Акт 3. Шаг в бездну. Глава 15. Имперкриг.

6 Янвория 1000 года. Виталина. Вечер. Главная церковь Его Святейшества. Свет луны освещал купол, а вместе с ним и крест. В комнате царила тёмная и нагнетающая атмосфера, будто надвигается что-то страшное, такое, что вся Терра запомнит этот момент. Ком молчаливо сидел со своей дочерью на скамье, его руки дрожали, будто у него лихорадка. «Завтра, завтра, завтра» – всё повторял он. Вдруг дочь, испытывавшая точно такие же чувства, прижалась к нему. – Пап, а точно будет безопасно? – спрашивала она. – Дитя моё, даже еретики не посмеют поднять руку в день Благословения Союза. Это священный день. Их снайперы, их шпионы – все знают: сегодня мы под защитой Высших. Их правила войны этого не допустят, – сказал Ком, положив руку на плечо дочери. – Если ты про войну, то, опять же, не беспокойся. Моя охрана защитит этот обряд! – Я всё равно волнуюсь. Эта луна освещала не только Виталину, но и Империю, Импераград, кабинет Микаи. Микая стояла неподвижно, смотрела в окно, в её руках было два листка: план высадки на порт и то самое эссе Варпа, которое он ей написал шесть лет назад. Ей уже успели доложить, что завтра состоится свадьба дочери Кома, и в тот самый момент, когда ей это сказали, у неё появился план, план, который нанесёт удар по «религиозным фанатикам». – Хм… А завтра намечается плохая погода… – сказала Микая, глядя в окно. – Что ты хочешь, Варп? – Ваше Высочество… – стоя в углу, сказал Варп. – Вы хотите именно завтра? – Завтра – свадьба дочери Кома в Корне. Все их генералы, всё командование будет там. Их охрана расслабится, думая, что святость дня их защитит. Идеальный момент для урока. Они верят в своих богов. Мы научим их верить в нашу сталь. – Как скажете, – с неестественным для него выражением лица, сказал Варп. 7 Янворня 1000 года. Обед. Военная база Империи. – Вылетаем! – прозвучал голос из рации. Самолёт со штурмовиками отправлялся на святое место, навести свой новый порядок. Они летели около трёх часов. Все считали, что Виталина окажется даже легче, чем Ара, и успеют её захватить не за семь часов, а за пять или даже меньше. В углу самолёта сидел одинокий солдат, его все звали «рядовой». – Ха-ха-ха-ха! Глядите, а у нашего рядового нога трясётся! – Эй, ты! Ястреб без крыльев! Как ты вообще попал на борт? Тебе разве разрешили? – Разрешили! – ответил он. – Мы подлетели к точке сброса. Аврора готова к сбросу! – вещал голос из рации. Рядовой смотрел в иллюминатор. В нём он увидел шары, стол с едой, сцену, людей, но для него, как для солдата Империи, была лишь карта местности в своём планшете, поверх которой наложены данные разведки: «Объект: свадебная церемония. Высокопоставленные лица. Гражданские. Цель: деморализация». – Ястребы, запомните: порт – цель №1. Свадьба – помеха. Ликвидировать помеху, – сказал голос из рации. Рядовой поднял взгляд. Он увидел в иллюминаторе не «праздник», полный радости и веселья, а точки. Живые точки, помеченные как «CIV». Его рука не дрожала. Она онемела. Он мысленно поставил галочку в отчёте: «Помеха устранена. Цель достигнута. Эффективность: 100%. Стоимость: 347 жизней. Оценка: удовлетворительно». Фраза отскакивала в его черепе, как рикошет. «Удовлетворительно». Его резко затрясло. Он рванул прямо в застёжку шлема, тёплая кислая масса залила подбородок и визор. Он представил, представил, как убивает мирных жён, детей, больных – вообще всех! Он не мог поверить, что сделает это, как пойдёт на столь грязный, мерзкий поступок. И от этой мысли его вырвало прямо в шлем. – Сброс через три, два, один! – перебил его мысли голос из рации. – Ястребы, в бой! Включить шлемы! AVE YARA! – AVE! – крикнули все, кроме рядового. Ком смотрел на дочь. Белое платье, улыбка, которую он не видел с начала войны – всё это на миг, будто он опьянел, заставило забыть о картах и донесениях. Воздух был густ от запаха цветов и негромкой музыки, заглушавшей отдалённый гул. – Эх, вот сегодня… Моя дочь… Ты такая красивая, такая милая, да прибудет с тобой наша вера, наша сила… Ты будешь моей преемницей, застанешь лучшее время Терры. Без войны. Без Империи. Только единство и братство. Он не слушал, что говорили в толпе, но сейчас его уши услышали то, что несло самое чувство тревоги, которое было тогда, 6 Янворня. Святой отец посмотрел наверх и вместо салютов увидел корабль ВВС Империи, который готовился к сбросу. – Империя! Нападение! Еретики! – раздался голос неизвестного Кому человека. – Святой отец, прячьтесь! – Божечки ты мой! Да сохранит нас Свет и Высшие! – кричала женщина. – Как они посмели! – кричал другой голос. В этот момент в голове Кома было лишь отчаяние и непонимание. Он думал про себя: «Но почему? Откуда? Я же всё запланировал! Мне же сказал Дол, что они не должны были высаживаться сегодня! Он меня обманул?» Но крики прервали голоса с неба, было слышно только одно: «AVE! За Микаю!» Штурмовики, подобно ястребам, кружили над своей добычей. Те немногие, которые уже успели спуститься, начали аннигилировать всё живое. Над портом повисла зелёная туча яда. Наш рядовой спрятался за каким-то зданием. Он не мог представить, что он, именно он, будет решать судьбу Виталины. Вдруг из-за угла, дрожа, выглянула маленькая девочка лет пяти. Она не плакала, а смотрела на него широкими, непонимающими глазами, сжимая в руках обгоревшую куклу, которую ей подарили родители на её пятый день рождения. Рядовой замер. Не голубые глаза его остановили, а движение: девочка, не отрывая от него взгляда, потянулась к обгоревшему мишке, ища в нём защиту. Точно так же его дочь обнимала игрушку во время грозы. В горле встал ком. Пункт Б-7 Воинского устава Империи: «Любая неиндицированная система БЧЭ в зоне боевых действий должна немедленно быть ликвидирована». Рядовой поднял автомат, но не смог. Не смог нажать на курок. В этой маленькой девочке он увидел свою дочь, она была точь-в-точь похожа на неё. Даже голубые глаза указывали, что у этой девочки есть родственники-имперцы. Было ещё одно сходство. Маленькая девочка искала своих родителей: папу и маму. – Меня ведь тоже ждёт дочь… – сказал рядовой. Он опустил оружие, хотел снять свой шлем и подать руку этой маленькой невинной девочке. Вдруг прозвенел выстрел. Его руки вмиг наполнились кровью. Он посмотрел на девочку, у которой было пулевое ранение прямо в сердце. Пуля прошла через её сердце, в руках у неё был мишка, у которого тоже было прострелено «сердце». Девочка упала на землю. – Рядовой! Ты что стоишь?! – раздался женский голос. – Выговор хочешь?! – Простите! Просто лаги в шлеме! – ответил он ей. – Ты смотри мне! Быстро станешь ястребом не только без крыльев, но и без яиц! Когда эта штурмовик ушла, наш рядовой взял мишку, обнял и положил в свою сумку. Смерть, взрывы, пули, химическое оружие – заполнили весь порт. Легион не щадил никого и ничто, он ликвидировал всё, что движется, будь это человек или священная для виталинцев кошка. Прошло сорок минут этой мясорубки, час, два часа. Вместо второго по красоте города-порта в Виталине, да и во всей Транладии, а может, и всей Терры, остались лишь руины, смешанные с трупами и химическим оружием. – Докладывает Молот-1, порт Корн взят. Цель «Собор» ликвидирована. Помеха устранена. – Молот-1, подтверждаю. Заложники? – Отрицательно. Протокол «Чистая церковь» выполнен. Повторяю, заложников нет. – Принято. Статус цели «Патриарх»? – Ликвидирован. Вместе с ядром цели. Отход по плану. – Отлично. Двигайтесь к точке сбора «Дельта». – Есть. Молот-1, есть дополнительная информация. – Канал открыт. – Кинжальские силы пересекли рубеж гор Вереск на востоке Виталины. Захватывают всё на пути. Образуется второй фронт. – …Понял. Вальхстан? – Потерял Моррий. Сопротивление не оказывал. Фактически, мы остаёмся один на один с основными силами Кинжала. Наступил час настоящей войны. Учения окончены. – Чёрт. Принято к сведению. Выполняйте первоначальный план. «База», конец связи. Леса «Истока» были красивы, особенно в янворие. Зима, снег, чистый воздух – что может быть лучше? Леса и степи покрывали всю лигу. Никто мог поверить, что вся эта красота станет другой, более страшной, красотой по-имперски. Всю эту красоту перебил марш имперских штурмовиков. Они уже прошли леса и двигались на степь. В то время как они маршировали, у них состоялся вот такой разговор. – Красивые у них леса, согласитесь? – сказал один из штурмовиков. – Да, ты прав. Вот думаю, после захвата лиги перебраться в эти леса? – Да не! Наши леса красивей и лучше! – Ребят, странно, что мы не встретили ни одного вражеского солдата, а? – Да чем им сражаться? Палками? И на велосипедах? Против наших танков и орудий? – И то верно… – Смотрите, амбар! Отряд из десяти штурмовиков подошёл к амбару. Из него доносились голоса. Женщины, дети, старики. – Тише! А то услышат! – говорила мать сыну. – Господи! Сохрани нашу жизнь! – молился старик. Дверь амбара распахнулась. Те, кто были в амбаре, увидели тени штурмовиков! – Так вот где крысы! – сказал солдат. – Слушай, Крыл, ты хорош в тире? – спрашивал другой солдат. – Конечно, брат! – ответил Крыл. – Ну что, солдаты! – крикнул генерал. К ним выбежала беременная женщина. – Пожалуйста, не делайте этого! – крикнула беременная женщина, выбегая и закрывая собой дверь. – Мы не военные! Здесь дети! Солдат по имени Крыл, не моргнув глазом, поднял автомат. Не из злобы. Из расчёта. Женщина заблокировала дверь, мешая зачистке. Её эмоции – угроза срыва операции. – Помеха, – ровным голосом сказал он и нажал на спуск. Генерал даже не взглянул на тело. Вместе с девушкой выбежал старик, который, обнажив свою грудь, умолял о пощаде. – Помеха, – повторно ровным голосом сказал Крыл и нажал на спуск. И, как с девушкой, он даже не взглянул на тело. – По протоколу «Очистка гнезда». Огневой контакт со всеми биологическими целями внутри. Пли! Все солдаты как один начали стрелять. Порох, смерть заполнили амбар. Да и не только амбар, но и всю Лигу «Исток». И снова Имперское солнце расширило свои владения. Исток, столица Лиги «Исток», потерпел поражение спустя четыре часа. – Ещё одна пешка пала от имперского солнца, – выступала Микая в столице «Истока». – Мы смогли освободить Первый Континент от крыс. Наш луч пронзил и Транладию. – Микая подняла руки, повторяя тот самый жест, которым сжигала конституцию Оры, провозглашая империю. – Мы смогли. Яра будет гордиться нами! Нет. Я горжусь вами! Я горжусь вашей решимостью! Вы мой щит, щит всей Яры! И в честь этого я объявляю: Империя будет снова реорганизована в Империю Великую! – голос Микаи звучал ровно, без пафоса, как у диктора, зачитывающего отчёт. – Очаги сопротивления: Виталина, Исток – ликвидированы. Это не победа. Это завершение этапа. Теперь наш взгляд – на Транладию. Но прежде… – она сделала паузу, глядя на построенных перед ней юных имперьюгендцев, – прежде нужно обкатать новый инструмент. Вы – наш новый инструмент. Ваш марш сегодня – не праздник. Это тест-драйв. Запомните каждый шаг. Завтра вам предстоит не шагать, а бежать. Бежать прямо в пасть зверя по имени Кинжал. Надеюсь, ваши гимны окажутся крепче их пуль. Прозвучала минутная тишина… – Внимание, играет гимн Имперьюгенда! – сказала Микая.

Гимн Имперьюгенда

Словно ястребы сильны и отважны мы,

Если захочешь, то сможешь стать и лучше!

Империя-мать снова нас зовёт!

Наше сердце полно отваги и чести.

Микая смотрит на нас, пристально на нас,

В её взгляде радость и счастье!

Что-то стукнуло в нас, и теперь мы здесь.

Теперь детство прошло:

«Выкинь игрушки, возьми ты ружьё,

Одень свой мундир, включи визор,

И шлем вместе с ним!»

Время прошло, мы верим,

Что являемся примером для всех.

Эй, отец! Гордишься ты мной?

Эй, мама! Не плачь ты, всё позади!

Ведь стал я ястребом, отважной птицей,

Крылья расправлю,

Словно гонщик,

Полечу к моей мечте,

Возводить Яру во веки веков!

Если вступишь в отряд сейчас,

Станешь таким, как я.

А если не хочешь —

Пожирай свой заплесневелый сыр!

Не погибнем же мы в первом своём бою!

Отстоим славу, честь

Нашей Великой Империи!

Голос Микаи будет подбадривать нас!

С ней мы точно уничтожим, разрулим врага!

Автомат заряжен, патрон в патроннике,

И небо горит пламенем трёхкрылов.

Вставай, Имперьюгенд!

Пора идти в первый твой бой!

Выполнять приказ Б-7

Снаряды пушек, корректировка трёхкрыла,

Пусть вся Терра горит в чёрном огне!

Врагу запусти пулю прямо в сердце!

Смени позицию, убей ещё!

Имперское солнце будет светить над Террой!

Микая, как гарант и спаситель, возглавит его!

За наш гнев и за нашу же месть

Будем убивать, пока не умрём.

А если всё же паршивый анархист, как крыса,

Воткнёт свой ржавый кинжал в меня!

Буду знать, что попаду я в ад!

Но в аду мы будем лучшие.