Глава 17

Утро впилось в виски стальными когтями. Драко с трудом разлепил веки, мир плыл в мутной пелене. Солнечный луч, пробивавшийся сквозь щель в шторах, казался личным издевательством. С глухим стоном он перевернулся на другой бок, но тут же пожалел, голова отозвалась пульсирующей болью. Никогда больше не буду пить, — пообещал он самому себе, понимая, что это ложь. Рука автоматически потянулась к прикроватной тумбочке и нащупала знакомую прохладную стеклянную баночку. Антипохмельное зелье не творило чудес, избавляя от последствий полностью, но хотя бы снимало острые симптомы. Тошнота отступила, а вместе с ней и адская пульсация в висках, оставив лишь глухую, терпимую тяжесть. Доковыляв до душа, он стоял под холодными струями, пытаясь смыть с себя не только запах алкоголя и табака, но и навязчивые образы прошлой ночи. Особенно один, с каштановыми кудрями. Он твердо решил, стоя под водой: все мысли о Грейнджер — в мусорный бак. Точка. Натянув спортивные штаны, он схватил вторую дозу зелья и спустился вниз, где на его диване, лицом в подушку, лежало живое воплощение похмелья. — Ммм… брат… — прохрипел Тео, не открывая глаз. — Мне так плохо, что я, кажется, чувствую, как вращается Земля… — Еще бы, — сухо парировал Драко, протягивая склянку. — Держи. Пока Тео с отвращением глотал густую жидкость, Драко прошел на кухню. Взгляд сам собой скользнул по дивану, и внезапная, острая мысль о том, что здесь таким же утром недавно лежала Грейнджер, кольнула его под дых. Он резко отмахнулся от этой мысли, словно от назойливой осы, и начал лихорадочно перебирать в голове планы на день. Тем временем зелье подействовало на его друга. Тео со стоном перевернулся на спину, медленно открыл глаза и сел, потирая виски. — Почему я у тебя? — спросил он, оглядывая комнату с видом первооткрывателя неизвестных земель. — Ты не помнишь? — Драко достал кофе. — Не особо. Последнее, что я отчетливо помню, это… дым. Много дыма. И чьи-то… коленки. — Когда мы выходили из клуба, ты уже не мог сам передвигать ногами, поэтому я отвез тебя к себе. Ты бормотал что-то о космических червях и пытался поцеловать дверной косяк. Тео театрально прикрыл грудь и пах руками, изображая ужас. — Надеюсь, ты не воспользовался моим беспомощным телом, негодяй. Уголок рта Драко дрогнул. — Ну что ты… Я ведь джентльмен. Твоя добродетель в полной безопасности. Они рассмеялись и принялись за завтрак и кофе. — Может по пивку? Похмелье как рукой снимет, — заговорщически сказал Тео. — Ты демон на моем плече, ты в курсе? Тео рассмеялся. — Да ладно тебе. Позовем Блейза, включим какую-нибудь игру. Сейчас как раз турнир юниоров. Посмотрим на свежую кровь! Драко поджал губы. — Думаю, Блейз…сейчас не будет в восторге от моей компании. — Почему? — недоуменно спросил Тео. Драко пристально посмотрел ему в глаза, будто пытаясь найти в них ответ на свой немой вопрос. — Что ты знаешь о том, с кем переодически… спит Блейз? Тео в миг перестал жевать, с опаской глядя на друга. — Блять, ты узнал про них с Джинни, да? Драко откинул вилку, скрещивая руки на груди. — Об этом уже все, кроме меня, знают, я правильно понимаю? Тео поднял руки, защищаясь. — Нет, нет, об этом вообще никто не знает! А я узнал случайно. Я был у Блейза дома, о чем, видимо, не знала Джинни. Она вошла в квартиру со словами «Снимай свои чертовы трусы, у меня был херовый день». Я тогда чуть не умер от смеха. И от ахуя! Они взяли с меня слово, что я никому не скажу. — Ну… в целом, они крайне плохи в маскировке. Я тоже узнал случайно, когда они собачились в подсобке после вчерашней тренировки. После чего… попал под его горячую руку. Тео недовольно покачал головой. — Школьные годы уже давно прошли, а мне все также приходится вас мирить. — С этими словами Тео взял в руки телефон и начал стучать пальцами по клавиатуре. — Что ты делаешь? — Объявляю общий сбор. Сила трех, сучки! Закатив глаза, Драко не смог сдержать улыбки. Через полчаса дверь в квартиру Драко отворилась, впуская Блейза Забини. Тот без лишних слов левитировал ящик холодного пива прямо на журнальный столик в гостиной с таким видом, словно вносил дипломатический дар для заключения перемирия. Тео тут же сорвался с дивана, словно щенок. — Ты наш спаситель! Пивная мессия! — воскликнул он, ударив Блейза по руке и заключив его в стремительные объятия. После чего тут же, почти с благоговением, вскрыл одну из бутылок и залпом выпил добрую треть. — О да, живем! Драко и Блейз, стоявшие друг напротив друга, одновременно закатили глаза, и на их лицах на мгновение появились одинаковые, снисходительные улыбки. Но как только их взгляды встретились, улыбки погасли, уступив место напряженной неловкости. Сделав глубокий вдох, Драко сделал первый шаг. — Прости. Не стоило мне на тебя гнать. Это было неправильно. Блейз молча смотрел на него несколько долгих секунд, его лицо было каменной маской, за которой читалась внутренняя борьба. Затем он сам закрыл оставшееся между ними расстояние и протянул руку для рукопожатия. — И ты прости. Я был зол и… — он запнулся, подбирая слова. Но Драко, пожимая его руку, не отпустил ее, а резко потянул Блейза к себе, заключая в крепкие, мужские объятия. — Всё окей, брат. Проехали. Они похлопали друг друга по спинам и уже собирались отстраниться, когда на них с громким кличем налетел Тео, обхватив обоих за плечи. — Ну, раз мамочка и папочка больше не в ссоре, предлагаю уже начать нашу вечеринку! — провозгласил он, сияя. Драко, высвобождаясь из групповых объятий и с притворным укором покачал головой. — Тебе вчерашней вечеринки не хватило? — Сегодня похмельная вечеринка! — с непоколебимой уверенностью заявил Тео. — И это совсем другое. Так что хватит болтать, кидайте свои задницы на диван. Драко и Блейз переглянулись, и на этот раз их улыбки не погасли, а стали только шире. Они не могли не признать, что хаос, который приносил с собой Тео, порой был именно тем, что доктор прописал. Несколько бутылок пива и пару юниорских матчей спустя, парни сидели на открытой террасе пентхауса, растянувшись в креслах. Дым от их сигарет медленно уплывал в прохладный вечерний воздух. Разговор плавно перетекал от предстоящей игры «Волков» и новой стратегии Вуда к более личным темам. В комфортной, слегка пьяной атмосфере Драко решил, что пора перестать игнорировать слона в комнате. — Блейз, — начал он, тщательно подбирая слова. — Я не хочу снова собачиться или лезть не в свое дело, но, блять… что происходит у вас с Джинни? И не говори, что это просто секс. Потому что когда люди просто трахаются, это не влияет на их работу и профессиональные отношения так, как это явно влияет на вас. Блейз хмуро смотрел на раскинувшийся перед ними мегаполис, огни которого сливались в далекую, мерцающую реку. Он не торопился отвечать, затягиваясь сигаретой, словно ища ответ в облаке дыма. — Вам всю историю или суть? — наконец пробурчал он, все еще глядя вдаль. Драко собирался ответить «как тебе самому будет удобнее», но Тео, не мешкая, выпалил: — Естественно, всю! Я уже месяц грызу локти от любопытства. Ты и Джинни Уизли…это же уму непостижимо. Кто угодно, но не вы. Я пиздец как люблю эту девчонку, и, объективно, она красотка, но, будем честны, она ведь сумасшедшая. И к тому же пацанка. Я думал, в твоем вкусе более… утонченные девочки. Блейз горько усмехнулся, в его глазах мелькнуло что-то сложное, уставшее. — Мда, это точно... — Он снова затянулся и медленно выдохнул. — Джинни, она… это что-то с чем-то. Он опустил голову, рассматривая узор на каменном полу балкона, собираясь с мыслями. — Я всегда думал, что она пацан в юбке, — начал он тихо. — Воспринимал как братана, с которым можно выпить пива, обсудить игру, посмеяться над неудачными свиданиями друг друга. И в один из вечеров полгода назад все так и было. Мы были у меня дома, крепко выпили, болтали о всякой ерунде, и это просто… случилось. Блейз замолкает, его взгляд становится отрешенным, будто он снова видит ту ночь. — И, уж простите, тут без подробностей, но… блять, она просто снесла мне голову. Я не мог даже представить, что она может быть…такой. — Краем глаза он видел искреннее удивление на лицах друзей. — На утро мы решили, что это было ошибкой. Что мы просто забудем этот инцидент, чтобы ничего не усложнять. Чтобы все просто осталось как было. Он с силой тушит окурок о пепельницу. — Но забыть, блять, не вышло.