пятая.

«Незваные гости и дух леса»  — Минхó. — Это имя на вкус звучало мерзко. Хенджин больше не мог справляться со своим гневом в жилах и встал напротив него, чьи прищуренные глаза так и пробивают насквозь колом. — Зачем же ты пришел?  — Я пришел узнать, что за нового дружка ты снова себе отыскал, — мурлыкал Минхо, разглядывая рядом испуганного мальчика «павлина». Он питался страхом. — Чонин мне всё рассказал. И я теперь знаю и тебя, Феликс.  — Чонин… — сказал себе под нос Хенджин, недоумевая в шоке. — Он не мог так просто тебе сказать!  Минхо снова улыбался. Он вывел из шалаша Чанбина, а когда оба юноши поспешно вышли за ними, больше их не оказалось. Испарились. Этот лес не несет никому вреда, но обитатели в нём - настоящие голодные хищники. Хенджин чуял слежку. И пара голубых глаз. Он обернулся, а сзади стоял Чонин. Выглядел он серьезным. Феликс рассматривал вблизи голубые глаза лиса, протягивая руку чтобы их потрогать по-настоящему, но отказал себе. Странное это действие. Опущенное веко смотрелось куда страшнее. Позади послышался довольный смех - это были Минхо и Чанбин. Чонин неприятно заглянул в глаза, двинувшись вперед к ошеломленному Хенджину. Он здесь единственный нормальный. Пока что.  — Вам стоит перейти мост «1907». Здесь небезопасно.  Хенджин был в ярости:  — Его никто никогда не переходил с того момента, как двадцать лет назад там погибло восьмеро человек!  Восьмеро, потому что нас тоже всего восемь в команде, это неизбежно.  — Доверься мне, они хотят причинить вам боли. По крайней мере Чанбин. И не смейте смотреть в сторону Сынмина за деревом! Он будет следить за вами пока вы не перешагните сахарный домик, но не в коем случае не ешьте там ничего! Иначе вас больше никто никогда не увидит! — Чонин спокойно напряг переносицу. — Я помогу вам.  — Хорошо, мы сейчас же пойдем туда, — ответил Хенджин, беря Феликса за руку.  — Идите только вперед и не оборачивайтесь! И не попадайтесь в ловушку Сынмина!  Стоя около границы леса самоубийц и освещенного солнцем островок под названием «Пропавшие дети в сахарном доме из реанимационного цента», Хенджин смело обернулся назад к друзьям: Чанбин с Минхо продолжали смеяться с них, а Чонин строго кивнул. Хенджин первый вступил ногой на мост «1907», он зашатался, разваливался, трескался, а снизу канава из тянущихся рук мертвых душ, хватая за ноги каждого, кто проходит по этому мосту. Набравшись смелости, Хенджин сильнее сжал руку Феликса и начал идти вперед. Шёл медленно, с опаской, не смотрел вниз, а самое главное - не оборачивался. Феликс смотрел на то, как белый затылок впереди идущего Хенджина медленно поглощает цветной червь, расползаясь по всей мозговой поверхности. Рвотный рефлекс выбирался наружу, но всего лишь показалось. Они медленно, держась за руку шли вперед, а когда переступили границу противоположной стороны, не обернулись, пошли дальше. За ними следит нечто иное как сам Чонин, Хенджин это знает и чувствует, как пара голубых глаз и запах машинного масла преследует их, порхая над землей. Ни единого стука ноги об мертвую траву на противоположной половине леса самоубийц. Хенджин смотрит строго прямо, не поворачивая и глаза в сторону ветвей вокруг них, сосредоточен. Он боялся за Феликса, тот посмотрит назад или будет оглядываться, сжимал ладонь сильнее. — Я всё ещё здесь. — Хмыкнул позади Феликс, поглаживая пальцами сжатую чужую ладонь. Здесь так холодно, но сзади нас жаркое пекло в виде солнца, тогда почему здесь минусовая температура? — Именно поэтому в этом лесу никто не обитает. Не оглядывайся, смотри только в мой затылок. Иначе мы застрянем здесь навеки.  Пейзажи не менялись. Сколько бы ни шли замерзшие юноши, им оставалось пройти всего несколько тысяч шагов. Через время Феликс захныкал, скукоживаясь от неадекватного холода в таинственном морозе, прижимаясь сильнее к Хенджину, чтобы уловить источник тепла. Они умрут в этом лесу. Какое счастье - впереди виднелся сахарный домик, про которых говорил Чонин! Изо деревьев пялился Сынмин, выпучивая глаза и с каждым новым разом перебегая с одного ствола дерева на другой, мониторил как только психу возможно. Посыпался снег. Холодные хлопья белоснежного снега падали медленно, кружились в небе, застывали в тумане, протяжно покрывая землю пушистой оболочкой.  Подойдя к сладкому домику, надпись на двери гласила: «Не беспокоить! Я сплю!». Парни тихо отворили дверь из имбирных пряников, зашли внутрь домика и искали подсказки. Стоящий тыквенный пирог на зефирном столе дурманил Феликса своим запахом, гипнотизировал, но старший вовремя перекрыл воздух другу, чтобы тот не велся на ловушки. Феликс обратил внимание на лестницу, ведущую на второй этаж сладкого домика; на каждой ступени написана надпись: «Пожалуйста, вспомните кого-нибудь. Недостижимые моменты с детства», вторая ступень: «Если я найду силу выдержать позже, я подумаю обо всем», третья: «Ты меня знаешь». Выглядело жутко. От испуга Феликс пошатнулся, когда увидел личинку в дырке в сладкой стене дома. Гадко. Хенджин ухватился за сверток нескольких бумаг, развернув их, там была показана большая географическая карта, далее несущественные предметы, а на последнем были написаны все данные и анкеты восьмерых человек. Хенджин начал зачитывать вслух каждое из имен на почти стертых карточках:  — Кристофер Бан Чан: возраст 17 лет, гендер мужской, статус: завершен.  Ли Минхо: возраст 17 лет, гендер мужской, статус: завершен. Со Чанбин: возраст 17 лет, гендер мужской, статус: ???. Хан Джисон: возраст 16 лет, гендер мужской, статус: ???. Ким Сынмин: возраст 16 лет, гендер мужской, статус: ???. Ян Чонин: возраст 16 лет, гендер мужской, статус: завершен. — Хенджин пробежался глазами и заметил двух знакомых лиц в самом конце списка. С дрожью произнес: — Хван Хенджин: возраст 17 лет, гендер мужской, статус: жертва;(???). Ли Ёнбок: 16 лет, гендер мужской, статус: жертва;(???).  Феликс непонятно перечитывал надписи в своей анкете, указанной ниже. Откуда все эти фотографии, вся информация о них, и кто все эти чужие люди? Почему не написали неизвестных им человек, а именно восемь подростков.  — Что это вообще?  — Это список из реанимационного цента №410 пропавших детей несколько лет назад.  — Я не был в этом реанимационном центре! Я и знать не знаю что это! — говорил Феликс.  — Я тоже там не был, но в анкетах всё про нас написано, вся информация. Пошли скорее обратно, сейчас дом развалиться от поеденных его личинок. — Хенджин сжал три сверстка бумаги сильнее. — Заберем это с собой. Оно нам пригодится.  Обратная дорога из разломанного сахарного домика длилась цéлую вечность. Замерзшие дети плелись назад, скукоживаясь от дикого холода и сыплющих хлопьев снега на вязанные шапки. Феликс ловил снежинки языком. Эти два ребенка в потерянном лесу выбрались обратно к солнцу, вечному лету. Переступив границу через мост под названием «1907», юноши больше никогда не забудут это место, ведь его накрыло вечным туманом…  …  Велосипед по прежнему ужасно скрипел, рулить было тяжко, нарисованный лис с кровавым глазом почти стерся. К половине обеда жители закрылись в своих домиках-пятиэтажек, не вынося жаркое лето почти в сорок пять градусов. Добравшись до знакомого места и оставив столетний велосипед у железного гаража, Хенджин постучался вновь, как и впервые. Каждый раз табличка про отрезание руки запугивало чаще, но через несколько таких стуков руку Хенджина правда вывернуло от резкого вылета Чонина из своего гаража. Поднявшись с обжигающего асфальта в этом месте побитый дырками и ямами, оглядев свою руку, старший заметил всего лишь вывих кости. Не так уж и страшно. Больной хруст конечности дал по нервам, а вправленная рука самостоятельно снова была как новая.  — Вот, мы нашли это в сладком домике, — Хенджин протянул три сверстка бумаги. — Его больше нет, как и острова.  — Вы можете зайти ко мне, я объясню вам зачем эти анкеты и географическая карта нашего населения, — улыбнулся Чонин, почесав лоб и убрав чесоточную челку.  — Нет, мы направимся на рынок сейчас, в следующий раз, Чонин, — Хенджин выглядел счастливым. Забавно смотреть как же заманчиво его пухлые губы растягиваются в улыбке. — Ты можешь нам позвонить, у моей бабушки дома есть домашний телефон.  — У меня есть с собой мобильник! — выкрикнул Феликс, смело доставая из кармана своих синих широких брюк, заодно и вывались сиамская кошка. — Упс.. В-вот мой телефон! Держи!  Он протянул Чонину свой мобильный телефон. Это выглядело как отдельный вид искусства: телефон-раскладушка с морем обклеенным разной формы бусины, наклейки животных, бабочек, заварных пирожных, сердец, ягод, цветов, звезд, всё что было! Подвешенные брелки в виде настоящей земляники, вдобавок маленький цыпленок с большими глазами, а если любоваться этой вещью долго-долго, то забудешь, что в мире правда есть живое! Но Феликс им далеко не пользовался, взял на сохранение, или если родители начнут беспокоиться, что их сын пропал на вторые сутки. Чонин протянул свои руки к сотовому телефону, воодушевленно вертел в руках и рассматривал только яркие наклейки и бусины, вдруг испугался когда открыл крышечку. Феликс будто учит их новой жизнью. Такую реакцию не каждый день увидишь, по крайней мере в Сеуле все никак не удивлены сенсорным телефоном. Даже спокойный Хенджин со звездами в глазах разглядывал эту чудо вещицу!  — Я могу дать тебе на некоторое время его, но ненадолго! Мама начнет беспокоиться. Если позвонит, то возьми трубку! Знаешь как?  — Нет.. — Чонин с невинным лицом посмотрел на мальчика «павлина». — Телефон начнет вибрировать долго, это значит, что кто-то звонит! Просто подними крышку и нажми вот на эту кнопку, — пальцем ткнул Феликс. — И тогда пойдет вызов! Почти всё как в домашнем телефоне.  — Вау.. это невероятно! Спасибо! — Чонин положил телефон в карман и попрощавшись, скрылся в своем гараже.  Хенджин раскрыл глаза на Феликса и накинулся на него, держа за ладони и радостно приговаривая:  — Я не знал, что в мире появились такие фантастические вещи! — продолжал он. — Это волшебно!  — Хахаха! Джинни, это современные технологии! У меня в Сеуле бы никто не удивился такой вещью, а вы такие забавные! — Феликс ткнулся лбом в чужой, поправив шапку. — Пойдем лучше на рынок, может там найдем что-то интересное? — затем нежно коснулся своими пухлыми губами похожих на очаровательное сердце в спелые и увлажненные губы Хенджина.  Всё же Хенджин себе зарубил на носу, что нежные, французские поцелуи от Феликса лучше, чем повидать неизвестную вещь из другого края.