Часть 17 — Храм

Баурус положил ей руку на плечо, словно пытаясь подбодрить. Ирен слегка вздрогнула от этого прикосновения, по телу пробежали мурашки. Идти наперекор правилам Тёмного Братства было чистым безумием, но что-то ей подсказывало, что Очива ей не простит того, что уже успело произойти. Поэтому остаётся только бороться. — Давай тогда выбираться отсюда, — сказал Баурус, убирая руку. — Как думаешь, эта книга очень важная? — Ирен обернулась к пьедесталу, за которым ещё недавно стоял Манкар Каморан, прежде чем шагнуть с амулетом в портал. Она приметила её сразу, как только они вошли в этот зал. — Я проверю, — кивнул Баурус, подошёл к пьедесталу и взял книгу в руки, чтобы рассмотреть. В тот же миг земля под ногами дрогнула. Глухой, низкий гул пронзил грот. Ирен инстинктивно пригнулась, хватаясь за ближайшую колонну. Каменная крошка посыпалась с потолка, факелы закачались, отбрасывая безумные, пляшущие тени. — Что за... — начал Баурус, но не договорил. Статуя Мерунеса Дагона, ещё минуту назад величественно возвышавшаяся над алтарём, пошла трещинами. Они разбегались по каменным ногам, по четырём рукам, словно камень не выдержал собственной тяжести, которую терпел века. Послышался треск. Сначала тихий, похожий на лёд, который ломается под ногами весной. А потом — оглушительный грохот. Статуя рухнула. Обломки посыпались вниз, поднимая облако пыли. Осколки величиной с человека с глухим стуком падали на каменный пол, разбиваясь на ещё более мелкие куски. Ирен успела только поднять голову и увидела, как прямо на неё летит осколок каменной руки. В тот же миг её схватили и дёрнули в сторону. Тяжёлый камень ударился о пол в том месте, где она только что стояла, разлетевшись градом мелких осколков. Баурус успел среагировать вовремя, отвернувшись и закрыв её от летящих в их сторону камней. — Ты в порядке? — спросил он, когда всё затихло. — В порядке, — выдавила она. — Отпусти уже. Он разжал пальцы, отступил на шаг, на его лице застыла тревога. — Кажется, Дагону не понравилось, что эта книга теперь у нас. — Зато мы теперь знаем, что она важная, — немного нервно хмыкнула Ирен. — Когда резали его приспешников, он так не переживал. — Не знаю как ты, но я хочу поскорее убраться отсюда. Хватит с меня этого проклятого места. Ирен кивнула, и они двинулись к выходу, перешагивая через осколки каменного бога. Они осторожно продвигались по коридорам логова, внимательно прислушиваясь на случай, если кто-то из врагов решил устроить засаду. Но Тейнава не соврал, что разобрался и с остальными, по пути им встречались только тела, лежащие в лужах собственной крови. Уже у самого выхода, когда Ирен увидела мёртвого привратника с перерезанным горлом, она вспомнила, что хотела спросить. — А как ты понял какой пароль нужно назвать? — Астав был не единственный культист, которого мы вычислили, — ответил Баурус, тоже остановившись у тела привратника. — Я уже слышал это приветствие, но не думал, что это может быть и паролем. Пришлось рискнуть. — Не пришлось бы, если бы я поняла, что Астав лжёт, — недовольно нахмурилась Ирен. Было неприятно признавать это, но видимо не так хороша она в пытках. — Звучало убедительно. Мы оба ошиблись. Но зато ты быстро сообразила не называть ложный пароль. Кто знает, может это был бы сигнал для культистов завести нас в ловушку. Почему ты улыбаешься? — осёкся он, поймав её взгляд. — Это так у вас в ордене разбирают просчёты? Это многое объясняет, — хихикнула Ирен. — Начинаю жалеть, что позвал тебя с собой, — притворно нахмурился Баурус, но глаза смотрели беззлобно. — Привыкай, — хмыкнула она.

***

Оставаться в Чейдинхоле даже до утра было слишком опасно для Ирен, поэтому они лишь забрали свои вещи и под покровом ночи поспешили уехать как можно дальше, направляясь на север в сторону Брумы. Первую остановку они позволили себе лишь поздним вечером в придорожной таверне, когда лошади уже начали спотыкаться, а всадники с трудом держались в седле от усталости. Но этим отчаянным рывком они должны были выиграть достаточно времени, чтобы сбить след. Ирен в пути много думала о своём выборе и цепочке последствий, которые он непременно запустит. Тейнава так и не дождался её в святилище, а значит, уже мог донести Очиве о неповиновении. Как быстро на неё объявят Охоту? Неожиданно для неё самой мысли об этом не вызывали страх. Словно... Клетки, в которой она так привыкла обитать не стало и она впервые делает шаги без преград. И уже не важна цена, которую она заплатит за эту свободу. Уже засыпая на твёрдом матрасе в скромной маленькой комнате таверны, она вдруг резко открыла глаза, словно ощутила чьё-то присутствие рядом. В комнате никого не было. По какой-то старой привычке она неосознанно перевела взгляд в угол комнаты, словно ища взглядом белую костлявую фигуру Гектора, чьё терпеливое молчание всегда дарило ей какой-то покой, особенно в детстве, когда она так в нём отчаянно нуждалась. Что с ним будет теперь? Выкинут как груду хлама? Она закрыла глаза с какой-то необъяснимой тоской, сквозь которую прорезалась мысль: «Он бы был рад за неё сейчас». С ней она и уснула.

***

Она проснулась, когда тёплый свет из окна, крадучись, переместился с пола ей на лицо. Ирен не стала отворачиваться или закрываться одеялом, просто позволила себе полежать ещё немного, ощущая осторожные прикосновения утра, через закрытые веки. Она чувствовала что выспалась и даже не корила себя за тот глубокий сон, в который позволила себе провалиться. Она бы лежала так и дальше, но одна мысль заставила её встать с кровати. Сегодня они уже должны приехать в Храм Повелителя Облаков. Когда она собралась и спустилась вниз в обеденный зал, Баурус уже был там. Он сидел за тем же столиком, где они быстро поужинали вчера, теперь уже накрытым к завтраку. В отличие от Ирен, отдохнувшим он не выглядел. Она подсела к нему и сразу же переложила себе на тарелку пару кусков свежего хлеба, сыр и свежие овощи, поданные на общем блюде. Всё выглядело очень аппетитно. — Хорошо спала? — первым заговорил Баурус. В его голосе звучало сомнение. — Да, а ты нет? — откликнулась Ирен, с удовольствием откусывая хрустящую корочку от хлеба. — Удивлён, что ты так спокойна, — немного помолчав после её вопроса, наконец высказался Баурус. Ирен положила обратно на тарелку кусочек сыра, который уже взяла, и посмотрела на Бауруса. Он же переключил внимание на кружку с горячим травяным напитком. — Ты не спал, потому что... Переживал, что я в опасности? — чуть прищурившись, медленно произнесла Ирен. — А ты разве не в опасности? Ладно, не важно. Видимо это я переоценил угрозу, — Баурус устало потёр глаза, избегая смотреть на неё. — Не переоценил, — тихо ответила Ирен, но в её взгляде мелькнул озорной огонёк и она добавила с лёгкой улыбкой: — Но кажется мне кто-то обещал, что я буду в безопасности, вот я и спокойна. — Но мы ведь ещё не доехали, — Баурус вновь посмотрел на неё, словно пытаясь понять, шутит она или нет, но его взгляд потеплел. — Ах да, прости, что-то я рано расслабилась. Моя вина, — пряча улыбку в кружку с ароматным напитком ответила Ирен. Ей было даже забавно, что он так серьёзно воспринял миссию по спасению её от Братства, словно чувствовал ответственность за её решение. Но правда была в том, что это решение было осознанным и целиком её. И за любые последствия в ответе она одна. Но раз ему так хочется кого-то защищать, то пускай. — Проверю лошадей, — сказал Баурус, вставая из-за стола. — Поедем как будешь готова. Учти только, что там будет холоднее, чем здесь в низине, храм в горах. — Тёплыми вещами не обзавелась, ничего, думаю потерплю, — пожала плечами Ирен. Когда она собиралась, казалось целую жизнь назад, то дальше Имперского города она себя не видела и вещи подбирала соответственно. — Тогда купим тебе что-нибудь в Бруме. Болеть сейчас не время, — сказал Баурус прежде чем уйти и оставить её за столом одну. Ирен доела свой завтрак, думая об этом коротком утреннем диалоге. Она ждала перемен в отношении Бауруса к ней. После того как он узнал самый тёмный из её секретов. Была готова к его отстраненности, молчаливому осуждению, даже после того как он сам предложил продолжать быть союзниками. Она ждала, но при этом ей было уже всё равно, ведь это просто цена за то что можно больше не прятаться. Но всё было не так. И это было для неё странно. Хотя, она ведь спасла его от Тейнавы. Это его способ быть благодарным? Ирен не стала додумывать, а тоже встала из-за стола, взяла сумку с вещами и направилась к выходу.

***

Уже на подъезде к Бруме, Ирен сполна ощутила что значит суровая горная погода. Небо почернело, поднялся ветер и на двух всадников обрушился снегопад. И это в самом начале осени. Ей оставалось только кутаться в свой лёгкий дорожный плащ и гнать коня быстрее к стенам города. Снег бил в лицо, забивался под воротник, таял на коже ледяными иглами. Грела лишь мысль, что в городе действительно можно будет прикупить одежду теплее, а ещё погреться в таверне. Она уже была готова убить за миску супа. Баурус ехал рядом, тоже сгорбившись от непогоды, тоже молча. Говорить в такой ветер было бесполезно — слова уносило раньше, чем они успевали сорваться с губ. Город встретил их промозглой сыростью. Снег здесь уже превратился в дождь со снегом, и Ирен вымокла до нитки когда они только пересекли городские ворота, оставив лошадей на конюшне. Баурус приобнял Ирен за плечи, словно его рука могла хоть как-то её согреть и ничего не говоря уверенно повёл её за собой. Она не сопротивлялась — она уже почти не чувствовала пальцев, а плащ промок насквозь и тянул вниз как камень на шее утопленника. Магазин с весьма подходящим названием «Северный ветер» оказался небольшим деревянным строением с аскетичным интерьером, но главное тёплым. Продавщица — дородная нордка с красными от постоянной топки щеками — только взглянула на Ирен и тут же всплеснула руками. — Талос милостивый! Да где ж тебя так угораздило? От стучащей зубами Ирен ответа и не требовалось. Нордка просто сразу подхватила её под локоть, усадила на табурет у камина и начала стаскивать с неё мокрый плащ, причитая что-то о горе и сумасшедших, которые выходят из дома без тёплой одежды. Ирен позволила. Она была слишком замерзшей, чтобы спорить, и слишком уставшей, чтобы возражать. Баурус стоял у двери, прислонившись к косяку, и молча смотрел. Не на неё — куда-то в сторону. Ждал. Его плащ тоже промок, но он даже не попытался его снять. Когда нордка наконец вынесла тёплый шерстяной плащ, утеплённый кожаный доспех и толстые штаны, а Ирен смогла переодеться в соседней комнате она наконец-то почувствовала, что оживает. — Ну вот, другое дело, — удовлетворённо сказала продавщица. Баурус молча отсчитал монеты и вышел первым. Ирен попрощалась, не забывая добавить пару слов благодарностей, и поспешила выйти за Клинком. — Я могла заплатить и сама, — сказала она, нагнав Бауруса. — Не бери в голову. — Тогда за обед плачу я, — нашла компромисс Ирен, а затем добавила: — Спасибо. — Вот тут ничего не имею против, — хмыкнул Баурус, открывая перед ней дверь в таверну.

***

Дорога петляла между скал, объятых облачной дымкой, поднимаясь всё выше. Снег здесь уже не таял, а лежал плотным, хрустящим покрывалом. Они ехали так уже несколько часов, поворачивали, огибали очередной утёс, и каждый раз за поворотом их встречала только белая пелена. А потом облака расступились. Храм Повелителя Облаков возник перед ними неожиданно. Серый камень, из которого он был сложен, сливался со скалами, делая его почти невидимым до последнего момента, а заснеженные крыши издалека можно было принять за вершины небольших гор. Вокруг царила тишина. Даже ветер, который ещё недавно хлестал снегом в лицо, здесь, у стен, стихал, словно не смел нарушать покой этого места. Ирен смотрела на храм, и внутри неё, под рёбрами, шевельнулось что-то. Она не верила в богов и святость. Но здесь, на краю мира, среди вершин гор и векового снега, она вдруг поняла, почему другие верят. На смотровых башнях замерли фигуры Клинков. Приближение двух путников не осталось незамеченным. По крыше заметались тени — кто-то явно сразу побежал докладывать о них. Они остановились перед массивными деревянными воротами, окованными железом. Сверху, из бойниц, на них смотрели настороженные лица. Никто не спешил открывать. Баурус спешился, выйдя вперёд, а Ирен осталась верхом. И тут её наконец-то накрыло осознание. Мартин где-то там внутри. — Назови себя! — громко крикнул один из дозорных. — Я Баурус, Клинок, служивший при Императоре Уриэле Септиме! Джоффри ждёт моего доклада, — уверенно ответил Баурус, его голос эхом раскатился по горам. Дозорный ничего не ответил и скрылся. Они стояли так некоторое время, Баурус нервно скрестил руки на груди в ожидании. Наконец за воротами лязгнул засов. Тяжёлые створки медленно разъехались в стороны, открывая проход. Баурус взял за поводья своего коня и коня Ирен, и завёл их внутрь. Она спешилась перед массивной каменной лестницей, уходящей вверх, к главному двору храма. По обеим сторонам, на возвышениях, замерли Клинки с луками наготове. Ирен невольно отметила расстановку сил. Любой, кто каким-то чудом прорвётся сквозь ворота, попадёт под град стрел ещё до того, как сделает второй шаг. Они поднимались под напряжённое молчание Клинков. Сверху доносились звуки тренировочного боя — свист рассекаемого воздуха, лязг стали. Когда они поднялись наверх, взору открылась тренировочная площадка. Мечи скрещивались в учебном бою. Один — в обычной броне Клинка, второй — в доспехах, которые Ирен никогда раньше не видела. Тяжёлых, древних, словно сошедших с гравюр, изображавших императоров прошлого. Ирен хватило одного взгляда, чтобы понять кто скрывается за ними. По движениям, которые стали техничнее, но всё ещё выдавали неопытного воина. По тому, как он держал меч. По силуэту, который она помнила. Бой был настолько увлечённым, что они до последнего не замечали движения Клинков вокруг и прибытие в Храм новых людей. Мартин удачно отразил удар меча снизу, увернулся от следующего, сменив позицию, оказавшись теперь лицом к лестнице — и только тогда он лишь на мгновение отвлёкся на остановившиеся фигуры и замер. Не ожидая потери фокуса у ученика, второй Клинок не успел убрать меч и с силой ударил по надплечью, высекая искры. Лезвие соскользнуло на шлем, сбивая его с головы. Ирен вздрогнула, сделав непроизвольный шаг к площадке. От удара Мартин опустился на одно колено и одной рукой схватился за голову. — Сир! — сразу же донёсся встревоженный женский голос. Второй Клинок, сбросила шлем, взмахнув копной светлых волос и присела рядом с Мартином, осматривая место куда пришёлся удар. Остальные Клинки на площади тоже повернулись к площадке, начиная стягиваться к ней. — Я в порядке, просто звон в ушах, — ответил Мартин, поднимаясь вместе с девушкой, пока та немного придерживала его за локоть, словно не до конца веря, что он не ранен. Ирен отвернулась. В груди что-то болезненно сжалось, она сама не заметила с какой силой стиснула зубы. Внутри словно разливался какой-то горький прожигающий внутренности яд. Она впервые с момента принятия решения ехать сюда ощутила насколько это было большой ошибкой. Клинков оказалось намного больше, чем она представляла, Джоффри действительно смог мобилизовать все доступные ему ресурсы. Храм и правда выглядел непреступным бастионом. А Мартин... Кажется, он уже вполне свыкся со своей ролью наследника с которого сдувают пылинки и проникновенно заглядывают в глаза, внемля каждое его слово. Зачем было её присутствие здесь она уже не понимала. От разрушительных мыслей её отвлёк голос Клинка, вставшего перед ней с Баурусом. — Джоффри ждёт вас внутри, просил немедленно провести вас к нему. — Пойдём, — тихо обратился к ней Баурус, она кивнула и рукой слегка коснулась его плеча. Он посмотрел на неё и, видимо, считав с её лица напряжение, истолковал его по-своему и подставил ей руку, чтобы она могла взять его под локоть. Она вошла в храм не оглядываясь, но с тёмной уверенностью, что он смотрел. Клинки провели их в дальнюю часть большого зала где у разожжённого камина их уже ждал Джоффри. — Баурус, я очень рад, что ты добрался сюда. Как я понимаю, моё послание достигло тебя и благодарить я должен за это тебя, Ирен. Признаться не думал, что увижу тебя вновь, — Джоффри говорил с достоинством, присущим грандмастеру ордена, но Ирен хватило наблюдательности заметить как дрогнули края его губ, когда он произносил её имя. Но он хотя бы пытается делать вид, что не против присутствия Ирен здесь. Это уже большой шаг от той ненависти, что сквозила в его речи в прошлый раз. Надолго ли его только хватит? Ирен внутренне усмехнулась. — Грандмастер, — коротко поприветствовал его кивком Баурус. — Боюсь, мы приехали с недобрыми вестями. — Говори, я слушаю, — помрачнев, устало кивнул Джоффри. — Нам с Ирен удалось найти и проникнуть в логово Мифического Рассвета. Манкар Каморан на наших глазах скрылся с амулетом в портале. Он ушёл в план Обливиона, который они называют Раем. Было невозможно его остановить. — Мы знаем у кого он и где, это уже больше, чем было известно вчера, — сдержанно подбодрил Джоффри. Ирен с любопытством наблюдала за этим разговором. Искать плюсы в беспросветной тьме — что, действительно, было частью кредо их ордена? Невозможно было представить, чтобы Очива хоть раз выдала бы что-то подобное, принеси ей кто дурные вести. — Мы нашли там эту книгу, может она чем-то поможет, — Баурус достал из сумки тёмный фолиант и протянул Джоффри. Тот скользнул по ней взглядом и побледнел. Рука машинально протянутая вперёд, замерла и отпрянула. Словно он боялся прикоснуться к этой книге. — Мистериум Заркса, — прошептал он. — Сайрус, возьми и отнеси книгу в покои Мартина. Может, он сможет разобраться в том, что здесь написано, — он проводил взглядом уходящего с книгой Клинка и вновь повернулся к Баурусу и Ирен, теперь он выглядел увереннее а взгляд наполнился уважением. — Могу только предположить, каких усилий вам стоило добыть её. Не думаю, что культисты отдали её без боя. — Логово зачищено. В ту ночь Дагон лишился многих своих приспешников, — сдержанно поделился информацией Баурус. Ирен нервно прикусила губу. Поверит ли Джоффри, что они справились вдвоём и не начнёт ли расспрашивать подробности. Она не была уверена в способности Бауруса скрывать правду. — Я никогда не сомневался в тебе, Баурус. То, что вы сделали, это намного больше, чем то, на что я мог рассчитывать. Это уже можно считать нашей первой победой в этой войне. Но главные битвы ещё впереди. Вы заслужили отдых. Места и припасов здесь хватит. Я отдам соответствующие распоряжения. — Рад служить, сэр, — отдал честь Баурус. — Ирен, — Джоффри впервые напрямую обратился к ней. — Я был несправедлив к тебе. И признаю свою ошибку. Надеюсь, ты не держишь зла на меня. Она нисколько не поверила в искренность его слов. Ей так и хотелось сказать что-нибудь, что враз снимет с него эту благочестивую маску. Может о долге напомнить? Двести пятьдесят септимов на дороге не валяются. — Надейтесь, — коротко ответила Ирен, колко улыбнувшись и чувствуя удовлетворение при виде нервно поджатых губ Джоффри. Ответить он ничего не успел — двери в храм вновь отворились и в зал вошел Мартин. Уже не в доспехах, а обычной одежде, схожей с той, в которой он ехал с Ирен. Внимание Джоффри переключилось на него. — Мартин! — подозвал его он. — Мы как раз ждали тебя. Мы теперь знаем где Амулет Королей. И теперь нужна твоя помощь, чтобы понять как его вернуть. Манкар Каморан забрал его в план Обливиона. В своих покоях ты найдёшь книгу, возможно, там есть ответы. — Я посмотрю, что получится сделать, — серьёзно ответил Мартин, подходя к ним ближе. Ирен повернула голову, резко заинтересовавшись книжной полкой у стены. — Можем пойти сейчас, — сказал Джоффри делая шаг вперёд. — Баурус, помоги Ирен расположиться где-нибудь в храме. — Да, сэр. — Я скоро подойду. Могу попросить оставить нас ненадолго? Ирен наконец-то повернулась. Мартин смотрел прямо на неё. И от этого взгляда внутри неё снова всё перевернулось. Он хочет поговорить с ней? С ней одной? — Разумеется, — сносно сдерживая недовольство, кивнул Джоффри. — Я буду в западном крыле, — тихо произнёс Баурус, отходя от Ирен. Вскоре в большом зале остались только они двое. Ирен зябко обхватила себя руками, будто жара исходящего от камина было недостаточно, чтобы она могла согреться в этом месте. — Я даже не поверил, что действительно вижу тебя, — наконец тихо произнёс он, делая к ней шаг. — И это чуть было не стоило тебе головы. Так перепугал свою наставницу, — воспоминание о развернувшейся на тренировочном поле сцене, вновь всколыхнуло тёмный осадок чувств, которые уже было осели. — Я знаю, что это было непозволительно. Даже в тренировочном бою. Но я не мог иначе. Должен был убедиться, что вижу не мираж или... — Призрак? — скептично подсказала Ирен. — Рассчитывал, что я уже где-то сгинула и больше не потревожу твой покой? — Нет, вовсе нет, — отозвался Мартин, разговор явно не складывался и это заметно его расстраивало. Ирен чувствовала подступающий к горлу ком. В пути она не думала о том как мог бы пройти этот разговор. Не позволяла себе думать. Но это было точно не то, что она ожидала где-то глубоко внутри себя. Почему эти шипы вырастали из неё стоило ему просто оказаться рядом? — Тебя ждёт Джоффри, — отворачиваясь к огню, произнесла Ирен. Языки пламени отражались в её глазах, она не моргала, а едкий дым уже начал заставлять их щипать. — Тогда мы поговорим позже, — тяжело вздохнув, произнёс он. — Просто знай, что я рад, что ты здесь, — негромко сказал он, отворачиваясь и уходя. Ирен не шевелилась, пока за ним не закрылась дверь. Щеку обожгло. Она дёрнулась и провела рукой, стирая влагу. Мокрые пальцы блеснули в свете огня. Проклятый дым.