А цель казалась так близка

      Нервно глотая воздух ртом, я приходила в себя. Лицо всё вспотело, руки дрожат. Очередной кошмар, где меня жестоко пытает Спрингтрап. Каждый раз я просыпаюсь в истерике и задыхаюсь, представляя это все наяву. Ведь к этому всё идет, верно? Перевернувшись, встаю на колени и начинаю ползти на руках. Больно было удерживать концы ног в воздухе, не касаясь пола. Затёкшая спина и шея тут же больно отозвались, заставив меня чуть сгруппироваться и, горбясь, насколько это возможно в моем положении, проползти к мониторам. Иногда (всегда) я смотрю в них, выслеживая аниматроника. Пару раз мне удавалось его запечатлеть в тени, и каждый раз он словно чуял это и ломал камеры, а я ловила инфаркт. Таким образом, только два работающих экрана светились в тусклой комнате с одной слабой лампочкой.       А ещё, я много раз задавалась вопросом: что есть бог? Бог - всевышнее сверхъестественное существо, управляющее разумом каждого человека. А что есть демон? Такое же сверхъестественное существо, но со злыми намерениями. Почти как Спрингтрап, только мой разум еще не под контролем. Я грустно усмехнулась. Холодно.       Услышав писк и, посмотрев в сторону, где ранее сгнили кишки дворняжки, увидела крысу. Опять она. Проследив, как белая грязноватая крыса заползает в трубы и убегает по ним, меня озарила идея. Минута в раздумьях оказалась положительной. Быстро кинув взгляд на мониторы и, убедившись, что железный дьявол отсутствует, быстро поползла к трубам. С большими усилиями спустя несколько минут и переглядок с камерами, удалось оторвать немаленький кусок вентиляционный трубы. Спрятав сзади за кофту и, засунув краешек трубки под резинку джинс, принялась ждать.        Спустя около двух часов удалось поймать след Спрингтрапа на камерах. Я рванула к запертой двери и принялась сильно стучать, попутно крича о том, что нужно в туалет. Мои крики прервались ежесекундно звуком щелчка. Я замерла, со страхом глядя на Спрингтрапа. Медленно проглотив слюну вспомнила, чем закончилась наша прошлая встреча. Зажмурившись на несколько секунд и открыв глаза снова, быстро протараторила:       – Мне нужно в туалет. Я хочу какать. - говорить, что хочу пить не было смысла. Воду не пила я уже около недели, только слизывала с труб стекающие капли дождя. И на том спасибо.       Он молча смотрел, не двигаясь. Я снова зажмурилась. Но услышала только скрип двери. Он приглашал меня на выход. Я улыбнулась, тут же забыв, что мои ноги сломаны. Подставив ногу, пыталась приподняться. Острая вспышка боли прошлась по моему телу током. Я шикнула. Он усмехнулся. Подошёл, взял под руку и повёл.  Идя по все тем же жутким коридорам и перепрыгивая с ноги на ногу, я задумчиво изучала пространство вокруг себя - куда бежать и где прятаться.       Не долго ждав, в один момент, левой рукой вытянула из-за спины трубу и с размаху ударила по голове аниматроника. Труба чуть отлетела от удара, но я удержала её в руках и ударила второй раз, но уже придерживая её двумя руками. Звонкий шум порезал слух. Аниматроник упал и, кажется, вырубился, если это можно так назвать. Кинув последний взгляд, я заметила, что сломала ему второе ухо. Провода оголились, показались красно-синие шипящие искрящиеся проводки. Я тут же спустилась на колени и поползла, придерживаясь за стены. «Только не оборачивайся», повторяла твердо я себе.       В течении следующих пару минут пыталась найти выход, но опять не смогла. Что за блядство?! Какого чёрта тут так запутано и ради кого?  Вдруг в этой холодной темноте послышались отдалённые звуки. Спрингтрап пришел в себя? Нет-нет-нет!       Я укрылась между распахнутыми дверьми каких-то комнат, которые образовали закрытый угол, и стала прислушиваться. Его тяжёлые шаги и не менее тяжёлое дыхание становилось ближе с каждой второй секундой.       – Раз, вырежу твой глаз.       Я замерла, перестав дышать.       – Два, этой ночью берегись.       Голос был совсем близко.       – Три, последний раз ты помолись.       Его большой зрачок уставился на меня через щель.       – Тик-так, блядская шлюха.       Я закричала. Он толкает двери, а я тут же начинаю брыкаться и покрывать его всем возможным матом. Страх отключает мозг, инстинкт самосохранения начинает управлять моими подёргиваниями.  Он, игнорируя все мои ничтожные попытки, грубо придавливает к полу животом и наваливается всем весом. Я хриплю от тяжести веса. Чуть отодвинувшись, хватаю воздух ртом, но тут же чувствую, как мои джинсы вместе с трусами стягивают. Ворочусь, пытаясь противиться, слёзы наворачиваются, а во взгляде застыл страх. В голове ярко мигает тревога: «серьёзный уровень опасности», «беги» и «тебе пиздец».  Всем телом пытаюсь спихнуть железную тушку, но ничего не вышло. Он давит своими ногами больные мои. Я кричу, цепляюсь ногтями за пол и загребаю грязь под них. Горячие слезы стекают по щекам, а ноги, казалось, вовсе атрофировалась. «Терпи», вдруг вспомнилось мне. Боже, нет! Пожалуйста!       Он окончательно стягивает до колен мои джинсы с трусами и, не церемонясь, подхватывает за бедра вверх - попой к потолку. Я пытаюсь прижать таз к полу, на что он неодобрительно что-то рычит и снова приподнимает, царапая когтями кожу.  Чувствую, как это упирается мне между ног. Подставлю руки к лицу и жмурю глаза. Спасения нет. Резко толкнувшись, он пробует войти в меня, но не получается. Меня же прорезает сильная боль у входа во влагалище.        – Не шлюхи что ли? - спрашивает сам себя.       Он продолжает попытку войти, медленно проталкиваясь. С каждым толчком я безумно громко вскрикиваю, молю остановиться. Чувствую, как по пизде стекает что-то теплое. Собственная кровь стала подобием смазки, как иронично. Войдя до упора, игнорируя мои крики и стоны боли, он рвано выдохнул. И быстро начал вколачиваться, удерживая мой зад к верху. Я кричала. Очень громко и долго кричала, прося прекратить. Не жалея меня, Спрингтрап грубо вдалбливался до упора. Где-то к середине процесса голос сорвался и из моего горла выходили лишь хрипы. Редкие сильные шлепки по ягодицам и царапанье острыми когтями поясницу до крови удерживали меня в сознании, но разбивали все мечты и надежды. В какой-то момент я чувствую прикосновение холодной руки к шее, а дальше - сильная хватка. Кислород перестал поступать в лёгкие. Я мотаю головой, пытаюсь сбросить чужие металлические крепкие пальцы с горла. В глазах начинает темнеть и понимаю, что сейчас потеряю сознание, если он, конечно, не собирается меня убить таким образом. Не прерываясь от жёстких больных толчков, убирает руку. Я жадно хватаю воздух ртом, прислонившись щекой к полу, и пытаюсь восстановить и пополнить баланс кислорода в лёгких. Изнемождённость заставляет меня прекратить все попытки сопротивления телом.       Он душит до потери сознания ещё два раза. Непроглядный мрак во всех его жестах прослеживался, как что-то порочное. Помрачение своего же сознания, переодическая нарастающая хватка на шее и дрожащие бёдра сводили меня с ума.  Он насильственно целиком подчиняет меня себе. Силой переворачивает меня спиной к полу, раздвигает ноги и с новой жестокостью продолжает грубо насиловать, сжимая моё горло.       Он кончает и обильно ледяное нечто заполняет меня внутри, а сам Спрингтрап протяжно стонет и рыкает, хватает меня за волосы и приподнимает на себя. Меня шатает, перед глазами кружится, я захлёбываюсь собственной слюной и кашляю. Он смеётся и продолжает душить.       Во мне не осталось ни капельки надежды на спасение. Лучше бы он меня убил. Беспросветность моего здесь бытия душила хуже, чем рука металлического чудовища. Эта тьма стала моим домом на долгое время.       Несчастье даёт полное право на безумие. И я воспользуюсь этим правом сполна.