Том 5 Глава 7 - Злоба или слабость?

Я стремительно покатился по земле, лишь усугубляя свои раны. Возможно, это вышло случайно — я планировал приземлиться изящно, но... ГРОХОТ! Тень крупного Титана накрыла меня, сбивая с ног Улыбающегося Титана и впечатывая его в землю. Кровь, брызнувшая с его руки, всё ещё оставалась на моём лице. Я попытался осознать, что только что произошло, потому что Эрен, казалось, совершенно не ощущал боли или потрясения. Подобное случается только когда... Этот Титан — королевских кровей? Голоса, которые я слышал в видениях, упоминали что-то о ребенке с королевской кровью. И та женщина... Дина? Она была красива до того, как её превратили в подобное существо. Громоподобный топот Титанов приближался. Это работа силы Основателя, верно? Значит ли это, что для использования Основателя не обязательно быть съеденным членом королевской семьи, а достаточно простого контакта носителя Основателя с Титаном королевской крови? Нет... Ведь Эрен всё ещё контролировал Титанов. Это означало, что использование Основателя зависело от его воли. Стоит ли мне оставить Дину Фриц в живых? Выгодой стал бы запасной носитель королевской крови для использования Основателя или производства наследников. Если Дина выживет, мне будет гораздо проще манипулировать ею, учитывая её прошлое. Возможно, я мог бы скормить ей Энни. Нет. Слишком высокий риск ради такой награды. Вероятность застрять на территории Титанов, если я не уйду с Разведчиками прямо сейчас, слишком велика. К тому же, даже если бы я спас Дину Фриц, у меня не было под рукой Титана-оборотня, чтобы вернуть ей человеческий облик. Надо было взять рацию! — Эрен! Мы уходим! — Я уже понял! Ты в порядке?! — крикнул он, неся Микасу на спине. — Я в норме. Нам нужно найти лошадь. Ты понимаешь, что сейчас произошло? — Я... Я понятия не имею! Я просто ударил Титана кулаком, прежде чем ты его порезала, и... — Можешь попробовать сделать это снова? С теми парнями? — я указал в сторону несущегося Бронированного Титана. Эрен остановился, его глаза расширились, а затем исказились от ярости. Он закричал Бронированному, чтобы тот остановился, и приказал каждому титану в округе... — ...УБЕЙТЕ ИХ! Я с изумлением наблюдал, как Титаны, пожиравшие Дину Фриц, сменили цель и бросились на дуэт Колоссального и Бронированного. Так это и есть полная мощь Основателя? Или лишь малая часть его силы? Я посмотрел на юношу, обладавшего ею. Мы втроём бежали всё дальше и дальше от поля боя, но с момента моего третьего столкновения с теми странными видениями мой разум занимала лишь одна мысль. У его отца, Гриши Йегера, была семья в Марли с Диной Фриц. У них был как минимум один ребенок с королевской кровью, и они оба были отправлены на Парадиз где-то в последние двадцать лет. Но каким-то образом Гриша смог получить Атакующего... Титана... а не Дина... Что? Ситуация вызывала у меня немалое замешательство. Если их обоих отправили на Парадиз — место, куда Марли ссылает элдийских преступников, — то, по логике, они должны были стать парой Титанов вместе. Однако этого не случилось, и Гриша каким-то образом сумел завладеть Атакующим Титаном... Был ли кто-то знакомый Грише в отряде Марли, отправленном превратить его в Титана, кто также владел Атакующим и передал его Грише в последний момент? Нет. Это слишком сложно. К тому же, было бы продуктивнее, если бы Атакующего Титана получила Дина. Её королевская кровь могла бы как-то повлиять на Атакующего, даровав ему усиление или что-то полезное. Что вообще такого особенного в Грише? Почему он вообще передал Атакующего Титана и Основателя Эрену? Кто бы ни владел Атакующим Титаном... Почему они отдали его Грише, а не Дине? Смятение и попытки рационализировать происходящее, соединить точки в единую картину царили в моём разуме всю дорогу домой. В чём вообще заключалась особая способность Атакующего Титана?

|| Разделитель текста: Восковые Крылья ||

— Успокойся, Бертольд. — Они сказали, что Энни у них! — голос Бертольда сорвался на панику. — Они заставили её говорить и п-п-предать нас?! Что?! Им пришлось нелегко, но они сумели добраться до Стены Мария целыми. Едва переведя дух, Бертольд начал паниковать из-за Энни, расхаживая взад-вперёд; тревога вспыхнула при мысли о том, что его возлюбленная могла их предать. — Они могли солгать, — попытался найти рациональное объяснение Райнер. — Как его звали? Аянокоджи Киётака, верно? — Да, тот детектив из Военной Полиции! Тот самый, кому Микаса и остальные иногда писали письма, да! Потом он внезапно исчез однажды – вернулся, и теперь всё это дерьмо... Глаза Райнера расширились, в животе образовалось тянущее чувство. — ПОСТОЙ! — ЧТО?! Бронированный Титан медленно сел на вершине Стены Мария, потирая переносицу. Его разум работал на пределе, тело начала бить заметная дрожь. — Ты... Ты помнишь, что Энни говорила о парне, который поймал её в столице? Тот, который... Бертольд успокоился, ход его мыслей медленно начал совпадать с мыслями Райнера. — Да. Эм... Выше её, монотонный голос. Он носил маску со стеклянным визором или что-то в этом роде. Эм... — Бертольд... Ты думаешь, что... Глаза Колоссального расширились. — Нет... Э-это не... Это безумие. — Но в этом есть смысл. Он исчезает, служил в Военной Полиции предположительно не менее трех лет и имел контакт со 104-м кадетским корпусом. — Он мог проверить наши личные дела... — выдохнул Бертольд, почти смертельно побледнев, вспоминая, как все трое подделали свои досье. — Т-так он двойной агент для... Райнер покачал головой. — У меня голова раскалывается, стоит только подумать об этом. Вероятно, он двойной агент, заглянул в наши файлы, нашёл несоответствия, а затем КАКИМ-ТО ОБРАЗОМ выяснил, что мы Титаны-оборотни. Может, он работал на правительство или типа того? Они те ещё мутные типы, это я знаю точно. Попытка распутать гигантскую паутину, сплетённую Аянокоджи Киётакой, стала огромной головной болью для оставшихся Воинов. Единственный способ узнать всю информацию — найти того, кто всё это начал. — ...Что нам делать с Энни? Единственный вариант, при котором они знают о Либерио – это если Энни рассказала им всё... — Это не значит, что она предала нас, Бертольд. Это значит, что они заставили её говорить. Несмотря на эти слова, временные рамки не сходились. Как военные могли захватить Энни и заставить её говорить меньше чем за три дня? Если предположить, что её схватили сразу после 56-й экспедиции. Они знали, что Энни куда более стойкая. Зёрна сомнения... — Значит, она ДЕЙСТВИТЕЛЬНО у них... мы вернемся за ней? — Нет. Они знают наши лица и какое-то время будут в состоянии повышенной готовности. Лучшее, что сейчас можно сделать – встретиться с Зиком. Мы доложим всё, что знаем, и он решит, как действовать дальше. Кроме того, нам понадобится его помощь, если мы собираемся спасать Энни. Мы понятия не имеем, где её могут держать. — А что насчет Эрена? — Эрен... — Райнер поморщился. — Почему это должен быть именно он? Из всех людей он – худший кандидат на обладание Координатой. — Что именно это было? — рассеянно спросила Имир, греясь на солнце. Кто знает? Возможно, она делает это в последний раз. — Как он мог управлять Титанами? — Потому что он владеет Титаном-Основателем. — Разве он не должен быть у кого-то из потомков короля Фрица? — Каким-то образом, каким-то путём он оказался в его руках. После минуты молчания Райнер спросил: — Почему ты помогла мне? Когда те Титаны навалились на меня. — О, ну... Наверное, потому что я дура. Имир села и посмотрела на них, наслаждаясь их растерянным видом. — Слушайте, вы не можете просто прийти к своим товарищам с пустыми руками. Если бы вы не пришли ломать эту Стену, я бы никогда не проснулась от того кошмара. Ты прав. Я могла бы уйти после того, как спасла тебя, но я подумала, что достаточно обязана вашему другу, чтобы убедиться, что вы доберётесь до своих товарищей в безопасности. И потому что я, вероятно, единственная, кто понимает вашу ситуацию. — Спасибо, Имир, — искренне сказал Райнер. — Мне жаль, что... «Меня съест один из ваших Воинов?» — саркастически закончила она у себя в голове. — Да, да. Всё нормально... Быть хорошей девочкой оказалось не так уж и плохо. Одной вещью, которая не была озвучена, была сделка, предложенная Киётакой. Энни за Имир. Стоило ли оно того? Состоится ли вообще этот обмен? ... .. . .. ... .. . .. ... С докладами, заявляющими о возможности прорыва Стены Роза, граждане были вынуждены искать убежище в подземном городе внутри Стены Сина. Однако, когда более половины населения было вынуждено выживать за счёт продовольствия, запасённого на случай чрезвычайных ситуаций, даже промышленные зернохранилища не справлялись со спросом. Производство товаров не первой необходимости было остановлено, и все фабрики спешно перепрофилировались на производство еды. В лучшем случае этого хватит на полгода, прежде чем все запасы зерна иссякнут, даже при рационировании. Всё, что дольше, приведёт к ещё большим гражданским беспорядкам. Военная Хунта, по приказу своих новых покровителей, объявила Стену Роза пригодной для проживания не прошло и недели после первой вспышки, а перемирие с ОЗТО оконченным, и боевые действия возобновлёнными. Потери Разведкорпуса были ошеломляющими. В тот день численность Разведкорпуса сократилась вдвое, до ста пятидесяти человек из почти трёхсот после 56-й экспедиции за стены. И это не считая раненых, одним из которых был Аянокоджи Киётака. Сейчас его можно было увидеть мирно отдыхающим на чистой больничной койке в районе Трост; он получил несколько трещин в ребрах — «подарок» хаоса недавней битвы. Подумать только, самый опасный человек на планете может спать так мирно... Тук! Тук! Тук! Киётака открыл глаза на стук, а затем на щелчок двери, сигнализирующий, что она открыта. Клок светлых волос показался в проеме. Это была Хистория. — Эм... Я... не помешала? — Здравствуй, Хистория, и нет, не помешала. Юная леди замерла на мгновение, её взгляд стал чуть более меланхоличным, словно что-то сильно её тревожило. — Ты... Ты не против, если я войду? Я принесла воды. Юноша покачал головой и указал на ближайший стул. Хистория поставила стакан на комод рядом и аккуратно села, стараясь не выглядеть взволнованной. — Спасибо. — Он сделал глоток, присаживаясь и стараясь не тревожить ребра. — Ты хотела о чём-то поговорить? Хотела. Что-то очень тяжелое только что легло на её плечи. — Я просто... эм... — Хистория с трудом подбирала слова, запинаясь и сбиваясь несколько раз. Это продолжалось до тех пор, пока она просто не замолчала, поджав губы. — Сделай глубокий вдох. Ты сможешь поговорить со мной, когда будешь готова. — С... Спасибо, кхм, — воздух наполнил её легкие. — Командир отряда Ханджи только что... сообщила мне кое-что... Мне — мне не разрешено обсуждать это ни с кем, кроме... тебя, по совпадению. Киётака хмыкнул, призывая её продолжать. — Я... Я правда стану Королевой? — О... Так дело в этом... Хистория пересказала информацию, которую ей передала Ханджи. О смене стороны Киётакой, его удивительной осведомленности о семье Рейсс и, что самое важное, их связи с троном Стен. Киётака знал, что это огромное бремя для кого-то столь юного, пятнадцати лет от роду. Несмотря на возраст, подходящий для правления согласно законам престолонаследия, у Хистории не было ни образования, ни подготовки для управления государством. Она была обученным солдатом, а не монархом. Также он учитывал потерю Имир, что сказалось на душевном состоянии Хистории. Девушка казалась полной противоречий и потерянной. Киётака решил пока избегать этой темы. — ...Я не знаю... Я сказала командиру отряда Ханджи, что подумаю, но... Как ты считаешь, что мне делать? — Я? Что я думаю? Хистория кивнула. — Да... Я... Я не уверена, как поступить. Если я нужна Стенам, я сделаю это, но... Не уверена, что буду лучшей правительницей. Я не глупая, я знаю, что они будут считать меня какой-то марионеткой для военных, поэтому я спрашиваю тебя. Что мне делать? — Во-первых, ты будешь марионеткой, несмотря ни на что. У тебя просто нет набора навыков, чтобы быть настоящим монархом. Член королевской семьи вздрогнула. — ...Я понимаю это. — Далее, твоё личное мнение. Что ты думаешь о том, чтобы быть Королевой? Хистория запнулась, покраснев. — Я-я понятия не имею. Всё, что я знаю о королях и королевах – это из книг, которые я читала в детстве. Ничего больше. — Тогда сформулируй мнение сейчас. Каково твоё мнение о том, чтобы стать Королевой? — Тогда, я думаю... — Девушка опустила голову на ладонь. Она недолго думала, прежде чем дать ответ. — Это ответственность, с которой мне понадобится куча помощи, но я... не уверена, стоит ли брать на себя... это... бремя. — Ты ведь не ожидаешь, что будешь знать всё об управлении королевством? — Да. Вероятно, не буду до конца своей жизни. — Хм. Хистория сглотнула. — ...Тогда... Ты думаешь, мне стоит быть Королевой? — А? — Ты думаешь, мне стоит быть Королевой? Да или нет? — на этот раз она была настойчивее. — Почему ты задаешь мне этот вопрос? — П... Потому что я не знаю, что делать! Это... если мне суждено быть Королевой, и больше некому унаследовать трон... Что мне делать?! Я думала, дворян арестовали и-или типа того! Значит ли это... Её вспышка была отчасти ожидаема. Хистория крепко сжала простыни кровати. Киётака видел, что она дрожит от тревоги. Эта ответственность перед Стенами была чем-то, что, по крайней мере, по его мнению, Хистория не должна брать на себя сразу после потери близкого друга. Это было просто немного бесчувственно по отношению к ней. Хотя, что он знал об этом? — Что мне делать?! Принять это? Я-я не знаю! Это просто... — Просто что? «Её мысли разрознены и в беспорядке, — подумал он. — Потерять Имир, а потом думать о троне. Для человека, чье прошлое столь жалко, как у Хистории, это почти как если бы стены сжимались, а давление нарастало». — Я... Не думаю, что смогу когда-нибудь увидеть... или сделать... или... Киётака привлёк её внимание, слегка ущипнув за руку. — Мы говорим о том, что ты станешь Королевой, или об Имир? — А? — она вытерла туман, застилающий глаза, удивленная. — К-конечно, мы говорим о том, что я стану Королевой! О чём же ещ... — Возможно, мы сможем вернуть её, — вклинился он, зажигая маленькую искру надежды в глазах особы королевской крови. Хистория резко вскочила. — Что?! Постой! Правда? Не говори так, ты лжёшь... Имир... — Энни за Имир. — глаза Хистории расширились. — Когда я был на голове Бронированного Титана, я предложил совершить обмен. Энни Леонхарт на Имир. У меня, конечно, нет полномочий, чтобы провести сделку, но... — ...Если бы я стала Королевой, я могла бы просто приказать провести сделку... — Шестерёнки в голове Хистории начали вращаться. — Ты серьезно? — Он накрыл её руку своей. — Ты только что сказала, что не уверена, и по сути, говорила, что не хочешь... — Я... Я сделаю это! Даже если есть хоть малейшая надежда! Мне просто нужно рассказать командиру отряда Ханджи обо всём, и тогда всё будет решено! — Улыбка Хистории была почти ослепительной. Она сжала его руку двумя своими, поменьше. — Спасибо тебе большое, Киётака! Прежде чем она успела выбежать за дверь, он окликнул юную особу. — Подожди. Ты действительно собираешься стать Королевой только из-за... — Да! Я знаю, это немного эгоистично, но я знаю, что смогу справиться. Объединить людей вокруг себя, вернуть Имир и отвоевать Стену Мария. Я сделаю это! Киётака был несколько озадачен переменой настроения — от почти депрессивного и потерянного до чопорного и счастливого. — Погоди, послушай. Я даже не уверен, что они воспримут предложение всерьёз. У них нет доказательств, что Энни у нас под стражей. К тому же, есть война, которую тебе придётся вести, и ты должна быть объединяющим символом. Ты хочешь стать Королевой для своей страны или Королевой для себя? Это вернуло Хисторию на землю. — Это... — Если ты собираешься взять на себя эту роль монарха сейчас, ты должна понимать, что твои слова и действия будут иметь огромный вес. Ты очень взволнована, поэтому я советую тебе тщательно всё обдумать, хорошо? — Хех, — легкая улыбка появилась на её лице. — Ты всего на несколько лет старше нас, но продолжаешь давать все эти советы, словно старик. Он оскорбился и испытал странное чувство дежавю. — Старик? Мне 19... — Мгм, говори что хочешь, старик, — поддразнила Хистория, хихикая. Киётака не был впечатлен. — Эм, спасибо за этот, эм, разговор... это действительно помогло. Я подумаю над всем, что ты сказал! С прощальными словами и ослепительной улыбкой, будущая королева ушла. Шедевр Белой Комнаты лежал в постели, снова погружаясь в мягкие подушки, молча слушая отчётливые звуки экипажей и лошадей, проезжающих мимо больницы. Было спокойно. И он наслаждался этим. Прошли минуты, и он уже почти мог снова закрыть глаза. Вжииик! Украденное УПМ и открытие окна. — Капитан. — Хм? — Разведчики проглотили наживку. Они направляются в столицу. Все намеченные цели присутствуют. Эрвин скоро будет схвачен. Точно. То самое «собрание» с высшим командованием. — Убедись, что свяжешь Микасу, как планировалось, я возьму на себя Леви и прослежу, чтобы всех доставили в то же место заключения, где находится Энни Леонхарт. — Конечно, сэр. Я подготовлю ваше снаряжение. Мы скоро выдвигаемся. — Хм, — хмыкнул он, поднимаясь с матраса.

|| Разделитель текста: Восковые Крылья ||

Я вошёл в зал заседаний за несколько минут до того, как должны были прибыть уважаемые гости, облачённый в необходимое снаряжение для выполнения миссии. Мне нужно будет быстро нейтрализовать Леви, который, как я ожидаю, будет в конце группы, при этом сведя травмы к минимуму. У меня уже есть несколько треснувших рёбер, на полное восстановление которых может уйти полтора месяца. Больше мне не нужно. Премьер Закклай стоял в дальнем конце комнаты, тоже в противогазе — одном из тех, что его люди из Военной Полиции нашли во время небольшого рейда на окраинах территории ОЗТО. Он был, по сути, пешкой, с помощью которой я буду контролировать это новое правительство. Всё, что мне нужно сделать — это убедиться, что его легитимность в глазах общественности абсолютна, и не превышать полномочий и не отдавать приказов, которые выбивались бы из его характера. Премьер Закклай и высшее военное командование станут теми, кто будет возводить королей на трон. А мне нужно, чтобы военные подчинялись мне. Мне не нужны повстанцы. Комната, в которой я засел, станет практически неизбежной ловушкой, как только закроются двери. Даже если кто-то каким-то образом выломает двери, у них будет только два пути к отступлению, которые будут заблокированы. Также готов небольшой сюрприз. Скрип! — Прошу прощения, Премьер, — произнесла Ханджи официальным тоном. Она вошла, за ней последовали звезды 104-го Кадетского корпуса, включая Хисторию и Леви, который, как и ожидалось, был позади, присматривая за всеми. Двери за ними закрылись. — А, Ханджи. Вы здесь. Пожалуйста, присаживайтесь, — медленно произнес Премьер, глядя в окно. Интересно, что сейчас у него на уме. — Да. Если позволите спросить, где все? У меня важные новости для обсуждения. — А... Да, насчёт Хистории, верно? — Закклай обернулся. Полагаю, его внешний вид напугал кого-то, потому что стулья внезапно скрипнули, и кто-то встал. Что ж, пора. — Мне жаль... Последнее бормотание Закклая. Комната начала наполняться газом. Он был пурпурно-синего цвета и сочился из каждой щели и специально выбранных мест. Это был анестетик, обычно используемый в хирургии. Состоящий из севофлурана (C4H3F7O) и десфлурана (C3H2F6O). Эти фторированные газы представляют собой прозрачные негорючие жидкости при комнатной температуре, но легко испаряются для ингаляции. Эти соединения взаимодействуют с центральной нервной системой, вызывая и поддерживая анестезию путем усиления тормозного нейромедиатора гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) и снижения возбудимости нейронов. По сути, чем идеальнее смесь и концентрация этих химикатов, тем быстрее и на более долгий срок объект погружается в сон. Появившись из наших укрытий, несколько ключевых Разведчиков, включая Ханджи и её помощника, были немедленно сбиты с ног и связаны. — Ч-что происход... хаа... — Жан рухнул на пол. — Жан! Армин... — Эрен споткнулся о собственную ногу, прежде чем поддаться эффекту. Один за другим они падали, как мухи, за исключением... Куда делся Леви... !!! ВЖУХ! Мощный хук справа просвистел у моей головы сзади. Если бы я был хоть немного медленнее или мои чувства подвели меня хоть на секунду, мой череп проломился бы от чистой силы удара. Резко развернувшись, я нанес удар ногой, который был едва заблокирован невысоким капитаном; учитывая положение его рук, он заранее закрыл лицо, предотвратив вдыхание газа в первый момент. В чистом бою один на один с Аккерманом я совершенно не уверен, что смог бы победить честно. Тот случай с Кенни несколько лет назад укрепил моё мнение. Аккерманы были слишком физически одарены во всех отношениях, чтобы побеждать их в честных поединках. Нужно либо сломить их ментально до битвы, либо сделать то, что делаю я — применить химическое воздействие. — Т-тц... Леви медленно сопротивлялся моему натиску. Его стиль боя был более яростным, полагающимся не столько на технику, сколько на чистую силу. Это чем-то напомнило мне Рьюена. Леви был тем, кто дрался, чтобы выжить. Любопытно. Газ в комнате скрывал мои атаки, а также не давал Леви перевести дыхание, чтобы он не уснул, как остальные его товарищи. Вскоре мне удалось направить удар кулаком в его солнечное сплетение — пучок нервов в центре живота. Леви заметил это и попытался напрячь тело... ГЛУХОЙ УДАР! Финт, чтобы нанести удар открытой ладонью в горло. — Гхх! Затем, пока Капитан хрипел и синел, я нанес тяжелый удар ногой ему по печени, отправляя его в полет через всю комнату в царство бессознательности. — Хаа... Я давно так не дрался, несмотря на скоротечность схватки. — Свяжите его и дайте мне обезболивающее. Мои ребра всё ещё болят, — пробормотал я, бросив взгляд на Премьера, у которого был опечаленный вид. Несостоявшиеся повстанцы были связаны и отправлены в особое место — удерживающий комплекс, созданный так, чтобы из него было невозможно сбежать. А следующий шаг после этого? Кто знает?

[КОНЕЦ 5 ТОМА]