Глава 16

Виски лился рекой, смывая остатки тяжелых мыслей. Они сидели на полу, прислонившись к дивану, пустая бутылка валялась рядом. Они говорили обо всем и ни о чем, много смеялись, вспоминали беззаботные деньки, разгоняя дурное настроение. И в этой опьяняющей атмосфере все казалось возможным. — Брат, я не хочу, чтобы эта ночь заканчивалась по-старпёрски, — Тео опрокинул последние капли виски в рот и решительно поставил бокал. — Погнали в клуб. — Ты же знаешь, что я не могу, Тео, — Драко провел рукой по лицу, но протест звучал вяло. — Моя репутация на волоске. Один неверный шаг... — Отлично знаю, мой друг. — Тео перебил его, его глаза блестели от азарта и выпивки. — Поэтому у меня есть для тебя кое-что. Драко почувствовал, как в животе похолодело. — Только не говори... — Я принес Оборотное Зелье! — Ты сумасшедший… — Драко фыркнул, но это был смех отчаяния. — А если я обращусь обратно прямо там? Ты же знаешь, чем заканчиваются наши пьянки. — Отлично знаю, поэтому я все продумал. — Тео вскочил на ноги, размахивая руками как фокусник перед представлением. — Едем в «Мермейдс Тирс», снимаем випку на втором этаже, откуда нас никто не увидит. Немного пооджигаем как в старые добрые, и домой. Никто не узнает. Драко разрывался. Голос долга, трезвый и неприятный, шептал о таблетках, о травме, о последствиях. Но его заглушало пьянящее чувство азарта, жажда забыться, стереть последние недели в клочья шума и музыки. Желание сбежать от самого себя оказалось сильнее. Азарт выиграл. — Черт с тобой, — сдался он, и по его лицу расплылась ухмылка. — Чей там волос? — Кельвина. — Твоего двоюродного брата? — Я выложил ему столько галеонов за то, чтобы он дал свой волос и ни за что не выходил сегодня из дома, что его внукам хватит! Драко покачал головой, смеясь с обреченным вздохом. — Ты реально сумасшедший. — Все для тебя, брат. Тео с торжествующим видом протянул ему маленькую склянку с мутной жидкостью. Драко взял ее, почувствовав знакомый холод стекла. Он на мгновение заколебался, глядя на свое отражение в темном окне. Уставшее, напряженное. И после, решительным движением, он выпил содержимое до дна. Эффект был почти мгновенным и как всегда оглушительным. Мир поплыл, кости затрещали, кожа загорелась. Через пару минут, которые показались вечностью, перед Тео стоял не Драко Малфой, а кудрявый парень со схожими на Тео чертами лица, одетый в слишком большую для него модную куртку. Новый, временный Драко ухмыльнулся новым, чужим ртом. — Ну что, пошли веселиться? И быстро трансформировав одежду во что-то более хорошо сидящее, они вышли в ночь. Два друга, готовые сжечь свои проблемы в огне сиюминутной свободы. Их веселые крики и алкоголь смешивались с грохотом басов, превращая ночь в размытый, яркий калейдоскоп. Драко и Тео заказывали роксы виски один за другим, орали старые песни, вцепившись в плечи друг друга в пьяном угаре. Тео вскоре спустился вниз и вернулся с оравой смеющихся девушек. Их вип-ложа наполнилась гулом голосов, дымом и звоном бокалов. Тео парил в центре этого хаоса, сигарета в одной руке, тонкая талия одной из девушек в другой. Он целовал их с легкостью, которая в иной момент жизни могла бы вызвать у Драко соревновательный азарт. Но сейчас он лишь откинулся на спинку дивана, лениво потягивая свой напиток. Его взгляд лениво скользил по девушкам. Красивые, стройные, веселые, пьяные. Готовые буквально на все. Он понимал, что перетрахай он сейчас хоть каждую из них, никто не узнает. Доказать было бы просто невозможно. Он знал это наверняка. И все же что-то его сковывало. Какая-то невидимая рука, лежащая на его плече, удерживала его на месте. В какой-то момент одна из девушек, блондинка с дерзкой улыбкой, подсела к нему, ее губы почти коснулись его уха. — Чего грустим, красавчик? — прошептала она, ее дыхание пахло мятыми сигаретами и текилой. Драко неторопливо повернул голову. — Поверь, я не грущу, детка, — выдавил он стандартную фразу автоматом. Ее рука опустилась ему на колено, пальцы слегка сжали мышцу. Раньше он бы уже развернулся к ней, повалил на диван и начал бы действовать, не думая. Но сейчас... Сейчас в его голове вспыхнул щит. Неприязнь. Легкая, но отчетливая. Он хотел... не этого. Не этих прикосновений. Не эту девчонку. Он аккуратно, но твердо убрал ее руку. — Не сегодня, красотка. Не тот настрой. Она надула губы, театрально вздохнула и ускакала обратно к подругам. Драко снова остался наедине с виски и нарастающим внутренним воплем. Да в чем, блять, моя проблема? И тут он увидел ее. Стоящая у перил, спиной к нему, девушка с копной каштановых кудрей. Они спадали ей на спину густыми, пышными волнами. Ее платье было до неприличия коротким, вульгарным. Такое Гермиона Грейнджер ни за что бы не надела, но черт возьми... волосы... Они были просто один в один. Диджей сменил композицию на более медленную, соблазнительную, и девушка начала двигаться. Плавные, гипнотические движения бедер, легкое покачивание плеч. Она запрокинула голову, запустив пальцы в эту роскошную гриву, и Драко... Драко сдался. Его пьяная фантазия, против его воли, закрутилась сама собой. Что, если бы это была она? Грейнджер. Стояла бы перед ним, а ее пальцы играли бы с кудрями. Ее бедра двигались бы в такт музыке, приглашая, дразня. Ее руки скользили бы вниз по ее собственному телу, очерчивая изгибы, которые он так отчаянно пытался не замечать последние дни… Он так увлекся, что не заметил, как одна из подруг кудрявой девушки что-то шепнула ей на ухо, хихикая и кивая в его сторону. Девушка с волосами Гермионы обернулась. Конечно, это была не она. Милое, аккуратное лицо. Красивое. Но не ее. Однако девушка, поймав его пристальный взгляд, уже плыла к нему через ложу, переступая на своих каблуках. Она заправила непослушный локон за ухо и мягко улыбнулась. — Моя подруга сказала, что ты глаз с меня не сводишь. Драко выдавил из себя ухмылку. — Твоя подруга абсолютно права, — сказал он, мысленно добавив: Правда, повод не совсем тот, о котором ты подумала, милочка. — Меня зовут Гвен. — Я Др... — он поперхнулся, спохватившись. — Я Кельвин. Слушай, ты безусловно, очень красива, но... Он не успел договорить. Гвен, решив, что его заминка лишь игра, легко опустилась к нему на колени, обвив руками его шею. Ее духи ударили в нос, сладкие и удушающие. И в этот момент, с ее губами в сантиметре от его, с ее телом, прижатым к его телу, Драко с абсолютной, пугающей ясностью понял, что именно его останавливало. Это был не контракт. И не страх разоблачения. Это был призрак карих глаз и умного, колкого рта. Призрак девушки, которая где-то там, за стенами этого клуба, даже не подозревала, что выиграла бой, которого и не вела. Гвен провела носом по его щеке, и шелковистая копна таких грейнджеровских волос упала ему на лицо, пахнущая клубничным шампунем. Его руки, будто помня давно забытый ритуал, сами опустились на ее бедра, и пальцы рефлекторно сжали упругую плоть сквозь тонкую ткань платья. На мгновение он позволил фантазии в голове развернуться во всей ее запретной сладости, и эта картина была настолько желанной, настолько яркой и сочной, что его тело отреагировало мгновенно. Кровь ударила в пах, и он почувствовал, как напрягся и налился тяжестью член, упираясь в промежность девушки. Она восприняла этот немой сигнал как приглашение. Девушка прошептала что-то неразборчивое и провела влажным кончиком языка по его шее, от уха до ключицы. — Гвен… — его голос прозвучал хрипло и неестественно. — Нам не стоит… — Я же чувствую, как ты хочешь, — выдохнула она прямо в его ухо. И он действительно хотел. Черт возьми, до головокружения, до безумия, до потери пульса. Осознание этого было столь сокрушительно и обжигающе, что его чуть не вырвало прямо на роскошный ковер ложи. Хотел. Но не Гвен. А Гермиону, мать ее, Грейнджер. Словно ошпаренный, он резко снял девушку со своих колен и поднялся с дивана. — Прости, — бросил он глухо и, не глядя на растерянную Гвен, схватил пачку сигарет со столика и направился к двери уборной, присоединенной к вип-ложе. Хлопнув дверью, он подошел к раковине, с силой включил холодную воду и обдал лицо несколько раз. Капли стекали за воротник рубашки, но не могли смыть осознание, впившееся в него когтями. Он нервно закурил, уперся рукой в холодный, мокрый кафель, поднял голову и встретился взглядом с отражением брата Тео. И только его взгляд выдавал настоящего Драко под слоем Оборотного. Ебаный пиздец. Нет. Нет, нет, нет. Просто, блять, нет. Им предстоит провести вместе весь чертов год, играя на публику. Четко идя по сценарию. Без права на ошибку, без осечек. Ему, блять, нельзя ее хотеть. Нельзя все испортить этой хуйней. Да и она... она никогда не подпустит его к себе. Никогда. Или… Он снова наклонился и с размаху окатил лицо новой порцией ледяной воды, пытаясь утопить в ней назойливый, предательский шепот. Нет. Нельзя об этом думать. Просто, блять, нельзя. Выйдя из уборной, он увидел ту же картину, только еще более развратную. Тео, уже изрядно под кайфом, курил косяк с одной из девушек, выдыхая плотное облако дыма ей прямо в полуоткрытый рот. — Я домой, Тео. Ты едешь или еще останешься? — Чего так рано, брат? — Тео обернулся, его взгляд был стеклянным и несфокусированным. — Я и так не должен был здесь быть. — Ладно-ладно, — Тео с трудом выпрямился, пошатываясь. — Пойдем, провожу тебя до такси. Не хочу, чтобы ты задумал трансгрессировать в таком виде. — Я бы не стал. — Уже один раз стал, — заплетающимся языком напомнил Тео, хлопая его по плечу. — Я тогда чуть не умер от волнений. Больше я тебя одного никогда не отпущу. Драко невольно улыбнулся. Сквозь дурман выпивки и травки в его голосе сквозила такая искренняя преданность, что сердце сжалось. — Поехали-ка домой, брат, — мягко сказал Драко, подхватывая друга под руку. — Я закрою счет, а ты вызови такси. Пора закругляться.