела. Цунаде злобно зыркнула в сторону Джирайи, всем своим видом показывая, что нужно поговорить наедине. Может, Жабий Отшельник и не хотел, но кто он такой, чтобы противиться столь статной и красивой женщине? Шикамару покинул кабинет последним. Он лишь в последний раз с мольбой в глазах посмотрел на отца, словно тот его на смертную казнь отправлял.       — Нечего на меня так смотреть, — Шикаку решил включить властный тон, чем немного рассмешил сына. — Ты лентяйничаешь целыми днями. Пора уже приниматься за дело.       — Какая морока… — простонал Шикамару, но спорить дальше не стал. Шикаку дождался, пока его сын покинет кабинет, и стал собирать бумаги. Наруто все никак не выходил у него из головы. По докладам Итачи сложно было понять понять полноценную картину, однако вот Джирайя раскрыл всем глаза на правду, пусть и горькую:

Наруто не совсем человек.

А Шикаку лучше остальных знал, что таких лучше не злить.