Глава 7. Лжец или правдивец?

В солнечный субботний день Аллан, трудился над старым «Шевроле», который давно нуждался в ремонте. В мастерской стоял знакомый запах масла и резины, а из динамиков доносилась музыка. Аллан был погружен в работу, когда в дверь вошла я. — Привет, Аллан! — радостно поздоровалась я, улыбаясь. — Как дела? — Привет, Эйла! Все отлично. Вот, стараюсь вернуть к жизни этот старый хлам. Как ты? — Да так, немного занята учебой, но решила отвлечься и заехать к тебе, — ответила я, оглядываясь вокруг. — У меня там что-то шумит под капотом, можешь посмотреть? В этот момент в мастерскую Аллана ворвался Дар Магнуссон — сын влиятельного местного политика. Его безупречный стиль, словно сошедший со страниц модного журнала, резко контрастировал с маслянистой атмосферой гаража. Кашемировый свитер, идеально сидящие джинсы, и лёгкая, почти неуловимая, ароматом дорогого одеколона — он был воплощением элегантности, совершенно неуместной в этом запылённом уголке города. Уверенная, чуть надменная походка, небрежно откинутые назад светлые волосы, — всё говорило о его привилегированном положении. Его чаще видели на светских раутах, в окружении родителей на благотворительных вечерах, но уж точно не в засаленной автомастерской Аллана. Это стало для меня полной неожиданностью. Аллан никогда не упоминал о знакомстве с ним. — Привет, Аллан! — его голос, низкий и бархатистый, прорезал шум работающего компрессора. — Ты у нас лучший механик в городе, и мне нужна твоя помощь. Удар под дых. Я ощутила лёгкий шок. Пока Аллан, с привычной ему профессиональной непринуждённостью, объяснял Дару проблему с его явно дорогостоящим автомобилем, я не могла оторвать от него взгляд. Его харизма была осязаемой, а уверенность в себе – почти ослепительной. Я никогда не видела столь совершенных черт лица: высокие скулы, прямой нос, губы, которые казались вылепленными из самого мрамора. И эти волосы… белые, словно только что выпавший снег, мягкие и шелковистые, они обрамляли его лицо, играя в свете падающих с потолка лучей. Я была поглощена этой красотой, забыв о приличиях. Дар заметил мой пристальный взгляд. Наши глаза встретились. Внутри меня вспыхнула тревога: «Какой стыд! Вспомни, кто он такой, перестань пялиться!» — пронеслась мысль, но тело не слушалось. Время будто остановилось. В воздухе повисло напряжение, наполненное электрическим трепетом. Мы оба почувствовали это мгновенное притяжение – ослепительную, неожиданную искру, проскочившую, между нами. Я была поражена его обаянием, интенсивностью его взгляда. В этих глазах было что-то древнее, глубокое, что-то, что заставило моё сердце биться быстрее. И я поняла: это не просто симпатия, это… что-то большее. Он тоже не мог отвести от меня глаз. Мы смотрели друг на друга, как будто знали друг друга вечно, как будто эта встреча была предопределена. Этот момент был наполнен немым обещанием, волнением, и тайной, которая витала, между нами, гуще выхлопных газов в этой маленькой автомастерской. — Ты здесь часто бываешь? — спросил Дар, его голос звучал чуть ниже обычного, с лёгкой, но заметной неловкостью. — Иногда, — ответила я, стараясь сделать голос спокойным, но в нём дребезжал неконтролируемый трепет. — Когда нужно что-то починить… или просто поговорить с Алланом, — добавила я, и улыбка, которая должна была быть естественной, вышла немного застенчивой. Аллан, заметив напряжение, между нами, вспыхнувшее ярче, чем самая мощная галогенная лампа, решил немного разрядить обстановку: — Эйла, если решишься на свидание с Даром, я могу сделать вам скидку на ремонт! — его шутка прозвучала легко, но в ней скрывалось и немного насмешливой поддержки. Я покраснела до корней волос. Неожиданность будто охватила меня волной жара. А Дар… его смех — звук мелодичный и полный живой энергии, просто околдовывал. Его улыбка… эта дьявольская улыбка, раскрывающая ряд идеально ровных, белоснежных зубов, просто сводила с ума. Это было не просто привлекательное лицо, это было что-то магическое, очаровывающее. Какое-то необычное чувство, напоминающее порхание бабочек, разливалось в груди, заставляя дышать чаще и глубоко. В этом моменте мы оба поняли, что между нами произошло нечто больше, чем просто случайная встреча. Воздух сгустился от невысказанных слов и ожидания. — Может быть, после того как ты заберёшь свою машину, мы могли бы выпить кофе? — предложил Дар, его голос стал ещё мягче, чуть хрипловатым от волнения. — С удовольствием! — ответила я, и мой голос, хотя и дрожал от волнения, был наполнен радостью. Аллан с улыбкой, наполненной добродушием и удовлетворением, наблюдал за нами. Он понимал, что только что стал свидетелем начала чего-то действительно искреннего и особенного. Начало истории, которая, похоже, будет написана не только в записях автомастерской, но и в книге жизни.

***

Я почувствовала, как Аллан крепко сжимает мою руку. Он, словно почувствовав мой шок, пытался оттащить меня от этой толпы, подальше от короля. Но я, словно лишенная рассудка, бросилась прямо к Дару. — Нет! Стой! — пронзительный крик Аллана, полный отчаяния, пронзил воздух. Но я не слышала его. Мои мысли были одержимы одной целью: догнать его, докричаться, доказать, что я — это я, что он знает меня. — Дар! Дар! — кричала я, мчась за процессией, словно безумная. Толпа на площади преграждала путь, и мне приходилось буквально пробиваться сквозь неё, отталкивая людей, чтобы оказаться в первом ряду. — Дар! — кричала я во все горло, но мой голос терялся в гуле толпы, грохоте копыт и звуке горна. Я не могла поверить. Как это возможно? Как он мог превратиться в этого холодного, недоступного человека? Мой взгляд был прикован лишь к королю. Я искала в его лице хоть какую-то искру признания, хоть какой-то знак. Но оно было холодным и отчужденным, как маска, скрывающая правду. Это было безрассудно, отчаянно и глупо — я понимала всё, но не могла остановиться. И когда последняя искра надежды угасла, его властные, ледяные глаза наконец-то нашли меня. В них плескалась такая бездна ненависти и презрения, что хватило бы на весь мир. Кровь стыла в жилах, безысходность пронзила насквозь. Даже в самом кошмарном сне я не могла представить его таким. Когда Дар стал всматриваться в меня, на его лице мелькнула тень удивления, заинтересованности, но она мгновенно сменилась каменным, непроницаемым выражением. — Дар… — беззвучный шёпот затерялся в шуме. Я не успела сообразить, что делать дальше, как дышать, как жить, моя рука резко сжалась в чужой хватке, и меня грубо потащили из гущи ликующей толпы. — Что. Ты. Делаешь?! — прошипел Аллан, слова вылетали из его рта, словно ядовитые стрелы. — Тебе жить надоело?! — Отпусти меня! — вырываясь злобно ответила я. — Мне надо попасть в замок. Поговорить с ним! Он оттащил меня от толпы, остановился и резко развернул к себе лицом, словно пытаясь заглянуть в самую глубину моей души. — Пойми же, это не тот, кого ты ищешь, — голос его был хриплым, словно от пережитого ужаса. — Это Дарион V, Черный Король! Безжалостный убийца и тиран! — злость на лице Аллана сменилась тревогой. — На его совести сотни казнённых без суда и следствия. Подумай, что он с тобой сделает? — Ты ошибаешься! Это Дар! Он не такой! Я знаю его! Знаю! — я затараторила, последние слова сорвались криком, словно я пыталась убедить не только Аллана, но и саму себя. По щекам градом покатились слёзы, горькие и неудержимые. Слёзы, копившиеся со дня моего появления здесь, наконец, прорвались наружу, выплеснув всю накопившуюся боль и отчаяние. Аллан смотрел на меня ошеломлённо, словно впервые увидел. Он отпрянул, словно от ужасного видения, и спросил: — Так это… он? Я подняла на него глаза и кивнула. Слёзы всё ещё текли, но я пыталась собраться. Аллан, словно почувствовав мой шок, приблизился и положил руки мне на плечи. Он обнял меня. Мы стояли так мгновение, но этого хватило, чтобы боль начала отступать. Тепло его рук проникало в душу, унося с собой отчаяние. Отстранившись, Аллан посмотрел на меня с тревогой и сказал: — Уйдём отсюда. Я знаю одно хорошее место, ты сможешь успокоиться. Натянув капюшон и взяв меня за руку, Аллан повёл меня по узким улочкам. Мы шли недолго, но в голове всё крутилось одно: Дар. Его холодный, безразличный взгляд, разрывающий сердце на части. — Пришли, — сказал Аллан, остановившись у невзрачного дома. Я стала изучать его с интересом. И первое, что мне бросилось в глаза, — это вывеска с надписью "Таверна «Пылающая кружка»". — Ты притащил меня в таверну? — с разочарованием спросила я. — Ну да, — пожимая плечами, ответил он. — А что тут такого? Он открыл дверь, галантно пропуская меня первой. — Действительно, — хмыкнула я себе под нос, но в душе понимала: мне нужно успокоиться, а таверна — идеальное для этого место. В таверне царила атмосфера непринуждённого уюта, с характерным колоритом. Потемневшая от времени деревянная мебель, десяток столов, разбросанных по залу, огромный бочонок за барной стойкой, украшенной резными фигурками, и незаметная лестница в углу, словно ведущая в тайный ход. Таверна была заполнена соответствующим контингентом. Некоторые, пьяно посапывали на столе, лицом в тарелке. Другие играли в азартные игры, бросая кости и с волнением следя за их падением. А третьи, изрядно выпив, уже начинали махать кулаками, с желанием разрушить и уничтожить все вокруг. Грустная мелодия двух музыкантов переплеталась с гулом голосов, создавая своеобразную какофонию. Аллан аккуратно подтолкнул меня в сторону барной стойки, словно хотел уберечь меня от этого беспорядка. За стойкой стояла низенькая, красноволосая девушка с пышными формами. Увидев нас, она заулыбалась, и её зубы блеснули, словно перламутр. — Аллан! — её голос звенел от радости. — Как я рада тебя видеть! Что привело тебя в столицу? — Да вот, Эйлу привез, — ответил он, улыбаясь. — Решил заглянуть. Только теперь она обратила внимание на меня. Я стояла ошеломлённая, не веря своим глазам. Это была Руби, верная подруга Аллана… его жена. — О, ты не один, — медленно проведя по мне взглядом, произнесла она. — Руби, — протянула она руку. — Я знаю, — ответила я, улыбаясь пожимая ее руку. Аллан бросил на меня недовольный взгляд, а Руби уставилась на меня, ее брови слегка приподнялись. Я сразу поняла, что ляпнула лишнего. — Про тебя рассказывал Аллан, — выпалила я, пытаясь исправить ситуацию. Аллан сел на свободное место за стойкой, все еще бросая на меня не довольные взгляды. Я разместилась рядом. Руби достала кружки и бутылку предлагая выпить. — Нет, спасибо, — вежливо отказалась я, отводя взгляд от предложенной кружки — Да, плесни мне немного, — сказал Аллан, явно пытаясь перевести тему. — Вижу, у вас дела идут неплохо? — Ну… не жалуемся, — ответила Руби, поправляя прядь волос за ухо. — Отчего такая скромность? — Аллан кивнул на переполненный зал. — Народу - море! — он сделал глоток из кружки. — Скромность? Да брось, — рассмеялась Руби. — Это только сегодня. Ты разве не слышал? — Слышал что? — Аллан заинтересованно приподнял бровь. — Король вернулся с войны, и вместе с ним половина войска. Теперь таверны в городе переполнены. Кто-то празднует, а кто-то... — она замолчала, ее взгляд потускнел. — Поминает тех, кто не вернулся, — закончил за нее Аллан. Она грустно улыбнулась и кивнула в знак согласия. — Да, слышал. — Ты знаешь лучше всех, — ее глаза затуманились, словно от воспоминаний о прошлом. — Война – это всегда боль и печаль. Особенно у нас. Не всех вспомнить… тех, кто вернулся, и тех, кто остался там… Они уставились друг на друга, молчание начинало затягиваться. Интересно что сейчас между ними? Все так же или по-другому? Я только хотела открыть рот как из-за спины Руби послышался грозный и властный голос, а потом и его хозяин. — Хаос тебя побери, Руби! Сколько можно бо… — на полуслове остановился как вкопанный высокий и полный мужчина, с небольшой залысиной на голове, и уставился на Аллана. В начале на его лице было удивление, но потом оно постепенно сменилось на злость. Руби быстро встрепенулась и засуетилась. — Я уже несу, — выпалила она мужчине, но он ее не слушал уже. — Ты … — не отрывая глаз и раскрасневшегося лица от Аллана пророкотал мужчина. — Здравствуй, Борг, — спокойно ответил Аллан, залпом выпив содержимое кружки. — Мы вот зашли отдохнуть, перекусить, — продолжал он, поглаживая меня одной рукой по спине. — Здравствуйте, я Эйла, — быстро выпалила я и в ту же минуту подумав: «Кто тянул меня за язык? Сидела и молчала бы». Борг перевел взгляд на меня, как и Руби. Я посмотрела в начале на нее. От веселой и улыбчивой девушки не осталось и следа, она смотрела на меня по-другому, менее дружелюбно. Мне хотелось сто раз извиниться перед ней за необдуманное действие Аллана. Зато Борг быстро оценив меня и руку Аллана на моей спине расслабился. — Уже заказали? — спросил Борг. — Нет, мы ждали пока освободится столик, — ответил Аллан и быстро окидывая зал взглядом. — О! Нам улыбнулась удача! — воскликнул он, найдя в дальнем углу свободный столик. Борг, поджав губы, бросил: — Обслужи их, Руби. Больше нечего, не говоря мы вместе с ней проследовали к свободному столу. Аллан, усевшись, нарушил тишину: — Мне, как всегда и два драконьих грога, — он улыбнулся, его глаза заблестели от ожидания. — А тебе? — обратилась ко мне Руби, холодно и отстраненно. — А… — растеряно протянула я. — А что у вас есть? — Жареные крысы, стейк из волчатины, богомолы … — поймав мой растерянный взгляд, она остановилась. — А есть что-нибудь, менее экзотичное? — умоляюще спросила я, чувствуя, как от этих блюд у меня поворачивается живот. — Экзотичное? — переспросила Руби, ее брови слегка приподнялись, словно она не понимала моего вопроса. — Кролик, — вмешался Аллан. — Да, кролик будет в самый раз, — обрадовалась я. Приняв наш заказ Руби, удалилась. Пока мы ждали я погрузилась в свои мысли. Что мне делать? Дар меня не узнает. Его считают убийцей и тираном, как так вышло? Где найти амулет? Как вернуться домой? Меня одолевали одни вопросы, но ответа на них не было. Из раздумий меня вытащил Аллан, который протягивал мне большую деревянную кружку: — Выпей, полегчает. Я взяла ее и посмотрела внутрь. В нос мне сразу ударил резкий запах алкоголя, а по цвету — не понятная мутная оранжевая жижа. С мыслью о том, что хуже точно не будет, я сделала глоток, и сразу закашлялась от того, как обожгло горло. — Кхе - кхе. Что это за пойло?! — прокашлявшись спросила я. — Лучший драконий грог, — улыбаясь ответил Аллан и сделав глоток поставил кружку на стол. — Ну? — Что, ну? — недоумевая спросила я. — Значит твой возлюбленный из твоего мира Черный Король?! — напряженно спросил Аллан. Его взгляд стал проницательным. — Я… не знаю, — тихо ответила я. — И что ты с этим будешь делать? — твердо заключил Аллан. — Сказала же, не знаю! — отрывисто и зло проговорила я и залпом выпила грог. Мне обожгло горло еще сильнее, а внутри стало разливаться тепло. Этот напиток был крепче всего что я когда-либо пила. Растерянность и тревога отступили, от волны тепла. Я почувствовала прилив энергии, а мой ум стал более ясным. — Я не знаю, почему он такой, — сказала я, голос звучал увереннее. — Но я точно знаю, что он не убийца. Он защищает свой народ. — Защищает? — Аллан усмехнулся, его улыбка была холодной и скептической. — От чего он защищает? От своих же? — Он не злой, он справедливый, — в моей груди зародилась гордость. — Справедливый? — Аллан стукнул кулаком по столу, его взгляд был полон злости и недоумения. — А все те люди, погибшие от его руки? От его приказа! Ты сама видела их головы на пиках! Хаос тебя побери, ни в чем не повинные дети! Дети, Эйла! Что просто были рождены с силой Порядка! Это ты называешь справедливостью?! — он вскочил на ноги, его голос грохотал от злости. Аллан выдохнул, словно пытался сбросить с себя тяжелый груз злости. Он медленно опустился на стул, плечи опустились. Таверна все еще гремела от какофонии звуков, но нас никто не замечал. Словно мы были, отгорожены от шума и суеты окружающего мира. — Ты не знаешь его настоящей сущности! Ты не видела, что он совершает! — прорычал он. — Я видела, — я ответила спокойно и твердо. — Видела его доброту. Я видела его боль. — Ты видела лишь то, что хотела! — Аллан уставился на меня. — Я знаю его лучше, чем ты! — мне хотелось оправдывать и защищать его до последнего. — Нет, — Аллан сказал это спокойно и даже расслабленно, — Ты знала Дара, а не короля Дариона. Я не хотела признавать правду, не хотела видеть своего любимого человека злым, не хотела разочаровываться. Но я знала, что Аллан прав. Я должна была посмотреть правде в глаза. Аллан молча смотрел на меня, его глаза были темны и непроницаемы. Я не могла прочитать в них ни сочувствия, ни злости. Он погрузился в глубокие мысли. — А как насчет тебя? — я решила прервать эту неловкую паузу, висевшую, между нами. Аллан вопросительно на меня посмотрел. — Что у тебя с Руби? — С чего такой интерес? — насторожено спросил он. — Я же не слепая. Видела, как смотрели друг на друга, да и к тому же в моем мире вы были женаты, — Аллан поперхнулся и уставился на меня. — Что?! Женаты?! — Ага, — я сложила руки на груди и откинулась на спинку стула. — Нет. Нет, между нами, ничего. И не знаю, что ты там придумала, — стал оправдываться Аллан. Но постепенно его взгляд грустнел. — И не может быть. Она уже замужем. Теперь настала моя очередь удивляться: — Что?! Замужем?! За кем?! — и тут меня осенила догадка. — Борг… — Аллан кивнул. — Поэтому между вами такие напряженные отношения? — не унималась я. — Нет! — отрезал он, но немного подумав, добавил. — А вообще-то да, — и допил очередную кружку грога. — Расскажи! Что произошло? Почему вы не вместе? — настаивала я. Аллан бросил взгляд на Руби, которая выполняла свою работу за стойкой: — Нечего рассказывать… — Но как же… — опять начала я. — Нечего! — грозно сказал Аллан. Но все еще видя мой взгляд решил продолжить. — Она бросила меня. — Почему? — перебила я. — Да! Ради статуса и денег! — Аллан дернул плечом, словно от боли. — Когда мы познакомились, сразу завязался роман. Не долгий. Я был таким же, как и сейчас, никем. — он погрузился в воспоминания, его глаза затуманились тоской. — За ней ухаживал и Борг. Богатый, хозяин таверны. На то время очень популярный. Он осыпал ее подарками, а я ничего не мог предложить взамен. Тогда и появилась между мной и Боргом взаимная ненависть. Руби утверждала, что ей нужен только я. Но однажды пришла ко мне и сказала, что родители настояли на ее браке с Боргом. Я не поверил, предложил сбежать. Она отказалась и поставила точку в наших отношениях. — Нет, нет, нет, — пробормотала я, чувствуя, как в моей душе зародилось сомнение. — Здесь что-то не так. — Вот только не надо! — возмутился Аллан. — Не надо плести про свой мир и что вам суждено и так далее. Этот мир не такой и здесь нам не суждено! — Но я знаю ее. Она бы никогда … — начала я, но он оборвал меня на полуслове. — ЗНАЕШЬ?! Точно так же, как своего Дара?! — зло выпалил Аллан. От его тона я вся вжалась в стул. Но поняв, что переходит границу тут же затих и отстранился. — Извини… Остаток нашей трапезы мы провели в молчание. Закончив Аллан, сказал: — Идем нам надо снять комнаты. Останемся пока здесь. Борг, конечно, отборно выругался, когда услышал, что мы остаемся на неопределенный срок. Его лицо покраснело, словно он съел острый перец, и из его рта полились ругательства в адрес Аллана, он же отвечал ему спокойно, будто привык к такому поведению. Аллан заплатил за две комнаты, и мы поднялись на верх. Вид у них был одинаково непривлекательный: одна кровать, стол, стул и шкаф, ободранные стены и пыльный ковер на полу. Но меня это не опечалило. После нескольких дней в седле и сна на земле, это казалось райскими условиями. Я с удовольствием сбросила с себя грязную одежду и улеглась на кровать. Она была жесткой, но теплой, и я сразу же уснула.