Часть 7

Блейз заходит в слизеринскую спальню. В полумраке комнаты его уже ждёт Драко. Он выглядит расслабленным, но с явным напряжением в позе. — Ну, как прошло? — сразу спрашивает он, едва Блейз закрывает за собой дверь. — Всё… неплохо, — кивает Блейз, сбрасывая мантию на спинку кресла. — Джинни была в восторге. Сказала, что попробует уговорить Грейнджер. Драко чуть приподнимает бровь, но в глазах видно облегчение. — У тебя уже есть идеи, что делать, если она откажется? — Блейз скрещивает руки на груди, голос звучит ровно, но в нём сквозит скрытая тревога. — Ничего, — отвечает Драко. — Это её выбор. Я не планировал заставлять её пользоваться браслетом. Я просто… хотел облегчить ей жизнь. — Кому ты хотел облегчить жизнь? — в спальню заходит Тео, его волосы слегка растрёпаны, будто он только что развлекался с одной из своих девушек. Он оглядывает обоих с любопытством. — Что я пропустил? Драко переглядывается с Блейзом, едва заметно приподнимая бровь. Блейз чуть качает головой, словно говоря: «Решай сам, рассказывать или нет». — Долгая история, — наконец произносит Драко, откидываясь на спинку кресла. Его тон спокойный, но в глазах мелькает настороженность. — Вы постоянно что‑то скрываете от меня, — фыркает Тео, но без обиды. Скорее с лёгким раздражением и любопытством. Он прислоняется к косяку двери, скрещивает руки на груди. — Серьёзно, что вы там задумали? И что конкретно я пропустил? Драко вздыхает, проводит рукой по волосам. — Ничего криминального, если ты об этом, — говорит он, стараясь звучать непринуждённо. — Просто… небольшой эксперимент. — Эксперимент? — передразнивает Тео, поднимая брови. — Звучит так, будто вы изобрели что-то действительно прикольное. Ну‑ка, выкладывайте. Блейз бросает на Драко короткий взгляд, словно спрашивая: «Стоит ли?» Тот едва заметно кивает. — Ладно, — соглашается Драко, чуть понижая голос. — Я сделал некое устройство… Браслет. Для людей с проблемами со зрением. Тео на секунду замирает, потом прищуривается: — Серьёзно? Ты сделал это специально для Грейнджер? — Да, — коротко отвечает Драко. В комнате на мгновение повисает тишина. Тео медленно выпрямляется, его глаза расширяются. — Ну, — протягивает он наконец, — Это… ожидаемо. Если браслет работает, то почему бы и нет? Только… — он делает паузу, — Вы уверены, что она примет? — Нет, — качает головой Драко. — Но если откажется — это её право. — И кстати, если что, для остальных этот браслет сделал я, — встревает Блейз, а Тео хмурится, не понимая, в чем смысл. — Не вникай. Просто, если что, браслет сделал Забини, как талантливый будущий колдомедик, которого заинтересовал случай Грейнджер, — говорит Драко и Тео кивает, даже не собираясь расспрашивать Малфоя. Дважды повторять ему не нужно, а вникать он и правда не хочет.

***

После ужина троица слизеринцев неспешно выходит из Главного зала. Они уже сворачивают к лестнице, ведущей в подземелья, как вдруг сзади раздаётся резкий, напряжённый голос: — Эй, Забини! Есть разговор. Все трое замирают и оборачиваются. Прямо к ним шагает Рон Уизли с красным лицом и сжатыми кулаками. Его взгляд буквально пылает неприкрытой враждебностью. Тео едва слышно хмыкает и, чуть повернув голову к Блейзу, бросает с лёгкой усмешкой: — Пахнет жареным. Блейз выпрямляется, шагает вперёд, сохраняя внешнее спокойствие. — В чём дело, Уизли? — спрашивает он ровным, почти безразличным тоном. Рон делает несколько шагов ближе, сверля его взглядом. — Ты знаешь, в чём, — цедит он. — Этот твой браслет… Что ты задумал? Тео, не удержавшись, подаётся вперёд с усмешкой: — Ты что, теперь личный адвокат Грейнджер? Или просто решил поиграть в защитника, чтобы она вернулась к тебе? Рон мечет на него яростный взгляд, но игнорирует колкое высказывание и обращается к Блейзу: — Я спрашиваю ещё раз. Зачем ты это сделал? Что тебе нужно от Гермионы? Блейз скрещивает руки на груди, взгляд его становится твёрже. — Ничего. Я просто хотел помочь. Если ты не заметил, она сейчас в непростой ситуации. — Помочь? — передразнивает Рон. — Звучит слишком неправдоподобно. Вы так просто не раздаёте добро. Драко, до этого молча наблюдавший, вдруг вмешивается: — А ты, Уизли, снова лезешь не в своё дело? Если ты не заметил, многое изменилось за это лето. Больше нет врагов и союзников. Успокойся уже. — Успокоиться? — Рон почти выкрикивает. — Ей передают непонятную штуку от человека, который… — Который что? — перебивает Блейз, шагнув ближе. — Который не похож на твоих друзей? Который не носит красный и золотой? Это твои проблемы, Уизли. Я не жду благодарности. Я просто сделал то, что посчитал правильным, а Грейнджер уже сама решит носить ей этот браслет или нет. Рон щурится, его взгляд медленно перемещается с Блейза на Драко. В глазах смесь подозрения и едва сдерживаемой ярости. — Странно всё это, — произносит он глухо, переводя взгляд на Малфоя. — Сначала он крутится возле Гермионы, теперь ты, Забини, вдруг даришь ей этот грёбаный браслет. Что вы задумали? Блейз фыркает, скрещивает руки на груди: — Останови свою фантазию, Уизли. И лучше займи себя чем‑то. — Я как раз планирую выяснить, что вы все задумали, — твёрдо говорит Рон, не отводя взгляда. — Возможно, вы хотите реабилитироваться в глазах окружающих? Что ж, неплохая попытка. Только вот никто и никогда не забудет о том, кто вы и что вы сделали. Его голос дрожит от напряжения, но он не отступает. Затем он переводит взгляд на Драко, и в его тоне появляется откровенная угроза: — А тебе… следует быть осторожным. Ты же не хочешь отправиться в Азкабан вслед за своим папашей? Лицо Драко мгновенно белеет от ярости. Он резко делает шаг вперёд, кулаки сжимаются, мышцы напрягаются. Ещё секунда, и он бросится на Рона, но в этот момент раздаётся твёрдый, как сталь, голос: — Мистер Уизли! Мистер Малфой! Оба вздрагивают и оборачиваются. В конце коридора, скрестив руки на груди, стоит профессор Макгонагалл. Её глаза сверкают за стёклами очков, а выражение лица не обещает ничего хорошего. — Что здесь происходит? — спрашивает она, и её голос звучит так, что даже воздух будто застывает. — Вы что, забыли, где находитесь? Это школа, а не ринг для выяснения отношений! Рон краснеет, но молчит, лишь сжимает кулаки. Драко медленно разжимает пальцы, делает глубокий вдох, пытаясь взять себя в руки. — Профессор, — начинает он, но Макгонагалл резко поднимает руку, прерывая его. — Не нужно оправданий, мистер Малфой. Я видела достаточно. Вы все — за мной. Немедленно. Она разворачивается и идёт по коридору, явно ожидая, что они последуют за ней. Рон бросает на Драко последний взгляд и шагает вслед за профессором. Драко, стиснув зубы, идёт следом, а за ним и Блейз. — А меня то за что? — тихо фыркает Тео, но всё же идёт за друзьями, поскольку ему просто становится интересно, чем же закончится вся эта история. Профессор Макгонагалл решительно проводит их в свой кабинет, плотно закрывает дверь и поворачивается к ним, скрестив руки на груди. Её взгляд острый, не терпящий возражений. — Кто‑нибудь объяснит мне, что произошло и почему вы решили вести себя как несносные первокурсники? — строго произносит она, подчёркивая каждое слово. Блейз, стоящий чуть в стороне, первым нарушает молчание: — Вообще‑то, Уизли начал первым. Рон фыркает, вскидывая голову: — Вообще‑то я всего лишь хотел узнать, какого чёрта вы задумали и что вам всем нужно от Гермионы! Макгонагалл прищуривается, её брови слегка приподнимаются. — Причём здесь мисс Грейнджер? — спрашивает она, переводя взгляд с Рона на Блейза и Драко. — Не обращайте внимания, у Уизли всего лишь паранойя, — спокойно, почти равнодушно произносит Драко, но в его голосе слышится лёгкая насмешка. Рон резко поворачивается к нему, его лицо снова заливается краской гнева. — А я бы на вашем месте проверил на тёмную магию вещицу, которую Забини передал Гермионе, профессор Макгонагалл! — возмущённо восклицает он, обращаясь уже напрямую к директору. — Это может быть опасно! Блейз делает шаг вперёд, его тон остаётся ровным, но в глазах вспыхивает раздражение: — Это не «вещица», а экспериментальное устройство для помощи людям с проблемами зрения. И оно прошло все необходимые проверки. Если бы оно несло угрозу, я бы не стал отдавать его Грейнджер. Макгонагалл поднимает руку, останавливая дальнейшие споры. — Сейчас я хочу услышать от каждого из вас, что именно произошло. По очереди. И без взаимных обвинений. Мистер Уизли, начинайте. Рон сжимает кулаки, но, видя непреклонность в глазах профессора, медленно выдыхает и начинает рассказывать, стараясь держаться фактов. За ним следуют Блейз и Драко, каждый излагает свою версию, избегая резких выпадов. Макгонагалл слушает внимательно, не перебивая. Когда все заканчивают, она складывает руки перед собой и произносит: — Достаточно, — говорит она твёрдо. — Мистер Уизли, ваши опасения понятны, но обвинения без доказательств недопустимы. Мистер Забини, если ваше устройство действительно безопасно, вы должны были согласовать его применение с кем‑то из преподавателей. Это вопрос ответственности. Драко слегка наклоняет голову, словно оценивая ситуацию. — Профессор, никто не собирался подвергать её опасности. Это просто попытка помочь. — «Попытка помочь» не оправдывает нарушения школьных правил, — отрезает Макгонагалл. — Я хочу, чтобы все вы ясно понимали: любые действия, которые могут повлиять на здоровье или безопасность учеников, должны быть согласованы. Это не обсуждается. Я намерена разобраться в этом вопросе прямо сейчас. Ждите здесь и постарайтесь не разгромить мой кабинет! Это недостойно учеников Хогвартса! Профессор Макгонагалл стремительно покидает кабинет, её мантия едва успевает за быстрыми шагами. Слизеринцы и гриффиндорец остаются в напряжённой тишине. Воздух будто сгущается от невысказанных слов и сдерживаемого раздражения. Тео вздыхает, медленно обводит взглядом стеллажи с книгами и аккуратно расставленные на полках артефакты. Его плечи расслабленно опускаются, ведь он единственный, кто не вовлечён напрямую в конфликт, но вынужден присутствовать при разбирательстве. — Так и не понял, зачем я здесь, — фыркает он, затем бесцеремонно присаживается на край директорского стола, слегка покачивая ногой. Ожидание затягивается. Минуты тянутся медленно. Тео уже начинает скучать, он вертит в руках перо, найденное на столе, разглядывает портреты бывших директоров, будто впервые их видит. Вдруг дверь резко открывается. В кабинет возвращается профессор Макгонагалл. Её глаза сверкают за стёклами очков, а голос звучит как удар хлыста: — Мистер Нотт, немедленно поднимите свою пятую точку с моего стола! И вообще… покиньте кабинет. Тео мгновенно выпрямляется, его лицо принимает виноватое выражение. — Извините, профессор Макгонагалл, — произносит он, поднимая руки в примирительном жесте. — Больше не повторится. Он нехотя сползает со стола, бросает короткий взгляд на друзей и выходит из кабинета, тихо притворив за собой дверь. В коридоре он останавливается, прислушивается, но разобрать слова уже невозможно. В ту же секунду вслед за Макгонагалл в кабинет входит преподаватель по защите от тёмных искусств: невысокий мужчина с пронзительным взглядом и седыми висками. За ним и Гермиона Грейнджер. Её лицо бледное, но решительное. Она держит в руках тот самый браслет, и её пальцы слегка дрожат. Макгонагалл садится за стол, складывает руки перед собой и строго смотрит на всех собравшихся. — Теперь, когда все собрались, давайте разберёмся, — говорит она, переводя взгляд с Драко на Блейза, затем на Рона. — Мисс Грейнджер, вы принесли браслет? Гермиона молча кивает и протягивает браслет. Преподаватель по защите от тёмных искусств берёт его и начинает внимательно осматривать, проводя над ним палочкой. В воздухе вспыхивают разноцветные искры: то ли сложные чары, то ли следы магии, вплетённой в металл. — Что вы можете сказать? — спрашивает Макгонагалл, не отрывая взгляда от процедуры. Преподаватель хмурится, ещё раз проводит палочкой, затем медленно произносит: — Никаких следов тёмной магии. Устройство явно создано с применением сложных защитных и корректирующих чар. Это… необычно, но не опасно. Должен похвалить мистера Забини за его находчивость и ум… Это удивительное устройство. Вы очень талантливы, мистер Забини. Блейз коротко кивает и кидает взгляд на Драко, лицо которого не выражает никаких эмоций. Сложно сказать, рад ли он вообще этой похвале… Рон вдруг открывает рот, чтобы возразить, но Макгонагалл резко поднимает руку: — Достаточно, мистер Уизли. Мы выяснили главное: угрозы нет. Однако, мистер Забини, вы должны были согласовать это с кем‑то из преподавателей. Это серьёзное нарушение. Блейз кивает, не пытаясь оправдываться. — Я понимаю. — Хорошо, — продолжает Макгонагалл. — Теперь к вам, мистер Малфой и мистер Уизли. Ваши взаимные обвинения и агрессивное поведение недопустимы. Если у вас есть вопросы или опасения, вы можете обсудить их цивилизованно или обратиться ко мне. Она делает паузу, затем добавляет: — На первый раз я ограничусь предупреждением. Но если подобное повторится, последуют дисциплинарные меры. Все свободны. И… Мистер Уизли, проводите мисс Грейнджер до гостиной. — Конечно, — соглашается Рон и касается локтя подруги. Когда они все выходят из кабинета, Гермиона тут же отстраняется от Рона и резко произносит: — Что ты устроил, Рональд? Рон вскидывает руки в защитном жесте, но голос его звучит твёрдо: — Я просто волнуюсь за тебя, Гермиона. И даже Макгонагалл подтвердила, что это было не безосновательно. — Ага, как и твои обвинения в мой адрес, — с явным сарказмом фыркает Блейз, скрещивая руки на груди. Гермиона поворачивает голову в его сторону. Её пальцы невольно крепче сжимают браслет. Затем она делает шаг к мулату и тихо, но отчётливо говорит: — Блейз… Я хотела поблагодарить тебя за этот браслет. Он действительно здорово выручает меня. И… это удивительная разработка. Я знаю, что достаточно сложно создать такое, даже самые опытные волшебники не способны сделать что-то подобное. Спасибо… Блейз слегка улыбается, бросает короткий взгляд на Драко, затем снова смотрит на Гермиону: — Да не за что. Считай это подарком на твой день рождения, — добавляет он с лёгкой иронией. Гермиона на мгновение замирает, а затем на её лице расцветает тёплая улыбка: — Он как раз у меня уже в среду. И… будет не так много людей, но вы тоже можете прийти. Все вы, — добавляет она, обводя взглядом силуэты Блейза, Тео и Драко. Рон мгновенно меняется в лице: его брови сходятся на переносице, губы сжимаются в тонкую линию. Он открывает рот, явно собираясь возразить, но слова не идут. Драко переглядывается с Блейзом, затем едва заметно качает головой мысленно говоря, что это «плохая затея». Но Тео, который всё это время стоял неподалёку, не упускает момента: — Спасибо, мы придём! — бодро отвечает он, широко улыбаясь. — Будет весело, обещаю. На лице Гермионы мелькает тень сомнения, но она быстро берёт себя в руки и снова улыбается: — Хорошо. Тогда до среды. Она поворачивается и уверенно идёт по коридору, браслет тихо поблескивает в её руке. Рон некоторое время остаётся на месте, глядя ей вслед с противоречивым выражением, в котором смешиваются обида, беспокойство и недоумение, но вскоре уходит вслед за девушкой. Блейз тихо вздыхает, проводит рукой по волосам: — Ну, теперь у нас есть приглашение. Драко лишь хмыкает, глядя вслед удаляющейся Грейнджер: — Очень плохая идея идти туда. — Я бы сказал хуевая, — добавляет Блейз. Тео, всё ещё с улыбкой, хлопает обоих по плечам: — Ой, да расслабьтесь вы. Мы ведь никогда не тусовались с гриффиндорцами. Мне кажется, будет… интересно. Драко вскидывает бровь, скрещивает руки на груди. Его взгляд ледяной и скептический. — «Интересно»? Тео, блять, ты серьёзно? Блейз тихо хмыкает, поправляет манжету мантии. — В этом есть что‑то… странное. Гермиона не из тех, кто разбрасывается приглашениями. Особенно в наш адрес. — Она сделала это из вежливости, — подхватывает Драко. — Или из желания отблагодарить за браслет. Тео на секунду задумывается, затем улыбается шире: — Ладно, допустим, вы правы. Но… разве не любопытно посмотреть, что будет? Я имею в виду что, если это действительно шанс? Не для дружбы, так для… перемирия. Хотя бы на один вечер. Блейз молча кивает, соглашаясь. Но в его глазах мелькает не страх, не раздражение, а скорее… любопытство. Тео замечает это и ухмыляется: — Вижу, ты уже сомневаешься. Значит, шанс есть. — Я не сомневаюсь, — поправляет Блейз. — Я взвешиваю. И пока не вижу ни одной убедительной причины идти. — А я вижу, — говорит Тео, поднимая палец. — Потому что иногда нужно делать то, что пугает. Драко и Блейз переглядываются. В их взглядах нет ни согласия, ни отказа. Только вопросы. Много вопросов. И ни одного ответа…