девятая.

«Найденный секрет в окнах старого подъезда» Чанбин вышел на разведку. Вернулся с пакетом целых фрукт, хотя соврал, что пойдет за пирожными. Феликс ни чуть не расстроился. Сидел и выедал киви ложкой, хрустя косточками и морщась от кислоты на языке. Чанбин наблюдал за ним. Чонин решил не сразу показать сюрприз для Феликса, дожидался момента, а Хенджин прогуливался возле гаражей. Скучал по бабушке; хотелось вновь ощутить запах мыла или приятных влажных салфеток. Боялся пересекаться с родителями. Винил себя. Хотелось вернуть апрель, те самые воспоминания… «Мы встретимся где-то в апреле, в аромате весенних цветов..» — черкал в своей запасной книжке Хенджин, сидя на крыше одного из многоэтажных домов, смотря на уходящее в закат солнце. Завтрашних дней не так много. Хенджин плакал внутри себя; слышал восторженный смех и радость среди остальных в гараже. Он остался один. На улице всё горело от солнца. Захотелось проведать бабушку. Хван отодвинул большие дверцы гаража, обратил на себя множеств глаз и засомневался.  — Я пойду прогуляюсь. Не теряйте меня, — все же сказал он и закрыл обратно большие дверцы.  Семеро человек переглянулись между собой. Феликс погрустнел. Больше не так весело. Никто и думать не собирался о Хенджине. Недолго думая, Феликс привстал с дивана, торжественно произнес слова, как на мероприятии:  — Я пойду за ним. Вдруг что-то случится.  Феликс ушел. Испарился так просто.  Но когда вышел на солнечное пекло, понял, что потерял Хенджина. Не успел. … Хенджин шёл медленно, вдумываясь в своем маленьком мире, сталкиваясь с прохожими людьми. Решил нарвать цветов для бабушки, она растает от счастья. Его не отпускала мысль о приезде родителей, что они скажут, что будет с друзьями и Феликсом. Сплошная путаница. В кармане джинс звенела оставшиеся мелочь и шелестели немного бумажных купюр. Денег на букет не хватает. Да что уж на букет, на булку хлеба. Лишь на гору жвачек по рублю. Прийдется сделать самый страшный и не поддающийся совести Хвана поступок - сорвать с клумбы цветы. Возможно, те хризантемы, подаренные бабушке от соседа, тоже были украденные. Вполне возможное оправдание. Но не надежное, как швейцарские часы. Перевязанный бинтами торс сжимался каждый раз туже, но со временем забывалась та боль, и от сломанных ребер. Секрет Чонина помогает. Зеленый кардиган щекотал. Кроличья шапка защищала макушку от набегов лучей солнца. Родной дом из картонных коробок показался совсем скоро. Бабушка заждалась. Рядом с домом небольшая клумба с цветами. Хенджин за переживал. Рвать цветы или нет?  Хенджин медленно подошел к подъезду, наклонился к клумбе, принюхался к очаровательным французским розам, сорвал одну и скрылся за дверью в подъезд. Сердце билось неимоверно сильно, готово было уйти в пятки. Почудился запах табака. Снова курят в подъезде. Поднявшись на нужный этаж, Хенджин постучался несколько раз, дожидаясь ответа. Ключ изнутри повернулся дважды, а из двери выглянула бабушка, не сразу узнав своего внука.  — Хенджин? — на её глазах появились капли малейших слёз. — Господи! Живой!  — Живой, конечно.. Куда же я денусь? — улыбнулся Хенджин, приблизившись к бабушке и обняв её.  Бабушкина любовь была настолько сильной, что смогла волной током пробить по ребрам Хенджина, как на ксилофоне. Болезненный вскрик заставил бабушку за переживать ещё больше.  — Что с тобой?! — сказала она, отстранившись в легком испуге.  — Ребра заболели… — Хенджин оставался спокойным, хоть и из-за боли в ребрах было нехорошо. — Они сломаны. Мой друг вылечил мне их почти. Но ты не переживай, со мной все хорошо!..  — Кто тебе ребра сломал?! — бабушка заплакала сильнее.  Хенджин замолчал на этом вопросе. Он протянул французскую розу бабушке. Та на радостях и вправду растаяла. Улыбнулась и поцеловала внука в щеку.  — Какой же у меня внучек джентельмен. Ты разве один пришел?  — Да. Решил прогуляться. — Хенджин напрягся и решил спросить неприятный вопрос: — А родители когда приедут?.. Бабушка задумалась.  — Ох.. наверное завтра. А что такое?  «Завтра. Никогда не будет».  Хенджин больше ничего не ответил. Прошел внутрь Бабушкиной квартиры, все по родному вернулась на свое место. Запахло едой. Голод слегка напрашивался. Бабушка наливала в небольшую хрустальную вазу воды и окунула в неё розу, а после накладывала в тарелку еды для внука.  — Я не голоден, бабушка, — произнес Хван, когда та уже поставила перед ним тарелку с недавно приготовленным картофельным пюре с котлетами. Любимая еда Хенджина.  — Как так? Ты же любишь!  — Да… — опустил голову он и взял вилку, заставляя в себя впихивать еду насильно.  — А где твой друг? Как там его… Фе.. Фел?.. — Феликс, бабуль, — поправил Хенджин.  — Точно! — посмеялась она и махнула рукой. — Я пойду отдохну, а ты кушай. Если что, можешь пойти погулять.  Бабушка ушла. Хенджин вновь остался наедине со своими мыслями. Из другой комнаты шумел телевизор; именно в это время бабушка смотрит телепередачу про детективов. Еда давно остыла. Иногда мысли о Феликсе не уходили, совсем также, как и не уходит боль в ребрах. Через картонные стены послышался чей-то голос в подъезде. Подростки, наверное. Раздался запах табака. Сосед сверху, возможно. А затем энергичный стук в дверь. Бабушка бы все равно не услышала, а Хенджин подбежал к двери, заглянул в глазок и ничего не увидел. Вновь разжался стук, уже настойчивее и раздражительнее. Дверь медленно открылась, из неё с опаской выглядывал Хенджин, а на пороге стоял Феликс, от которого исходил запах табака. Хенджина аж передернуло.  — Ты так быстро убежал! Я еле успел за тобой! — сказал Феликс, шагнув в чужую квартиру. — Почему же ты убежал?  — Домой пришел, — Хенджин почесал затылок, а затем посмотрел на свою тарелку с недоеденной едой. — Ты как понял, что я здесь?  Феликс улыбнулся: — Бан Чан привел!  «Он знает?»  — Нет, — отрицал Феликс. Будто мысли прочитал. — Я сам догадался. Он ждет нас на улице, наверное, если не ушел.  — Ясно.  Неловкое молчание продлилось недолго, после которого Феликс вывалил из уст:  — Давай выйдем в подъезд. Я хотел поговорить.  — Поговорить? О чем? — Хенджин напрягся. Этот нечеловеческий тон Феликса не был похож на одолжение, а скорее на нарастающую угрозу.  Хенджин сунул руки в карман и вышел на лестничную площадь за Феликсом. Они стоял возле окна, зеленый стены давили, а Феликс покачался на пятках, не пытаясь выловить грозный взгляд старшего. Пугал. Хенджин задрал нос, разгневался от такого поведения младшего, дожидался услышать любую всячину от него, вены на руках набухли. Феликс виновато опустил голову, будто понимал свою ошибку, но дальше он совершил роковую ошибку; достал из кармана пачку сигарет и зажигалку, сделал затяжку и плеснул дымом. Хенджин разгневался сильнее, выхватил окорок из пальцев младшего, бросил на пол и затушил ногой. Затем схватил за синюю пушистую майку, готов был зарычать и растерзать Феликса, но увидев его испуганное в страхе лицо, пришел в себя и опустил.  — Кто тебя втянул в это? — все же со злостью спросил Хенджин, даже если не желал этого слышать.  Феликс виновато опустил голову и вырвалось автоматически:  — Бан Чан…  — Отдай мне пачку сигарет, быстро. — Хенджин потянул руку и вновь увидал испуганное выражение лица Феликса. — Я дважды повторять не буду.  Феликс послушно протянул пачку сигарет. Хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Он готов был плакать на взрыв, прикусил нижнюю губу и вишневая кровь засочилась.  — Я слушаю тебя.  — Что?.. — Феликс поднял зареванные и покрасневшие глаза.  — Что ты хотел мне сказать? Для чего мы здесь стоим?  — Уже не важно.  Хенджин сжал кулак до побеление костяшек. Держал всё в себе. Не хотел срываться на друга.  — Ясно. Тогда до встречи, Феликс, — сухо сказал Хенджин, собиравшись скрыться за дверью в квартиру, но мальчик «павлин» подставил ногу. Хван обернулся с неприятным оскалом. — Что уже?!  — Я.. — начал Феликс, заикаясь. Страшно было наблюдать за таким Хваном. — Я хотел тебе сообщить, чтобы ты к вечеру или прямо сейчас вернулся к Чонину. Он ищет тебя.  — Зачем это?  — Завтра продолжатся розыск ещё двух пропавших из детского центра. Ты нам нужен, Хенджин.  — Я не пойду.  Феликс помрачнел. «Больше не вернуть прежнего Хенджина… Я всё испортил».  — Увидимся, Хенджин, — попрощался Феликс, но в ответ услышал тихое и мрачное прощание. Больно слышать это.  Дверь с характерным звуком хлопнула. Феликс ушел с горьким бутербродом обиды; Бан Чана снизу не было. Он давно ушел. Солнце не так сильно напекало, как было с утра. Вечер медленно близился, малиново. Свежий запах низкорослых цветов на клумбе, которые будут цвести все лето - очаровывали. Может Хенджин и прийдет, подумает и снова будет с ними. Но получится ли знать, какова была та злость? Сколько она продержится?  … Феликс пришел под вечер: опечаливший, раздраженный и немного грустный. Он серо, как мышь проскользнул в другую комнату, оставив от себя лишь серую пыль тоски и скорби. Чонин засомневался. Хенджин не вернулся. Лежа на пыльной кровати и переодически моргая, но сам же он желал по принципу бокетто. Ногу снова болезненно потянуло, Феликс зашипел, будто её насильно кто-то выломал. Он переживал за Хенджина, скучал, и вновь тосковал. И так всегда: что бы не делал неправильно Феликс, каждый раз шрам на лбу и сердце кровоточат сильнее, что скоро взорвутся. Чонин тихо ворвался в комнату, заметил лежащего воющего Феликса, присел на край кровати и вспотевших руках теребил нитки пряжи. Он знал, что Хенджин в ближайшее время не прийдет и Феликс останется таким же мрачным.  Феликс вздрогнул от прикосновения Чонина на его ноге: теплая рука обжигала холодную кожу.  — Хенджин скоро вернется, — проговорил он. — У меня для тебя есть сюрприз.  — Спасибо, — уныло, на последнем вздохе сказал Феликс. — Но я потом посмотрю твой сюрприз. Мне не хватает Хенджина…  — Понимаю.  — Я так провинился перед ним, что теперь он меня никогда не простит! — уткнулся в подушку мальчик «павлин» и зарыдал.  Дверцы гаража, медленно, но тихо отворились. Феликс этого даже не заметил, а Чонин посмотрел на дверной проем. Резким силуэтом появился высокий Хенджин, напугав Чонина и заставив волосы дыбом встать, попросил его шапку и присел рядом, заменив ушедшего пирата.  Феликс почувствовал рядом с собой все ещё чужое присутствие, но мертвую тишину, исходящую рядом. Он выглянул краем глаза из полушки, всмотрелся в размытый зеленый кардиган из-за выступающих слез, поднял глаза выше и заметил больной шрам под глазом, вместо родинки…