Изоляция

Дело №: изоляция Иногда я ловлю себя на том, что говорю сама с собой. Мысленно. Будто во мне живёт второй человек, который ведёт протокол. И он задаёт вопросы. Например: «Лана, а когда ты перестала выходить на улицу?» Я отмахиваюсь. Не помню. Год назад. Может, больше. Время после этого как-то слилось. Раньше всё было иначе. Шторм. Много внимания. Меня обсуждали. Любили. Ненавидели. Звали, потому что со мной было «весело». Я была тем, вокруг кого что-то происходит. А потом я просто ушла. Выключила свет в шумной комнате и закрыла дверь. Было удобное оправдание. Практика. Зимняя. Удалённая. Сиди дома, ничего не делай. И я расслабилась. Не надо никуда идти. Не надо ни с кем говорить. Можно лечь спать под утро. Можно просто быть. И я стала игнорировать всех. Сначала — не сразу отвечала. Потом — придумывала причины. А ещё меня дико колбасило, если меня слишком настойчиво тянули куда-то. Как будто давили на синяк. Я говорила себе: перезимую и всё наверстаю. Обязательно. Но весной я не наверстала. В апреле я вышла. Ненадолго. И обожглась. Не буду в подробностях. Не хочу. Человек, которому я доверяла. Сделал мне плохо. Сначала словами. Потом не словами. Я привыкла к грубости. Ко злости. К тихой ненависти. Но не к такому. Со мной такого раньше не случалось. Наверное, потому что я выгляжу беззащитно. Или потому что у меня были те, кто мог заступиться. Но в тот раз это не сработало. Или сработало не так. После апреля было лето. Я его провела дома. Окончательно. Игнор стал стеной. Меня понимали. Не осуждали. Говорили: «Да, такое пережить сложно». И отступали. А я оставалась одна. Я стала вздрагивать от звуков. От резких движений. Лето было жарким, а я сидела внутри и боялась. Если выходила, то смотрела на каждого прохожего и думала: «Опасный?» День рождения в июле прошёл тихо. Только с мамой. А сейчас декабрь. Я всё ещё тут. В своей комнате. В изоляции. Но кое-что изменилось. Появилась Вика. И когда она здесь, я выхожу на улицу. Не смотря на холод. Не смотря на страх. Я выхожу. Потому что с ней — не так страшно. Она как живой мост назад. Я цепляюсь за этот мост. Но я не говорю об этом. Никому. Даже себе в мыслях обрываю эту тему. Просто выхожу. Дышу. И надеюсь, что когда-нибудь страха станет меньше. А стены смотрят. И всё понимают без слов.