Том 6 Глава 1 - Человек в высоком замке

Правительство Элдии представляло собой наспех сколоченный набор институтов, обеспечивающих повседневное функционирование власти — или, скорее, его видимость. В идеале, на вершине этой пирамиды находился Монарх, правящий страной абсолютно и окончательно, опираясь на власть, дарованную ему самим Богом. Каждое его слово становилось законом земли, что и порождало проблемы в управлении. Под проблемами я подразумеваю то, что по указу Монарха всё могло измениться в одно мгновение, по его или её прихоти, невзирая на советы приближённых. Это можно сравнить с европейскими монархами моего мира, такими как Людовик XIV, «Король-Солнце», правивший более семидесяти лет. Он мог делать всё, что пожелает, из-за отсутствия реальной власти у дворянства. Говоря о дворянстве, мы переходим к органам управления, правящим от имени Монарха. Канцелярия — это то, что можно приравнять к нижней палате парламента в моём мире. Её возглавлял Канцлер, отвечающий за определение повестки дня для законодательства и утверждение бюджета. Однако с этим институтом есть проблема. Система фундаментально прогнила. Эта должность никоим образом не является выборной и стремится представлять интересы лишь жителей стены Сина — богатейших людей в стенах. Уверен, вы догадываетесь, что там происходит: принимаются законы и бюджеты, выгодные гражданам Сины, без каких-либо обязательств перед низшими классами. Учитывая довольно... быструю радикализацию общества, пронизанного идеями одной конкретной личности, нет ничего более уместного, чем реформы. Канцелярия, при всей своей святости и претензиях на роль отдельной ветви власти, подчиняется следующему институту в списке — самому могущественному после слова монарха. Королевская Ассамблея, по сути, действует как своего рода «Палата лордов» или «Тайный совет». Она состоит из представителей знати, высокопоставленных военных, членов Церкви и особо выдающихся граждан. Эта ассамблея может предлагать и принимать законы отдельно от Канцелярии, а также отклонять законы, предложенные Канцелярией. На словах они служат непосредственно монарху и исполняют его волю, на деле же — реализуют собственные интересы, прикрываясь именем короля. Хотя мне и импонирует эффективность их законодательной власти, новое общество этого не потерпит. Как бы мне ни хотелось править, обладая неограниченной властью, определённые реформы и перестройка принесут дивиденды для стабильности элдийского государства — например, конституция, гражданский кодекс, разделение властей, независимая судебная ветвь и эффективная бюрократия. Эти реформы также сэкономят мне время на укрепление власти и не позволят людям копировать мои методы в будущем. Прошёл всего день с тех пор, как я взял столицу под контроль, и мне предстояла встреча с высшими военными чинами. Войска Элдии эффективно свергли предыдущую Королевскую Ассамблею — единственную ветвь власти, которая имела вес, и закрепили власть в стенах, основываясь на военной доктрине, а не на гражданском праве. Могущественная армия хороша для государств, чьей движущей силой является война. Однако это может привести к очевидным ситуациям, когда правительство становится придатком людей с ружьями. Подчинение армии правительству при сохранении её силы станет частью моей миссии с этого момента. Возможно, мне также стоит создать тайную полицию. Если вкратце: легитимного правительства больше не существует. Есть лишь группа людей, размахивающих оружием, никем не избранных и крайне милитаризированных. Думаю, любой из моего мира понял бы, к чему я веду. — Ха-а... — я помассировал запястья и отложил ручку. Я запомнил почти каждый современный гражданский кодекс и свод законов, известный человечеству, вместе с их конституциями и способами обойти эти бумажки — лазейки были повсюду. — ...... Я посмотрел в окно Королевского дворца. Солнце вставало над стеной Сина, заливая город оранжевым сиянием. Унитарное королевство с некоторыми гражданскими свободами и разделением властей, но всё же, несомненно, авторитарное. Личность монарха почти приравнена к Богу, за ним остаётся последнее слово почти во всём, что касается законодательных вопросов, а также право вносить эти законы. Мне также придётся написать учебную программу. Следует сделать приоритетом воспитание всесторонне развитых учеников с отличными физическими данными, чтобы они могли, если захотят, в будущем вступить в армию. Я также мог бы скопировать несколько систем поддержки из старшей школы Кодо Икусей и внедрить их в школьную систему. — ... Возможно, мне стоит сделать обучение изолированным процессом. Без отвлекающих факторов дети и студенты будут лишь поглощать информацию, не отягощённую деструктивными нюансами обычной жизни. Им хватит социального взаимодействия между собой, так что, полагаю, это будет приемлемо. Стук! Стук! Стук! — Ваша встреча с верховным командованием скоро начнётся, сэр. Голос донёсся из-за массивных дверей. Мой взгляд переместился с небольшой стопки бумаг на дверь, затем на окно, и снова на дверь и окно. Мысль о том, что люди живут подобным образом, была немного завораживающей. Ближайшее, с чем я мог сравнить такое здание — особняк моего отца. — А... точно. Пожалуй, пора идти. Прогулка по богато украшенным коридорам дала мне время поразмыслить над информацией, которую я собрал за время своего краткого пребывания в роли «подлизы» в Разведке — о личностях кадетов 104-го корпуса, а также об интеллекте элитных отрядов. Впрочем, упомянутые элитные отряды в большинстве своём мертвы, так что работать там особо не с кем. Остались осколки отряда Леви — Петра Рал и Элд Джин, они живы, но ранены и всё ещё находятся в госпитале. Может быть, превратить Петру в Женскую особь в обмен на её преданность? Я слышал, ей, возможно, придётся уйти в отставку из-за характера внутренних травм, особенно повреждений спины. Возможность снова сражаться могла бы стать для неё стимулом согласиться. Нет. Не думаю, что это сработает так уж хорошо. Она верна Капитану, которого я упёк в тюрьму, а не мне. Ещё есть Элд, который собирается жениться на своей невесте, с которой помолвлен уже несколько месяцев. Как я могу использовать его? Заложник? Забудьте. Я мог бы использовать оставшихся членов отряда Леви как рычаг давления и разменную монету, чтобы получить информацию или что-то в этом роде. Или ты мог бы просто убить их. Это тоже вариант... Это избавило бы меня от ещё одного набора переменных, за которыми мне пришлось бы постоянно следить в будущем. Также был бы психологический эффект, который мог бы дать мне преимущество в... определённых ситуациях. Мне следует начать готовиться к тому, что будет после. — Прошу прощения. — Дверь отворилась, открывая вид на оставшихся членов верховного командования, сидящих за длинным столом. По бокам от них стояли члены ОЗТО. Некоторые, например Найл Док, узнали меня сразу, округлив глаза. — Мы начинаем собрание. Я сел во главе стола; Закклай расположился на дальнем конце с нечитаемым, но, несомненно, напряжённым выражением лица. Эрвина Смита здесь не было, так как он был тайно задержан вместе с остатками Разведкорпуса. Способность усыпить кого-то во сне — замечательный навык. На данный момент для прессы заготовлена история, если они вдруг решат расследовать исчезновение Разведкорпуса. После огромных потерь за последний месяц они проходят переподготовку в восточных горах стены Роза, и их руководство не будет посещать никаких публичных мероприятий. Мне не нужно, чтобы они создавали проблемы в ближайшие несколько месяцев, пока я всё реорганизую. — Как вы все знаете, нам многое предстоит обсудить. Недавнее вторжение Титанов, свержение Королевской Ассамблеи и общая неопределённость внутри Стен – никогда ещё угроза человеческой жизни не была столь велика. Должно быть... — И чья это вина?! — Найл неожиданно вскочил со своего места. Он тяжело дышал, по лицу тёк пот. — Кто несёт за это ответственность... — Командир Найл Док из Военной Полиции, тридцати пяти лет, женат, трое детей. Я настоятельно прошу вас сесть, пока я не закончу вступительное слово. Или вам есть что добавить, чего я ещё не знаю? — Это... — Найл, пожалуйста, сядь. Не усложняй нам жизнь... — мрачно произнёс Командир Пиксис. — Разве ты не видишь? Этот человек моложе всех нас, и всё же он переиграл нас во всех аспектах. — Ха? — Ох... Мне нужно тебе объяснять? Клевета, разоблачение Королевской Ассамблеи, инцидент в Тросте, переворот... Всё это было спланировано заранее человеком, сидящим перед нами, не так ли? — Все взгляды устремились на меня, кто-то из полицейских ахнул. Пиксис продолжил: — Честно говоря... Я даже не могу представить себе такую жестокость... Настроить общественное мнение против правительства и, следовательно, армии, чтобы свергнуть его... затем лично захватить контроль, собрав ключевых чиновников вместе... И всё это, как я предполагаю, контролируя действия Бронированного и Колоссального Титанов за пределами нашей территории. Старый командир сделал глоток воды. — Затем заманить Разведчиков в ловушку и, опять же, как я предполагаю, запереть их, потому что ты знаешь, насколько они опасны. И заметьте, он сделал всё это, не привлекая к себе внимания. Я выскажу то, что сейчас у всех на уме ... ‎ — Ты настоящее чудовище, Аянокоджи Киётака. ‎ Я моргнул. Ах, у меня чувство дежавю. — Принято к сведению, но я хотел бы перейти к повестке дня и реформам всей нации, которые я хочу внедрить. Командир Пиксис усмехнулся. — Из террориста в строители государства... Это не уникальный случай, когда массовые убийцы становятся политиками, Пиксис. — ...Что именно реформировать? Полагаю, это согласуется с вашими публично заявленными целями, — констатировал Закклай. Цели ОЗТО хорошо известны, и если правительство реализует всё сразу, это практически раскроет всю схему. Сейчас лучше имитировать умеренный курс. Я хмыкнул, доставая несколько бумаг. — Мы должны рассмотреть растущее недовольство внутри Культа Стен в связи с недавними потрясениями. Они – ярые монархисты и настаивают на кампании по возвращению на трон истинного монарха. Они также готовы вести переговоры о роли оставшегося дворянства. Отношение государства к религии и её функции в государстве — горячо обсуждаемая тема в современном мире. Должны ли церковь и государство, как в концепции «laïcité» или «светскости» по французской модели, быть полностью и абсолютно разделены в функциях управления и общественной жизни? Эта концепция состоит из трёх основных принципов: разделение религии и государства, свобода вероисповедания и равенство перед законом. Это означает, что правительство действует независимо от религиозных организаций, а люди имеют право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой без дискриминации. Концепция направлена на сохранение нейтралитета в общественных пространствах и институтах, что означает отсутствие религиозных символов или продвижения какой-либо религии над другими в государственных учреждениях. Это также ведёт к запрету религиозных символов в упомянутых общественных местах, а в случае государственного образования — к светской учебной программе, не основанной на какой-либо религиозной доктрине. Если бы вы спросили меня, то в моём понимании, принципы светскости активно практиковались в Белой Комнате, если только вы не считаете идеологию моего отца религией — тогда это совершенно другой случай. Суть дела в том, что отношения Стен с Церковью и Государством были в подвешенном состоянии; я мог бы полностью уничтожить идеологию Культа Стен, зная, что Стены сделаны из Титанов, однако я хотел бы сохранить порядок... Но если я позволю им остаться безнаказанными, они будут вмешиваться в мой план образования со своей религиозной доктриной, которая, я уверен, основана на странной смеси германо-языческо-христианских верований. Понятия не имею, как это вообще сложилось. Возможно, я смогу перебрендировать Культ Стен во что-то более узнаваемое из моего мира. Избавиться от Стен как их главного объекта поклонения будет немного утомительно, но я смогу это сделать. Ребрендинг или демонтаж? — Культ Стен всё ещё обладает значительной властью, однако нам удалось арестовать несколько высокопоставленных членов. Как мы можем им доверять, не говоря уже о знати? — заявил Закклай, сузив глаза. — Пока что мы будем работать с ними. Люди хотят стабильности и уверенности в своём правительстве. Мы планируем дать им это. Подготовка к коронации Её Величества Королевы начнётся прямо сейчас. Ошеломлённая тишина сменилась тревожным шёпотом. — ...Её...? Я хмыкнул. — Да, Её Величества Хистории Рейсс из рода Рейсс. Несмотря на светлые волосы и невысокий рост, она – наша королева. У кого-нибудь есть вопросы? — Да, Аянокоджи, — сказал Пиксис. — Где именно находится Её Величество? Я пожал плечами. — Не знаю, вероятно, тренируется в горах. Напряжение в комнате после моего комментария возросло. Я не шелохнулся и больше ничего не сказал по этому поводу. Выживание этого правительства — вопрос времени. Та сторона, которая сможет легитимизировать себя первой, победит в глазах общественности. Однако, если одна из сторон будет слишком медлить, и коронация Хистории Рейсс состоится — обе стороны проиграют и будут вынуждены действовать как союзники при новом монархе. Всё это также нужно держать вдали от глаз общественности. Если увидят, что военные, чей кровный интерес — уничтожение ОЗТО, позволяют им свободно разгуливать на публике, это ужасно скажется на их имидже и отдаст инициативу нам. Эти следующие несколько недель зависят от того, удастся ли оттянуть коронацию, одновременно наращивая нашу мощь. Конечно, я буду с ними помягче.

|| Разделитель текста: Восковые Крылья ||

— ...н! — ..рен! — .рен! — Эрен! Молодой человек судорожно вздохнул, его глаза распахнулись, чтобы увидеть... ничего. У него завязаны глаза? «Ах, я не могу пошевелить руками! Кто-то отрезал их? Нет... руки на месте». Мысли лихорадочно метались, пытаясь восстановить последние воспоминания. Он помнил, как его вызвали в штаб командования на встречу касательно информации о Хистории, их новой королеве, перед тем как... Эрен скрипнул зубами в неистовой ярости. На него и его друзей напали, и подстроило это верховное командование! Они тоже предатели? Но разве они не избавились от... Его мысли вернулись в настоящее. — Армин?! Что происходит? Где мы? — крикнул он. Его друг с облегчением выдохнул. — О, слава богу, ты очнулся. Я не уверен, но, думаю... думаю, мы в тюрьме. По какой причине... я не знаю! — Ты серьёзно?! Что... — Послушай, Эрен, я не знаю, где Микаса или остальные, но уверен, они где-то здесь. Насколько я могу судить, нас как-то заманили в ловушку и по какой-то причине заключили под стражу. Пока давай сохранять спокойствие. — Как я могу сохранять спокойствие, когда я ни черта не вижу, где нахожусь?! У меня завязаны глаза, а конечности связаны! Я даже не думаю, что смогу превратиться в Титана! Глаза Армина расширились от удивления. Он, напротив, был свободен, мог перемещаться без последствий. Это, несомненно, была мера предосторожности, чтобы не дать Эрену нанести себе вред. «Но если так — почему ему не заткнули рот? Эрен мог бы прокусить себе язык, если бы захотел». Блондин был в замешательстве, пытаясь расшифровать предполагаемое предательство военного командования. Постойте... Для военных было крайне нелогично на самом деле «предавать» их, учитывая, что их единственной целью было привести человечество к победе над Титанами, как было заявлено, когда они изначально возглавили переворот против Королевской Ассамблеи. Поступать так со своим лучшим оружием и символом надежды казалось... «Может быть, каким-то образом... Нет, нет, нет, это невозможно, мы бы предвидели это, верно? Стоп... а газ!! Откуда они его взяли? Как он мог усыпить людей? Единственные, кто способен на...» Сердце Армина упало. — Э-Эрен... — Что? У тебя есть план побега? Я превращусь прямо сейчас, если хочешь! — Нет! Стой! Не превращайся! Ты хоть знаешь, в какую сторону смотришь? А если ты заденешь меня?! — Эрен немного остыл. — Послушай, это может прозвучать безумно, но мне нужно, чтобы ты выслушал... Я... Я думаю, Киётака п-предал нас... полностью... Нет, похоже... он с самого начала был не на нашей стороне... — ....... — ....... — ....... — Эрен? — ...Тогда к чему всё это было? Командир отряда Ханджи сказала, что он был информатором ОЗТО... Но ты говоришь, что он... что всё это был спектакль, чтобы как-то подобраться к нам? П-По какой причине!? Я... ты несёшь чушь! Не может быть... — Послушай меня! — перебил его лучший друг. — Тебе не кажется странным, что кто-то такой умный, как Киётака, объявился из ниоткуда после исчезновения почти на год?! У него было лучшее прикрытие – его считали мёртвым, – только для того, чтобы случайно попасться на сжигании документов и быть взятым под стражу, и где он оказывается в итоге своей сделки?! Скажи мне! Под повязкой глаза Эрена расширились. Поначалу ему было трудно смириться с тем, что человек, которым он восхищался, оказался предателем, особенно кто-то столь мудрый, как Киётака. Это был почти тот же случай, что и с Райнером, но по какой-то причине это ранило куда более лично. Насколько знал Эрен Йегер, Аянокоджи Киётака теперь был даже большей загадкой, чем Воины. Из того, что он знал и что ему рассказывали товарищи, Киётака великолепно владел УПМ, несмотря на то что так и не закончил армейскую подготовку, и сражался за его возвращение с энергией и решимостью. Армин тоже был свидетелем и даже сравнивал навыки Киётаки с навыками Микасы. — Киётака был с нами... всю неделю, пока мы были в госпитале... и... Он был там, когда вы, ребята, пытались меня спасти... Армин выдохнул. — Да! А что, если он передавал сообщения ОЗТО!? Ты знаешь, у них есть украденные УПМ! Они могли появиться ночью и исчезнуть в следующий миг. — Но это... — А потом был газ, который всех усыпил. Ты помнишь это, верно?! — Да... — Голова Эрена пошла кругом. — Ч-Что мы вообще знаем о Киётаке? Серьёзно? Кроме того, что он выдавал себя за члена Военной Полиции и по какой-то причине хорошо владеет УПМ. Вот именно – ничего! Единственное, что я помню о нём – это когда мы были детьми, и он сидел под тем деревом! Больше ничего! Эрен дёрнулся в своих путах. — А-Армин, ты же не хочешь сказать... Это слишком. Ты понимаешь, что говоришь?! Это значит, он стоял в одной комнате с тобой! О-Он убил твоего дедушку, Армин! И родителей Жана тоже! И... Головокружение. Эрену казалось, что его сейчас вырвет. Он действительно ничего не знал об этом мире и его людях — людях, которые могли сидеть с каменным лицом перед своими жертвами и даже глазом не моргнуть — людях, которые могли манипулировать другими без малейших угрызений совести и завоёвывать доверие только для того, чтобы использовать это доверие против здравого смысла. Такие люди должны быть истреблены. — Эрен... Думаю, нам пока стоит выждать время. Я что-нибудь придумаю, — мрачно сказал Армин, понизив голос. Кровь Атакующего Титана вскипела. — Я тоже так думаю... В другой секции комплекса послышался звук открываемого замка. Ральф, член Центральной Полиции, вздохнул, уставившись на Саннеса. — Атакующий Титан и его приятель очнулись. Они громко разговаривали. Пожилой мужчина хмыкнул. — Конечно, единственный способ координироваться через такие толстые стены — это повышать голос. — Думаете, нам стоит войти сейчас? Взять его, прежде чем... — Нам следует подождать, — перебил напарника Саннес. — Если мы возьмём его без достаточных оснований или полномочий, кто знает, что эти парни выкинут. Ральф резко втянул воздух. — Конечно, конечно... Извините, я забегаю вперёд.

|| Разделитель текста: Восковые Крылья ||

У меня состоялась встреча с Родом Рейссом по поводу его внебрачного ребёнка. Я намеревался закончить всё быстро, так как вскоре после этого мне нужно было встретиться с оставшимися чиновниками и священниками из Культа Стен касательно их лояльности. Мои рёбра немного ныли, пока лошадь скакала по извилистым, плоским равнинам Стен к знакомому месту. Я был здесь более пяти лет назад, на той же ферме, где впервые встретил Хисторию и её старшую сводную сестру. Поместье казалось заброшенным, в плачевном состоянии. Я не был здесь больше пяти лет, но мог понять это по зарослям, ползущим по внешним стенам дома. Я привязал лошадь к одной из изгородей. Я мог ощутить одно присутствие в помещении, что было хорошо. — Род Рейсс, — произнёс я. — Рад встрече. — ...Аянокоджи Киётака. — Уверен, вы получили хорошие новости. Я выполнил свою часть сделки. Теперь я хочу, чтобы вы выполнили свою. Старший Рейсс немного поёрзал, нервный и беспокойный. Несмотря на отсутствие у меня человеческих привязанностей, читать эмоции за эти пять лет стало намного проще. Есть определённые кнопки, на которые я могу нажать, и определённые мимические выражения, которые я могу уловить и отложить в папку у себя в голове на будущее. Определённым эмоциям соответствуют определённые выражения. — Где Хистория? — спросил он. — Под действием седативных в небольшом тюремном комплексе. Хотите её увидеть? — Да! Да, пожалуйста! И... — Эрен Йегер тоже там. Теперь я хочу получить свою часть сделки, или вы намерены ударить мне в спину? Род Рейсс откашлялся. — Нет, конечно, нет. Я прослежу, чтобы Центральная Полиция перешла под начало твоих людей, пока ты стабилизируешь страну. Мне не хватало людей, чтобы с лёгкостью взять Стены под контроль и следить за ними. Иметь в подчинении двести пятьдесят человек — это хорошо, но большинство из них не обучены быть тайной полицией: учить их использовать УПМ, а некоторых — пилотировать, слишком долго. Теперь же, имея этих людей под своим контролем... сама угроза смерти за неподчинение — мощный инструмент. Возможно, мне стоит навестить Командира Шадиса. Если то, что я читал в архивах Военной Полиции, верно, то он знает о Грише Йегере больше, чем обычный человек. Я мог бы выбить это из него. — Хотите, я избавлюсь от верховного военного командования? — Их талант неоспорим, но их предательство – это то, что не нужно в этом Раю. — Значит, я могу их убить? Мой разум в последнее время всегда фокусировался на нескольких избранных вещах; собственная безопасность была одной из них. Если то, что я наблюдал и предсказал вчера, правда, то простое стирание памяти военному командованию было бы лучшим вариантом. Однако это несло риск того, что Хистория выскользнет из моих рук и попадёт под опеку Рода Рейсса. Это не было идеальным раскладом, так как Род Рейсс мог заставить Хисторию приказать ОЗТО, состоящему в основном из представителей элдийской расы, либо распуститься, либо присягнуть на верность ей, а следовательно, и Роду Рейссу. Если бы я мог... Использование Рода Рейсса как своего рода фабрики по производству детей королевской крови было бы более чем идеально. Я также мог бы.......... Оставлю эту мысль на потом. — Нет, — отказался он. — Почему? — Раз уж ты и так много знаешь, я мог бы рассказать тебе всё полностью. Память и разум людей могут быть изменены силой Прародителя. Ты понимаешь? Шок. — ...Понятно. Тогда мы можем заставить Хисторию сменить их верность на нас, вместо того чтобы разбрасываться их талантами. Разумеется. В этом есть смысл. Играть роль всё ещё было трудно — пытаться передать чувство наивности через слова было достаточно тяжело. Род Рейсс кивнул, и маленький блеск в его глазах подсказал мне, что это ещё не все его планы. Как только мы закончили обсуждать остальные наши планы на будущее, я покинул ферму и направился к тюрьме, где содержался Разведкорпус. Враги со всех сторон, и всё же они не могут отбросить разногласия, чтобы победить самую большую угрозу из всех. Это станет их гибелью... Если только...

______

Дополнительная сцена: Встреча со своим другим «Я» II — Ты всё ещё способен на жестокость, я прав? — поинтересовался «перенесённый», пока двое шли сквозь череду воспоминаний оригинала. Их общим воспоминанием был момент, когда они взяли под контроль Каруизаву Кей, и умопомрачительно жестокие действия в последующие месяцы. — Разумеется, хотя я мог бы лучше понять твою сторону, если бы ты объяснил мне причину массовых убийств гражданских, — спросил оригинал, когда сцена сменилась на резню в Тросте. — Я мог бы придумать десятки способов свергнуть правительство тайно, вместо... Этого... Сцена сфокусировалась на матери, отталкивающей маленькую светловолосую девочку от руки Титана, прежде чем самой оказаться в ней. Ребёнок кричал, зовя родителя, умоляя Титана отпустить её — но хруст костей и сочащаяся кровь всё равно последовали. Титан пал буквально через мгновение, но дело уже было сделано. Появилась ещё одна сирота — и целая жизнь, полная травм, отпечаталась в ещё одной судьбе. «Другой» хмыкнул, глядя на эту сцену. — Полагаю, девочку зовут Луиза. Согласно моим источникам, её недавно определили в приют. — Ах, если я правильно помню, ты часто бывал в правительственных зданиях после Инцидента в Тросте, как они его называют. Я всё ещё не знаю, как к этому относиться. — Полагаю, что нет, — хмыкнул Другой, заговорив сразу после того, как оригинал закончил. — Я, напротив, волен делать то, что мне заблагорассудится. — Волен? Другой искоса взглянул на него. — Это любопытство в той же мере, что и свобода. Я провёл в стенах больше лет, чем ты во внешнем мире и в Кодо Икусей вместе взятых. Такое событие с массовыми жертвами — почти гарантированный способ свергнуть правительство без моего прямого участия. Мне нужно лишь, чтобы несколько тысяч человек были съедены. Называй это нездоровым любопытством — но я никогда не испытывал такой свободы мысли. Оригинальный Киётака строго следил за формулировками предложений своего двойника. Они казались «ржавыми» и немного нетерпеливыми...? Его двойник чувствовал сильную... паранойю... Почему? Ему следует сменить тему. — Твоей главной причиной сохранения жизни двумстам пятидесяти тысячам беженцев из стены Мария было использование их на фабриках. Если мы подсчитаем все жертвы от атак, которые ты осуществил, включая эту — ты убил около десяти тысяч человек. Двое разговаривали нормально — на их лицах почти не было эмоций, как и интонаций в голосе. Оригинал, однако, был куда более понимающим, чем другой. — И что с того? Мы оба знаем, что класть все яйца в одну корзину – нежизнеспособно. В мире, подобном этому, другой Киётака с разочарованием усвоил: непредсказуемые переменные его сильно раздражали. Необъяснимые вещи, хоть он и находил их интересными, доводили его паранойю до более высокого уровня, чем если бы он был в своём родном мире. — Я не пытаюсь спорить о морали, но я указываю на то, что промывание мозгов сотням людей для этого «ОЗТО» и убийство тысяч, когда были гораздо более эффективные методы... В тебе есть что-то иное, — заключил оригинал. Он смотрел в никуда, в то время как его другое «я» пристально смотрело на него. — ....... — ....... Двое молча наблюдали, как проносятся воспоминания, и никто больше ничего не сказал. Оригинал прокручивал эту сцену снова и снова — пытаясь связать и понять, через что прошёл его двойник.