«Двое в машине, не считая вишнёвки» • Шисуй/Сазен • от Murzetka

Белая пелена теряла свою дневную безупречность — ту, которую дарили ей солнечные лучи. Поля покрывались тонким, едва заметным сиянием, которое не имело ни единого шанса расцвести под пристальным взглядом дня. Не только снег. Потому что никто не способен мерцать в тени солнца. Не всем нужен чужой свет, чтобы проявить себя. Более того — не все мы настоящие, когда нас освещает кто-то другой. Не все сияем под солнцем так, как хотим. Только так, как должны. Иногда хватает и слабого отблеска луны. Но… кто подарит этот отблеск? Кто станет спасительной луной для угасающей звезды?

***

Метель наконец пошла на спад. Грелка в потрёпанной хонде концерто ненавязчиво гудела. Настроение Сазена не подавало новогодних признаков; если бы его можно было измерить, то волна пульсотахографа показала бы идеально ровную горизонталь. Ровную, в отличие от дороги, по которой он сейчас ехал. Брр, ещё и скользко. Единственное, что напоминало о приближении полуночи, — это пустое шоссе. Ни одной машины. Все жители города, в отличие от него, сейчас, вероятно, сидели за столом с близкими, пили шампанское, распаковывали подарки, делали друг другу приятные сюрпризы… Целовались, занимались любовью. Чувствовали хоть какие-то эмоции. Какой вкус у этого праздника? Говорят, он может быть пьянящим. Можно оказаться под ёлкой до утра… Не одиноким, а с кем-то, кто разделил бы с тобой этот момент. Возможно, Сазену сейчас именно этого и не хватало. Возможно, он ещё не потерял надежду найти женщину, с которой мог бы провести новогоднюю ночь так — напиться вместе, уснуть под ёлкой, обмениваясь поцелуями. Авто занесло на повороте. Сазен снова начал проклинать шоссе. Однако, если уж зашла речь об обычной выпивке, то именно это Сазен и планировал сделать, как только доберётся до своей потёртой однушки. Хорошо напиться — хуже уже не станет. Хорошо, что удалось раздобыть несколько бутылок домашней вишнёвки. Первый пункт есть. Что касается подарков… Свой новогодний «подарок» он уже получил от начальства — увольнение. Оставался лишь сюрприз. Но Сазен искренне предпочёл бы добраться домой без каких-либо сюрпризов. Машину слегка виляло — то вправо, то влево. Он давно устал ругать выбоины и гололёд каждый раз, когда колёса теряли сцепление. С одной стороны — чащи, с другой — ров. Не хотелось бы заехать в ни один из вариантов. Однако без сюрпризов всё-таки не обошлось. Из полусонного гипноза его резко вернул к реальности отблеск металла справа. Уже через несколько секунд в свете фар нарисовался силуэт перевернутого на бок авто. «Вот напасть», — Сазен начал слегка притормаживать. Проехав мимо, он смог разглядеть небольшой силуэт, который сидел на крыше скинутого в ров новенького автомобиля. Сидел — не лежал, не плакал, не махал руками. Просто сидел. «Это девушка? Она жива?» Взгляд незнакомки был направлен куда-то в сторону заснеженного поля. Не на дорогу за помощью. Не на свою разбитую машину. «Чёрт возьми», — откровенно говоря, последнее, что сейчас хотел делать Сазен, это разбираться с чьими-то проблемами. Однако, что-то всё-таки заставило его выйти из машины. От холодного ветра тело покрылось мурашками, а старые зимние кроссовки пропустили холод к ногам. Снежинки мерцали в свете фар. Вооружившись фонариком мобильника, Сазен обошёл своё авто. Двигатель он так и не заглушил, всё ещё надеясь, что через минуту вернется. Девушка сидела на боку крыши своего авто, опершись локтями на колени. Поза была… привычной. Не похоже, чтобы ей была нужна какая-то серьезная медицинская помощь, но всё же поношенное платье и отсутствие теплой верхней одежды выдавали её текущее положение. Плечи и волосы небо уже начало покрывать мерцающей шалью. Даже когда он приблизился, она никак не отреагировала. Хотя белый пар, выходивший из её рта, всё же немного успокоил Сазена — по крайней мере жива. Мужчина сглотнул, жуткое зрелище, подошло бы для какого-то фильма. Перевернутое авто, на первый взгляд, не имело очень серьёзных повреждений, но незнакомка всё равно почему-то не включила аварийку и, наверное, не вызвала спасательные службы. — Эй, всё нормально?! — несколько неуверенно крикнул Сазен. — Тебе вызвать эвакуатор? — Не надо. — Слушай, я спешу, если что-то нужно, то говори уже, — Сазену совсем не понравился её тон. Девушка медленно повернула голову в сторону Сазена, но ответа он так и не получил. — Ну я пошёл… — Который час? — хриплый голос девушки донесся до ушей. Сазен зажмурился, глядя на экран. — Э, без пятнадцати двенадцать.? — Врёшь. — А? — В такое время все, кто спешит, уже дома. — А, ну… Не праздную. Короче, я пошел. Сазен как-то уже неловко направился к машине. Куртку он так и не застегнул, так что холод пробрался к груди. Двери громко хлопнули. Сидя в машине, он положил руки на руль. Из грелки в салон заходил приятный тёплый воздух. Но что-то не дало ему тронуться с места. Глаза невольно вернулись в сторону незнакомки на крыше машины. Не было у Сазена ни желания, ни каких-то причин помогать. Он никогда не славился добротой. Милосердие он оставил там же, где и веру в новогодние чудеса — в детстве. Однако нажать на газ ему воли не хватило. «Разве ей не холодно?» — и тут уже Сазен похолодел. — «Она самоубийца?» Но разве самоубийцы не хотят быстрой безболезненной смерти? Какой смысл сидеть на морозе до смерти? Что-то в глазах девушки его зацепило. Они горели, горели так, как это не делали глаза ни одного человека, которого он когда-либо встречал. В них пылало пламя жизни. Разве такой человек захотел бы умереть? Сазен оглядел бутылки вишнёвки на заднем сиденье. Относительно дорого он их выторговал у своего товарища, но относительно дёшево это обошлось по сравнению с магазинами, где всё хорошее раскупили еще позавчера. — Чёрт с ним, — он взял одну из бутылок и мятый бумажный стаканчик от кофе, который валялся в бардачке со времён динозавров. Знавшая лучшие дни тряпка, что когда-то была покрывалом, тоже пригодилась. На этот раз выходя из машины, он застегнул свою куртку и накинул капюшон. Забраться на крышу было сложно по скользкому от снега металлу, но в конце концов ему удалось. Когда он с кряхтением устроился рядом, незнакомка опустила руку, которой опиралась, и повернулась лицом. Только теперь Сазену удалось подробно её рассмотреть. Волосы тёмные, с лиловым мелированием. Глаза зелёные, глубоко зелёные, словно изумруды, очень красивые. Длинные ресницы облепили снежинки. Да и не только ресницы: макушка, плечи, колени — всё было покрыто снегом. Девушка дрожала, очень. То несчастное, хоть и тёплое пальто уже давно промокло. Он накинул ей на плечи потрёпанное покрывало, девушка не возражала. «Как вообще можно так сидеть?» — Сазен не мог понять, куда же делись её элементарные инстинкты самосохранения. — Что случилось? — Ну, как видишь. — Почему не вызвала спасательные службы? Телефон разрядился? — Да нет, не хотела. Сазен, абсолютно не понимая логики, вопросительно наклонил голову. — Зачем портить кому-то праздник? Достаточно, что у меня одной проблемы. — Это их работа. — Какая разница? Разве кто-то хочет сейчас торчать здесь и портить себе вечер? Думаешь, у того водителя эвакуатора нет жены, которая ждёт у ёлки? — Так лучше замерзнуть насмерть? В ответ девушка иронично улыбнулась. — Меня никто не ждёт, всё равно, если останусь здесь, но если позову сюда ещё кого-то, то оставлю его родных с пустым местом за столом. Знаешь, лучше уж так. Сазен считал это абсурдным, но некоторые слова всё же ему были более чем близки, особенно «меня никто не ждёт» — это точь-в-точь про него. — Ну, у меня вечер тоже не удался, — он открыл бутылку и отлил немного в стаканчик и протянул девушке. — Извини, руки замёрзли, — она попыталась разжать руку, но ледяные пальцы лишь едва шевельнулись. Сазен недолго думал — просто приложил стаканчик к её губам. — Пей. Она подалась вперёд и сделала несколько жадных глотков. Горло запекло, и из рта вырвался тёплый клубок воздуха. — Ну, оставь что-то и мне. — Крепкое. — А как же иначе. — Давай ещё. — О-о, так и надо, грейся, — Сазен долил в стаканчик. — Так почему не празднуешь? — цокая зубами, спросила девушка, когда третий стаканчик опустел. — Не с кем. — Ну, мне, как видишь, тоже. Разве что с бутылкой, как ты. Сазен улыбнулся. И правда, девушка права. Когда он в последний раз нормально праздновал что-нибудь? Наверное, ещё тогда, когда работал пожарным, до травмы. Воспоминание о бывшей профессии погрузило его в далёкие воспоминания прошлого. Возможно, именно поэтому он и не смог бросить девушку — бывшая привычка помогать не позволила. — Мы стоим друг друга. — Я не пью. — Да ну? А кто полбутылки выпил? — Вообще не чувствую. Надо же согреться. — В прошлом году я тоже так думал. Выпивали с бывшими коллегами в гараже, по пьяни забрели в стрип-клуб. Проснулся я уже первого января в задрипанном отеле где-то в глуши в постели без трусов вместе с женщиной вдвое старше меня. Что тогда случилось, так и не вспомнил. Девушка засмеялась, ну вернее попыталась. Из её уст вырывались лишь хрипы — совсем замёрзла. — Как романтично, прямо подарок судьбы. — О да, только я от этого «подарка судьбы» сбежал с перепугу. Мужики до сих пор ржут каждый раз, когда вспоминают. — Вижу, в этом году ты решил повторить, — девушка указала на почти пустую бутылку. — О, нет, ни за что, ещё раз в постели той уродливой шлюхи проснуться не хочу. — Так-так, конечно. — Да хватит тебе, меня тошнит лишь от воспоминания. — Я же не говорю с той же самой. Может, покрасивее найдётся. — Ну если покрасивее… Я подумаю. — А разве я не красавица? Грудь у меня есть. Смешно было слышать это из уст девушки, которая дрожала так, что едва могла выговорить хоть что-то. Сазен обратил свой взгляд на её лицо, опустил ниже на грудь. — И почему же такой красавице больше не с кем праздновать? — Почему же, есть один мужчина рядом. «Она шутит или серьёзно?» Сазен громко хлебнул из стаканчика. — У меня тоже новый год не удался. В прошлом году отравилась сестра, а в этот раз я бросила парня. — Парня? — Уже даже скорее всего деда. — И почему же ты его бросила? Он был подонком? — Да нет. Даже богатый. — Тогда почему? — Думаю, если одной красоткой станет меньше, он даже не заметит. «Ах, вот оно что, любовница». — Разве он тебя не будет искать? — Искать он будет разве что свою машину, — она топнула ногой по железу. — Так она ещё и краденая?! — Ха-ха… Девушка всё ещё смотрела куда-то вдаль, на поля, покрытые снегом. На то едва заметное сияние, которое не имело шанса расцвести под пристальным взглядом дня. Возможно, она ждала, пока её тоже покроет эта белая пелена. Покроет так, чтобы никто не нашёл. А может, она ждала, что кто-то всё же найдёт. Сазен потёр переносицу. Фух, неплохо так успел выпить. Совсем забыл, что нужно садиться за руль. Ещё и здесь сидит, мерзнет. — Сколько же тебе лет? — Ну-ну, некрасиво такое спрашивать у девушки… Достаточно. — Достаточно для чего? — Для того, чтобы провести новый год с незнакомым мужчиной. Что скажешь? — Скажу, что заднее сиденье гнилой Хонды — странное место для празднования нового года. — Разве? — Да ну. — Греться же надо. Он уже начинает сомневаться, не подействовал ли на неё алкоголь. Сазен считал, что так шутят только мужики в гараже. Эта барышня производила более… Изысканное впечатление, или что-то вроде того. — Мы же даже не знакомы. — Ну это можно исправить. Я Шисуй. — Сазен. Девушка улыбнулась, заставляя улыбнуться и Сазена. Он в шутку обнял свободной рукой её дрожащие плечи, когда Шисуй подвинулась ближе. Это было время для историй, время, чтобы вспомнить о всех своих неудавшихся праздниках, о бывших отношениях. К счастью у обоих оказалось достаточно историй чтобы дождаться до момента, когда сознание тронет та самая вишнёвка. Он взял её руки, сложил между своих и пытаясь согреть своим теплым дыханием, начал растирать. — Может лучше я отвезу тебя до ближайшего отеля? — Нет, ещё нет, не сейчас. — Чего же ты ждёшь? — Салютов… — Салютов? — Салютов. — Ха-ха-ха… — Сазен рассмеялся, приложив руку ко лбу. В этот момент чёрное звёздное полотно со свистом разрезал фейерверк. Небо покрылось праздником. Разноцветные искры разлетелись во все стороны, образуя сложные узоры. А потом второй, ещё и ещё — один за другим поднимались следующие. Голубые, красные, золотистые, зелёные… Сазен сразу вспомнил про изумрудные глаза Шисуй. На них все эти вспышки ярко отражались, зрачки искрились. Ему даже стало завидно. Пусть эти глаза так на него смотрят! — Красиво… — Да, красиво, — Сазен повторил, наблюдая за восхищенным взглядом Шисуй. — Никогда не думала, что встречу новый год в таком месте. — Ещё бы… Он чувствовал, как дрожала девушка в его объятиях, но не решался заговорить. Пусть смотрит, пусть праздник на небе тоже поселится в её сердце. — С Новым годом, — прошептал он. — С Новым годом. — Желание то хоть загадала? Переведя на него взгляд, она ответила не сразу, размышляя. Последний большой фейерверк усеял всё небо мелкими вспышками. — Типа того, — дрожь охватила тело девушки.— Ух, болезнь мне обеспечена. — Ещё бы, — Сазен спрыгнул с крыши, — иди в машину, у меня печка хорошо греет. Шисуй немного поколебалась, но спрыгнула следом. — Угх, ноги задубели… — Тебя понести? — Не помешало бы. — Как скажешь, — Сазен закинул девушку на плечо, словно мешок картошки. — Ты совсем не умеешь обращаться с женщинами, Сазен. — Поэтому у меня их и нет. Почему-то именно с Шисуй Сазену было так легко говорить. Словно они добрые друзья детства, а не двое пьяных дураков, знакомых чуть больше чем полчаса. Он положил девушку на заднее сиденье, а сам сел за руль. — И куда ты пьяный поедешь по такой дороге? Мало одной машины в кювете? — Кстати, мы её там так и оставим? — А почему бы и нет? Сазен расхохотался. Что-то в Шисуй его действительно привлекало. — Ооо, тут у тебя есть ещё, — Шисуй потянулась ко второй бутылке. — Эй, мне это дорого обошлось, — Сазен перегнулся назад, чтобы отобрать у девушки выпивку, но вместо этого она потянула его на себя. — Что ты делаешь? Я недавно прибрал салон! — Ой хватит тебе, тоже мне, — Шисуй схватила обеими руками Сазена за голову и заглянула прямо в глаза. — Чёрт, да ты же пьяная! Сазен не сдержал смешков, когда уставшие изумрудные глаза блестели, внимательно разглядывая его лицо. — На себя посмотри. Шисуй засунула руки ему за воротник. — Эй, холодно же! — О да, я замёрзла, и если не согреюсь, то очень очень заболею. — Я включил печь на максимум, что ещё? — Согрей меня. — Согреть? Как? — Вот так, — Шисуй взяла его тёплую руку и засунула себе за воротник. Сазен потерял дар речи. Он было собрался ещё что-то сказать, но тёплый воздух из печки в паре с алкоголем окончательно одурманил ему голову. Кое-как, согнувшись, он перелез к ней на заднее сидение машины, неловко присев рядом и не предсталяя, что делать дальше. Глаза девушки поблескивали в полумраке Хонды, а тонкие пальцы, уже не столь холодные, поглаживали шею. — Ну же, — Шисуй игриво потянула его за воротник, побуждая к действиям, и начала расстёгивать верх рубашки. — Что ты делаешь? — Представим, что мы пара. На время кризиса, если тебе так спокойнее. — Зачем? — Не будь ребёнком. Тепло лучше всего передаётся от тела к телу. — От тела к телу? — Такой взрослый, а ведёшь себя как подросток. Я же не прошу ничего плохого… Пока что. — Пока что? — Пока что. Сазен, ты становишься глупым, когда пьёшь? — Обычно ничего не помню. — Жаль, что и меня забудешь, — Шисуй сняла с себя свитер, оставив лишь кружевной топ, стесняющий внушительных размеров грудь. По крайней мере один из них точно от этого уже согрелся больше, чем нужно — Сазен. — Ооо… — Ну ты тоже ничего себе, но не наглей, — она легла спиной на него и укутала обоих в широкую мужскую куртку, — считай это помощью бедной замёрзшей девушке, ничего больше. — А как же помощь бедному одинокому мужчине? — руки Сазена осторожно легли на талию девушки. — Вы все с одного завода. — Мы же притворяемся парой, ты сама выбрала себе такого парня. — Хм… Ну да? Ты тёпленький, вот, сейчас ручки погрею, — Шисуй повернулась к нему лицом, и прильнув еще ближе, положила ладони ему на спину, наслаждаясь теплом мужского тела. Тонкие женские пальчики начали ловко считать рёбра. — Что ты делаешь? — Регулирую температуру своего обогревателя. — Хватит уже по мне топтаться, я ж твой обогреватель лишь на одну ночь. — А то что? — Шисуй нагло закинула ноги на его колени, еще больше сокращая расстояние. — Согрею тебя другим способом. — Быстро же ты переобулся, парень мой. — Ну знаешь, когда у тебя перед носом такой аргумент… Девушка моя. — Два аргумента, грудь же у меня есть. Хорошая тебе девушка попалась. — Ну от такой утром может и не сбегу. — Даже не пытайся, привяжу. Шисуй открыла вторую бутылку вишнёвки и отпила. — А мне? Зря Сазен это сказал. Она накрыла своими губами его быстрее, чем тот успел что-то сделать. Насыщенный вкус вишни смешался с чем-то ещё, тёплым и приятным, разошелся по венам. «Чёрт возьми, она знает, что делает». Шисуй медленно облизала его губы, постепенно двигаясь к шее. Страшная сила той женщины, что желает плоти — на коже Сазена остался след от укуса. Холодные пальцы гуляли по груди, оставляя следы от царапин. Это были отшлифованные до совершенства движения. Утеха, недоступная простому мужчине. Его теплые руки медленно поползли вверх от талии, скользя по тонкой ткани кружевного топа. Темнота салона не позволяла в достаточной степени оценить прелести незнакомки, света, отражаемого от заснеженной трассы хватало чтобы подчеркнуть светлую, фарфоровую кожу. Девушка замерла, ее дыхание перехватило. Ладони мужчины тепло прожигали тонкую ткань. Через кружево топа его большие пальцы медленно обвели уже твердые, напряженные соски. Сначала это было легкое, неуверенное прикосновение, затем — осмелев, его давление на соски круговыми движениями заставляли кружево нежно тереться о чувствительную кожу. Она вздрогнула. По спине пробежала волна мурашек. Кровь ударила в виски. Внутри все сжалось в тугой комок, а по телу разлилась сладкая, расслабляющая и согревающая тяжесть. Ее пальцы вцепились в ткань его рубашки. — Ты еще недостаточно согрел меня. Нужно больше тепла, — сухие губы с ароматом вишневого лета томно шептали, всё больше стирая грани между ними. Направляемая незнакомкой, его рука оказалась у нее под юбкой, даже через ткань теплых колготок и белья ощущая влагу желания девушки. — Ты уверена? — Позволь мне стать твоим новогодним подарком, Сазен. Холод зимней ночи таял между их прикосновениями, а вновь начинающаяся метель никоем образом не волновала две души, что нашли тепло в друг в друге в праздничную ночь. Новый год и вправду полон чудес. Даже кто-то вроде него, уволенного охранника способен найти свой подарок под ёлкой, хоть и в лесу…